Условные единицы

      Прохладная вода освежала, дарила телу бодрость и пробуждала ото сна. Стоя под упругими струями, Эмбер фантазировал, что бы хотел съесть на завтрак. В его мыслях взбивалась сладкая пенка для аппетитных пирожных, румянились бока круассанов и закипал в турке крепкий, горький кофе.       Натянув на влажное тело шорты и кофту, омега накинул на голову полотенце и вернулся в спальню. Гейл ещё спал, поэтому он старался двигаться как можно тише. Он смахнул с постели ворох измятых лепестков и с грустью провёл ладонью по шёлку постельного белья. Его нежные прикосновения останутся в его памяти надолго, если не сказать навечно.       Часы показывали четверть седьмого, небо за окном было серым и грозилось разразиться противной моросью. Застегнув замок на кофте, Эмбер отыскал свой смартфон и присел на край постели. Его взгляд не отрывался от безмятежного лица альфы: он ждал, пока тот проснётся.       — Эй, — хрипло позвал Гейл. Он сощурился от яркого света и поставил ладонь козырьком. Его щёки раздулись, когда мужчина попытался подавить зевок. — Чего не спишь?       Эмбер улыбнулся и вынул из его спутавшихся волос бутончик колокольчика.       — Хотел попрощаться с тобой.       — Ты уходишь? — альфа сел на постели; он смотрел на парня серьёзно, практически не моргая.       — Мне пора, — ответил омега. — Скоро начнутся занятия, мне нельзя опаздывать.       — Подожди.       Гейл перегнулся через его колени, раскрыл ящик у прикроватного столика и запустил в него руку. В тусклом свете блеснул кусок пластика с ровным, острыми уголками.       — Возьми, — альфа протянул парню банковскую карту. — Она безлимитная… На случай, если возникнет необходимость…       — Спасибо, — ответил Эмбер, — но лучше я возьму кое-что другое.       Тёплые ладони нежно коснулись щетинистых щёк, пальцы очертили скулы и выступ подбородка. Омега подался навстречу Гейлу и прикоснулся поцелуем к его губам. Он шумно выдохнул и отстранился, подарив лишь невесомое касание.       — И это, — в пальцах парня сверкнула монета, которую он вынул из кармана чужого пиджака.       Поднявшись с постели, он направился в сторону двери. Карточка в руке альфы так и осталась нетронутой. Гейл проводил его недоуменным взглядом, отстранёно ощущая неправильность происходящего.       В коридоре хлопнула входная дверь и пискнул сигнал электронного замка.

***

      Время не лечит — оно лишь стирает воспоминания, делает их тусклыми, бесцветными. Эмбера больше не было в жизни Гейла, альфа чувствовал это в деталях. Даже его фото, выуженное среди вороха не удалённых сообщений, казалось фантазией. Черты лица омеги представлялись мужчине нереальными, словно нарисованными в компьютерной программе. И только аромат новых духов его секретарши отдавал знакомыми, лиловыми нотками.       На том конце провода навечно поселились противные, протяжные гудки. Абонент был недоступен, сколько бы он ни звонил. Гейл отправлял длинные, путанные сообщения на заученный номер и даже не надеялся, что ему ответят. Отчего-то стало пусто одному в роскошном, обтянутом белой кожей салоне авто. И рука не поднималась убрать с приборной панели позабытые впопыхах стеклянные бусы.       Как и раньше, в семь пятнадцать звонил заведённый с вечера будильник. Пальцы разглаживали складки на форменной жилетке, одёргивали рукава и поправляли воротник. Гейл не исчез из жизни Эмбер, повиснув монеткой с верёвочкой на шее. И даже стёртые напрочь из памяти смартфона фотографии не спасали. Он видел его лицо в каждом прохожем, пытался выхватить знакомый голос среди тысяч чужих голосов.       Омега грустно улыбался, проезжая на автобусе мимо места их первого свидания. Ветер всё так же волновал зелёное, травяное море, а мальчишки гоняли в уличный баскетбол. Эмбер всё так же ругался с одногруппниками, получал затрещины и зашивал прохудившийся рюкзак нейлоновыми нитями. Стены их с другом комнаты в общежитии были увешаны рисунками с изображением огненного феникса. Иногда парень перебирал испачканными в графите пальцами струны на старенькой, расстроенной гитаре. Он перестал мечтать всё забыть, но так было бы правильнее.

***

      Позади слышался смех надоевших до зубного скрежета, задиристых одногруппников. Эмбер торопливо сбежал по ступенькам, не слушая пытающегося его остановить Марка. На ходу парень сплюнул на землю слюну, полную крови, и утёр разбитые губы.       Двор был полон народу, но омега бежал, не разбирая дороги. В уголках глаз щипало: ему только чудом удавалось не расплакаться. Налетев на кого-то в толпе, он хотел обойти и направиться дальше, но его схватили за плечи и заставили остановиться.       — Какого чёрта? — выругался парень, поднимая глаза. Его взгляд наткнулся на яркую, голубую радужку за стёклами очков в тонкой, изящной оправе.       — Смотри под ноги, — сказал Гейл. Он отпустил омегу и только потом заметил, что его губы распухли, кожа полопалась от ударов и разорвалась в уголках. Альфа осторожно взял парня за подбородок и поднял выше, обеспокоенно рассматривая повреждения. — Кто тебя так?       — Прекрати! — Эмбер шлёпнул его по ладони; мужчина зашипел от боли, но послушно убрал руку за спину.       — Зачем ты пришёл?       — Я хочу ещё одну ночь, — прямо сказал альфа. К ним подбежал запыхавшийся Марк, но замер, как только заметил стоящего рядом с другом Гейла. На них уже начинали коситься окружающие: в особенности, обидчики Эмбер, провожавшие его взглядом от самых ступенек.       — Прошу, заткнись, — зашипел омега. — Не делай ещё хуже, Гейл. Не надо.       — Я хочу тебя, — не унимался мужчина. — Постоянно. Это сводит меня с ума.       — Умоляю тебя, заткнись, — всхлипнул парень. Он чувствовал себя вывернутым наизнанку, опустошённым, разбитым.       — Позволь мне купить тебя снова, Эмбер.       — Замолчи.       — Прошу тебя…       — Всех твоих гребанных денег не хватит, ты понимаешь это?!       — Нет, — обречённо произнёс альфа. — Назови цену, любую.       Эмбер замолчал, глядя на него широко распахнутыми глазами, в которых стояли слёзы. Ему становилось противно от всего этого дешёвого спектакля. Но он собирался доиграть свою роль до конца, пусть даже декорации такие нелепые, а текст — сущая похабщина.       — Сердце, — ответил парень. — Я хочу твоё сердце. В полное, пожизненное владение.       Настала очередь Гейла впадать в отчаяние. Эмбер просил слишком многого, чего альфа не мог ему обещать.       — Ты же понимаешь, что я не могу…       — Оставь меня в покое.       Омега обошёл его, задел плечом и побежал дальше, в сторону общежития. Мужчина догнал парня только на ступеньках и схватил за руку.       — Я не могу тебе обещать, — сказал он, задыхаясь от стремительного бега. — Не могу гарантировать, что не встречу никого, кроме тебя.       — Я и не прошу…       — Помолчи, — Гейл поравнялся с ним; он снова оказался выше на две головы. — И ты не можешь знать, что место в твоём сердце всегда будет принадлежать только мне. Но мы можем просто попробовать, вместе?       — Секс без обязательств? — с усмешкой спросил омега.       — Взаимный мозговынос, я бы сказал.       Альфа заметил своеобразный кулон, болтающийся на шее у парня, и подхватил его на ладонь.       — Кажется, это принадлежит мне.       Эмбер не смог сдержать улыбки. Он расстегнул застёжку на верёвочке и оставил монету в руке у Гейла.       — Могу я купить ещё один поцелуй? — спросил альфа и взял парня за руку.       — Нет, — рассмеялся омега. — Но выиграть — вполне возможно.

The end.