Eiskalter engel

— Скажи мне, Анна, ты веришь в сверхъестественные явления? Или существ? Эльза смотрела на неё прямо. Без малейшего намёка на волнение или неуверенность. Анна, однако, до сих пор сидела подобно натянутой струне, и всё её естество сгорало от любопытства. — Было бы глупо говорить «нет» после всего случившегося, Эльза. Я и раньше думала, что наверняка в нашем мире есть что-то такое, но теперь я в этом уверена. — Тогда, пожалуй, я перейду конкретно к необходимому. Ты что-нибудь знаешь о нефилимах? В человеческой истории наверняка предостаточно историй. Слышала ли ты хоть какие-то? Блэр почувствовала особое напряжение из-за уточнения «человеческой»; такое чувство, что Эльза себя с данной историей не ассоциировала, и Анне пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить голос спокойным. — М-м… я смотрела много всяких сериалов и там были упоминания о них. Потом мне стало интересно и я прочитала какую-то статью. Вроде бы… нефилимы – это те, кто порождён от союза ангела и земной женщины? То есть, полуангелы? Они обладают и ангельскими, и человеческими чертами в итоге. Очень сильные ребята. И бессмертные, конечно. — Что же, весьма достоверная информация. Конте на какое-то время затихла. Взглядом вперившись куда-то в район шеи рыжеволосой, Эльза молчала и постоянно сводила брови вместе. Анна видела, что светловолосой приходится с осторожностью выбирать следующие фразы; она ощущала тот груз ответственности, который безжалостно давил на плечи Эльзы в настоящий момент. — Эльза?.. — Я расскажу тебе о себе, Анна. О том, какой была моя жизнь на самом деле. Пожалуйста, дай мне свою руку. Без лишних раздумий Блэр протянула тёплую ладонь. Блондинка коснулась пальцев младшей с осторожностью, переплетая их со своими собственными и подсаживаясь немного ближе. У Анны дыхание перехватило от внезапного контакта, но приятный голос Эльзы помог сосредоточиться на её рассказе. — Моя мать, настоящая мать, которая подарила мне жизнь, была исконной француженкой, переехавшей в США в поисках новой жизни. И данное обстоятельство я до сих пор считаю абсурдным, поскольку она была из обеспеченной и уважаемой семьи. Но, наверное, таковы исторические особенности. Из Европы тогда уехало немало людей. В любом случае… оказавшись в Штатах, первое время у неё всё было хорошо. Думаю, у неё и после была бы та жизнь, которую она желала, если бы она не встретила моего отца. Анна слушала внимательно, сосредоточенно, хотя прикосновения Эльзы продолжали вызывать мурашки по всему телу. Большой палец светловолосой девушки нежно поглаживал кожу Блэр, и сердце той заходилось в бешеном ритме. Она лишь надеялась, что старшая этого не заметит. — Уже в те годы Нью-Йорк пестрил самыми разными личностями. Может быть, именно по этой причине моя мать была так беспечна. И не смогла разглядеть той опасности, что поджидала её словно за каждым углом. В конце концов, она могла знать. Это могло быть её судьбой. Неважно. Так или иначе через два года после переезда она встретила моего отца. Эльза продолжала свой рассказ, медленный и даже растянутый. Анна же цеплялась за разные фразы, кажущиеся ей особенно странными. И пусть ей не хотелось перебивать блондинку, интерес возымел над ней большую силу. — Эльза, извини, но… ты так говоришь, что… в каком году переехала твоя мама? — В 1908 году. Прогрессивное время так называемого «позолоченного века» для всей Америки. Рот Анны приоткрылся. Зрачки расширились. Пытаясь осознать услышанное, она смогла лишь промямлить нечто нечленораздельное. Эльза, тяжело вздохнув, продолжила. — Лучше перейду сразу к сути. Я была рождена в 1910 году. Будто очнувшись, Блэр резко перебила старшую. — Стой! Подожди. Ты сказала, что твоя мама встретила отца спустя два года. И в этот же год она родила тебя? Тебя зачали… в самом начале, что ли? Я не понимаю. — Анна, послушай. Я была рождена от союза земной женщины и… ангела. Архангела, если быть точнее. Я – и есть нефилим. Наше развитие протекает куда быстрее человеческого. Мать родила меня уже через четыре с половиной месяца. Но… она умерла во время родов. На несколько мгновений Конте прикрыла веки. Несмотря на весь шок, испытанный из-за услышанного, Анна виновато поджала губы и немного сильнее сжала ладонь светловолосой, словно извиняясь за то, что ей приходится вспоминать обо всём. — Люди очень редко помнят что-то из раннего детства. Память крепнет ближе к осознанному возрасту. Нефилим же… мы помним всё с первых мгновений жизни. И я помню её лицо. Лицо женщины, которую мне не довелось узнать, но она всё-таки была моей матерью. Отец… о нём я практически ничего не знаю. И вряд ли хочу узнать. Скорее всего, как и он обо мне. Если вообще ведает о моём существовании на земле. Эльза вновь посмотрела на Анну. Лицо младшей выражало глубокое сожаление, а глаза становились всё более влажными. Губы её еле заметно подрагивали. И каждая деталь, каждая мелочь в ней пробуждала внутри блондинки нечто неизвестное, что-то такое, чего она никогда не могла почувствовать или изучить. — Эльза… ты ангел? — Если миновать все лирические вставки, то не совсем. Ты сама сказала ранее, что мы – кто-то вроде полуангелов. Но данное определение не подходит. Наша суть берёт начало не только с ангельской стороны. Потому и названы мы были нефилимы. — И ты живёшь… с 1910 года? Но как? Если тогда ты осталась совсем одна, а сейчас ты говорила, что у тебя есть… семья? И что они… такие же? — Да, они тоже нефилимы. Каждый был зачат от ангела. Если кратко: моя приёмная мать, Анора, забрала меня из роддома через несколько дней. Поскольку нефилим развивается и растёт быстрее человека, мои изменения поставили бы под угрозу всю тайну нашего существования. Таким образом, я была удочерена подобно моему сводному брату – Гансу. Когда-то Анора отыскала его точно так же. И вырастила. Хотя много хлопот с нами не было. Наше детство протекает в течение нескольких месяцев. Можно сказать, что буквально через три года мы достигаем зрелости и на данном этапе наше развитие останавливается. Мы не стареем. Бессмертие. — Ты выросла… за три года? — Примерно. Уже в 1913 году я покинула Штаты и около двадцати лет провела в Европе. Кроме Франции. Туда мне ехать… совсем не хотелось. — Двадцать лет! Ничего себе! И что ты делала? — Я училась. Фактически везде, где можно было. Посещала открытие величайших университетов, обсерваторий, знакомилась с интереснейшими людьми в истории. Получала знания и от них. Читала всё, что мне попадалось. Какое-то время увлекалась музыкой, но быстро поняла, что это не моё. И тогда же увлеклась рисованием. Просто путешествовала. Изучала культуру разных наций. Их традиции, их взгляд на мир. — И ты ведь… ты застала обе мировых войны? — Конечно, застала. Даже участвовала. — Что?! Ты воевала? — Мы не вмешиваемся в человеческие конфликты напрямую. Наша сила способна оказать слишком большое влияние. Я выступала, скорее, как… учёный, а чуть позже – доктор. Благодаря полученным знаниям помогала в различных разработках. А после – занималась лечением раненных солдат. У меня сильнее, чем у остальных, развит дар исцеления. — И какой же стране так повезло с тобой? — В первом случае война застала меня, когда я жила в Великобритании. Во втором случае – я уже вернулась в США. — Но почему ты не поехала во Францию? — Мне казалось, что само существование этого государства вытягивает из моей головы воспоминания, от которых я хотела избавиться. Если бы я поехала туда… не знаю, всё напоминало бы о ней. — Прости, я не должна была… — Нет-нет, всё в порядке. Не переживай. Я давно смирилась со своим прошлым. Уже больше ста лет прошло. — Но разве окружающие люди никогда и ничего не замечали? — Мы постоянно переезжаем. Примерно каждые пятнадцать лет. Меняем имена, документы, абсолютно всё. Мир забывает о наших прошлых личностях. И появляются новые. — И как долго вы живёте здесь, в Флориде? То есть… именно в Орландо? — Три года. Анора сейчас увлеклась IT-технологиями. У нашей семьи своя компания, достаточно конкурентоспособная. И хоть центральный офис располагается в Вашингтоне, в Орландо мы ведём переговоры с владельцами тематических парков, предлагая свои услуги в усовершенствовании их технических сторон. Пока что всё хорошо. — Анора, ваша приёмная мать, она решает всё, да? — На самом деле она всегда спрашивает, чего мы хотим, когда приходит время для очередного переезда. Мне просто всё равно, а Ганс… не знаю, что в его голове. У меня хватает знаний для работы в любой сфере, так что я была совсем не против. Эльза вновь замолчала, задумавшись о чём-то. Анна до сих пор пребывала в глубокой растерянности, даже не в удивлении, а именно какая-то потерянность поразила её, мешая воспринять услышанное. И пусть она верила каждому слову старшей, ни на секунду не усомнилась в её рассказе, — всё равно испытывала некое беспокойство. По сути, я совсем ничего о ней не знала прежде… от слова «совсем». Думаю, что и сейчас я узнала только крупицы информации. Но… почему ты выглядишь такой несчастной, Эльза? Что же я теперь должна делать? Блэр прикусила нижнюю губу, рассматривая озадаченное лицо блондинки. Ровная линия челюсти выделялась, привлекая внимание, и Анна понимала, что Эльза до сих пор испытывает невероятное напряжение. Словно боясь прервать возникшую тишину, рыжеволосая девушка тихо прокашлялась и в тот момент пронзительный взгляд Конте вернулся к ней. Анна вздрогнула, всматриваясь в светло-голубые глаза, и наконец-то осознала, что Эльза просто ожидает её ответа: хоть какой-то реакции после всего. — Прости, я, кажется, зависла. Это всё… — Не вызывает доверия? — Нет, Эльза, нет! Я верю тебе! Правда. Я верю всему, что ты рассказала. Ты в одно мгновение всю мою жизнь перевернула с ног на голову, как я могу не верить? — Я не переворачивала. Скажем так… откорректировала нужные моменты в летописи этого измерения. — Ну… ты знаешь, твоё объяснение ничуть не проще! Поэтому вообще без разницы. Важно лишь то, что я верю тебе. — Ты действительно веришь? — Ну, конечно! Что за вопросы? Да, к этому надо привыкнуть и ещё раз хорошо обдумать, но теперь я знаю о тебе хоть что-то! И это радует меня больше всего. Я всегда так хотела, чтобы ты доверилась мне и позволила стать ближе к тебе… конечно, правда оказалась слишком неожиданной, но я всё равно рада. Спасибо тебе. — Ты… благодаришь меня? За что? — За то, что ты тоже поверила в меня. И дала ещё один шанс. Я не подведу тебя, Эльза. Обещаю, что бы ни случилось – я всегда буду защищать тебя. Около минуты светловолосая рассматривала улыбающуюся Анну, не понимая самого факта, почему же она приняла всё услышанное так… легко? Словно услышала одну из сказок, но ни на секунду не усомнилась в её достоверности. Эльза не понимала, какие мысли на самом деле роились в голове Блэр, да и мысли в собственном сознании сбивали её с толку, но… всё-таки Конте улыбнулась. Немного сдержанно, даже как-то криво, но, смотря на счастливую улыбку младшей, Эльза не могла противиться таким заразительным эмоциям. — Ты же понимаешь, что мне защита совсем не нужна? Это я буду защищать тебя, глупая. — А меня ты от чего защищать собралась? Вопрос Анны мгновенно разрушил воцарившуюся идиллию. Хмурое выражение опять возникло на красивом лице Эльзы, и она наконец-то отпустила тёплую ладонь рыжеволосой девушки. — От других нефилимов. Далеко не все будут рады, когда узнают, что именно я тебе рассказала. Мы всеми силами стараемся сохранять своё существование в тени, уверяя человечество, что вся имеющаяся в доступе информация о нас – лишь чьи-то выдумки. — Но… как они узнают? Неужели здесь живут и другие, кроме вашей семьи? — Нет, в данный момент во всём Штате мы – единственная семья нефилимов. — Эльза… а вас вообще много? — Я не знаю точно. Ангелов ведь карают за контакт со смертными. Если во всём мире соберётся хотя бы тысяча представителей нашего вида – это уже большое количество. — Но ты же знакома с другими? Хоть с кем-то? — Безусловно. У меня есть знакомые-нефилимы в Калифорнии, Италии, Швеции и Японии. — Много знакомых? Какие они? — Слишком много вопросов для одного раза. Старшая усмехнулась, приподняв худой палец и щёлкнув им по кончику носа Анны. Блэр удивлённо моргнула, а потом – недовольно надула губы. — Ты опять обращаешься со мной как с ребёнком. — Но ты же и есть ребёнок, не так ли? — Блин, Эльза, я тебя ударю! И никакая суперсила тебя не спасёт! В шутливой манере Анна замахнулась кулаком, будто намеревалась стукнуть по плечу старшей, и та со смехом попыталась вскочить с дивана. Вот только блондинка не обратила внимания на то, что у Блэр отличная реакция: студентка схватилась за запястье Эльзы и потянула её обратно со всей силы. Не ожидавшая подобного развития событий, Конте не успела сгруппироваться и упала обратно на диван; точнее – упала прямо сверху на Анну. И тогда громко рассмеялась уже младшая. А светловолосая девушка задержала взгляд на её очаровательных веснушках, рассыпанных по всему лицу. — Мне кажется, или ты стала теплее? — Тебе кажется. У меня всегда низкая температура тела. — О, кстати! Это же самое интересное! А почему? — Я не знаю. Конечно, она соврала. Но Анне об этом знать необязательно. По крайней мере, хотя бы сейчас. — Возможно, какая-то особенность, оставшаяся от отца. Мы же владеем силами, которые достаются нам от ангелов. — Ты сказала, что твой отец был архангелом! Это же типа… ну, всё правда, да? Вся наша религия? — Без понятия, что там насчёт религии и прочего вашего человеческого. Однако, да, реальность наполнена разными существами – куда более сильными и могущественными, чем люди. — Ох, стой… а если существуют ангелы, тогда… существуют, ну, и демоны? — Существуют. Не в привычном, правда, вашем понимании «рая и ада». Это, скорее, злые ангелы. Плохие парни. Совсем плохие. — Хм-м… а у вас есть какая-то своя власть? — Есть. И больше тебе об этом ничего знать не надо. Резко отрезала Эльза, поднявшись с опешившей Анны. Сложно было не заметить изменений в голосе и взгляде светловолосой девушки. Блэр хотела было спросить, почему старшая не хочет рассказать побольше о жизни нефилимов, но… по лицу Конте быстро поняла, что лучше все вопросы оставить при себе. Блондинка не хотела реагировать в столь жёсткой манере. Вины Анны ни в чём не было, она спрашивала лишь из любопытства. Только Эльзе пришлось вновь вспомнить о Первозданных и обо всём, что ждёт их впереди. Рано или поздно ей придётся рассказать младшей и о них тоже… они должны будут подготовиться к любому исходу. — Кхм, в общем, Эльза, хочешь я приготовлю нам горячий шоколад? С зефирками! Напряжение, повисшее в воздухе, давило на нервы и стремительно портило настроение. Анна решила взять ситуацию в свои руки. — И мы можем посмотреть что-нибудь! Какую-нибудь комедию или новый ужастик. О-о, сейчас же столько новинок! Светловолосая взглянула на воодушевлённую студентку, и сокрушённо выдохнула. Блэр действительно умела заражать положительными эмоциями. — Или ты занята? Ой, точно… у тебя же наверняка куда дел. Прости. Я не буду тебя отвлекать. — Я не занята, Анна. Сегодня же выходной. И я с удовольствием останусь на просмотр фильма. Особенно, если будет горячий шоколад. Младшая практически просияла, когда Эльза улыбнулась и согласилась остаться. Подскочив с дивана, Анна уверенно распрямила плечи и уже готова была нестись на кухню, доверив блондинке выбор фильма. — Но ты сама-то уверена, что у тебя есть время? Всё-таки ты теперь учишься в университете. Подготовиться к учебной неделе не хочешь? И в этот момент Блэр замерла. — Стоп. Я учусь в университете. А… на кого я учусь? Куда я поступила? Какая у меня группа? Какие занятия? Серьёзно, мне в понедельник на учёбу?! Запаниковавшая, она начала расхаживать из стороны в сторону, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, что поможет ей вернуться к нормальной жизни. — Тише, тише. Так. Иди и готовь горячий шоколад. Потом поднимайся в свою комнату. Я буду ждать тебя наверху. Разберёмся с документами и узнаем всю необходимую информацию. — Да… да, ты права, Эльза. Всё, я ушла! Наконец, Анна скрылась на кухне. И старшая, сдерживая хохот, лениво поднялась на ноги, направляясь в сторону комнаты рыжеволосой. Когда студентка вернулась с двумя чашками горячего шоколада, Эльза сосредоточенно рассматривала уже разложенные на столе бумаги с кучей нудного текста. — В общем, пока ты там занималась кулинарными шедеврами, я нашла всё, что тебе необходимо. — Что?! Уже? — Анна, привыкай к тому, что мои возможности позволяют очень многое. — Ну ты и… читерство это. — Тебе интересно или нет? — Да! Пожалуйста! Блэр поставила одну из чашек на стол рядом с Эльзой. Сама же она присела на край кровати. — Итак, ты поступила в UCF. Молодец, кстати. Лучший университет в Орландо. Да и по всей стране рейтинг отличный. Далее. Структурное подразделение – колледж инженерных и компьютерных наук. В направлении у тебя указано «информационные технологии». Кстати, у тебя весьма высокий средний балл, поэтому будешь получать стипендию. Вот расписание занятий на следующую неделю. Эльза открыла какой-то сайт на включённом ноутбуке и повернула его к Анне, чтобы та могла рассмотреть названия дисциплин. Затем взяла чашку с горячим шоколадом и с удовольствием вдохнула сладкий аромат. — О, ну… круто. Я же и хотела сюда поступать! Ну да… логично. Рыжеволосая девушка с интересом рассматривала своё расписание. Эльза аккуратно собрала разложенные документы, убирая их обратно в папку, и присела на кровать рядом с Анной, продолжая наслаждаться вкусом горячего угощения. — Я думаю, что сейчас тебе лучше заняться сборами для завтрашнего дня. Заведи контакты с другими студентами, изучи корпуса и расположение аудиторий. А завтра после занятий я за тобой заеду. Идёт? — Да-да… стоп! Ты заедешь за мной? У нас какие-то планы на завтра? — Не знаю. Если ты хочешь? Можем погулять, расскажешь мне о первом учебном дне. Может, заведёшь новых друзей. — А когда я смогу побывать у тебя дома, Эльза? Ты не подумай, я без плохих намерений! Конте сделала ещё один глоток горячего шоколада и встала с кровати. Поставила пустую чашку на стол и развернулась к студентке. — Могу на следующих выходных отвезти. Познакомишься с моей неординарной семьёй тогда. Хочешь? — Да, конечно! Очень! Анна подскочила с кровати, оказавшись перед Эльзой, и следующим её действием стали крепкие объятия. Младшая прижалась к прохладному телу светловолосой, оплетая её за шею, и носом уткнулась куда-то ей в шею: такие привычные запахи мяты и корицы приятно раздражали рецепторы. Блондинка опешила немного, совсем не предугадав столь близкого контакта, и ладони её неуверенно коснулись спины Блэр. Через несколько секунд волнение испарилось из сознания, Эльза обняла Анну за талию, чуть крепче, и прислонилась щекой к её мягким волосам. Разговаривать не хотелось и прерывать мгновение маленького счастья – тоже. Привычный холод в груди, сводящий её с ума на протяжении долгих лет, постепенно вытеснялся теплотой от тела рыжеволосой девушки. Конте прикусила губу, прикрывая глаза и борясь с эгоистичным желанием завладеть Анной во всех существующих смыслах. Она всё ещё не могла контролировать эти чувства. Не могла сдерживать свои же порывы по отношению к ней. Эльза понимала, что была опасна для Анны, но отказаться от неё снова… ни за что не смогла бы. Даже если всё происходящее – совсем не любовь. Вся уверенность Блэр схлынула в тот самый миг, когда она почувствовала взаимность со стороны светловолосой. Анна покраснела, чувствуя ладони Эльзы на своей талии, и розоватый оттенок приобрели, наверное, даже её уши. Сердце опять забилось быстрее намного, и ритм этот отдавался в ушах очень громко. Ей было страшно поднять голову, она в самом деле боялась, что, взглянув в волшебные глаза старшей, потеряет самообладание и совершит что-то, о чём потом обязательно пожалеет. — Ну что, я пойду? Отдыхай и готовься. Если что – звони. Для тебя я всегда на связи. Конте отстранилась от неё. Студентка отпустила её прохладное тело с видимой неохотой. Однако младшая в очередной раз растаяла, когда, посмотрев на блондинку, заметила её искреннюю улыбку. Эльза улыбалась, демонстрируя белоснежные ряды зубов, и внезапно наклонилась чуть ближе к рыжеволосой. Анна застыла в оцепенении, боясь неправильно растолковать чужие намерения. И она, несомненно, растолковала бы их неправильно. Почти. Склонившаяся к ней Эльза прикоснулась губами к разгоряченной коже на её щеке. После этого Блэр залилась пунцовой краской пуще прежнего. Скорее всего, старшая тактично сделала вид, что не заметила такой реакции. Уже в следующую минуту она стояла в дверном проёме. Подмигнув студентке, Конте начала спускаться по лестнице и совсем скоро раздался хлопок входной двери. Анна ещё несколько минут стояла на одном месте, прокручивая в мыслях всё произошедшее. А потом – она внезапно запищала, падая на кровать и утыкаясь лицом в мягкую подушку. Эмоции били через край, смущение всё ещё сводило с ума и в животе, казалось, была целая стая диких бабочек. — Ох, Эльза Конте! Ты просто невыносимая садистка! Как можно спокойно уйти после такого?!