Прошлое не вернуть

2 года спустя       Снова темнота опускается на плечи. Давит. Снова неприятная качка, которая заставляет вернуться к плохим воспоминаниям прошлого. Иногда люди говорят, что за более ужасными воспоминаниями забываются менее страшные. Но это не так. До сих пор я ощущаю то неприятное липкое чувство страха, когда ты понимаешь, что с тобой произойдёт. Да, ты понимаешь, но ничего не можешь сделать и тебе остаётся лишь сидеть и ждать неизбежного.       Многое изменилось за такой небольшой промежуток времени. Небольшой, но не менее ужасный. Для меня он тянулся слишком медленно, а тело получала всё новые шрамы, как снаружи, так и внутри. Пытки, издевательство, страдания... Мне пришлось пережить всё это. От этих воспоминаний становилось очень больно, а тело вспоминало всю ту боль, что пришлось пережить. Оно дрожало от илюзорной боли, понимало, что её физически нет, что это просто психосоматика, но от этого лучше не становилось. Тенерьюбито... Они... Им было наплевать на все законы морали или на правила. Они ставили себя выше этого. Рабы для них были лишь игрушками, которых можно было выкинуть, когда они больше не будут радовать глаз . Их можно избивать, когда становилось скучно. Их можно было наказать беспричинно просто за то, что они есть.       Именно сейчас и наступал тот момент, когда господам надоели их игрушки. Они вольны сделать с ними что угодно: выкинуть на потеху страже, замучить до смерти в одной из своих игр, просто спокойно убить или же перепродать куда-нибудь. Именно это с нами и решил сделать господин – продать. Из всего перечисленного, в принципе, это самое щадящее решение. Но я думаю, что ему было на это наплевать. Просто стало скучно вот он и принял первое, что пришло в голову. Но для нас это был некий праздник. Теперь остаётся лишь ждать, когда мы доберёмся до Сабаоди и того, что с нами будет там.

***

      И снова знакомое чувство, когда каждый как будто раздевает тебя взглядом, оценивает и решает, достоен ли ты стать его игрушкой, рабом или же нет. Ты не слышишь выкрики людей, лишь ждёшь, когда же это закончится и тебя снова продадут.       Очнулась я лишь тогда, когда меня повели прочь со сцены. Это означало лишь то, что меня купили. Меня толкали в спину и говорили «иди быстрее», и, наконец, привели в небольшую комнату, где так же стояли ещё два парня и девушка. Девушка выглядела напуганной и прижималась к одному из парней, который был похож на неё. Похоже, что они родственники, даже скорее всего, брат и сестра. Другой парень стоял мрачный. Было видно, что он не хотел показывать его настоящие чувство. Но, опустив взгляд пониже, я увидела, как его сжатая в кулак рука подрагивала.       Мы просто стояли и молчали. Никто не произносил ни звука. Если бы страх был осязаем, или же у него был бы какой-либо запах или вкус, можно было бы ощутить, что он пропитал собой всю комнату. – Что с нами будет? – тишину разрушил тихий, немного охрипший женский голос.       Но никто не ответил. Похоже, что эти парни и девушка не сталкивались с таким ранее. Они не представляли, что их ждет. Через что им придется пройти. Вздохнув, я тихо ответила: – Мы будем выполнять всё, что нам скажет наш покупатель. – А что будет, если мы не сможем выполнить? – девушка повернулась ко мне. В её взгляде промелькнул небольшой интерес, даже скорее страх в перемешку с интересом. – Изнасилование, пытки, наказания. Или же...смерть, – на последнем слове я запнулась. Это был наихудший вариант. Хотя, как посмотреть. Если человек будет окончательно сломлен, раздавлен, возможно смерть даже будет спасением в этом аду.        Девушка всхлипнула и сильнее прижалась к брату. Ей будет трудно, она не готова к такой судьбе. Как и все мы. Каждый день может стать последним, как жизни, так и нашего душевного состояния. Непроизвольно мои руки стали дрожать.       Тишину разрушил неприятный звук открывающейся двери и в комнату вошёл незнакомый мужчина. Он был одет довольно богато, а на пальцах, шее, костюме были надеты самые разные украшения. Возможно, таким видом он пытался показать свою значимость. Он с неким пренебрежением осмотрел нашу компанию и повернулся уже к организаторам аукциона: – М-да, а на сцене они казались лучше, – повернувшись снова в нашу сторону, мужчина добавил своей охране, – отведите их на мой корабль и поживее.        Нас схватили и потащили вон из комнаты. Я не реагировала на это. Если ты показываешь свое неповиновение, то тебя наказывают. Хозяева не любят строптивых рабов. Мрачный парень попытался было воспротивиться, но его сильно ударили поддых и толкнул вперёд. Когда он споткнулся, его снова ударили со словами «вставай и иди». Брат с сестрой не сопротивлялись. Они видели, что в таком случае их будет ждать.        В скором времени мы наконец-то пришли к месту назначения. Это был небольшой корабль. Он бы богато украшен, но не гармонично, а так, как будто его хозяин пытался показать всем, что он богат, а на самом деле все полностью наоборот. Но не важно, это очередной хозяин, одного взгляда на которого хватало, чтобы понять, что нас ждет в будущем. От размышлений меня отвлек толчок в спину, а последующая фраза «живее».        Нас завели в небольшую комнату. Тут не было кроватей, лишь грязный, пропахший плесенью пол. Похоже тут давно не убирались, или же хранили что-то быстропортящееся. Я вздохнула и просто опустилась на пол. Осмотрев друзей по несчастью я спросила: – С кем имею честь путешествовать?        Затем послышался издевательский смешок со стороны того молчуна. Он недовольно посмотрел в мою сторону и ответил: – Славное «путешествие»... – Согласна, – горько усмехнулась я. – Могло быть и лучше. Но увы, только такое. – Ты можешь быть серьезной?! – нашу перепалку не смог выдержать брат девушки. – Для тебя рабство - это увеселительная прогулка?! – А что ты предлагаешь? Просто взять сбежать и жить как ни в чем не бывало? – я повернулась уже к нему. – Поверь, ничего не выйдет. Если мы не будем им подчиняться, от нас просто избавятся. Если мы не будем идти куда они хотят, нам прострелят ноги, пнут и заставят бежать. Мы ничего не можем сделать. – Откуда ты знаешь? Не впервой сталкиваться с этим дерьмом? – отозвался молчун. – Верно, – вздохнув, я добавила, – Кира. – Нил. А вас как звать? – парень повернулся к ранее молчавшим брату и сестре. – Н-нэлли, – слегка заикнувшись ответила девушка, – а брата Рэйчи. – Значит я была права, – тише сказала я, а затем сразу же, уже громче, добавила, – слушайте, единственной нашей надеждой может стать нападение пиратов, или же наемников за головами, которые придут нашим новым хозяином.        Нил усмехнулся. Похоже он, как в принципе и я, понимал, что такой шанс конечно есть, но он довольно мал. Что именно в ближайшие пару дней, может сегодня, может завтра, может послезавтра на наш корабль нападут. Не на какой-либо другой, а именно на наш, и спасут нас. И даже если нападут, нет никакой гарантии, что они нас спасут, а не перепродадут на другом аукционе.        День тянулся очень долго. Периодически к нам спускался один их охранников и проверял, чтобы все вели себя спокойно. Поговорив с ребятами, мы решили вести себя послушно, чтобы лишний раз не нарываться на побои. Как посчитал Нил, в море мы все равно ничего сделать не сможем. Если и получится как-то сбежать, нам просто некуда будет идти. Кругом бескрайнее море и никакого намека на суши.        Так длился день, два, три. Я уже потеряла счет времени. Нас держали в том помещении и не давали никуда выйти. Возможно прошла неделя, а может и больше. Мы не могли сказать, где находимся. Сегодня также был очередной день, который мы, увы, проводим в грязном и омерзительном помещении. За время плавания мы успели получше познакомиться с ребятами. Оказывается, Нил когда то был пиратом. Не самым известным, да и за его команду была назначена низкая награда, которую имели лишь капитан и старпом. А Нэлли и Рэйчи всего лишь отправились в путешествие с семьей на торговом корабле. Но на них напали работорговцы, которые убили всю их семью и команду корабля, забрали груз и ребят с собой.        Также и я рассказала свою историю, намеренно не упоминая того, у кого в рабстве была и о том, что пришлось там пережить. Это слишком больно вспоминать, а от одного лишь упоминания Тенерьюбито на меня накатывает паника и последующая истерика. Одно лишь упоминание их, и спина снова начинает полыхать огнем боли от метки, что красуется на ней. В такие моменты я готова просто сжечь всю спину, чтобы избавиться от этого ужаса. Я была готова всю жизнь ходить с обезображенной спиной, но без этой метки.        Резко послышался взрыв, крики и беготня на палубе. Я не могла ничего разобрать. Все происходило слишком стремительно. – Я узнаю это. Пираты, – произнес Нил, посматривая на дверь. – Это наш шанс! Давайте сбежим! – с пола подскочил Рейчи. – Это рисковано. Мы не знаем что ждать от этих пиратов. Скорее всего, если ты сейчас туда выйдешь, тебя сразу убьют, не разбирая кто ты, – Нил холодно посмотрел на паренька, остужая его пыл. – Мы должны ждать. Сейчас решится наша не самая удачная судьба. – Ждем и надеемся на лучшее, хах, – я усмехнулась. – Хотя, когда нам еще благоволила удача.        В ожидании мы уставились на дверь и ждали кульминации всего.