След Сатаны.

Раны были не глубокие, множество царапин на теле, разбитая голова, откуда сейчас течет кровь, из-за этого я начала очень плохо видеть. Но всё же ходить я могла медленно, но ходила всё же, хоть и было тяжело; так как я вижу всё размыто, я не видела маленькие камушки на земле и спотыкалась несколько раз, но упасть мне не давала Минерва. Слова сказанные Деримой в тот момент снова всплыли в моей голове. Я знала и знаю, что не смогу пробудить в нем чувства, поэтому я готова оставить этот серый мир, но всё же я хочу сделать все, что не смогла сделать за всю свою жизнь. Я пошла домой, попрощавшись с подругой. Она меня уговаривала пойти в гильдию и обработать раны, но я не согласилась, у меня и так мало времени, поэтому я решила пойти домой. К счастью дом мой был недалеко от тренировочного поля, поэтому я быстро дошла домой, что не могло не радовать. Открыв дверь, я вошла в дом. Не думая, направилась в ванную комнату, чтобы смыть кровь и грязь. Закончив вытирать кровь, я решила сесть за стол и начать писать прощальные письма своим друзьям. И плевать, что они меня таковой не считают. Раздраженный и злой голос внутри меня мне помешал, говоря: «Что ты там делаешь?», — сказал Дерима. Я такого никогда не чувствовала; когда в тебе живет такое страшное существо, было очень трудно это выдерживать.  — Письмо пишу. «А ты нормальная? У тебя осталось девять часов, после ты умрешь. А ты тут письма пишешь…» — он стал еще злее, это было видно по его голосу, который срывался. Не ну, а что? Что я еще должна делать, умолять его не убивать меня? Да никогда.   — Я не могу, они были моей командой и опорой, я могла на них надеяться в любое время. И я не могу уйти и не извиниться, — мой голос срывался, слезы текли по щекам. Вспоминая нашу последнюю встречу, слезы начали течь настойчивее. Ну, что может быть хуже, чем знать дату своей смерти? Вот именно, ничего. Но что-же поделать, если нельзя ничего изменить. — Я не извинилась перед отцом, я нагрубила ему, хотя он знает, что я права, но всё же он мой родной отец. Моя семья. Нацу, Грей, Эльза и Хеппи — они не виноваты, а я их обидела. Мастер — я не успела с ним поговорить, сказать спасибо за то, что он взял меня в гильдию. Он исполнил мое самое большое желание — это быть в Хвосте феи… Хотя сейчас, друзья думают, что это я виновата, что он в больнице. Как они могли подумать обо мне такое? — докончила я свой рассказ. «Ой, как мило. Прям за душу берет», — с усмешкой сказал демон. Конечно, он не поймет. Это же демон, существо сделанное в аду, которое не понимает чувств, любви, добра, сострадания, боли, разочарования и страха.  — Ты не поймешь, — вздохнув, сказала я. — Ты никогда не был в команде, ничего не чувствовал, когда причинял боль близким тебе людям. Ты только чувствуешь ненависть, ты жалок, ты можешь убить любого, кто перешел тебе дорогу, даже если это твой друг! Ты перережешь глотку каждому ради веселья, — не щадя голосовых связок, выкрикнула я. «Это не так. У меня была команда: Роган, Марона, Свелл, Гидон, Сарона, Канара и я. Мы демоны — мы не чувствуем ничего, кроме ненависти, ты уже должна это была понять»  — Правда? А демоны умеют любить? — мне было интересно. Так как в голове зародился превосходный план. «Хм, нет. Ничего, что чувствуют людишки»  — А демоны умеют врать? «Нет, им этого не надо. Они внушают»  — А почему ты тогда мне врешь. А не внушаешь? — мой голос был тихим. — Может, потому что я между жизнью и смертью, между разными мирами? Почему ты врешь? Ты любил, любил Канару. А когда бывший мастер этой гильдии опозорил Юкину, а после посадил в темницу? Ты хотел ей помочь, но нет — тебе не дали, твоя команда оставила ее там. А ведь знали, что она умрет с Юкиной. У них ведь связь была? «Да…», — он продолжил.  — Поэтому ты не любишь свою команду. Ты думаешь, что им больше нельзя доверять. Я не знаю, какие эти демоны в душе. Но знаю точно: Роуг, Стинг, Минерва, Добенгаль и Руфус не такие. Хоть я их знаю меньше месяца, скажу точно — на них можно рассчитывать. Поговори со своей командой. Думаю у них были причины не спасать ее. «Я… я не знаю это…»