Затуро

Zack Hamsey – See What I've Become

      "Летящий" продолжал идти, стараясь не обращать внимание на слабость в теле. Он ещё несколько минут цеплялся дрожащими пальцами за выпуклости на скользких стенах. Образ его статной фигуры на трупе поистине гигантской королевы, как абсолютной победы не выходил из головы. Хищник не привык обдумывать средства для исполнения цели, хотя время для этого более чем подходящее.       Ему не помешала бы помощь, но гордый охотник отбрасывал эту мысль прочь, как ненужную. Он не стал бы делиться славой даже с "Соколом", что уж говорить о "Смертельном". Наконец антидот вернул ему осознание ситуации. Он должен в одиночку дойти до центра улья и убить королеву. С первой охоты младшие редко успевают унести хороший трофей. Эта битва за титул, который сравним с шагом через пропасть. Встать на ступень выше, пользоваться благами мира науду – непростой путь. Он шаток и полон ловушек оппонентов, что уж говорить о жёстком мясе, готовом оторвать тебе голову.       Летящий шёл дальше и злился, снова теряя зазин. Призрачный клинок уже не раз говорил ему, что это его слабое место и принесёт немало проблем. Если и дальше вспыхивать из-за ерунды, то Ври'е Фатор закроет свои двери приверженцам соперничества. ***       - Кар’клей, - Ки’карт-да бесстрастно взирал на экран. Нижняя жвала слегка подрагивала. Он думал, как лучше сказать о гибели Фару’Кона.       - Кто? – Фантому’ория слишком давно знал первого помощника. Как лекарь, тот взял на себя толику ответственности за жизнь и здоровье собратьев. Если члены клана терпели неудачи, он тяжело переживал их, словно свои собственные.       - Сокол пал, - жвала Арбалета инстинктивно прижались к пасти. Так он сдерживал порыв зарычать от досады.       - То’Бук, задача меняется, - голос Призрачного клинка наполнялся злобой, потому что его охотники работают вместе, вопреки своей философии и неприязни к чему-либо, - Расставь бомбы так, чтобы королева осталась в живых.       От Летящего веяло удивлением. Услышал ли Кар’клей его желания или…?       - Вы идёте по стопам жестоких правителей. Надеюсь, нас не ждёт снова деспотия? – «улыбнулся» Ки’карт-да.       - Нет, я даю урок. Если он выживет, то усвоит на всю оставшуюся жизнь и либо будет верен моим принципам, либо пусть идёт в другой клан индивидуалистов.       Жвала тант'ин'текай шевельнулись, в глазах мелькнуло желание что-то сказать, но задумчивый вид вожака сбил с мысли. О чём думает сын тирана, что унаследовал его волю и силу, а также своеобразный взгляд на мир? В отличие от других самцов, которые проходят обучение на атоллах, "призрачный клинок" «удостоился чести» учиться у отца.       Под руководством эгоистичного яутжа, ненавидящего детей, юный Фантому’ория, а тогда Иссик’ле, обучался искусству владения копьём. Тяжёлое оружие, предназначенное для нанесения чётких ударов не подходило для миниатюрного науду, отличавшегося худобой и плавными движениями.       Общение с Пером - это последняя просьба матери, погибшей после родов. Она вынудила взяться за этого сопляка, зная, что другие подростки тут же заклюют его. В жёстких тренировках отца полных боли и отчаянья, юный охотник находил только одну отраду. Одна единственная мысль, что когда-нибудь он убьёт учителя, и пытки закончатся, поддерживала юнца.       Тиран досаждал многим, и однажды Призрачный клинок не выдержал и вызвал его на поединок. Отец не предполагал такой упёртости, силы и мощи от когда-то хлипкого подростка. Он всегда видел его таким, в отличие от других, наблюдавших, как тот поднимается выше. Фантому’ория убил отца и получил новое имя, которое науду знают не понаслышке.       А думал вожак о том, справедливо ли наказание и не угробит ли оно ещё одного ученика. ***       Чужие чувствовали настороженного хищника. Ослабший, он был готов убить любого, лишь бы добраться до цели. До ксеноморфов долетали отголоски слепой ярости. Шипя и дёргая хвостами они пробирались сзади, чтобы быстрее добраться до королевы и защитить её. Она звала их тихо, но настойчиво, продолжая дремать в своём защитном коконе, ожидая гостей. Она чувствовала потери, а причина приближалась к ней. Оставить гнездо без наследия не позволял инстинкт, поэтому часть армии отправила к выходу. ***       Акира, усталая и опечаленная, старалась не отставать от хищника. В голове царил кавардак из-за потери брата, воспоминаний и необычной встречи. Было ли это кем-то загадано или просто стечение обстоятельств? В любом случае нужно спешить, невзирая на боль от ожогов, которая сковывала бодрые движения. Девушке становилось дурно.       В глазах потемнело, и она тут же остановилась, опираясь о склизкую стену. Сетж'ин понимал, что с такой раной до выхода они доберутся не скоро, поэтому тут же взял уманку на руки и продолжил бег, благо позволяло пространство. До трудной дороги, где глубокий спуск и подъём нужно ещё добраться, а в этой яме самый раз устраивать засады.       Акира смутно воспринимала окружение то проваливаясь в беспамятство, то снова приходя в себя. "Смертельный" же знал, что не везде сможет её пронести. Сначала нужно преодолеть подъём, за которым тут же следует довольно узкий проход, в который он едва помещается в одиночку. А из ямы нужно срочно «рвать когти». Ксеноморфам верёвки не нужны.       - Кар’клей? – Сетж'ин не надеялся на удачу, здесь гранитный слой толще, да и не имеют права они спрашивать советов.       - Да, - скорый ответ Призрачного клинка удивил, но времени юный охотник терять не желал.       - Уман не в состоянии двигаться сам, нужно обезболивающее, - яутжа почти давился словами. В кодексе ничего не сказано о помощи дичи. Выживают сильнейшие.       - Твоё, возможно, подойдёт, - вышел на связь Арбалет, - Правда не известно о побочных эффектах. Пьёд амедха может умереть от интоксикации, так что дозируй осторожно.       Связь прервалась, стоило добежать до спуска. Даже игла шприца слишком большая для такого хрупкого тела. Поколебавшись немного, хищник вонзил остриё в бедро девушки и выдавил немного, тут же с вскриком она села. На месте укола надулась шишка. Жестом когтистой руки "Смертельный" показал, что нужно идти дальше.       Он помог ей спуститься. Пока Акира поднималась, скрипя зубами, Сетж'ин осмотрелся. Отсутствие каинде напрягало, он рассчитывал на столкновение здесь. Всем естеством ощущал «взгляды» хищных тварей, но сканер молчал.       «Затаились» - подумал юный охотник, как Акира снова вскрикнула.       Шишка на ноге вскрылась. Ткани вокруг посерели, а из глубины пошла кровь. Она чуть не упала, но вовремя ухватилась за руку. Когтистая лапа трутня крепко удерживало уманку, пока та не сообразила в какой опасности находится. Оттолкнувшись ногами от стены, она вместе с ксеноморфом полетела вниз. Чужие подняли визг и стали очередями спускаться вниз. Остальные взирали сверху.       Боль и страх нарастали. Девушка вместе с каинде упали на жёсткий пол. Тяжёлый ксеноморф смягчил падение оперевшись на лапы. Акира же никак не могла вздохнуть. В глазах плясали звёздочки, а в теле нарастала ужасная боль. "Смертельный" приготовил ки’чти’па. Грозно рыча, он двинулся на каинде амедха, давая уманке несколько секунд прийти в себя.       Но времени не осталось, чужие напирали и быстро приближались. Атмосфера вокруг накалялась. Стало жарко и, в конце-концов, её переклинило, прямо как тогда. Страх всегда толкал вперёд, а адреналин затмевал остатки здравого смысла. Боль тут же отошла на второй план. Хонор поднялась на ноги и обернулась на кружащего яутжа.       Трутень не спешил атаковать и делал ложные выпады. "Смертельный" понял, что произошедшее - лишь разминка, истинные защитники улья изматывали противника. И чем дольше чужой жив, тем ближе его собратья. Ксеноморф резко развернулся назад, почувствовав опасность.       Он не успел отреагировать на удар тяжёлого ботинка. Нижняя челюсть вместе с поломанными зубами вылетела из пасти. Девушка глубоко дышала, воздух вокруг наполнился слепой яростью. Сетж'ин свернул чужому шею и протянул ей пару ножей. Он носил их из-за необходимости, но пользоваться не любил.       Встав спиной к спине, оба почувствовали объединяющее желание убить здесь всех. Ксеноморфы плотным кольцом окружили двух таких разных существ, готовясь одним прыжком оборвать жизнь пришельцев, но человек и яутжа опередили их, с криком бросаясь в гущу хитиновых тел. ***       То’Бук ещё ощущал в себе следы пребывания яда, но и они сходили на нет. Чутьё, отточенное ещё на атоле, предупреждало о грядущих неприятностях. Шорохи хитиновой брони слышались яснее. Он прямо перед центром улья. Стоит ему переступить «порог» как тут же накинется стая ярых защитников королевы.       Что-то насчёт подобных ситуаций говорил Фантому’ория, но яутжа никак не мог вспомнить. На самом интересном месте Фару’кон начал телепатический диалог. Естественно учитель заметил это и закончил разговор, отправив их в кехрите. Но как бы он пригодился сейчас.       "Чёртов мерзавец, он ещё тогда предполагал вывести меня из строя".       Решив воспользоваться грубой силой, То’Бук побежал вперёд. Топот тяжёлых ног сотрясал стены, провоцируя ксеноморфов выйти из укрытий. Как только показались ребристые головы, плазмомёт начал стремительное вращение. Небольшие сгустки плазмы летели в цель. Увернувшихся ждала смерть от ки’чти’па. Летящий вонзал двойные запястные лезвия, резко разворачивался вокруг своей оси, не задерживаясь на одном месте.       Останавливаться нельзя - только постоянное движение спасёт и жизнь и честь. За последнее он волновался больше всего, чувствуя отстранённость учителя, он понимал, что позорит его глупыми выходками. Вызвать "Смертельного" на бой в кехрите перед старшими собратьями – плёвое дело. Стоило бы подождать, но это не в стиле То’Бука.       Кислота, летящая в разные стороны, больно обжигала незащищённые участки ярко-оранжевой кожи с тёмно-зелёными пятнами. Хищник попирал боль, стараясь не сбавлять скорости. Интуиция подсказывала, что это лучшее, что он мог сейчас сделать. Так он смог без существенных потерь для себя обезвредить первую волну.       Сложность ждала впереди. Среди убитых были в основном слабые трутни и разведчики. В покоях королевы он даст бой солдатам. Вбежав в улей, То’Бук как и ожидал, был атакован несколькими крупными чужими. Хитиновые хвосты стремились пронзить противника, но охотник прокатился по полу, давя яйца королевы. Матка тут же зашипела, почувствовав исконного врага.       Она совсем недавно достигла размеров древней королевы. Хотя гребень пока ещё оставался гладким и не имел характерных отростков. Её воины вновь накинулись на молодого яута, но он резко взмахнул копьём, задевая кончиком хитиновые рёбра. Кислота с шипением закапала на пол. Чужие приостановились.       Ксеноморфы учились друг у друга. Инстинкт подсказывал, что нужно быть осторожнее. "Летящий" понимал, если закончит с этой небольшой группой, остальные, а их тут не меньше дюжины кинутся на ослабевшего врага. Поэтому он метнулся влево, на ходу подготавливая бомбы.       Последняя разработка имела небольшой размер, но достаточную мощность. Они крепились к стенам сами и автоматически взрывались, стоило хозяину отойти на безопасное расстояние, подгоняем волной взрывов То’Бук обежал сзади королеву. Он так же кинул несколько в центр кладки, благо гамак висел высоко.       Королева пребывала в неистовстве. Большинство ксеноморфов, пытаясь догнать охотника, погибли от бомб, остальные раненные и оглушённые лежали на полу в гуще погибших яиц матери. Телепатической командой она пробудила чужих и послала их вслед убегающему То’Бука.       Хищник не любил открытые пространства. Азартнее работать в рамках. Тем более каинде амедха уже изучили его, и теперь они опаснее, чем предыдущие. Но брать всё равно будут количеством, а посвящённый слишком юн для таких атак, мало опыта. После смерти Фару’кона и встречи с преторианцем "Летящий" стал осмотрительнее.       - Не хочется же проиграть ему, - «улыбнулся» самец, приготовившись отразить стремительную атаку солдата. ***       Пока Фантому'ория о чём-то напряжённо думал, чувствуя бесконечную тревогу, витающую вокруг. Ки’карт-да принимал сообщения из сети. Одно из них поразило его до глубины души. Вожака обдало волной злости. Что так резко вывело умиротворённого воина чести в один момент – только смерть своих.       - Рйет! – прорычал Арбалет.       - Что случилось? – "Призрачный клинок" сохранял спокойствие, но ощущение тревоги только усиливалось.       - Аттури сбили наш корабль. Руол-мде мёртв, а младшие пустились в бега. Они просят помощи, совсем недалеко от нас, - первый помощник нервничал, словно аригейский кальмар впился в пятку. Он нетерпеливо прожигал взглядом вождя, ожидая от него решения.       - Пусть рвут когти сюда, дадим недостойным с’йюит-де урок чести, - сурово прорычал Фантому’ория. Теперь он понял, от чего исходила такая тревога.       Ярой и Кио’н всё это время находившиеся рядом, нервно переглядывались. Гибель вожака угнетала, а причастие к этому делу аттури выводило из себя. Если бы на них напали отступники или берсекеры, которые пали до дна сточных вод «Брода», то картина была бы несколько иная. Но эти почти соклановцы, а способны на такие низкие поступки. Стычки случались, без них не обходится, хотя верилось во это с трудом.