my immortal.

— Томас, — позвал меня чей-то голос, но из-за звона в ушах, я не смог разобрать кому он принадлежит. Яркий свет пробирался сквозь закрытые веки. Я натянул одеяло до головы и свернулся клубочком, в надежде, что так меня не достанет тот, кто тщетно пытался меня разбудить. Я почувствовал, как этот кто-то стягивает с меня одеяло, тихонько хихикая. — Вставай, — снова сладко протянул незнакомец, чей голос показался мне знакомым. Вдруг я почувствовал сухость во рту и неприятные ощущения, в области живота. Я повернулся и ощутил, как острая боль волной прошлась по всему телу, уделяя особое внимание голове. — Я жив? — пробубнил я в подушку, все ещё не решаясь открыть глаза из-за яркого света. — Да, кажется живой, — усмехнулся парень. Ток пришёлся по моей спине, когда я всё-таки понял, кому принадлежит голос. Я резко вскочил на постели, держа у груди одеяло. Голова закружилась, я ещё секунд пять пытался настроить ориентир. — Что я здесь делаю? — спросил я, испуганно смотря на блондина. Кажется, сердце пропустило пару ударов, а мурашки, как будто, вовсе не собирались покидать мою спину. — Минхо позвонил мне и сказал, что тебе плохо. Попросил забрать тебя с вечеринки, — Ньют протянул мне бутылку минералки, на которую я скептично смотрел несколько секунд. — И почему же ты это сделал? — сказал я хриплым голосом. Я всё-таки решился забрать бутылку, поспешно открывая её и выпивая около половины содержимого. Голова все ещё не давала о себе забывать, буквально каждое движение отдавалось пульсацией. — Потому что ты и правда выглядел паршиво, когда я забрал тебя, — Ньют теребил край своей футболки, рассматривая движение своих пальцев. Он все ещё не мог посмотреть мне в глаза. — Понятно, - все, что я смог выдавить из себя. Говорить совсем не хотелось, ведь каждое движение было наказанием за ночное веселье. Да, и какое там веселье, я почти ничего не помню. Сколько я выпил? Почему этот грёбанный Минхо не остановил меня? — Вот, выпей, — Ньют протянул мне какую-то таблетку, нервно улыбаясь. Хотелось чего-нибудь съязвить, но голова все никак не хотела работать. Я взял таблетку и запил её водой, опустошая оставшуюся часть бутылки. — Если хочешь, сходи в душ. На стуле висят чистые вещи и полотенце, — он подошёл к двери спальни и легонько улыбнулся, — отдыхай. Я посмотрел за тем, как дверь с тихим шумом закрылась и тяжело упал на кровать. Кажется, день обещает быть долгим. Ещё немного повалявшись и придя в себя, когда головная боль почти прошла, я встал и решил, что неплохо бы и освежиться. Взяв вещи со стула, я направился в ванную. Прохладные струи воды освежали, заставляя окончательно проснуться. Выйдя из душа, я уже чувствовал себя живым. Надел серые штаны Ньюта и чёрного цвета футболку. Я не смог побороть себя, минуты две стоял и нюхал ее, как отчаянная восьмиклассница. Как же соскучился по его запаху, по голосу, и чёрт возьми, по нему. В эту минуту я готов был, наплевать на все, броситься к нему в объятия. Ньют. Я соскучился даже по его имени. Такой светлый и по-прежнему заботливый. Я готов разреветься от того, как больно любить его. Если бы он знал. Я хотел бы рассказать ему все, что я чувствую. Но, я просто выйду из ванной, в его штанах и футболке, и, слегка улыбнувшись, поблагодарю за заботу. Ньют был на кухне, когда я вышел, и делал тосты с вишневым вареньем. — А где… Тереза? — я встал в дверном проёме, облокачиваясь о косяк и наблюдая за процессом готовки. — Думаю, дома, — Ньют говорил спокойно, продолжая намазывать на тосты варенье. — Так вы не живете вместе? — я продолжал стоять, все еще наблюдая за парнем. Он всё пытался сделать ровно, и от усердия даже высунул язык. Я невольно улыбнулся. — Иногда, — наконец он закончил с тостами. Посмотрел на меня и улыбнулся. - Чаю? — Ага, я бы не отказался, — я сел на стул и снова уставился на блондина. Просто хотел насладиться им, ведь неизвестно когда я его ещё увижу. Он как осеннее солнышко, изредка появляется, а ты только успевай согреться. — Томас, тебе ведь без сахара? — вывел меня из мыслей Ньют, наливая в кружку кипяток. Он поставил чайник на плиту и провёл рукой по волосам. — Всего лишь «Томас»? — не подумав, я ляпнул первое, что пришло в голову. Ньют дёрнулся и выронил из рук ложку, которая с шумом упала на пол, нарушая наступившую тишину. — Я… — он посмотрел мне в глаза и запнулся. — Прости, Том…Томми. Его голос задрожал и он быстро рванул с места. — Ньют? — я встал у закрытой двери ванной, стуча костяшками по деревянной поверхности. — Томми, дай мне минутку, — он что-то продолжал бубнить, дрожащим голосом, и не прекращая шмыгать носом. Мне стало не по себе, и я решил, что не хочу оставаться здесь и нарушать его спокойную жизнь своим присутствием. — Ньют, слушай, я не хотел, чтобы так вышло. Мне лучше уйти, — я постоял около двери ещё пару секунд, вслушиваясь в всхлипы блондина. Затем я развернулся и пошёл к двери. Надевая кроссовок, до меня дошло, что все мои вещи остались в спальне. Я поставил обувь и только я повернулся, как передо мной вдруг вырос Ньют. Я вздрогнул и пошатнулся. — Не уходи, — Ньют стоял в шаге от меня. — Пожалуйста, дай мне все объяснить. Я не знал, как реагировать. Сердце бешено забилось, ноги стали ватными и будто приросли к полу. Ньют сделал шаг вперёд и оказался совсем близко. — Ты позволишь мне? — парень посмотрел на меня из-под ресниц и невесомо коснулся моей руки, будто спрашивая разрешения. Я невольно качнул головой, и заметил, как Ньют облегчённо вздохнул, слегка улыбнувшись. Развернувшись, он прошёл на кухню. Я последовал за его светлой макушкой и сел на стул. Ньют налил себе воду в стакан и сразу опустошил его. От него исходило огромное напряжение, в глазах я заметил волнение. Да, я и сам волновался, эта обстановка напрягала, а Ньют все никак не мог собраться с мыслями. Но, наконец, прочистив горло, он начал. — Понимаешь, Томми, я и Тереза… - ох, чёрт, а я думал, что-то важное. Если честно, даже надеялся на какое-то раскаяние. — О, не надо, Ньют. Я все понимаю, вы нашли друг друга, бла-бла-бла. И я рад за вас, — прервал я его. Не хочу вообще про неё слышать. Нужно было сразу идти, а не надеяться на что-то. Глупо, ужасно глупо. — Не перебивай, прошу. Я и так жутко волнуюсь, — Ньют посмотрел на меня умоляющими глазами. Я до сих пор не мог поверить, что сейчас сижу здесь - у Ньюта дома - после всего, что случилось, после всей боли, которую я пережил (или все ещё переживаю). Не могу поверить, что сердце скулит, когда он вот так смотрит на меня. Я думал, что достаточно возненавидел его, чтобы снова любить. Но моя голова, сердце и вообще все тело говорило об обратном. - Как ты знаешь, я живу с бабушкой. Мой отец работает в Канаде и, естественно, там живёт, - он немного помедлил, видимо, ожидая моей реакции. Я ничего не сказал, продолжая слушать его, и он снова заговорил. - В тот вечер, я получил сообщение от отца, что он немедленно возвращается в Лондон. Тогда я понял, что ещё не скоро увижу тебя. Понимаешь, он всегда был строгим и серьёзным мужчиной. Я знал, что он начнёт гонять меня по всем своим делам, по всем моим делам и всему, что ему там ещё нужно. Поэтому, я решил пойти к тебе, чтобы сказать, но не смог, - он глубоко вздохнул и перевёл взгляд на стакан, который держал в руке. Я не понимал, к чему он клонит. От напряжения вспотели ладони. В голове невольно появлялись кадры с того вечера, когда он мокрый пришёл ко мне, когда случился наш первый раз и последний. Я сглотнул, прогоняя эти мысли. - К чему ты клонишь? - не выдержал я. - Я не хотел, чтобы все так вышло. Я не думал, что будет секс, и получится будто я воспользовался тобой, - он запнулся, снова наливая себе стакан воды. Я не знал, как реагировать на его слова. В горле пересохло, дыхание сбилось, я чувствовал, как давление поднимается, но продолжал слушать. - Утром, я ушёл, получив сообщение от отца, что ему нужно серьёзно со мной поговорить. Я и не знал тогда, что увижу тебя в последний раз, правда. Но придя домой, я получил хороших люлей от отца. Я вообще не понял в чем дело, хотел разобраться, а он просто кинул мне наши с тобой фотографии, говоря о том, что надеялся, что я вырасту нормальным сыном. Орал, что это ты во всем виноват, - Ньют посмотрел на меня и выдохнул. - Отец сказал, чтобы он тебя больше в моей жизни не видел, грозился начистить тебе лицо. Я перепугался, он тот ещё гомофоб. В общем, я реально испугался, не знал, что делать. И тут как раз Тереза нарисовалась, ну я и ляпнул отцу, что мол, она моя девушка, а все эти фотки просто глупая шутка. Он, вроде, поверил. Но я не знал, что она и правда влюбилась в меня. Никто не знал. И тогда мне показалось, что это неплохой вариант. - А мне ты сказать не мог? - мой голос был сухим, чему я сам удивился. - Томми, он проверял все мои звонки, везде впихивал со мной Терезу. Я правда старался. Но через какое-то время, я понял, что ты, наверняка, уже ненавидишь меня за все это. Да я и сам себя ненавидел. Постоянно думал о тебе, о том что произошло, и каждый раз добивал себя этим. - Что изменилось теперь? - я совсем растерялся, в глазах неприятно защипало. Кажется, сердце пропустило пару ударов. - Когда я увидел тебя на вечеринке, то долго думал, стоит ли вообще подходить к тебе, потому что боялся увидеть ненависть в твоих глазах. Но вместо этого, я увидел боль и понял, что не смогу этого вынести. Прости меня. Пожалуйста, - последнее Ньют сказал тихо, почти шёпотом. Его глаза слезились и он провёл рукой по лицу, смахивая слёзы. Я не знал, как вообще себя чувствую. Голова кружилась от напряжения, в животе скрутился тугой узел. По телу пробежали мурашки, когда Ньют положил свою ладонь на мою руку. Чёрт, я скучал по нему, несмотря на то, что ненавидел (или думал, что ненавидел). Но я не знал, что сказать. Смогу ли я снова поверить ему? Слишком многое произошло. - Мне нужно подумать, - сказал я и быстро направился к двери. Вновь поймав себя на мысли, что мои чёртовы вещи всё еще лежат в спальне, я направился за ними. Впопыхах я собрал свою одежду, взял с тумбочки телефон, проверил наличие пропущенных или сообщений, в надежде уйти от разговора. Но, как обычно, обо мне никто так и не вспомнил. - Ты можешь сейчас уйти, но я хочу чтобы ты знал. Я люблю тебя. И всегда любил, - Ньют стоял в дверях спальни, опираясь на косяк двери. Я застыл, прокручивая его слова в голове тысячи раз. Хотел рвать и метать от безысходности. Я не понимал, как должен вести себя. Что, чёрт возьми, он со мной делает? - И... улыбайся чаще. Пожалуйста. В горле застрял ком. Непроизвольно уголки губ дрогнули. В голову не приходило ничего разумного. Сердце защемило. Может отбросить все принципы и прижать его к себе? Вот он, стоит передо мной, такой родной и отчаянный, говорит о том, что сожалеет. Что мне мешает? - Что мне сделать? - Ньют встал в шаге от меня. - Ты уже всё сделал, - я понизил голос, смотря ему в глаза. - Ты трахал мою подругу, пока я пытался понять, что не так сделал. Пока я пытался разлюбить и забыть тебя, - мой голос срывался на крик, - и у меня это почти получилось, пока ты... - я не успел договорить, Ньют прижался ко мне губами. Пару секунд я стоял не двигаясь, соображая. Злость утихала, я окончательно расслабился и затем ответил на поцелуй. Боже, эти губы, я так скучал по ним, по их вкусу, такому родному и сладкому, что по коже пронёсся табун мурашек, оставляя приятный холодок на спине. Голову мне снесло окончательно, я прижал Ньюта к дверному косяку, продолжая сминать его губы. Оставляя мокрые следы на его подбородке, я стал целовать его шею, вдыхая его дурманящий запах старого одеколона. Ньют запрокинул голову, открывая вид на его хрупкую шею с небольшим выступом. Я целовал неистово, оставляя красные отметены, пытаясь влить в поцелуи все свои чувства. Голова кружилась от нахлынувших чувств. Я стащил через голову футболку и тут же почувствовал на спине его теплые руки. Резким движение, я оттолкнул его в сторону кровати. Ньют незамедлительно стянул с себя футболку и сел. Я подошёл к нему и, налегая всем телом, повалил него, нависая сверху. Смотря в его щенячьи глаза, я рукой провёл по его торсу, остановившись у штанов. Легкими движениями, я стал спускать их вместе с трусами и откинул куда-то назад. Я почувствовал, как Ньют поёжился от желания, а его член уже стоял колом. Не отрывая взгляда от его глаз, я быстро снял с себя оставшуюся одежду и прильнул к нему, впиваясь губами в его шею. Его дрожащие руки блуждали по моей спине, от чего у меня пронеслись мурашки. Я устроился между его ног, попутно спускаясь вниз поцелуями по торсу. Краем глаза, я заметил, как Ньют уже кусает губы и сжимает в руках простынь. Я ухмыльнулся и, смочив два пальца слюной, осторожно начал его растягивать. Ньют застонал, скорее от боли, чем от удовольствия, и я сделал еще несколько толчков, давая привыкнуть. Почувствовав, что тело подо мной расслабилось, я взял крем, стоявший на столике, возле кровати, и выдавил содержимое, смазывая свой член. Вернувшись к Ньюту, я заметил, что его брови были насуплены и он умоляюще смотрел на меня. Ждать не пришлось, я вставил головку, почувствовав, как ее обволакивает плоть Ньюта. Подождав несколько секунд, я зашёл глубже, чувствуя как Ньют прогибается подо мной, тихо скуля. Я стал медленно двигаться в нем. - Быстрее, Томас... Нет, так не пойдёт. Томас - это не я. Я решил слегка отомстить, продолжая входить с той же скоростью. - Томми! - Ньют сурово посмотрел на меня затуманенными глазами. - Прости, не расслышал, - ухмыльнулся я, прибавляя темп. Ньют начал двигать бёдрами мне в такт, запрокинув голову назад. Мой разум затуманен, дыхание сбито, тело обдаёт жаром, я, не осознавая того, начал стонать в унисон, не видя ничего вокруг. Почувствовав, что тело моё на исходе, я сделал еще пару резких толчков и громким рыком излился в него, падая рядом. Я ухмыльнулся, проследив за тем, как Ньют, помогая себе быстрыми движениями, кончил себе на живот и закрыв глаза, тяжело вздохнул. - Кажется, - начал я осторожно, нарушая наши звуки сбитого дыхания, - я тебя простил.