Дым от наших костров

Прайдхилл был закрыт, сразу после окончания первого учебного года в своих стенах. Чарльз Кросс потерял прежнее уважение и статус в обществе, а также покровительство своего богатого друга-мецената. Его больше не приглашали ни на какую работу. Продав свою коллекцию трубок, он жил на эти деньги какое-то время, но в конце концов, застрелился в полной нищете и забвении в своей городской квартире через 5 лет после вышеописанных событий. Донна и Джаспер зажили в городе и открыли совместно детский приют. Полностью посвятив себя управлению приютом, Донна больше никогда не преподавала, но изредка печаталась в научных изданиях, занимаясь наукой в своё удовольствие. Джаспер больше никогда не пил спиртные напитки и во всём помогал Донне. Они прожили вместе до глубокой старости. Донна тихо умерла во сне от остановки сердца, похоронивший её Джаспер отправился за ней спустя месяц. Оба были похоронены рядом на городском кладбище, последующие директора основанного ими приюта и воспитывавшиеся в нём дети, ухаживают за их могилами и имеют традицию навещать их в дату основания заведения. Рэндл Пурсоул был убит в «Гнутом гвозде» в пьяной драке через 8 лет после вышеописанных событий. Маргарет Пурсоул дожила до глубокой старости, пока её дети, вырастая один за другим, покидали отчий дом. Над Маркусом Мейсоном происходило долгое судопроизводство с участием представителей церкви по делу в связи с обвинением о поднятии народного восстания и умерщвлении двоих человек, среди которых один несовершеннолетний, в результате этого восстания. По итогу долгих споров и препирательств, Маркус был направлен отбывать тюремный срок в одну из тюрем на окраине страны, но с сохранением духовного сана. В тюрьме в его распоряжение был отдан зал для молитв и проповедей, а также тюремная библиотека. Он отсидел 10 лет к тому моменту, когда на одной из его проповедей, ему на голову сорвалось массивное распятие из цельного дерева и металла. Он умер на месте и был похоронен на тюремном кладбище. Могила Роя Спаркса располагается на кладбище при церкви в Ашхэмптоне. В удобоваримом виде её поддерживает только новый священник. Кристоф Флинн не оставил после себя ничего, кроме пепла, который к утру без остатка развеяло по окрестным полям. А на поперечной перекладине столба ещё долгие годы подвешивали вниз головой овец и баранов и резали им горло. С криками и спорами отвоевавшая вещи астронома Донна обнаружила среди них его стихи. Один из них, который Кристоф написал ещё в юности и которое она расценила как пророческое, было опубликовано по её инициативе в нескольких газетах. Вот его текст: Как я хотел бы ухитриться К тебе огнём во тьме явиться Но пепел от костра растаял И дым над головой истаял Как я хотел бы ухватиться За хвост кометы словно птицы Презреть и пепел тех костров Прозреть сквозь дым от тех костров Как же ответа мне добиться, Кто завтра сможет обратится Чёрным пеплом от костров? Белым дымом от костров?