Mind traps

      Мэри шмыгнула носом и лишь размазала сопли по руке в тщетной попытке стереть их. Слёзы градом катились из её больших серых глаз. Девочка всхлипнула и растерянно огляделась. Это место было страшным. Где-то вдалеке слышались звуки музыки, но она не могла понять где. Они всего лишь играли в догонялки…       Холодно и страшно.       Пустынная, безлюдная комната с тусклым освещением, тихий звон в голове и доносящиеся отовсюду далёкие звуки празднования. Девочка плакала и зажималась в угол, не в силах взять себя в руки и успокоиться. Она потеряла родных, а если быть точнее, то они её потеряли. Но пока что этого не поняли. — Хей, что ты здесь делаешь? — внезапно раздался хриплый голос, и в дверном проёме показался мужчина в строгой, но цветастой форме, что сразу притягивала взгляд. На груди блестел золотистый бейджик. Жаль, но Мэри умела читать только по слогам, а имена давались ей ещё труднее. — Я… Я… — она всхлипнула, пытаясь унять слёзы, и пробормотала что-то невнятное. — Ну, ну, тише, успокойся. Всё хорошо. — Он присел на корточки и успокаивающе погладил светловолосую макушку тёплой рукой. — Ты заблудилась?       Она кивнула, хватаясь за рукав незнакомого работника пиццерии, как за спасительный круг. — Хм… Как тебя зовут? — М-мер-ри, — отрывисто ответила она. Мужчина располагающе улыбнулся. — Приятно познакомиться. А я Уильям. — Он указал на бейджик.       Девочка подняла ещё влажные глаза и попыталась прочитать фамилию. — У… Ви-ли-ам. А… Ау… — Ладно, ладно, молодец, не продолжай. Зови просто Уильям. Так… Сколько тебе лет? — П-пять. — Мэри показала пятерню, растопырив пальчики. За такой незамысловатой беседой она начала успокаиваться, это было видно невооружённым взглядом. Теперь рядом с ней человек и уже не так страшно. — О, какая ты взрослая. Это у тебя сегодня день рождения? — Нет, у моего брата сегодня. Мой был в мае, — покачала головой Мэри. — Ну, хоть и прошло уже четыре месяца… Ты же не откажешься от подарка? — Он достал из небольшого чёрного рюкзака, всё это время висящего на плече, плюшевого медведя с весёлой яркой шёрсткой. — Держи. Тебе же нравится Фредди, да? Уверен, всем детям он нравится. — Спасибо! — Мэри обняла мягкую игрушку, которая пахла чем-то приятным. — А почему он жёлтый? — Потому что он особенный. Как и ты. Так… Ты здесь с родителями? — ненавязчиво продолжил расспрос сотрудник пиццерии. Мэри смогла вспомнить, что, кажется, уже видела этого человека у дверей в зале. Подумать о том, что мог этот человек делать в этом жутком, тёмном месте, когда его работа — следить за порядком в зале, разум пятилетнего ребёнка не был способен. — Бабушка и брат, — хныкнула девочка. С щёк начала постепенно сходить краснота, а глаза подсыхали. — Давай, я отведу тебя к ним. — Он поднялся и протянул руку, а девочка доверчиво вцепилась в тёплую шершавую ладонь маленькими пальчиками. — Они, должно быть, ждут тебя. Пошли быстрее, чтобы они не волновались. Мы же не хотим их расстроить, верно?       Он улыбнулся — она улыбнулась в ответ.       Два силуэта скрылись в темноте.

***

Десять маленьких детей решили поиграть, побегать Один внезапно потерялся, и их осталось девять.*

***

— Хей. Хей! Мо-ло-дой че-ло-век, как ты там?! Ты же не умер, не? — как сквозь вату донёсся до меня чей-то голос. Я заставил себя поднять будто налитые свинцом веки. Что-то мокрое стекало по моему лицу, заставляя волосы и ресницы слипаться. В глазах плыло и двоилось, но я смог рассмотреть какого-то парня, сидевшего около меня на корточках и пытающегося понять, «так жив пациент или скорее мёртв». Ещё бы палочкой потыкал, блин.       С трудом сознание начало возвращать мысли в привычный уклад, ясность возвращалась вместе с острой болью. Я что-то невнятно промычал, машинально хватаясь за рану, а затем посмотрел на… Эм… Своего спасителя? В общем, посмотрел и тут же отшатнулся, потому что на встречу мне двинулись острые металлические клыки. Не находись я уже на полу, точно бы свалился. — Господи… — было единственным, что я смог из себя выдавить. Живот скрутило внезапным порывом тошноты, который я подавил, а в ушах раздался звон. Затылок отозвался тупой болью. Тень отодвинулась назад, становясь в моём размытом зрении нечётким пятном. — Хей, ты чего? Какой я тебе «Господи»? — хмыкнул этот странный парень, совсем не замечая огромного, чтоб его, силуэта за своим плечом! — Т-там… — Я попытался указать ему за спину. Брюнет обернулся, а затем странно на меня посмотрел — то ли с насмешкой, то ли с иронией. — О-о-о, поверь, это последнее, чего тебе стоит опасаться в этой комнате. Так что, ты сможешь сам встать, или тебе помочь?       Я мог лишь контуженно хлопать глазами, пытаться отползти от не вызывающего доверие тёмного пятна и шипеть от боли, снова прострелившей левое плечо. — Погоди, что с тобой? Так прям сильно мутит? Эм… Успокойся, окей? Ум… Тебя по щекам похлопать или что? Учти, это не то, чего бы ты хотел. А я совершенно не умею оказывать первую помощь! — парень продолжал, как мне казалось, гадко ухмыляться. Точно я сказать не мог, ведь зрение до сих пор выдавало слепящие круги и размытые пятна. — Что… Произошло? — Ха-а-а… — Лицо этого парня стало каким-то насмешливым. — Что-то травмоопасное. Ты совсем не следил за пиратской бухтой и до тебя добрался Фокси. Здорово же ты головой ударился. Я едва успел, ещё чуть-чуть — и тебя бы пришлось отскребать со стенки. Или с пола, это как повезёт.       Что? Почему я совсем этого не помню? Скашиваю взгляд на плечо. Верхней части формы на мне не оказалось, только расстёгнутая на половину рубашка и ужасно перемотанная рана. И это я на себя говорил «неуклюжий»? — Уж прости, перевязал, как мог, — пожал плечами темноволосый, заметив мой взгляд. — Хоть немного поаккуратнее нельзя было? — выдохнул я, поправляя бинты и отдёргивая руку от раны. Не стоит паниковать… Нужно успокоиться и во всём этом разобраться. — Сам бы попробовал. Лучше «спасибо» скажи, — фыркнул этот… Этот… — Кто ты вообще такой? — Хех, твой друг на время работы. Мы «виделись» пару дней назад. — Он изобразил пальцами кавычки. — Хотя я не думаю, что до тебя всё дойдёт настолько быстро. Давай, запускай свои мыслительные процессы. Вспомина-ай. — Ч-чего? Я совершенно тебя не помню! — Зато я помню тебя. — Э-э-э… Как ты сюда попал?! — вспомнил я то, что должно меня волновать. На самом деле, я не совсем знаю, что мне вообще думать и делать. Я пришёл на работу, а затем, судя по всему, на меня нападали аниматроники с целью затолкнуть в какой-то там костюм и этим убить! Это уже мозг выворачивает наизнанку! Какого хрена тут вообще происходит?! — Просто пришёл, — он ответил на мой вопрос с такой непосредственностью, словно это было само собой разумеющимся. — Будто каждый прохожий может просто взять и войти в закрытую пиццерию! — не удержался я от возмущённого восклицания. — И что это такое?!       В этот раз странный парень даже не обернулся, чтобы взглянуть на фигуру, которую я уже начал различать. И то, что я видел, мне не понравилось. — Аниматроник, — достался мне спокойный ответ. — Не видно, что ли?       Он ещё и ехидничает… — Что он здесь делает?! — Стоит… — в этот раз он посмотрел на меня с настороженностью, как будто сомневался в моей психической уравновешенности. После случившегося… Он может быть прав, чёрт возьми. — У тебя всё в порядке? — А что, не видно, что ли? — огрызнулся я в его манере. — С-сколько времени? — Без шести пять утра, — всё так же дежурно-спокойно… Время! — Так он же… — Я уже говорил тебе: это последнее, чего ты должен бояться, — перебил меня темноволосый. — А это? — Я смахнул с чёлки что-то липкое. — Газировка. Ты никак не хотел приходить в себя, а пинать тебя я, понятное дело, не стал бы.       Неожиданный собеседник дал мне время прийти в себя. Теперь лёгкое головокружение прошло, и я смог различить свой офис. Почти ничего не изменилось, если не считать редкие следы, видимо, моей крови на полу и чёртовых незваных гостей. Этот парень всё так же сидел на корточках и выжидательно пялился на меня льдисто-синими глазами. Одет он был в какую-то старомодную куртку. Но меня больше тревожил аниматроник, по-прежнему неотрывно следивший за мной алыми угольками глаз. Как тут можно быть спокойным, зная, что тебя хотят убить?! — Эм… Давай, вдох-выдох, — подал голос темноволосый. — Спокойно, я ничего тебе не сделаю. — Что?.. — я запутался ещё больше. — Что вообще здесь происходит? — Ох, я же уже рассказывал… На тебя Фокси налетел, — он начал раздражаться, но, судя по лицу, пытался сдерживаться. — Я успел тебя вытащить и закрыть дверь. Рана несерьёзная, всего лишь царапина и пара синяков с утреца появится. Жить будешь. — Так… Ладно… Что здесь делает он? — М-да, я и не надеялся, что ты сразу всё поймёшь. — Он вздохнул. — М-м-м, как бы объяснить.? В общем… Давай с начала! Как тебя зовут?       Я растерялся. — Э… Джонатан Фрид. — А меня можешь звать Блэйк.       Не понял. — Странное имя. — Ага, какое есть. — Он пожал плечами.       Секунду. — Это как аниматроника? — Ага. — Блэки? — Не, это только если тебе меньше восемнадцати. — Парень ехидно улыбнулся. — Или если я тебе разрешил.       Это очень странный разговор. — Сколько тебе лет? — Ты действительно хочешь это продолжить? — Девятнадцать. — Хо, я тебя старше! Мне было двадцать один на момент моей смерти. — Что? Ты хочешь сказать, что ты мёртв? — Я приподнял одну бровь. Чем дальше заходит разговор, тем больше я путаюсь. — Именно так. — Всё становится всё более и более абсурдным. Я начал подниматься на ноги, стараясь не тревожить левую руку, тут же сигнализирующую о «царапине» на плече. Аниматроник не двигался, лишь налитые чернотой яблоки глаз медленно двигались в такт моим движениям. Не сказал бы, что это меня нисколько не нервирует. Наоборот, очень даже! — Если бы ты был мёртв, мы бы сейчас не разговаривали, — уверенно заявляю я, отряхивая штанину от пыли, собранной моей тушкой с пола. — Ты так в этом уверен? — Парень странно ухмыляется. Меня начинает раздражать это его самодовольное выражение лица. — Давай, возьми мою руку.       Я скептически посмотрел на протянутую пятерню. Обычная, ни в коей мере не просвечивающая рука. Разве что кожа бледновата, но это не является признаком «мертвенности», особенно если ваш собеседник сам вам об этом говорит. Как известно, мертвецы не разговаривают.       Как оказалось, это не наш случай. Кажется, я чуть не поседел, когда моя рука прошла насквозь, как описывают в книгах ужасов. Так некстати в памяти пронеслись те немногие ужастики, что я смотрел: «Изгоняющий дьявола», «Оно» и «Ночь живых мертвецов»**, которые недавно крутили ночью по одной программе… — Хей, спокойно! Ещё раз повторяю, ничего я тебе не сделаю! — Он примирительно поднял руки, видя мою реакцию. К слову, я почти что непроизвольно отскочил и вжался в шкафчик, подпирающий стену напротив рабочего стола. Никогда не верил в паранормальное. Но чёрт возьми! — Я пришёл сюда с другой целью. — Что тебе н-нужно от меня? — как я не старался сделать голос ровным, он всё же дрогнул и звучал очень неестественно. — Прошу… Помоги мне. — Сейчас с лица парня сошла та свободная улыбка, и он впервые серьёзно посмотрел мне прямо в глаза. — Чем… Что я могу сделать? И почему я должен… — Ты ничего не должен. Я просто прошу тебя, как человека. Выслушай меня и помоги мне покончить со всем этим.       Я думал около пяти минут. Призрак терпеливо ждал, пока я соберусь с мыслями. — Хорошо… — я глубоко вздохнул. — Но почему ты просишь именно меня? Я здесь вообще первый день работаю.       Вернее, ночь. — Хм… Я много чего совершил в своей жизни. И в своей смерти. Не все мои поступки были хорошими, но… Кхм… Я хочу сказать, что я не плохой человек и не хороший. Я просто устал от… Всего. Здесь многое происходило. — Наши глаза вновь встретились. — Эти стены пропитаны смертью. Много людей погибло здесь. И погибнет, если мы не прекратим метания не ушедших до конца. — Ты хочешь сказать… — Да. Они одержимы местью. — Он кивнул — волосы парня качнулись очень естественно. Он совсем не походил на привидение. Совсем. — Они здесь. Злятся и плачут от обиды. Недостаточно покинуть тело, чтобы уйти из этого мира навсегда. Нас держат сожаления и неоконченные дела. Это довольно трудно объяснить.       Он улыбнулся и почесал затылок в неловком жесте. Как можно настолько быстро меняться в лице? Только что он был необыкновенно серьёзен, а сейчас… — Так… Что ты хочешь от меня? — Я неуверенно приблизился к неподвижному аниматронику. Призрак облокачивался на его плечо, будто бы пылася показать их связь. Он это делает намеренно? — Мы можем быть полезны друг другу. Тебе нужна работа и желательно безопасная работа, да? А я не могу выйти из здания. Как и они. — Привидение оглянулось на часы. — Мне нужно бы тебе кое-что показать… Но мы не успеем. Отложим это на завтра, верно?       Синие глаза впились в меня внимательным взглядом, будто пытались что-то разглядеть на моём лице. На самом деле, не очень приятный взгляд. — Хорошо. Я буду завтра. Обязательно. — Пожалею я об этом… Пожалею. — Отлично. Не беспокойся, я не дам тебе умереть! — Что-то уже перехотелось возвращаться. — Это звучало почти обнадёживающе. — Ты… — Тёмно-фиолетовый аниматроник внезапно метнулся к левой двери, закрывая её нажатием кнопки, а затем направился к оставшейся открытой противоположной. — До конца твоей смены тридцать четыре минуты. Они будут возвращаться на свои места, как только наступит шесть. Весь персонал обычно подтягивается к семи. Удачи, думаю, здесь ты и сам справишься.       Призрак буквально растворился в воздухе. Робот махнул когтистой рукой-лапой и скрылся в темноте проёма. Фиолетовые полосы ещё несколько секунд испускали свечение.       Перед глазами уже не плыло. Воспоминания прояснились. Рыжий лис выскочил настолько стремительно, что я успел только повернуться к нему. После лишь боль от врезавшегося в плечо крюка, неудачный удар затылком о стену и яркие пятна, сменившиеся тьмой. У меня нет причин верить знакомому призраку. Но и нет причин ему не верить. Стоит ли мне рисковать?..       Я почти упал в кресло, запуская пальцы в волосы. Это была безумная ночь. С той стороны двери раздался сердитый стук и тяжёлые шаги. Я только сейчас почувствовал свой шок от недавних событий. Подумать только, паранормальное существует! И оно хотело меня убить! И я уже во что-то ввязался! И это, чёрт возьми, мой первый рабочий день! Никогда не верил во все эти мистические истории о привидениях и прочей нежити. Устало массирую виски. Мне нужно подумать. Хорошо подумать.

***

— Это я. — Трижды стучу в дверь небольшого домика, кое-как выкрашенного в белый вручную, пытаясь деть куда-то руки. С той стороны послышалась какая-то возня, что-то упало, а затем в дверном проёме показалось улыбчивые лицо с выделяющимся острым красным носом. — О-о-о, рад тебя видеть! — Дверь открылась шире, позволяя мне войти внутрь, что я и сделал. Мои вещи с грохотом валятся на тумбочку. — Здоров, Винс, — прохрипел я и упал в кресло прямо в верхней одежде. — Воу, Джони, ты выглядишь как помятый сандвич! Что с тобой случилось? — Мой диванный приятель садится напротив, подпирая скулу рукой. Думаю, я могу назвать его другом. Всё же этот раздолбай вовсе не плохой человек. — А ты — как мятый помидор, — я вяло огрызаюсь, с потаённой завистью стреляя взглядом в пачку сигарет, выглядывающую из кармана чужих свободных штанов. Никогда не курил, но именно в этот момент появилось жгучее желание начать. Или напиться в хлам. Возможно, это помогло бы мне расслабиться или вообще осознать то, что я словил каких-то глюков. — Работа случилась, вот что. — О, всё так плохо? Ты на выходных заходил — это же твой первый день, не? — Скорее, ночь, — устало поправил я, потирая виски. — И я столько стресса, наверное, за всю жизнь не испытывал. Это кошмар просто… — Ох, ё… Не хочешь? Ну, расслабиться? — Что? А, не-не, ты свою дурь сам употребляй, — понял я, что именно мне предложили. С наркотиками связываться — себе дороже. Наш нарконадзор довольно строг, удивительно, что Винсент умудряется всегда выйти чистым из любой передряги и не попасться. — Эхе, тогда я знаю, что тебя точно приободрит. Смотри — буквально только что купил. — Он с гордостью продемонстрировал новейшую приставку. — Я за неё такие деньги отдал, но… — Это того стоило, — улыбаюсь и заканчиваю фразу вместе с ним. — Если ты не боишься уснуть на работе, то давай опробуем эту крошку! — Хах, ты же не о машине говоришь… — Приставка — тоже машина! — Но не автомобиль же… — Это не мешает мне любить их одинаково пылко!       Винсент — мой давний друг, можно даже сказать, лучший. Мы были знакомы ещё со школы, частенько обсуждали выпуски газет и вместе играли в бейсбол. Он тот ещё раздолбай, но парень надёжный, умеет держать язык при себе, а ещё виться как змея. Но, конечно, не без изъянов: как подсел на какие-то увеселительные препараты, так на них и сидит, вечно сверкая красню-ющими глазами и глупой, кривой улыбочкой. Не знаю, что он там курит и какие таблетки глотает, но у него хотя бы хватает ума не перегибать палку. И всё же вредные привычки остаются вредными привычками.       И вот мы уже сидим на подушках и увлечённо гоняем пиксельные фигурки на экране. Эта игра оказалась чертвовски сложной! Как Винс умудряется уходить от противников так быстро и ловко? Ну, как бы там ни было, мне нравятся «Shadow Knights» больше, чем какие-нибудь космические бои или аркады. — Ещё чуть-чуть! — Я аж высунул язык от старания. Совсем чуть-чуть до конца уровня! Внезапно раздался звонок со стороны входной двери. — О, я сейчас. — Винс поставил полупустую бутылку из-под пива прямо на пол (и как он не боится замарать ковёр?) и скрылся из моего бокового поля зрения. Он с кем-то о чём-то говорил, но я не слушал: слишком был увлечён сражением с сложным противником.       Вдруг до меня донёсся какой-то знакомый запах. Я машинально кинул взгляд в сторону. В ответ на меня посмотрели… Светлые глаза в тёмных провалах. Весёлый оскал белых зубов, чёрная шляпа-цилиндр и галстук-бабочка… Я выронил джойстик от неожиданности. — Ты чего? — в удивлении вскинул Винс светлые брови. Он вернулся на своё место слева от меня и открыл коробку, на которой был красочно изображён знакомый большинству в городе логотип. — Не хочешь пиццу? Или у тебя внезапно началась аллергия на Пепперони? — Нет, ничего. Всё в порядке… Мой персонаж героически погиб в бою, пронзённый стрелой.