Доктора

Сегодня он обязательно должен поговорить с этим Стасом по-мужски. Он не должен позволять жить какому-то мудаку в их с Викой квартире, спать в их с Викой постели. И вообще, он больше не допустит, чтобы этот трогал его жену своими лапами. Он еще заплатит за это. Толя был настроен очень решительно. А алкоголь добавлял ему уверенности в своих силах. Стас вышел из дома рано утром и направился в сторону парковки. Несмотря на раннее утро, настроение у него было прекрасным, хоть и поспать сегодня удалось чертовски мало. Проснувшись по будильнику, Вика приготовила легкий завтрак на двоих, пока Стас принимал контрастный душ, чтобы не клевать носом. А сейчас он вышел пораньше, чтобы прогреть машину и не раздражать Вику ежесекундными вопросами о том, скоро ли она там накрасится. Больше всего девушка нравилась ему без макияжа и без одежды. — Эй! — окликнул его сзади мужской голос. Стрельцов резко обернулся и тут же вытащил руки из карманов. Кажется, утро придется начать с драки. Толя был настроен очень решительно, а алкоголь только добавлял ему смелости. Он был просто уверен, что пара ударов и Стрельцов ретируется восвояси зализывать раны. А он, как герой, обязательно вернется к Вике. — Как спится с чужой женой, а? — Смертин подошел к нему и толкнул. — Тебе чего надо? — Стас сделал шаг назад, начинать день с мордобоя у него не было ни малейшего желания. — От Вики отвали! — рявкнул Толя, — она моя жена. А ты так, временный любовник. — Да пошел ты, — Стрельцов посмотрел на него с презрением и, повернувшись, пошел к своей машине. Тратить время на разборки с пьяным почти бывшем мужем было бесполезно. Услышав сзади шаги, он резко обернулся и чуть пригнулся. Вместо головы удар пришелся по шее и мужчина с трудом устоял на ногах. На пару секунд перед глазами все потемнело, а к горлу подступила тошнота. Вокруг него стояла звенящая тишина, словно мир обеззвучили, как надоевшую рекламу. Сунув руку в карман куртки, Стас нащупал рукоятку пистолета. Старая дурацкая привычка носить с собой пистолет. Сколько же неприятностей… Но как она порой выручает. Вытащив пистолет, Стрельцов снял предохранитель и медленно направил дуло в лицо Смертина. Толя замер от неожиданности. В его сценарии такого сюжетного хода не было. Вика увидела их сразу, как только вышла из подъезда. — Стас! — окрикнула она и бросилась к мужчинам. Стрельцов не слышал её, все его внимание было сосредоточено на Смертине. А тот просто стоял, боясь даже пошевелиться. Ему было действительно страшно, как и любому нормальному человеку под дулом пистолета. — Идиот! — Вика ударила сумкой по руке Стаса и пистолет тут же отлетел в сторону. Мужчина вздрогнул и посмотрел на девушку. — Прости, — только и смог проговорить он, ошарашенно глядя то на бледного Смертина, который почти протрезвел от страха, то на пистолет. А ведь еще секунду назад он был уверен, что сможет выстрелить. — Ты зачем пришел? — Вика подошла к Смертину почти вплотную. Молодой человек вдохнул такой знакомый аромат её любимых духов и на пару секунд прикрыл глаза. Ему даже показалось, что вслед за этим манящим запахом последуют объятия. И все будет как раньше. — Зачем пришел? — резко повторила Вика. — Вообще-то к своей жене, — ответил Смертин. — Вик, давай поговорим, — он попытался взять её за руку, но девушка быстро отдернула ладонь. — У тебя нет жены, — ответила она, — на развод я уже подала. Лучше прогулы свои закрой, чем сюда ходить. Вика села в машину и молча пристегнулась. Стас негромко включил музыку, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую тишину и выехал на дорогу. — Вик, — Стас взглянул на неё, — ну прости. Я виноват. — Ты придурок, — Вика гневно посмотрела на него, — ты хоть соображаешь, что ты делаешь? — её голос неожиданно дрогнул. — Прости, — повторил Стас и взял Вику за руку, — я обещаю тебе, больше такого не повторится. — Знаешь, — девушка внимательно посмотрела на него, — ты много чего уже обещал. — Ну, хочешь, забери его, — Стас съехал на обочину и, припарковавшись, потянулся к бардачку. — Если тебе так будет спокойнее. — Ты не меняешься, Стас, — тихо проговорила Вика и взяла сумку, — я пешком дойду, тут недалеко. Девушка вышла из машины и направилась в сторону главного корпуса института. Стас несколько секунд смотрел ей вслед, а потом словно опомнился. Не должны они расставаться даже на пол-дня на такой ноте. Не должны. Он выскочил следом за ней и догнал девушку у пешеходного перехода. Резко развернув девушку, Стас её крепко обнял. — Я люблю тебя, — выпалил он. Вика посмотрела на мужчину со слезами и прижалась к нему. Девушка молчала, ей сейчас не хотелось никаких разборок, хотя высказать было много чего. Но гораздо важнее, что он был сейчас рядом. Кирилл приходил в себя очень тяжело. Мужчина открывал глаза, обводил помещение реанимации мутным взглядом и вновь проваливался в спасительное полузабытье. Было очень больно и хотелось позвать на помощь, но мешала трубка в горле. Вот уже третий раз за последний час палату реанимации посещал доктор Шурыгин. — Нина Алексеевна, — он слегка коснулся плеча задремавшей женщины, — может, вы отдохнете все-таки? Женщина вздрогнула и посмотрела на него. — Нет. Почему он не приходит в себя так долго? — Операция была сложная, — ответил молодой врач, — скоро действие наркоза окончательно пройдет. Может, вам кофе принести? — Лучше чай, если можно, — попросила Старкова и взяла Кирилла за руку. Она хотела быть рядом с ним, когда он очнется. Через несколько минут Дмитрий Иванович принес Нине чашку чая. — Я там сахар добавил, — предупредил он, внимательно глядя на слишком бледную женщину, — вам силы нужны. — Спасибо, — с благодарностью кивнула женщина и сделала глоток горячего чая. Дмитрий Иванович тем временем проверил еще раз показания всех приборов и дал наставления медсестре. Нина не отходила от постели возлюбленного ни на шаг. Несколько раз забегал Вадим и каждый раз напоминал Нине о том, чтобы она ему сообщила, как только Кирилл придет в себя. Женщина покорно кивала, но Куратов не был уверен, что она вообще обращает внимания на его слова. Все, что происходило сейчас вокруг было для Нины фоновым шумом и не имело ни малейшего значения. С глубоким вздохом Кирилл в очередной раз открыл глаза. Мужчина попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь хриплый стон. В палату тут же вбежала дежурная медсестра, а следом за ней и анестезиолог. — Началось, — протянул мужчина, глядя как Кирилл пытается порвать фиксирующие ремни и дотянуться до интубационной трубки. Медсестра оттеснила Нину к двери, чтобы она не мешала работать. — Тише-тише, — в реанимации слышался только голос анестезиолога и шумное дыхание Кирилла, — все уже хорошо. Как вы себя чувствуете? — спросил он, перепроверив показания всех приборов. Кирилл только кивнул, не в силах что-либо ответить. Облизав пересохшие губы, он обессиленно прикрыл глаза. Как только анестезиолог с медсестрой ушли к другому пациенту, Нина сразу же заняла свое место рядом с возлюбленным. Почувствовав прикосновение холодных пальцев к своей руке Кирилл открыл глаза. — Пить, — с трудом прошептал он и очень слабо сжал своей ладонью её руку. Нина аккуратно смочила ему губы. — Потерпи, — попросила она, — пить пока нельзя. — Нина, — проговорил Кирилл и вновь прикрыл глаза. Каждое слово давалось ему с таким трудом, будто бы приходилось разгружать вагоны. — Молчи, — она накрыла его губы своей ладонью, — потом поговорим. Кирилл взглянул на неё с благодарностью и кивнул. Через пару минут мужчина погрузился в неглубокий, но такой необходимый для его организма сон. Лера встретила мужа прямо у вагона и почти сразу же повисла на нем. — Сашка! — она беспорядочно покрывала его лицо поцелуями. — Я соскучилась. Гордеев обнял девушку за талию и начал её кружить. — Через пару минут я буду весь твой, — пообещал Александр и поставил девушку на землю. Повернувшись, он взял у светловолосой женщины сумку и помог ей спуститься на землю. — Сейчас, Зар, — проговорил он, вглядываясь в толпу людей. Буквально через минуту к ним подошел высокий темноволосый парень. — Гордеев, здорово, — пробасил он и обменялся с Александром Николаевичем крепким рукопожатием. — Кого тут приютить надо? Саша кивнул на Зару. — Потрясающая женщина и очень вкусно готовит, — улыбнулся он, — поможешь? — Без проблем, — ответил мужчина и взял сумку Зары, — пойдемте. Лера внимательно наблюдала за происходящим, но лишних вопросов пока не задавала. Она знала, что муж ей обязательно сам все расскажет. — Сашка, — Лера в такси внимательно посмотрела на мужа, — а что это была за женщина с тобой? — Ревнуешь? — Гордеев взглянул на девушку, с трудом сдерживая улыбку. Лера внимательно посмотрела на возлюбленного и улыбнулась, заметив, что в его глазах пляшут лукавые чертики. — Не-а, — она мотнула головой, — не ревную. Я тебе доверяю, — тихо и очень серьезно добавила девушка. Александр обнял её за плечи, крепче прижимая к себе. — Мы с ней учились раньше вместе. А сейчас ей нужна помощь. Я не мог её оставить в беде. Лера только вздохнула и прижалась к мужу. Она очень хорошо знала, что Саша может быть грубым, вспыльчивым, резким, порой даже хамоватым, но равнодушным — никогда. Едва Александр перешагнул порог квартиры, как в прихожую выскочила Лена с большими воздушными шариками. — Ура! — радостно прокричала девочка, — брат Саша приехал! Гордеев замер и машинально сделал шаг назад, пока прыгающий ураганчик не прошелся по его ногам. На секунду ему даже показалось, что он ошибся квартирой. — Лера, — он медленно обернулся к улыбающейся девушке, — это что такое? — в его голосе послышались металлические нотки. Валерия вздрогнула от неожиданности, она давно не слышала от Саши такого обращения к себе. — Саш, — она опустила голову под его пристальным взглядом и почему-то почувствовала себя виноватой. — Я просто хотела сделать тебе сюрприз. — Какой нахрен сюрприз? — процедил он и машинально отдернул руку, как только Лена прикоснулась к нему своей ладошкой. — У нас открывается филиал детсада? Кто это вообще? Лена испуганно замерла и вжалась в стену, стараясь стать как можно более незаметной. Резкий тон Гордеева её напугал. — Не бушуй, — в прихожую вышел Николай, — тебе действительно хотели сделать сюрприз. Прости, что он не удался. — Папа? — Александр замер, глядя на отца. Сколько же лет они не виделись. Саша вглядывался в лицо родного человека и отмечал все новые и новые морщины. — Пап, — он сделал шаг ему навстречу и остановился, не зная, как сейчас подойди к отцу. Тогда, несколько лет назад, ему казалось, что он вычеркнул этого человека из своей жизни. А сейчас он понимал, насколько же ему не хватало рядом отца. И это осознание пришло так быстро, что он не знал, как теперь быть. Лера взяла за руку девочку и увела в спальню, чтобы не мешать мужчинам. Николай молча шагнул навстречу сыну и крепко обнял. — Прости меня, — сдавленно проговорил Александр. Хотелось сказать так много, но слова застряли горьким комом в горле, а глаза неприятно увлажнились. — Все нормально, Сашка, — Николай похлопал его по плечу. — Пойдем за стол, твоя жена с утра старалась. Александр быстро вытер слезы, как только отец повернулся к нему спиной. Демонстрировать свою слабость ему не хотелось. —  Пап, а эта девочка? — спросил Саша. — Это Лена, — улыбнулся Николай, — моя дочь и твоя сестра. — А её мать? — поинтересовался Александр. — Погибла три года назад, — тихо ответил Николай, мгновенно помрачнев. Казалось, что из его лица ушли все краски. — Сбила машина. Александр промолчал, не зная, что ответить. Его утешения сейчас выглядели бы в высшей степени фальшиво. — Иди мой руки, — Николай строго посмотрел на сына и напомнил, — тебя ждет стол в гостиной. К приезду мужа Лера действительно постаралась. Среди тарелок с горячим и салатом стоял даже любимый дагестанский коньяк. — Вот это стол, — довольно улыбнулся Александр и облизал губы в предвкушении вкусного обеда. Лера усадила за стол девочку, а сама села рядом с мужем. — Коньяк будешь? — с улыбкой спросила она, поставив перед ним тарелку с салатом. — Конечно, — кивнул Гордеев, — нам с отцом коньяк, а вам — сок. Ну чего, давай знакомиться, — он повернулся к Лене. Девочка поглядывала на брата с опаской, но, немного подумав, протянула ему свою ладошку. — Елена, — абсолютно серьезно представилась девочка. Усилием воли Александр убрал со своего лица широкую улыбку и осторожно пожал протянутую ему ладошку. — Александр, — в тон сестре ответил он. — Мы теперь будем дружить? — спросила Лена, пристально разглядывая мужчину своими пронзительными серыми глазами. — Будем, — кивнул Александр и стал наполнять бокалы. Глеб после короткого стука вошел в комнату Толика и с удивлением увидел, что тот лежит с учебником и даже делает какие-то пометки. — Тебе чего, из деканата позвонили и сказали, что отчисляют? — с усмешкой спросил Глеб. — Ха-ха, — без тени улыбки ответил Смертин и взглянул на друга поверх учебника, — очень смешно. У тебя конспекты лекций есть? — Есть, — кивнул Глеб и сел на стул, — кстати, ты зачем выжрал отцовский коллекционный коньяк? — спросил он. Толя отвел взгляд, ему было чертовски неудобно за свое поведение. Лобовы его приняли в свой дом, а теперь еще и Глебу пришлось краснеть перед отцом за коньяк. — Просто ничего другого не было, — честно ответил он, — но я куплю такой же, обещаю. — Да забей, — махнул рукой Лобов-младший, — главврачу еще подарят. А с прогулами разбирайся, у нас с этим строго, не знаю, как у вас в Челябинске. У меня был как-то один — до экзамена не допустили. — Да я уже понял, — кивнул Смертин, — вот, учу. Кто, кстати, отработки на этой неделе принимает. — Тимофеев, — хохотнул Глеб, — повезло тебе. — Чего такое? — насторожился Толик. — Ну, — задумчиво протянул Лобов, прикидывая, как бы более полно описать предстоящие перспективы, — в общем, сначала он тебя поимеет и заставит выучить даже то, что не надо, потом еще раз поимеет, а в результате ничего не поставит. — Весело, — вздохнул Толя, — ну ладно, прорвемся. Я вообще новую жизнь начинаю. — С чего вдруг? — Глеб удивленно приподнял брови, — вроде не первое число и не понедельник. — Надоело все, — Смертин отложил учебник и, открыв окно, закурил. — Вика на развод подала. Ну нафиг всех этих баб, — он болезненно поморщился и затянулся сигаретным дымом. — Ну, всех баб нафиг посылать не надо, — проговорил Глеб, — а то придется с рукой своей дружить. Толик только усмехнулся. — Ну, разве что, только для этого. Глеб вошел в свою комнату и подошел к книжному шкафу. На полке, подальше от чужих глаз, в фоторамке стояла старая фотография, на которой были изображены он и Лера. Глеб тогда на правах именинника нежно обнимал девушку за талию и радостно улыбался в камеру. А все потому, что за минуту до этого Лера подарила ему не только коробку с подарком, но и поцелуй в щеку. И это было лучше любых подарков. Слова Толика о новой жизни почему-то запали ему в душу. Действительно, нужно жить дальше. И позволить прошлому остаться в прошлом. Шумно выдохнув, Глеб резким движением положил портрет изображением вниз и достал мобильный. — Инна, — проговорил он, дождавшись, когда на том конце ответят, — я заеду к тебе завтра. Часов в семь, нам нужно поговорить. — Хорошо, приезжай, — ответила девушка, — но лучше в восемь. У меня завтра еще родительское собрание. — До завтра, — ответил он и сразу отключился. Новая жизнь — это, конечно, хорошо, но вот что делать, если на сердце все равно неспокойно, а прошлое никак не хочет отпускать? Ответа на этот вопрос Глеб пока не знал. Подбежав в очередной раз к столу, Лена потянулась к вазочке, в короткой сиротливо лежали две последние конфеты. — Лена, — Валерия взяла её за руку, — ты на часы смотрела? Марш чистить зубы и будем ложиться спать. — А папа? — спросила она. — А папа ляжет позже, — ответила Лера и повела девочку в спальню. Посиделки Александра и Николая затянулись, под столом уже стояли пустые бутылки из-под алкоголя и сейчас стремительно опустошалась еще одна. Мужчинам нужно было очень многое обсудить за прошедшие годы. — Ты не думай, — проговорил Николай, осушив очередной бокал, — я мать не забыл. Я ведь её по-настоящему любил. — Я знаю, — ответил Саша. — Я тогда дураком был, ты прости меня. — Может, на твоем месте я бы поступил также, — ответил Николай. Он никогда не осуждал сына, зная, что у того вспыльчивый характер. Но Николай абсолютно точно знал, что он вырастил очень достойного человека, для которого слова достоинство и честь — это не пустой звук. И несмотря на сложный характер Александра, отец всегда был готов к нему прислушаться. — Чего с Женькой разбежались? — поинтересовался мужчина. — Не сошлись характерами, — усмехнулся Саша, — а теперь мой холостяцкий быт снова переделывают. — Лера — хорошая девочка, — с улыбкой ответил Николай и поднял за неё бокал, — береги её. — Берегу, — ответил Александр и тихо добавил, — пап, я её люблю. Лера проснулась около трех утра и вышла, чтобы попить воды. Противостояние Гордеевых и алкоголя закончилось победой последнего. Саша и Николай спали, опустив головы на стол. — Сашка! — Лера с трудом растолкала мужа. — Лерочка, — улыбнулся Александр, пытаясь сфокусировать на ней взгляд, — а мы тут немного с папой выпили. — Я вижу, как немного, — ответила она, — пойдем ложиться. — Лерка, я люблю тебя, — проговорил Саша, с трудом удерживая равновесие. Если бы не стол, на который он опирался и не Лера, которая держала мужа, то один из лучших хирургов сейчас бы лег спать прямо на полу. — Да тише ты, — Лера ткнула его локтем в бок, пошли уже. — Чего же ты тяжелый такой, — проворчала девушка, с трудом дотащив его до кровати. Александр тяжело рухнул на кровать. — Лерочка. — Тише, сестру разбудишь, — шикнула девушка и стукнула мужа по руке. Саша, который намеревался погладить Леру по попе или по бедру, куда уж там получится дотянуться, обиженно засопел и посмотрел на супругу. — Змеюка, — пробурчал он и повернулся к ней спиной. — Спи уже, — фыркнула Лера и подошла к Лене, но девочка спала очень крепко и появление пьяного брата её не разбудило. Уложив Николая Сергеевича на диване, Лера вернулась в спальню. Саша мирно похрапывал, а рядом сопела Лена. Девушка улыбнулась и укрыла мужа одеялом. Устроившись поудобнее на своей половине кровати рядом с Леной, девушка заботливо обняла девочку и прикрыла глаза. Спиной она прижалась к Саше, чтобы ощущать его тепло. Закрыв глаза, девушка стала засыпать под храп любимого мужа.