Условные единицы

      Рабочий день подходил к концу. Эмбер устало собирал кисти и спонжи со столов, подбирал с пола разбросанную одежду и обувь. В дверь постучали, омега разрешил войти.       — Это тебе. Курьер принёс.       В комнату вошла Кларисса, которая несла целую охапку полевых цветов. Букет был завёрнут в шелестящую фиолетовую бумагу и перевязан белой лентой. «Неужели от Гейла?» — подумал парень. Ему вдруг стало не по себе: он испугался, что альфа тоже может быть где-то рядом. Эмбер боялся, что мужчина не простит его выходку и придёт с ним поквитаться.       — Ты побледнел, — заметила Кларисса. Она подошла к нему и впихнула букет прямо в руки. — Случаем, не заболел?       — Нет, — парень замотал головой. — Я здоров.       Он несколько минут стоял неподвижно и неотрывно смотрел на цветы. Его взгляд блуждал по маленьким бутончикам и то и дело замирал на синих колокольчиках. Исходящий от них аромат дурманил голову: омега не устоял и уткнулся в букет носом, вдыхая полной грудью. И только тогда он заметил маленький конверт, который упёрся в его щёку уголком.       — А он романтик, — сказала ассистентка. — Или у него до ужаса пошлые методы обольщения и прекрасный флорист.       Эмбер на её слова не смог сдержать улыбки. Он положил букет на ближайший столик и вскрыл конверт.       — Ну, что там?       — Цифры.       — Номер телефона? — поинтересовалась Кларисса.       — Нет, — озадачено сказал омега. — Их всего четыре.       И действительно, на аккуратном прямоугольнике из белого картона были напечатаны золотистой краской четыре большие цифры: «1201». Эмбер задумался и провёл пальцами по витому канту по краю бумаги.       — Что бы это могло значить?       — Это номер комнаты, — ответила Кларисса. Она забрала у парня записку и перевернула — на задней поверхности был написан адрес отеля. — И теперь мы знаем, где эта комната находится.

***

      Часы пробили полночь — Гейл не сводил напряжённого взгляда с двери. Альфа устроился в большом бархатном кресле прямо напротив, сложив одну ногу на другую. В пальцах была зажата белоснежная сигарета, а на полу стояла полная окурков пепельница. Он сидел так уже не один час; второй портсигар почти опустел.       Позади него простирался сияющий огнями город. Он был весь, как на ладони; машины на мостовой казались игрушечными, а пешеходы — заводными куклами. Но Харольду не было дело до причуд и красот ночного города. Он ждал, и его терпение медленно подходило к концу.       Наконец раздался стук в дверь. Мужчина едва не подорвался с места, но сдержал себя и остался сидеть. Пальцы остервенело сжали рельефную обивку на подлокотниках кресла.       — Войдите.       В коридоре послышалась возня; Гейл усмехнулся, подозревая, что Эмбер борется с волнением. Он облизнул губы в предвкушении, во всех красках воображая предстоящую ночь. Прошло несколько минут, но никто так и не вошёл. Альфа насторожился.       — Входи, Эмбер.       К сожалению Гейла, и на этот раз дверь не открылась. Теряя остатки терпения, он поднялся с кресла и стремительным шагом направился к выходу из номера. Мужчина выглянул в коридор, ожидая увидеть что угодно, кроме… ничего. За дверью никого не было, а в воздухе повис шлейф цветочного аромата.       Взгляд альфы наткнулся на бумажный пакет, который стоял у его ног. Заглянув внутрь, Гейл с удивлением обнаружил в нём сложенные стопками пачки денег. Сверху лежал сложенным пополам листок бумаги. Мужчина подхватил пакет на руки и вернулся в номер, на ходу доставая из него записку.

«Даже не думай, что тебе удастся меня купить. Вот твой миллион, за исключением пары сотен — это моральная компенсация. Надеюсь, теперь до тебя дойдёт, и ты наконец отвяжешься от меня. С пожеланиями всего наилучшего, Эмбер Фрай. P.S. Ты отвратительно целуешься».

      Гейлу захотелось рассмеяться в голос: он бросил деньги на постель и ещё раз пробежался глазами по надписям. Почерк Эмбер далёк от каллиграфического, но было видно, что парень старался писать красиво. От бумаги пахло лаком для волос и цветами — этот аромат въелся альфе в мозг и не отпускал день ото дня. Он даже в офисе велел расставить во всех вазах полевые цветы, чем удивил свою секретаршу.       Устало плюхнувшись в кресло, мужчина вынул из кармана смартфон. Выпивать не хотелось, но выплеснуть накопившееся напряжение было необходимо. На том конце ответили сразу:       — Не пришёл?       — Как ты это делаешь?       — Что именно? — спросил Кристоф.       — Всегда оказываешься прав.       — Элементарно, друг мой, — рассмеялся альфа. — Это магия, недоступная таким социопатам, как ты.       — Иди ты.       Гейл провёл ладонью по лицу, прогоняя навалившуюся сонливость.       — Все там будем. А теперь поведай мне, по какой уважительной причине ты будишь меня за два часа до будильника? У меня рейс в четыре, я же тебя предупреждал.       — Прости, — мужчине стало даже немного стыдно. — Просто мне не с кем больше поговорить.       — Рассказывай.       Альфа закусил губу, не зная, как рассказать другу о своём фиаско. Он замолчал, собираясь с мыслями; его взгляд не отрывался от лежавшего на коленях листка бумаги.       — Я считаю до трёх и отключаюсь…       — Он вернул деньги, Кристоф. Оставил под дверью и сбежал.       В трубке послышался хриплый смех; кажется, альфу забавляла вся эта ситуация. Гейл прикрыл глаза и терпеливо ждал, пока друг успокоится.       — О Боже, я не могу…       — Может ты перестанешь?       — Прости, — ответил Кристоф. Судя по голосу, он уже утирал выступившие слёзы. — Просто я диву даюсь с этого мальчика. Как красиво он тебя обставил.       — Я его не понимаю, — сокрушённо произнёс Гейл. — Я предложил ему такие деньги, а он нос воротит, цены себе не сложит.       — Мне кажется, цену он себе знает более чем.       — И почему он просто её не назовёт? — спросил альфа.       — Очевидно, ты не в состоянии её заплатить, — пояснил Кристоф.       — Отчего?       — Потому что измеряется она далеко не в условных единицах.

***

      Холодный ветер погнал по дороге сухую отломанную ветку. Скрипнули прутья забора, когда Эмбер в очередной раз раздвинул их и пролез в образовавшуюся щель. В воздухе пахло озоном, а на траве под ногами блестели капли прошедшего дождя. Оказавшись за пределами двора, парень выпрямился и поправил сползшую с плеча лямку рюкзака.       — А вот и ты, — раздался голос из темноты. — Я уже было подумал, что не дождусь.       Омега, который двинулся в сторону дороги, замер. Его взгляд наткнулся на фигуру в тени гаража; в глазах мелькнул испуг. Когда ему удалось разглядеть непрошеного собеседника, Эмбер нахмурился.       — Что ты здесь делаешь? — спросил он.       — Пришёл поговорить с тобой. Не волнуйся — трогать не буду.       Подняв руки в примирительно жесте, напротив парня стоял Гейл. Мужчина был сегодня в кожаной куртке и джинсах, подпирал бедром огромный, чёрный мотоцикл.       — Костюмчик в химчистку сдал?       — Ага, вместе с твоим чувством юмора.       Уголок губ омеги едва заметно дёрнулся — он старался подавить улыбку. Случай двухдневной давности не выходил у него из головы. Эмбер чувствовал себя чуть ли не Робином Гудом, только немного в обратную сторону.       — Чего ты хочешь от меня? — спросил он. — Вернуть деньги?       — Шутник, — одними губами произнёс Гейл. Он оторвался от своего мотоцикла и не спеша подошёл к парню. Тот попятился назад, но наткнулся спиной на уличный фонарь.       — Сколько ты хочешь? — спросил альфа.       — Шутишь? — усмехнулся Эмбер. — Ты до сих пор так и не понял?       — Ты торгуешься, — продолжал настаивать мужчина. — Я могу повысить ставки: десять миллионов тебя устроят?       Омега удивлённо распахнул глаза и едва не подавился воздухом. Ему предлагали за секс десять миллионов долларов… Даже у него в этот момент зачесались ладони от желания согласиться. «Десять грёбанных миллионов зелени…».       — Я не буду с тобой спать, — произнёс парень; в данный момент он убеждал больше себя, нежели альфу.       — Одна ночь.       Эмбер закусил губу, раздумывая. Он смотрел на Гейла из-под нахмуренных бровей, его лоб рассекли морщинки.       — Сходи со мной на свидание.       — Что? — удивился мужчина; в его глазах отразилось непонимание. — У меня нет времени на твои игры.       — Так ли? — усмехнулся омега. — Или ты трусишь? Что, тебе не пристало добиваться секса другими методами?       Парень скрестил руки на груди, глядя на альфу с насмешкой. Гейл нахмурился и отзеркалил его позу — между ними шло противостояние. Каждый ждал, когда же другой сдастся и отступит, но даже не догадывался, что они находятся на равных.       — Что мне это даст?       — Моё расположение, возможно.       Гейл усмехнулся от абсурдности ситуации — омега брал его на «слабо» и альфа понимал, что действительно проигрывает.       — Что ж, ладно, — сказал мужчина.       Эмбер победоносно улыбнулся.       — Завтра, — безапелляционно заявил он. — Тебе придётся постараться, чтобы мне понравилось.       — Я не играю по твоим правилам…       — Да-да, — усмехнулся омега. Он пошарил по карманам и вынул на свет монету номиналом в один доллар. — Держи, — он кинул её задумавшемуся альфе.       Тело Гейла среагировало быстрее, чем он успел подумать. Мужчина поймал монету и удивлённо поднял бровь.       — Это моя плата, — пояснил Эмбер. Он оторвался от столба, похлопал альфу по плечу и направился в сторону дороги. — Больше ты не стоишь.

***

      — Я сдал ему эскиз самым первым, а он мне говорит: «Молодой чело…».       Эмбер оборвал свою речь на полуслове. Он резко затормозил прямо у порога общежития, едва не споткнувшись и не полетев кубарем вниз. На выщербленных ступенях сидел Гейл собственной персоной. На альфе были надеты глянцевые солнцезащитные очки из последней коллекции известного модного дома. Откинувшись на ступеньку, он потягивал диетическую «колу» из бумажного стаканчика и с завидным аппетитом жевал картошку-фри.       — Что ты здесь делаешь? — спросил омега. Марк, который стоял рядом с другом, растерянно хлопал глазами.       — Тебя жду, — ответил Гейл. Он поправил очки и шумно втянул «колу» через трубочку. — У нас же свидание.       — Это он? — полушёпотом спросил Марк.       — Ага, — кивнул Эмбер.       Парень окинул альфу внимательным взглядом, уперев руки в бока. Сам омега был одет в форму университета, его жилетка была распахнута, а на сгибе локтя висел пиджак. Гейл с интересом рассматривал его сквозь стёкла очков.       — А тебе идёт форма.       Эмбер закатил глаза и попытался сдержать улыбку. Как ни крути, а неожиданный комплимент оказался приятен. Парень даже на мгновение забыл, с кем имеет дело. Тем временем Марк взволнованно оглядывался по сторонам, в надежде не увидеть ни одного знакомого лица.       — Можно я зайду, оставлю вещи и переоденусь? — спросил Эмбер.       — Нет, — с улыбкой ответил альфа. — У меня не так много времени.       — Очевидно, меня ожидает не ресторан?       — Сечёшь фишку.       Альфа в один присест опустошил стакан и поднялся со ступенек. Омеги синхронно отступили на шаг назад. Стаканчик отправился в мусорный контейнер, вместе с упаковкой из-под картошки. Гейл отряхнул джинсы и вынул из заднего кармана ключи.       — Снова твой мопед? — спросил Эмбер.       — Мотоцикл, — исправил его альфа. — Прокатишься с ветерком.       — Да больно надо вообще…       Марк прыснул в кулак, наблюдая за этими двумя. Между ними ясно чувствовались напряжение и взаимная симпатия. Омега похлопал друга по плечу, пожелал удачи и скрылся в дверях общежития.       — Принцесса готова к приключениям?       Эмбер рассмеялся, на что альфа невольно улыбнулся.       — Всегда готова.

***

      Ароматные травы шелестели на ветру, превращаясь в волны огромного, зелёного моря. В самой его пучине сидели двое, тесно прижавшись плечом к плечу. Эмбер лениво жевал гамбургер и щурил один глаз от слишком яркого солнца. Вместе с Гейлом он не сводил взгляда с линии горизонта, вдоль которой разливался океан.       — Мда, — произнёс парень. — Я ожидал большего.       — За один доллар? — усмехнулся альфа. — А ты от скромности не помрёшь.       Эмбер улыбнулся и потянулся за бутылкой с газировкой. Они сидели на берегу залива и баловали себя едой из «Макдональдса». Мужчина отпускал глупые, не смешные шутки, но омега всё равно смеялся. Его забавлял тот детский сарказм, которым его одаривал альфа, и неподдающееся объяснению чувство юмора.       — Можно вопрос?       — Ты его уже задал.       Эмбер толкнул его плечом, на что Гейл рассмеялся и завалился набок.       — Сколько тебе лет?       — Серьёзно? — мужчина лёг на траву, заложив руки за голову. — Ты интересуешься этим только сейчас?       — А когда я должен был спросить? — поинтересовался омега. — Когда ты пытался меня изнасиловать? Или вчера, когда напугал до усрачки?       — Двадцать семь.       — Хм, — Эмбер задумчиво пожевал губу. — Я думал, ты старше.       — Это комплимент?       — Возможно.       Гейл посмотрел на него в упор: внимательный взгляд скользнул по подбородку, исследовал щёки, губы и мочки ушей. Альфа протянул руку и прикоснулся к впадинке между ключицами, что выглядывали из распахнутого ворота рубашки. Эмбер вздрогнул, но не отстранился. Он смотрел ему прямо в глаза, не моргая и боясь продохнуть. Пальцы заскользили вниз, вдоль груди, забираясь под полы расстёгнутой жилетки. Пресс парня напрягся; омега втянул живот от щекочущих прикосновений. Губы распахнулись в томном дыхании, зрачки практически полностью вытеснили карюю радужку. Эмбер поймал запястье альфы в тот момент, когда его ладонь коснулась пряжки ремня.       — Не надо, — сказал парень. Гейлу не дано было узнать, сколько сил ему понадобилось, чтобы произнести эти слова вслух. Как хотелось, чтобы он продолжил и совершил то, о чём бы омега непременно пожалел.       Альфа раздосадовано поджал губы и убрал руку. Они просидели молча ещё несколько минут, каждый думая о чём-то своём. Эмбер не понимал, для чего настоял на этом свидании и до сих продолжает общаться с этим несносным человеком. Гейл же, наблюдая за ним украдкой, удивлялся — почему именно он, что в нём такого-то?       — Эмбер.       Голос мужчины прозвучал хрипло, с дребезжащими нотками; по телу омеги пробежали мурашки.       — Чего тебе?       — Могу я купить ещё один поцелуй?       Парень бросил на него взгляд, полный недоумения. Неужели у этого альфы совсем туго с соображалкой? Подняв голову, Эмбер скользнул глазами по окрестностям и тяжело вздохнул. Ветер трепал его волосы и цветок одуванчика, который он заткнул за ухо.       — Купить – нет, — подал голос омега. Он поднялся с травы и лукаво улыбнулся ничего не понимающему альфе. — Но выиграть — вполне возможно.       — Что ты имеешь ввиду? — спросил Гейл, вставая следом.       — Пойдём, — Эмбер неожиданно схватил его за руку. — Тебе понравится.       И он потащил альфу напрямик через дорогу: туда, где располагалась баскетбольная площадка, огороженная сеткой. На ней собрались поиграть мальчишки из окрестных домов. Двоих взрослых они встретили настороженно, косясь на Гейла с опаской.       — Эй, ребятня! — позвал омега, приветливо улыбаясь. — Нас возьмёте?       — Ещё чего! — заявил один из них; тот, что был повыше остальных и, очевидно, занимал роль главаря. — С такими стариками только и играть.       — Это вызов? — Эмбер прищурился. — Хочешь проверить, на что мы способны?       — Эй, может не надо? — попытался вмешаться Гейл, но парень жестом руки приказал ему заткнуться.       — Вам с нами не тягаться! — самодовольно заявил мальчишка. Он бросил мяч Эмбер и тот ловко поймал его одной рукой.       — Проверим? — усмехнулся парень.       — Окей, играем!       Вокруг них собрались остальные ребята, бросили жребий. Гейл стоял посреди всего этого бедлама и не понимал, для чего тратит на этот детский сад своё время. Он залюбовался улыбкой, которая играла на губах Эмбер. Омега с завидным удовольствием возился с малышнёй, которая едва ли не на голову была выше него. Очевидно, в крови этого парня бурлил азарт.       — Не зевай! — крикнул Эмбер; он бросил мяч альфе и тому только природная ловкость помогла его не уронить.       — Подожди, а правила?       — Никаких правил! — рассмеялся омега. — Главное — забивай!       И Гейл забивал; по крайней мере, он старался. В конечном итоге взмыленный и уставший, мужчина завалился на клочок травы, поросшей вдоль забора. Пот стекал с него ручьями, брендовая футболка промокла насквозь, а кеды из белых превратились в серые. Альфа тяжело дышал и едва слышно постанывал от тяжести горящих мышц.       — Это тебе не в офисе сидеть, — раздался сбоку голос Эмбер. Парень плюхнулся рядом с ним и помахал на прощание мальчикам. Небо над городом постепенно окрашивалось в розоватые краски заката, ветер стал прохладным.       — Как тебе удалось заставить меня играть?       Гейл не понимал, почему сейчас улыбался. Он жутко устал, тело охватило адское пламя. Но на душе у него, впервые за долгие годы, было спокойно и легко.       — В тебе живёт мальчишка, — ответил омега. — Это его рук дело.       — Врёшь, паршивец, — прокряхтел альфа; он поднялся на локтях, подставляя взмокшие волосы потоку холодного воздуха.       Эмбер смотрел на него с улыбкой, задорно прикусив нижнюю губу. Он протянул руку и зачесал влажную чёлку мужчины наверх, имитируя укладку. Гейл вздрогнул и замер — так когда-то в детстве делал папа.       — Ты забавный, — тихо сказал парень. Смутившись от взгляда альфы, он отдёрнул руку и заправил прядь собственных волос за ухо. — Мне пора возвращаться.       Альфа вымученно простонал и попытался подняться на ноги. У него не вышло и Эмбер пришлось прийти ему на помощь. Он подал мужчине руку и помог встать. Гейл обвил пальцы вокруг его запястья и притянул парня ближе к себе.       — Твоя команда проиграла, — напомнил омега. Он с опаской смотрел на альфу, который стоял непозволительно близко и не выпускал его руки из своей.       — Моё предложение в силе…       — О Боже, что это?!       Вскрик Эмбер напугал Гейла: альфа неосознанно разжал пальцы и принялся оглядываться по сторонам в поисках причины такого поведения парня. Тем временем омега подхватил с земли свой рюкзак.       — Прости, — усмехнулся Эмбер. Резко подавшись навстречу, он звонко поцеловал мужчину в щёку и бросился бежать наутёк. — Я правда очень опаздываю! — кричал он уже из-за забора.       Когда альфа опомнился и побежал за ним, парень был уже далеко. Он выскочил на дорогу, прошмыгнул между машинами и запрыгнул в отъезжающий от остановки автобус. Тяжело дыша и проклиная несносного мальчишку, Гейл прислонился спиной к сетке. Усталость навалилась на него снежной лавиной, сметая на своём пути желание что-либо делать, куда-то идти. Но против воли хозяина, его губы не переставали улыбаться.