Из сказки в реальность

      Резкая боль пронзила каждый дюйм головы.       «Сильно же я стукнулась», — немного придя в себя, подумала Стелла.       Шероховатости, которые нащупали пальцы, заставили ее встревожиться задолго до того, как ничего не видящие глаза, увидели старое потертое кресло, которое было едва заметно в свете полной луны. Странная мысль проскользнула в голове Стеллы, но из-за сильной боли, она потерялась так же быстро, как и пришла. Вокруг царила пугающая тишина, и девушке понадобилось несколько минут на то, чтобы заставить себя переместить вес тела на колени, затем на руки, а потом подняться, хватаясь за край кресла. Она потянулась рукой к затылку и сразу же ощутила что-то липкое, мокрое. А поднеся руку к лицу, Стелла ощутила резкий запах железа, который тесно переплетался с ароматами грязи и цвели.       Руками она безуспешно прикасалась к плохо отделанным деревянным стенам, в надежде нащупать выключатель. А затем замерла, услышав глухой стук, который пронзил тишину. Страх охватил ее целиком. Его вкус пробрался даже в рот, отчего девушка с силой закусила губу и почувствовала солоноватый вкус крови. Именно такой был вкус у страха — солоновато-металлический. Грохот повторился еще несколько раз с промежутком в несколько секунд. Стелла вся дрожала, судорожно соображая, что она может сделать в такой ситуации, и как вообще оказалась здесь.       — Очнулась, наконец, — произнес хриплый женский голос.       Из темноты появился сгорбленный силуэт с тусклой свечой в руках, чей огонек едва мерцал и дребезжал от страха точно так же, как и сама Стелла.       — Садись, — старуха махнула рукой, указывая на кресло, стоявшее левее от девушки. А сама уселась на скрипучий стул напротив. — Ничего не спрашивай, — улыбнувшись, произнесла женщина, сверкнув беззубым ртом. Только теперь Стелла заметила, как сильно она шепелявила.       Старуха протянула ей стакан со странной жидкостью. Она была цвета хаки, и пахла сеном, и чем-то явно протухшим. Стелла скривилась и резко отодвинула сосуд.       — Кто вы? Как я здесь оказалась? Что это? — она бросила взгляд на плохо пахнущую жидкость.       — Пей, — скомандовала старуха.       — Нет! — решительно ответила Стелла.       И в этот самый миг глаза старухи потемнели. Ее лицо исказила гримаса ярости и раздражения. Она стукнула стальной палкой по полу с такой силой, что кресло Стеллы пошатнулась, а в комнате повисло звенящее эхо.       Старуха сузила глаза и смерила Стеллу таким пугающим взглядом, что девушка почувствовала себя беззащитным маленьким кроликом, глядящим в глаза голодному удаву. Дёсна женщины слились в одну розовую полоску, а нос резко задергался. Она оторвала изогнутую палку серебристого цвета от земли и, замахнувшись, ударила Стеллу по лицу. Девушка охнула и едва не упала со стула. Щека горела от боли, и она поспешно потерла место удара, желая стереть его след.       Голова трещала по швам, но не только удар старухи был тому причиной. Капля крови, выступившая из раны на затылке, потекла по шее девушки и, остановившись где-то в области лопаток, превратилась в узор на темной одежде. Стелла резко поднялась со стула, отчего перед глазами все потемнело. Ей захотелось убраться подальше от этой зловещей старухи. Девушка метнулась в другую сторону, но неведомая сила, обездвижив, посадила ее обратно на стул. Прилив адреналина вспыхнул на лице Стеллы.       — Пей! — грозно повторила женщина.       На сей раз Стелла послушалась, удивившись происходящему, и посчитав его глупым сном. Залпом она выпила загустевший напиток и едва не вырвала. Спасло девушку лишь то, что она не ела почти сутки. Рот наполнился желчью, и Стелла заставила себя сглотнуть ее, скривившись от омерзения.       — А теперь слушай внимательно, — в голосе старухи звенела сталь.       Девушка пыталась сосредоточиться, но это было слишком трудно. Ее мозг внезапно стал ватным, а мысли кружились, метались в голове, и она никак не могла собрать их воедино. Перед глазами все мутнело и плыло, и она молилась, чтобы снова не потерять сознание. Старуха, заметив что-то неладное, быстро схватила девушку за волосы и, повернув её голову к себе, недовольно зацокала языком. Затем женщина взмахнула рукой и сказала пару непонятных Стелле фраз, после чего головокружение отступило, а капля крови, спустившаяся ранее по ее шее, поднялась, спрятавшись в ране, откуда сбежала ранее.       — Тебя зовут Эос Ксенаки. Ты принцесса. И если ты кому-нибудь скажешь, что была у меня, что пришла из другого мира, или нечто подобное, — она замолчала на несколько секунд, давая Стелле возможность догадаться, — ты умрешь. Но даже это произойдет лишь после того, как я получу желаемое. А до этого времени, за каждое твое непослушание, люди, которых ты любишь, будут умирать.       Стелла не верила в происходящее. Ее мозг придумал единственное логичное оправдание — она до сих пор лежит без сознания в спортзале.       — И что вам нужно? — каждое слово давалось девушке с большим трудом. Казалось, что силы иссякли, и она не сможет даже подняться.       — А что нужно нам всем? Что нужно тебе? — спросила в ответ старуха. Ее лицо в очередной раз озарила наигранная, отнюдь не добрая улыбка.       Стелла хотела сказать, что не знает, чего на самом деле хочет. Но быстро поняла, что это не так. Девушка хотела быть способной на что-то… хотела иметь власть, деньги. Но больше всего она стремилась вылечить сестру и доказать матери, что ее дочь на что-то способна.       — Если ты умная, то поймешь, — старуха громко высморкалась в серый льняной платок. — Ступай. — Сопля повисла на кончике ее носа и, спустя несколько секунд, потекла вниз. А старуха, высунув длинный язык, быстро слизала ее, вызвав у Стеллы очередную волну тошноты.       Глухой стук по полу стальной палки каким-то образом смог распахнуть входную дверь. Стелла оглянулась на женщину еще раз, и та одним кивком указала на дверь. Девушка вышла на улицу и невидящими глазами осмотрелась вокруг. Было такое чувство, что она приняла несколько таблеток снотворного, и уже более пяти часов ходила под их действием, сопротивляясь сну. Склон горы казался ей невероятно крутым. Ноги подкашивались, и девушка время от времени беспомощно хваталась руками за стволы деревьев. Учащенное сердцебиение чувствовалось даже на кончиках пальцев. А воздух, пусть он и был теплым, затуманивался рядом с ее ртом. Дымка клубилась, пританцовывала под музыку легкого ветра, и растворялась, словно ее никогда и не существовало…       Внезапно Стелла увидела перед собой темноволосую девушку. Та мило улыбнулась ей и, поклонившись, подошла ближе.       — Мое почтение, принцесса Эос. Я — дочь короля Деймоса, принцесса Алтэйа, — произнесла она.       Что-то в груди екнуло. Эта девушка показалась Стелле такой знакомой, такой родной, что она испустила неслышный вздох облегчения. Но потом, взяв себя в руки, она поняла, что никогда ранее не видела эту девушку.       — Помогите, — заплетающимся от изнеможения языком, пробормотала Стелла. — Пожалуйста, отвезите меня домой.       — Прекрати! — Лицо Алтэйи исказила гримаса злости. — Я не знаю, чего ты добиваешься, но ведешь себя просто отвратительно! — и с этими словами девушка вперила такой жестокий и свирепый взгляд в Стеллу, что та невольно качнулась, едва не упав.       Стелла хотела было извиниться, или сказать хоть что-нибудь, чтобы незнакомка выслушала ее и помогла. Но та продолжила:       — Это так смешно? Хватит, Эос, — дрожащим голосом произнесла Алтэйа. Сама она выглядела как напуганный котенок, которого загнали в угол.       — О чем ты… — борясь с желанием упасть, пробормотала Стелла.       Но Алтэйа не ответила. Вместо этого ее лицо стало безгранично грустным. Стелла вновь обрела силы и сделала несколько шагов к девушке, но та резко отпрянула, прикрыла рот рукой и, коварно улыбнувшись, растворилась в ночной тишине.       Стелла сморгнула, и никак не могла поверить, что это ей привиделось. Но осадок, оставшийся после разговора был не из приятных. Было такое ощущение, что Алтэйа смогла погрузить Стеллу в депрессию одним лишь взглядом, и разбить ее сердце просто пустив слезу. Такие эмоции были чужды ей, потому, недолго подумав, девушка зашагала дальше, надеясь найти ближайшую автобусную остановку.       — Я уже устала с тобой бороться! — закричала странная светловолосая женщина, появившись прямо перед Стелой.       «Это неправда. Ее здесь нет. Все это галлюцинации», — зажмурившись, думала девушка.       — Не думала, что ты станешь такой неуправляемой. Зря я тебя баловала. Нужно было тебя наказывать с ранних лет, — слова эхом раздались по всему телу Стеллы. Даже ее суставы почувствовали их, и девушка обессилено стала оседать.       Голос, внешность, манера говорить — ничего из этого не было знакомо ей. Но слова были в точности такими же, как и в ее доме. Мама когда-то сказала Стелле то же самое. Вот только еще и ударила. Ни за что. Просто потому что разозлилась. Она всегда так делала — била старшую дочь, потому что младшая была тяжело больна, а за избиение сотрудников ее бы уволили.       — Я знаю только то, что ты лгунья. Мне стыдно, что я воспитала такую дочь. И я не верю, что такой человек сможет занять мое место.       — Я никогда не лгала тебе! — завопила Стелла, впиваясь ногтями в сухую землю.       Она чувствовала подступающий к горлу комок и слишком усердно пыталась его сглотнуть. Широко распахивала глаза, подставляя ветру, чтобы осушить накатившиеся слезы. Стелла вспоминала подруг, сестру и мать. Друзья раз за разом использовали ее, сестра никогда не выходила из своей комнаты, а мама была постоянно всем недовольна. Но самое ужасное то, что недовольство она показывала лишь Стелле. А к тем, кто ее действительно раздражал, Элен была добра и снисходительна.       Стелла испугалась, услышав крики где-то со стороны леса, и обернулась. Она увидела мужчину, обхватившего грудь светловолосой женщины, которая несколькими секундами ранее разговаривала с ней. Девушка охнула и быстро отвернулась, решив, что самое время уходить подальше от этого места. Но мужчина, заметив ее, бросил светловолосую, побежав за ней. Ветер дул в спину, отчего волосы падали прямо на глаза, мешая следить за дорогой. И ему удалось добиться своего — девушка споткнулась и с громким визгом повалилась на землю. Мужчина, бежавший за Стелой, уже настиг ее и, громко дыша, грозно произнес:       — Стучаться научись!       У Стеллы прямо-таки челюсть отвисла. Стучаться куда? В дерево? Мужчина схватил ее за локоть и силой потащил вперед. Стелла несколько раз дернулась, в попытке высвободиться, а потом, с размаху ударив локтем в ребро, высвободилась. Возрадовавшись, девушка пустилась бежать со всех ног. Адреналин, равномерно распространившись по кровеносным сосудам, подарил Стелле второе дыхание и новые силы. Внезапно мужчина вырос прямо перед ней, словно телепортировавшись. Стелла вздрогнула и замерла, не веря собственным глазам. Она попятилась, будучи не в состоянии даже закричать — страх окончательно парализовал ее, лишил дара речи. Наткнувшись на дерево, девушка остановилась и громко сглотнула. Под ногами хрустели сломанные ветки и сухая листва. Мужчина подошел к ней почти вплотную, вытянул руку перед собой и, словно закрывая невидимую для всех, кроме него дверь, начал исчезать в лесном мраке. Его ярко-зеленые глаза задержались, и девушка поежилась — они горели во тьме, словно кошачьи. В зеленом свете она увидела не только свое отражение, которое даже не принадлежало ей. В отражении виднелась красивая светловолосая девушка, с такими же яркими глазами, как у этого мужчины. За считанные секунды, Стелла успела увидеть в угасающих зеленых огоньках чью-то жизнь. Она была наполнена болью и яростной борьбой. И светловолосая девушка, стоявшая на месте Стеллы, почти всегда плакала. Ветер не успевал сдувать слезы с ее лица до тех пор, пока оно не превратилось в нерушимую гримасу ярости, эгоизма и высокомерия. И с тех пор слезы на ее лице перестали быть чем-то естественным.       Стелла несколько раз сморгнула, пытаясь понять, что произошло. Вдалеке слышались оживленные звуки города, голоса десятков людей. Она сделала несколько неуверенных шагов навстречу им. Листья под ее ногами зашелестели. Девушка поскользнулась и, скатившись вниз по склону, угодила прямо в огромную яму. Корни деревьев, торчавшие наружу, словно железные прутья в бетоне, больно расцарапали ее живот и руки. А падение, оказавшись не самым удачным, заставило Стеллу взвыть от боли. Она вывихнула лодыжку. Страх, словно снег в теплую погоду, застал ее врасплох. Он таял на ее коже, отчего та покрывалась холодной липкой испариной.       Взяв волю в кулак, Стелла закричала. Первый возглас оказался не самым удачным — хриплым и тихим, неслышимым для других. Второй — более удачным.       — Принцесса, какой кошмар! Что вы тут делаете?!       Ну вот, снова видение. Стелле мерещился красивый молодой человек. Высокий, шикарно одетый, сильный, он стоял на вершине этой чертовой ямы и смотрел на нее так, словно не собирался вытаскивать. Словно она была для него чем-то хуже обычной помехи. Или же ей это просто почудилось…       «Лазарус! Черт возьми, что он здесь делает?!» — мысль, проскользнувшая сквозь разум девушки, удивила ее в стократ сильнее, чем случившееся в доме шаманки. Но в отличие от остального — не пугала.       Он опустился на колени, пачкая белоснежные брюки, и протянул Стелле руку. Девушка была уверена, что дотронувшись до нее, молодой человек растворится во тьме, подобно тем зеленым огонькам. Но этого не произошло. Его рука была теплой и чересчур нежной. И вместо того, что бы исчезнуть, Лазарус без усилий вытащил Стеллу из глубокой ямы и, увидев ее лодыжку, ловко поднял на руки.       — Надеюсь, вы не против такого жеста, миледи? — учтиво спросил он.       Стелла думала, что не выдержит и разразится тысячами вопросов. Например, почему она должна быть против? Или почему ее все называют принцессой? И откуда появился этот странный голос в ее голове? Он принадлежал ей, но озвучивал то, чего Стелла никогда в жизни не знала и, по-правде, знать не могла.       — А должна? — озадачено спросила девушка.       — Сильно же вы ушиблись, принцесса, — Лазарус усмехнулся и посмотрел ей прямо в глаза. Именно в этот момент Стелла, наконец, поняла известную книжную фразу: «Тонуть в чьих-то глазах».       Теплый прилив окутал беспокойный берег ее маленького островка, после чего тот погрузился в сон, так и не успев ничего понять…