Жизнь — странная штука.

Вот, наконец, настал столь долгожданный вечер. В концертном зале академии музыка играла настолько громко, что стекла в соседних кабинетах дрожали. В помещении было очень душно, благодаря чему запах сигаретного дыма распространялся в несколько раз быстрее. Студенты со всех курсов учебного заведения собрались на вечеринке. Кто-то мило беседовал рядом с динамиками, кто-то уже нашел себе «друга» на ночь, а кто-то танцевал. Ректор тоже там присутствовал первые полчаса, но не ради веселья: он смотрел, чтобы не было алкоголя. Стоило ему выйти за порог, как местный бармен Роджер и три первокурсника пошли в женский туалет, а вернулись с ящиками, в которых был всевозможный алкоголь. Среди шумных подростков, к всеобщему удивлению, были и учителя, хотя таковыми их назвать нельзя — практиканты. Роуз Миллс и Кевин Ричи. Они сами совсем недавно закончили Редвуд, а теперь они подменяли учителей и преподавали некоторые предметы. Ректор Смит взвалил на их хрупкие плечи тяжкий груз, заставляя проконтролировать учеников академии этим вечером. Эверси поступил мудро и заплатил каждому из надзирателей крупную сумму, чтобы те разумно умолчали о том, что будет происходить. Уставший за день Кевин ушел домой, а Роуз осталась вспоминать свои студенческие времена; ей хотелось вновь стать студенткой, вновь ходить на уроки и делать домашние задания. Редвуд был той академией, в которую все без исключения хотели вернуться. Это место обладало особой энергетикой, которая притягивала к себе и поглощала с головой. Даже самый безалаберный ученик всегда мечтал сюда вновь вернуться. Диджей приостановил музыку, из-за чего в зале раздалось недовольное гудение. На сцену вышел громила Джордж Алиер, держа в своих огромных руках микрофон, казавшийся совсем маленьким. — Всем привет, — Джордж самодовольно посмотрел на толпу людей, которые пристально смотрели на него. — Сегодня у нас по традиции вечеринка в честь начала учебного года, — толпа загудела. — К полуночи у нас определятся Мистер и Миссис академии Редвуд! Если вы желаете поучаствовать, то вам нужно будет подать заявку, — Алиер указал на худощавого парня рядом с ним, который держал два листа. — Девочки налево, мальчики направо, — вдруг рассмеялся парень. — В общем, я желаю вам удачи. Громила отдал микрофон диджею, а сам пошел к своей кампании. Вскоре музыка вновь заиграла, а толпы юношей и девушек выстроились в очереди, чтобы записаться на конкурс. Среди них была вся «золотая» элита академии, самые застенчивый люди и даже первокурсники. Такие конкурсы проводились два раза за год: в начале и в конце обучения. Этот титул не давал совершенно никаких привилегий, но дух соперничества царил в стенах учебного заведения. — Иди, запишись. — Юджин подталкивал своего друга Августа Вэйса. — Я всё равно не выиграю. — покачал головой парень. Вдруг на его плечо резко опустилась чужая рука и крепко сжала. Август вздрогнул всем телом, а затем повернулся, желая посмотреть на того, кто подошел к нему. Он вздрогнул еще раз, когда встретился взглядом с парнем, в которого он врезался днем. Пульс участился, а в горле пересохло. Страх овладевал им, холодил кровь. — Рискни, парень, — Эверси смотрел в глаза Вэйса. —в конце концов, ты ничего не потеряешь. — Мартин сильнее сжал плечо. — Пусти. — Август дернулся, пытаясь сбросить чужую руку, но ему это не удалось. — Да ладно тебе, друг, — парень пристально посмотрел в глаза, а за тем мягко улыбнулся. — Я хотел извиниться за свою дневную грубость. — Мартин все же опустил многострадальное плечо Вэйса. — Да, и ты прости. Мне не стоило себя так вести. — сухо ответил Август. — Советую тебе поучаствовать. — Эверси еще раз взглянул в глаза собеседника и поспешил уйти. Конечно же, такой человек, как Мартин не оставляет такую наглость безнаказанной, посему в его голове родился хитроумный план, обладающий особой коварностью и жестокостью. Любой другой бы лишь только узнав, что затевает этот парень, решил, что тот — самый настоящий псих. Мартину же казался этот план гениальным и по истине правильным. Не удивительно, что его психолог характеризует своего подопечного как подростка с юношеским максимализмом, что выражается в жестокости и высокомерности. Кроме того, он просил его родителей контролировать свое чадо как можно строже. Сейчас Эверси направлялся к Марси, которая уже оставила свое имя в списках на участие и спокойно попивала адскую смесь, намешанную барменом. — Скучаешь? — парень подсел к Шерр. — Я думала, будет веселее. — девушка тяжко вздохнула и залпом допила «коктейль». — Я могу тебя развлечь. — Мартин убрал волосы собеседницы назад, открывая себе вид на ее выпирающие ключицы. — Ну попробуй. — прошептала девушка, наклонившись к уху парня. — Эй, Роджер, сделай нам два «Рая». — Эверси обратился к бармену, который вместо того, чтобы заниматься обычными делами бармена — протирать стаканы или начищать до блеска барную стойку — стоял и подслушивал разговор парочки. Но как только он услышал название, которое так ласкало слух, сразу же принялся за работу. Рождер быстро налил в шейкер водки, шампанского и плеснул чего-то из пластиковой бутылки. Мартин же тем временем указал девушке на небольшой кожаный диванчик, а та послушно пошла и села на него, дожидаясь того, кто хоть немного мог разбавить ее скучный вечер. — Готово, чувак. ¬— бармен поставил два бокала с напитком и положил по кусочку лимона на каждый. — Спасибо. — Мартин по привычке бросил пять долларов на стойку, хотя бар был абсолютно бесплатным. Эверси осознавал, что Марси без боя не сдастся, а поэтому ей нужно немного помочь. Парень достал из кармана маленький пакетик с таблетками и бросил одну в бокал. Наркотик в считанные секунды растворился. — А вот и веселье. — парень коварно улыбнулся, передавая девушке бокал с сюрпризом. Вкупе с алкоголем наркотик действовал сильнее, затуманивая разум и буквально отключая инстинкт самосохранения. — М-м, спасибо, — Марси приняла бокал из рук Эверси и сделала небольшой глоток. — Неплохо. Очень даже неплохо. — она откусила небольшой кусочек лимона. — Будет еще лучше, — Мартин последовал примеру девушки и тоже отпил, но самую малость. — Почему ты выбрала Редвуд? — Моя сестра закончила эту академию. Дорога сюда была мне заказана. — сознание девушки начинало потихоньку затуманиваться, а перед глазами все поплыло. Она осторожно потерла уголок глаза, стараясь не размазать тушь, но это не помогло снять мнимую сонливость. Парень четко это видел и радовался, что совсем скоро девушка будет совсем податливой. — Как интересно. И на каком же ты факультете? — Эверси вглядывался в глаза девушки. — Искусства. Я буду дизайне-е-е-ром… — последнее слово Марси протянула, будто пробуя его на вкус. Она облизала пересохшие губы и прикрыла глаза. — Какое-то странное чувство. — Какое? — спросил Мартин с издевкой. — Что-то не так? — Все такое… — девушка посмотрела вокруг себя, будто бы не понимая, где она. — Туманное. — Давай я провожу до твоей комнаты? — парень изобразил беспокойство и тут же встал, поднимая Марси за руки. — Идем. Девушка не ответила ни слова, лишь пошла вслед за Эверси. Они вышли из душного помещения, а затем и вовсе из здания академии по направлению к общежитию. — Какой у тебя номер комнаты? — молодой человек спросил у Шерр. Та попыталась что-то сказать, но получились лишь странные звуки, отдаленно похожие на слова «я не помню». Так и не получив внятного ответа, Мартин поискал ключ от комнаты в карманах девушки. Обнаружив его в нагрудном, он достал ключ и стал разглядывать номер. На улице было достаточно темно, поэтому ему пришлось подойти вместе с телом, которое находилось в полубессознательном состоянии к фонарю. Разглядев, наконец, цифры, парень поблагодарил судьбу за то, что комната девушки оказалась на первом этаже. Так, дойдя до комнаты, он кое-как открыл ее и зашел, шаря рукой по стене в поисках выключателя. — Где мы? — почти неслышно спросила Марси. — Мы почти в раю, детка. Сейчас будет хорошо. — Эверси включил свет, от чего девушка поморщилась. Парень уложил ее на кровать и начал стаскивать с нее одежду. — Погаси свет, мне больно смотреть… — девушка совершенно не понимала того, что ее вот-вот изнасилуют. Мартин отвлекся от своего занятия и все же выключил лампу. Вернувшись, он вновь стал освобождать Шерр от лишней, на его взгляд, одежды. Когда девушка осталась в одном нижнем белье, он достал из кармана телефон и запечатлел такую картину. Девушка опять поморщилась от резкой вспышки света. И вот, настал тот момент, когда Эверси расстегнул ремень, «молнию» и пуговицу своих джинс. Одной рукой он приспустил штаны вместе с бельем, а затем снял и тонкие кружевные трусики. Одним грубым движением парень вошел в девушку.Тесное тело плотно охватывало его плоть, приятно сдавливало. Сдавленный крик разнесся по комнате: Марси Шерр была девственницей. Мартин догадался об этом, когда его друга сказал, насколько эта девушка неприступна. Темные капельки крови стекали вниз по коже на белое постельное белье, оставляя следы, которые будут каждый раз напоминать девушке о незнакомце, которому она доверилась под влиянием ужасным препаратов. В уголках глаз девушки застыли слезы, а рот был приоткрыл в немом крике. Мартину дико хотелось познать все способности этих чудных губ, и он обязательно это сделает. Но не сегодня Но такого подлеца, как Эверси, не остановило даже невинность Шерр. Он начал двигаться размашисто и грубо, причиняя каждым движением боль девушке. Слезы текли из ее глаз, но она не понимала этого — влияние наркотика. Узость тела приносила Мартину огромное удовольствия, поэтому апогей не заставил себя долго ждать, и Эверси излился на многострадальное постельное белье. Белесая вязкая жидкость попала и на нежную кожу Марси. Надев белье и джинсы обратно, он накрыл девушку покрывалом и ушел, закрыв за собой дверь. К утру бедная Марси совсем ничего не вспомнит, и лишь боль и унижение будут её личным позорным клеймом. Девушка дернулась от звука закрывшейся двери, а из ее глаз слезы полились ручьем. На задворках разума было осознание произошедшего.