Без тормозов

До запланированного рандеву с гостями, точнее соперниками, бросившими им вызов, осталось три дня. Акаши всё это время сомневался, стоит ли говорить своим друзья о личностях их противников, постоянно взвешивал все «За» и «Против», снова и снова принимал решения и менял их. Каждый раз, встречаясь взглядом с Шинтаро, он видел в его глазах те же вопросы и сомнения, что терзали его самого. Тот разрывался между выбором: пара или друзья. И чаша весов постоянно склонялась в разные стороны. Пара есть пара, но друзья всегда с ним, никогда не обманывали и не предавали, они часть его самого. Сидя на базе, крутя в руках бокал безумно дорогого бренди, Акаши смотрел на фото, висевшее на стене. Их сфотографировала Момои, она была своего рода информатором и помощником Акаши, он без раздумий взвалил на неё часть бумажной работы. Акаши вспомнил тот день, когда был сделан снимок. Ниджимура, их поставщик, что добывал для них байки какие угодно и откуда угодно, как рак привёз новую партию – только-только с линии завода, новенькие сверкающие сталью мотоциклы. Шесть невероятно красивых и чудовищно мощных Hond’ы. Они все тут же разобрали себе понравившиеся мотоциклы и сами, не доверяя никому, начали подгонять их для себя. Да байки были новые, но для гонок их нужно заметно прокачать. Переодевшись в чёрную форму с эмблемой клуба «Тейко» они тут же взялись за работу и прервались лишь далеко за полдень, когда Момои сообщила, что скоро доставят заказанный в ближайшем кафе обед для них. Акаши первым вышел на свежий воздух, однако и не думал отдыхать: он тут же достал планшет и начал что-то искать в поисковике. Следом за ним вышел Шинтаро, устало потягиваясь до хруста в позвонках, затем снял перчатки с рук и начал проверять, на месте ли бинты. Вышедший Дайки тут же затянулся сигаретой и лишь отмахнулся от недовольного взгляда Сейджуро. Тецуя и Ацуши вышли вместе: один с любимым ванильным шейком, а второй с горой сладостей в руках. К ним подбежал Кисе, где-то нашедший белоснежную кошку и начал что-то весело тараторить, поглаживая животное. Мидорима тут же начал ворчать, мол, у него же аллергия на кошек, а этот притащил раздражитель прямо к нему. Акаши слабо улыбнулся на это, на мгновенье оторвавшись от планшета. В тот же момент раздалась вспышка фотоаппарата и Момои сфотографировала их. Акаши мягко улыбнулся. Это был один из многих радостных, нет, даже счастливых дней в его жизни, а ведь их было немало, притом большая часть именно с его друзьями. В красном альбоме, надёжно спрятанном в нижнем ящике рабочего стола дома, хранилось много фото с ним и его друзьями: на площадке с баскетбольными мячами в руках, на мотоциклах на очередной гонке, в клубе, на фестивале, в онсене, на праздновании их дней рождений, зимой, когда им вздумалось вспомнить детство и они, взрослые мужики, дурачились, играя в снежки и лепя снеговиков, на море, на кухне Мидоримы, когда решили сообща встретить Новый год и приготовить всю еду самостоятельно, в итоге едва не разгромив кухню. Таких фотографий и моментов было много, и Сейджуро понимал, что не может предать всё то, что их связывало. И он принял окончательное решение. Отправив сообщения друзьям, он достал из шкафа ещё пару бутылок бренди и пять бокалов, зная, что это точно будет не лишним. В течение часа прибыли все его друзья и с удобством разместились в креслах и на диванах вокруг столика с алкоголем. Увидев бутылки с бренди, парни тут же насторожились и напряглись, ожидая подвоха: Акаши не стал бы просто так собирать их всех вместе, да ещё и выпивка, и его общий мрачный вид... Мидорима сидел рядом с Акаши и судорожно сжимал в руке дырокол – сегодняшний талисман у раков, пальцы побелели от напряжения. Он, едва бросив взгляд на Сейджуро понял, что тот решил всё рассказать. И, что удивительно, у него словно гора с плеч свалилась, хотя в то же время внутри что-то неприятно сжалось. - Месяц назад мы встретили другую команду из Киото, «Шиноби», вы хорошо помните нашу встречу. Однако это не единственная наша с ними встреча, - сделав глоток бренди, Акаши отстранённо посмотрел в окно, не решаясь смотреть своим друзьям в глаза. Рука Шинтаро сжала его плечо, поддерживая, и он заставил себя вновь посмотреть на друзей. Те смотрели на него настороженно. Куроко, как обычно первым чувствуя подвох, выпрямился, словно струна и буравил взглядом Акаши. – То, что вам говорили о них – правда. Они сильные, у них равноправие, они талантливые гонщики. Название, «Шиноби», удачно не только из-за манеры езды, – неуловимости, незаметности, точности и скорости, - но и из-за того, что их никто не обнаружит, пока они сами этого не захотят. Фраза о том, что мы для них новое приключение, эксперимент и вызов недавно обрела для меня новый смысл и мне жаль, что вы узнаете всё это от меня. Каждый из нас знает этих гонщиков, но не как соперников, а… как людей под шлемом, - Куроко рвано выдохнул, бокал в руке треснул. Остальные тоже вздрогнули, враз поняв, на ЧТО намекает Акаши. – Курама, который у них за главного, на самом деле омега, которого зовут… - Сейджуро глубоко вздохнул и посмотрел прямо в глаза Аомине, - Узумаки Наруто, - бокал Дайки полетел в стену и разбился на сотню осколков. Акаши заставил себя смотреть на это. – Шукаку, второй в их группе, на самом деле известный бизнесмен Сабаку но Гаара, и он – моя пара, - Мидорима снова сжал его плечо и он благодарно кивнул другу. – Убийца и Отступник на самом деле братья, Убийца старший, его зовут Учиха Итачи, он пара Шинтаро, а младший, Учиха Саске, твой альфа, Рёта, - Кисе, казалось, едва дышал. – Гений на самом деле Шикамару Нара, Ацуши. А Язычник, как ты Куроко уже понял, на самом деле Хидан. Акаши молчал и не глядя на друзей, начал пить бренди, стараясь если не забыться, то хотя бы напиться. Сказать эту жестокую правду прямо в лицо друзьям оказалось намного сложнее, чем он предполагал, решившись на это, но умом понимал, что поступил правильно. Некоторое время все молчали. Тишину нарушил Куроко. - Вы оба знали об этом, - он поочерёдно посмотрел в глаза сначала Акаши, а потом Мидориме. Те не ответили, понимая, что нет смысла отрицать очевидное. – Тогда, когда вы рассказывали нам о них впервые, вы оба уже знали правду о них, я прав? - Тецу, с чего ты?.. – начал было Аомине, но замолк, увидев кивок Сейджуро и Шинтаро. - Да, мы узнали это буквально перед той встречей. Шинтаро рассказал сам Итачи, а я узнал об этом, найдя в квартире Гаары шлем и сумку с вещами, которые были на нём во время гонки. - Почему вы не сказали нам об этом раньше? – тут же набросился с обвинениями Дайки. - Меня, точнее нас попросили не делать этого, мы не должны были говорить правду о них до гонок. Простите, что я так долго молчал. Гаара – мой друг детства, а теперь он – моя пара. - Прежде чем обвинять их, подумайте: как бы поступили на их месте? – всегда меланхоличный Ацуши в этот раз проявил удивительную сообразительность и заинтересованность, он был мрачнее тучи и пил бренди прямо из горла бутылки. Он видел странности в поведении Шикамару, но даже он не мог представить, что послужило тому причиной. Аомине пристыженно замолк. - Почему ты всё-таки рассказал нам, несмотря на всё? – Кисе старался выглядеть нормально, как обычно, но подозрительно блестящие глаза и подрагивающие руки с головой выдавали его: он никогда не умел сдерживаться рядом с друзьями. - Я не могу поступить иначе. Вы не просто мои друзья, вы – моя семья, - эти слова на удивление легко дались Акаши, хотя до этого он никогда не произносил вслух что-то настолько лично и важное для них всех. – А почему вы поверили мне на слово, не требуя доказательств? - Знаешь, ты всегда мог недоговаривать, промолчать о чем-то, немного исказить факты, но ты никогда не врал. Ты никогда не лгал никому из нас, - Куроко высказал то, что было на уме у каждого. Друг другу они верили всегда и безоговорочно. - Я не буду пытаться их оправдать, - подхватил Мидорима и все взгляды тут же сосредоточились на нём. – Итачи сказал мне, они не планировали ничего подобного, завязывать с нами отношения не входило в их планы, но встретившись с нами, они, к своему удивлению, признали в нас свои пары. Они, как и мы, просто любят азарт, адреналин и сильных противников, а наша слава бежала далеко впереди нас самих. Я не знаю, так ли это на самом деле, но… - Мидорима умолк, не зная, что ещё можно сказать. Их друзья тоже молчали, думая каждый о своём. Узнать о предательстве, о лжи всегда непросто, особенно тяжело узнать о вранье своей пары. С одной стороны хотелось накричать на Акаши и Мидориму, что всё знали и ничего не сказали раньше, с другой же, хотелось наорать, ударить именно за то, что всё рассказали, открыли такую горькую и нелицеприятную правду. - Мне нужно освежить мозги и проехаться, - схватив с пола шлем, брошенный там после прихода, Аомине подорвался с места и направился к двери. - Дайки, - одно слово и Аомине замер, оглянувшись на Акаши. Но в этот раз он легко выдержал его взгляд. - Мне нужно, - повторил Дайки. - Нужно всем, - Мидорима последовал примеру Аомине и, взяв шлем, подошёл к другу. – Сейджуро, это больше, чем просто необходимость. - Тогда, думаю, будет лучше, если мы будем все вместе. Мы все выпили, и хотя я сомневаюсь, что хоть кто-то из вас ощущает алкоголь или он действует на кого-то, я не хочу рисковать вашими жизнями ещё больше, - Акаши поставил бокал на стол и поднялся. Остальные последовали его примеру. С одной стороны и вправду хотелось побыть в одиночестве, или же встретиться с подлым лгуном и высказать ему в лицо всё, что думаешь о нем, но с другой стороны, хотелось быть с кем-то родным, близким, чувствовать их поддержку, тепло, доверие, узы, что связывают их крепче крови и штампов в паспорте. Хотя Акаши и Мидориме было в некотором роде проще, они ведь раньше узнали о вранье, нельзя было сказать, что боль и негатив от этого были слабее, чем у остальных. Наоборот, им даже пришлось сложнее, ведь им пришлось фактически предать свою пару, выбрав друзей. Каждый хотел забыться хотя бы ненадолго, отвлечься, не думать, не вспоминать, не видеть. Поколение Чудес сели на свои мотоциклы, застегнули куртки и надели шлемы. Заведя моторы, все выжидающе посмотрели на Акаши. Тот первым тронулся с места, точнее просто сорвался, сразу же вдавливая педаль газа. Остальные сорвались следом за ним. В эту ночь жители и гости ночного Токио могли лицезреть удивительную картину: городская легенда, известные «Тейко», одетые в чёрную кожу на огромной скорости мчались по улицам города, едва не сшибая прохожих, начисто игнорируя представителей правопорядка, светофоры и другой транспорт. Они мчались словно сумасшедшее, выжимая максимум из своих мотоциклов. Повороты проходили плавно, почти ложась на асфальт, хотя коленями всё-таки задевали его. Они ездили на пределе своих возможностей, выжимая всё из себя и своих байков, скорость была такой, что только чудо помогало им ехать нормально, а не попасть в аварию. Они старались забыть и не думать ни о чем. И им это удавалось. Акаши не торопился останавливаться и прекращать эту безумную гонку. Они остановились лишь один раз, чтобы заправиться, а потом снова гоняли. Ветер свистел в ушах, под ними урчал мотоцикл, руки уверенно сжимали руль, в крови привычно играл адреналин и азарт, ведь даже сейчас, они соревновались. То один то другой вырывался вперёд, прокладывая новый маршрут их поездки. И это отвлекало, снова давало им возможность дышать полной грудью и не думать, просто наслаждаться гонкой и неограниченной свободой. Просто… быть в своей нирване, вдали от реального мира и проблем. Они катались по Токио до самого рассвета. Шесть мотоциклов стояли на берегу реки, сверках в лучах рассветного солнца. Шесть красивых парней сидели прямо на влажной холодной земле и молча наблюдали за восходящим светилом. Они молчали, ибо сказать было нечего. В слова не облачить все те чувства и эмоции, что сжигали изнутри каждого из них. Телефоны были давно выключены, ибо не было желания разговаривать с кем бы то ни было, особенно с виновниками всего происходящего, их хотелось слышать меньше всего. Многое предстояло переосмыслить и принять какое-то решение. Они всего были вместе, и в то же время каждый был очень далеко отсюда. Присутствие рядом друзей никому из них не мешало, наоборот, давало почувствовать, что они не одиноки в своих проблемах и несчастьях, незримая, но надёжная поддержка. Первым собрался с мыслями и поднялся Акаши, неторопливо шагая к своему мотоциклу. - Что ты будешь делать? – спросил Аомине. - Сейчас заеду на базу, приму душ, переоденусь и поеду на работу, вечером вернусь сюда же. Идти домой, нет никакого желания. - Тогда, думаю, мы все последуем твоему примеру, - Мидорима тоже поднялся и подошёл к мотоциклу. - Это будет бойкот? – Кисе попытался, как обычно радостно улыбнуться, на грусть в глазах и мрачность лица никого не обманули: ему было больно, адски больно. – Мне нравится эта идея. - Они поймут, что мы всё узнали, сообразят, когда поговорят друг с другом, - к ребятам подошёл Куроко. – Если мы не хотим с ними встречаться, то нужно быть всем вместе там, где они нас не найдут. А они наверняка знают о нашей базе. - Нас не побеспокоят, - в глазах Императора блеснула опасность, тьма, что темнее ночи. Сейчас перед парнями был не просто их друг, это был монстр, которому никто и никогда не рисковал переходить дорогу, будучи в здравом уме. В подобном состоянии он сокрушит любого, кто посмеет перечить ему. – У вас есть время до гонок, чтобы что-то решить. Кивнув друг другу и, попрощавшись, все разъехались в разные стороны. Мидорима последовал за Акаши, им ещё было о чем поговорить. - Ты позвонишь Гааре? – спросил Шинтаро, вытирая влажные после душа волосы. Здесь была не простоих база, как место сбора гонщиков, при желании они здесь и пожить некоторое время, ведь тут было несколько спален, шкафы с их запасными вещами, кухня и естественно бар с холодильником. Акаши всегда всё старался предусмотреть и любил комфорт. - Да. Я уже говорил ему, что до гонок не желаю его видеть или слышать, и попросил забыть обо мне, - вздохнул Сейджуро и непривычным для него жестом взъерошил волосы, выдавая свою растерянность. - Тогда не стоит звонить ему. Я позвоню Итачи и скажу ему всё сам. - Нет, это должен сделать я. Тейко – моя ответственность и вы тоже. С тебя хватит. Иди на работу, отвлекись, а вечером я жду всех здесь. - Как обычно будем зализывать друг другу раны? – криво усмехнулся Мидорима. В его словах была вся правда: каждый раз, когда у кого-то из них были проблема, неважно личные и какие-либо другие, они всегда поддерживали друг друга, и помогали, если это позволяла ситуация. - Как обычно, - дёрнул плечом Акаши и отвернулся. Вскоре Мидорима ушёл, лишь кивнув на прощание. Собравшись с мыслями и придя в более-менее нормальное состояние, Сейджуро достал из кармана куртки телефон и, найдя нужный номер в телефонной книжке, нажал вызов. Спустя несколько гудков ему ответили. - Не ожидал, что ты всё же позвонишь мне, - голос Гаары был как всегда предельно спокойным. - Я всё рассказал им, - на том конце повисла мёртвая тишина. – Я долго думал, но всё же решил быть честными и рассказал всё друзьям. Шинтаро тоже. Передай своим ребятам, чтобы до гонок даже не пытались рыпаться или искать встреч с моими парнями, иначе они пожалеют об этом. Ты меня знаешь, я словами на ветер не бросаюсь, это, во-первых, а во-вторых, мои парни достаточно злы, чтобы самим за себя постоять. Не нарывайтесь. - Они для тебя важнее? – негромко поинтересовался альфа. - Они никогда мне не лгали и не просили, чтобы я обманывал. Я просто не могу отбросить в сторону всё то, что меня с ними связывает. Если мои чувства и вправду важны для тебя, то ты поймёшь. Поставь себя на моё место. Думаю, каждый думал о последствиях, когда скрывал правду и лгал в лицо своей паре, а если нет, то это уже не мои проблемы. Расхлёбывайте сами ту кашу, которую заварили, но до гонки не суйтесь к моим ребятам, ты понял? - Я передам остальным, - бросил Гаара и отключился. Говорить дальше не было смысла. Акаши устало откинулся на спинку кресла. Они убегают. Они просто собираются переждать бурю, спрятать голову в песок, скрыться от проблем, отсрочив неприятную встречу и разговор на потом. Разве это выход? Но это лучше, чем сорваться сейчас и натворить глупостей, о которых позже будешь жалеть. Им всем нужна эта отсрочка. Правильно ли он поступил? Не совершил ли ошибку? Акаши не знал ответа. Ближе к полуночи на базу съехались его друзья с небольшими рюкзаками за спиной, видимо, они всё же заезжали домой за какими-то вещами. Они заглушили моторы, и расселись вокруг стола. Все выглядели уставшими и были довольно мрачными. Кисе и Куроко выглядели раздражёнными, Аомине был мрачнее тучи, а Мурасакибара просто был необычно спокоен и сосредоточен. - Предположу, что они всё-таки искали с вами встреч, - ребята кивнули. – Кто бы сомневался. - Им ещё хватило наглости соваться к нам домой и ждать пока мы придём и выслушаем их, - тут же с полуоборота завёлся Кисе. – Ещё и веник приволок, а у меня аллергия на розы! Я что, баба ему? Остальные тут же подхватили эстафету Рёты и начали высказывать свои претензии и недовольство. Акаши молча выслушал всё это, зная по опыту, что выговорившись, парни успокоятся и немного придут в себя. - Может, сыграем в баскет? – внёс конструктивное предложение Аомине. Помимо гонок, они все любили играть в баскетбол, хотя до профессиональных игроков им было далеко. Игра, как и гонки, помогала выбросить раздражение и собрать мысли в кучу. Переодевшись, парни направились на площадку, что располагалась за зданием клуба, где располагался ещё один выход. Игра в этот раз была жёсткой, напряжённой и сильно грубой, но никто не злился – все понимали причины. Ночью, лёжа в кровати и буравя взглядом потолок, Акаши думал о том, чем это всё закончится. Ведь от этого в некоторой степени будет зависеть, останется ли он с Гаарой или нет. Сейджуро понимал, что это не совсем правильно, но по-другому просто не мог. Несмотря ни на что, хотелось бы, чтобы всё у ребят было хорошо. Но Акаши никогда не был мечтателем, не носил розовые очки и не слыл добрым и всепрощающим милым омегой. Он был жёстким, холодным, безжалостным, решительным, резким и бескомпромиссным. Далеко не идеал омеги, верно? Но меняться Сейджуро не был намерен даже ради своей пары. Его ребята такие же. И если у их партнёров хватит мозгов и сообразительности, то они сделают всё, чтобы не потерять их.

***

«Тейко» приехали первыми, «Шиноби» ещё не было, но время ещё ждало. Все были безумно, дико напряжены, на лицах застыли маски холодности и отстранённости – ничего лишнего. Послышался рёв мотоциклов и к парням подъехали шесть разноцветных байков. Парни сняли шлемы, но Поколение Чудес не ответило на это жестом вежливости, лишь Акаши поднял стекло, чтобы было удобнее говорить. - Что вы выбрали? – спросил Наруто. Поколение Чудес было полностью сосредоточено на гонке, обиды и выяснение отношений были отодвинуты на второй план. Точнее, вся злость, ярость и желание отомстить воплотилась в желании выиграть эту гонку, утереть «Шиноби» нос, заставить пожалеть о том, что недооценили их. - Это будет обычный Cannonball runs*. Финиш - на острове Одайба по ту сторону Радужного моста у подножия Статуи свободы. Есть вопросы? – Гаара собирался что-то сказать, как и Наруто, но Акаши не дал такую возможность. – Раз вопросов нет, то всем на старт. Двенадцать мотоциклов заняли позицию. О месте встречи Акаши утром предупредил Гаару, послав ему сообщение. Момои вышла вперёд и подожгла обычный листок бумаги формата А4. Пальцы разжались, и листок начал падать. Как только бумага коснулась асфальта, мотоциклы сорвались с места, взвизгнув шинами. Теперь гонка решит всё. *Cannonball runs — так называются незаконные гонки по общественным трассам от точки к точке, в которых участвуют несколько гонщиков.