Dream

      Осень. Дождь. Лужи. Депрессия. В наушниках «Сплин». Все происходящее отражается в глазах каким-то серым и туманным. Прошел год. Ровно год мои родители развелись. Идеальная пара. Десять лет душа в душу. Потом у отца появилась любовница. Да, она увела его из семьи. Мама долго страдала. А мой отец — предатель. Всегда мне твердили, как я на него похож. Как схожи привычки, внешность. Я ненавижу этого человека, общего с ним ничего не имею.        Друзей у меня нет. И никогда не было. Учебу всегда держу под контролем. Планирую поступить в институт на бюджетное (бесплатное) место, получать стипендию и помогать маме. Да, с тех пор, когда ушел отец, я всячески пытаюсь на каникулах подзаработать, помочь маме. Зарплата у неё маленькая. Она работает педиатром в городской больнице. Начинается новый учебный год. Для меня последний. Поэтому время попусту тратить некогда. Экзамены… Заявки на поступление в ВУЗ… Начало новой жизни. Словно змея, сниму старую кожу, старую жизнь.       Осторожно достав из кармашка рюкзака ключи, вставляю один в замочную скважину, поворачиваю его. Щелчок. Медленно опускаю дверную ручку и тяну на себя. Я дома. Аккуратно встаю своими мокрыми кедами на коврик, снимаю их. На носочках прохожу в свою комнату. Прикрываю дверь и кладу рюкзак на пол. Затем медленно снимаю с себя мокрые вещи и ложусь в постель. На часах шесть утра. Скоро мама пойдет на работу.       Я зарылся под одеяло, что из-под него выглядывали только два моих глаза. Медленно я обвел взглядом всю свою комнату. Все по-старому: плакаты с «RHCP» висят на своем месте, над моим письменным столом; акустическая гитара пылиться в левом углу, ноутбук прячется на подоконнике. Вдруг я услышал шаги. Видимо мама проснулась на работу. Не успеваю я закрыть глаза, как дверь в мою комнату распахивается и на пороге стоит мама. — Кирюша, ты не спишь? Я слышала, как ты пришел. — она взглянула на меня своими грустными карими глазами и продолжила, — Хватит изводить себя так. Тебе пора отдохнуть. — Мама… я хочу, чтобы ты была счастлива. Ты достойна лучшего. — в который раз возразил я. — Ты — моё главное счастье в жизни. — она подошла ко мне и нежно поцеловала в лоб, — Отдыхай. Я вернусь с работы вечером. — она кинула на меня взгляд, развернулась, закрыла дверь и ушла.       Она за меня переживает. Просто по ночам. Зарплата приличная. На сон остается четыре часа. Но Мы не гордые, все-таки как-то высыпаюсь. Со дня на день начнется школа…       Постепенно веки начали тяжелеть и слипаться. Я уснул. Мне снился какой-то сон. Когда я проснулся, то совсем не помнил его, вспоминались лишь отрывки, очень не понятные отрывки. Я шел позади какого-то парня. Лица не помню. Он знал мое имя, да и во сне было такое чувство, словно я его хорошо знаю. Когда я его догнал, он взял мою ладонь и испарился. Звучит глупо и ванильно. Но в этом сне было что-то такое… даже не знаю, как описать словами. В этом сне было что-то, что грело душу…       Отбросив свои ламповые мысли, я скинул с себя одеяло и взял телефон. Позвонил начальству кафе, взял отгул.       Через два часа я уже был в торговом центре, чтобы купить одежду к школе. Мой выбор остановился на двух белых рубашках, черном галстуке и черных джинсах. Я учусь в «элитной школе». Строгий дресс-код и бла, бла, бла. Все мои одноклассницы считают себя элитой по сравнению с девушками из соседней школы. По-моему те, кто считает себя «не такими, как все», просто конченные.       Оплатив все картой, я взял бумажный пакет с покупками и направился к банкомату. Снял деньги, положил их в кошелёк и пошел на остановку. В наушниках снова «Сплин». И я снова иду по лужам домой.       Открыв дверь, я зашел в квартиру. Снял кеды и пошел в гостинную. Там на буфет я положил несколько тысяч рублей. Мама потом возьмёт. После я направился в свою комнату. Аккуратно повесил на вешалки рубашки и джинсы и сел на стул и включил ноутбук. В соц.сетях ничего нового. НИ-ЧЕ-ГО.       На часах уже шесть вечера. Скоро с работы вернется мама, а мне нужно будет ехать в клуб за барную стойку.

***

      Обычная смена. Обычные люди, которые с горя напиваются в хлам. Обычные девушки, танцующие с какими-то обычными парнями. И я наливаю «Jack Danielʼs» очередному обычному тусовщику. Серая масса — обычные люди. К стойке подходит компания молодых ребят. Мои ровесники. Одна девушка заказывает «мохито», другая «джин-тоник»…и так далее. Среди них был светловолосый парень. Появилось чувство, что я его где-то видел. И вдруг… — Мы раньше не встречались? — спросил он. — Возможно. — я натянуто улыбнулся, пытаясь скрыть свое недоумение. — Не пьёшь? — Ага. Просто не умею. Один раз выпил сто грамм коньяка и сразу в разнос. — он улыбнулся и посмотрел на меня своими сапфирными синими глазами. — Меня Максим зовут, а тебя? Он протянул свою ладонь для рукопожатия и я ответил: — Кирилл… — я пожал ему руку и возникло такое же ощущение, как и во сне, что он сейчас испариться. Я вспомнил… Я видел именно его во сне. На сей раз я не смог скрыть свое недоумение и Максим обратил на это внимание. — Всё в порядке? — спросил он. На его лице проскользнула паника. — Да, все просто супер. — я словно натянул на свое лицо улыбку, словно маску. — Наверно просто не выспался. — Сны? — спросил он. — Ага. — и вот тут логика абсолютно отпала. Почему он задал этот вопрос? А что, если мы видели один и тот же сон? Что вообще происходит? — Мне вообще сегодня пить нельзя. — резко он сменил тему. — А чего так? — поинтересовался я. — Эх, завтра же первое сентября, спрашиваешь ещё. Занудные нотации препода и море «бла-бла-бла». — Согласен, тоже самое. — Ого. Так ты получается после ночной смены ещё и на учебу пойдешь? — Придется… — к нему подошли его друзья, что-то сказали и они всей компанией направились к выходу. Он помахал мне рукой, я тоже, так мы и попрощались. Дальше всю ночь я разливал алкоголь по бокалам. Люди приходили и уходили. А я не мог понять, что происходит. Внутри возникало чувство, будто мы знакомы много лет. Почему этот парень мне приснился? И он опять ушел. Опять испарился. Наверное мы больше не встретимся. НИ-КО-ГДА.

***

      Будильник настойчиво звонил уже третий раз. Мелодия группы RHCP — «Snow». Почти моя самая любимая песня этой рок-группы. Но как я мог так лохонуться и поставить её на будильник? Теперь с этой песней у меня ассоциируется не зима и снег, а нудные будни и недосып. Я лениво протянул свою руку, взял телефон и нажал «отбой». Лениво выбрался из постели и пошел принимать душ. Теплые капельки воды текли по моему телу. Легкий аромат персикого геля для душа витал в воздухе. Закончив с водными процедурами, я вытерся полотенцем и накинул банный халат. Сна ни в одном глазу. В прямом и переносном смыслах. Я всячески пытался вспомнить сегодняшний сон, но ничего из этого не выходило. На часах уже *7:48*, поэтому мне нужно поторопиться. Сегодня первое сентября. Я надел белую рубашку, черный галстук и черные джинсы, что были купленны мной вчера. Как показывает термометр за окном, на улице около 18 градусов тепла. Поэтому я надел ветровку-бомбер. Снова взглянул на часы. Стрелки уже на *8:12*. Я быстро схватил телефон с наушниками и рюкзак, надел кеды и, закрыв дверь на ключ, выбежал из подъезда. Оббегая лужи, я уже добрался до остановки.

***

      Холодный ветер теребил мои светлые волосы. Я спеша направляюсь к школе, уже выйдя из желтого трамвая. Я опаздываю. А точнее уже пропустил торжественную линейку. Поэтому мой мозг морально подготовлен к нотациям класснухи. Вновь я поднимаюсь по этим ступеням и вхожу в эту школу. Я успешно прошёл через электронную проходную и охранника. И уже поднялся на необходимый мне второй этаж. Не сбавляя шаг я подошел к кабинету. Медленно опустил ручку и открыл дверь. Звонкая речь классной руководительницы оборвалась, и на меня устремились взгляды двадцати вурдалаков. Среди «конченных» «элитных» одноклассниц прошелся шепоток. Я, смотря в ноги, а не на этих латентных особ, сел за свободную парту. — Семченко, опять опаздываем?! Не успел учебный год начаться, так ты уже опаздываешь! — начала причитать Екатерина Александровна. — Извините, проспал… — промямлил я. — Так раньше ложиться надо! А не в интернетах сидеть. — на этом диалог закончился и она продолжила трындеть про важность ЕГЭ. Да, да. До шести утра в интернете сижу. А потом два час сплю. Ага.       Я достал из рюкзака блокнот и ручку. Начал рисовать. — Кого рисуешь? — спросил знакомый голос сзади. — Ласточек. А так, просто каракули. — ответил я, не оборачиваясь. — По-моему очень красивые «каракули». — я резко обернулся и увидел Максима. На его лице красовалась ухмылка, а глаза блестнули, словно сапфиры. На моем же лице вновь читалось полное недоумение от всего происходящего. Почему я опять встречаюсь с парнем из сна, с Максимом? — Что ты тут делаешь? — прошептал я. — Я теперь тут учусь. — он издал тихий смешок. И, сложив руки на груди, посмотрел мне в глаза. Я же просто утопал в его синих. Будто мне привязали к шее булыжник, и я медленно уходил ко дну. Так называемую идиллию прервала Екатерина Александровна: — Семченко и Шабанов я вам не мешаю?! — я снова уткнулся в блокнот и продолжил рисовать ласточек.

***

      Когда закончилась «лекция» от классной руководительницы о значимости этого учебного года, все вышли и направились по домам. Я последний, убрав в рюкзак блокнот и ручку, вышел из кабинета. На мое плечо легла чья-то рука: — Кирилл, подожди. — опять Максим. — Ты в какой стороне живешь? — я ответил, он сказал, что ему в ту же. Мы спустились на первый этаж и вдвоем вышли из школы.       Желтые листья от березы стремительно проплывали в ручейке. Прохладный ветер теребил волосы. Дети из начальных классов прыгали по лужам и играли в прятки. Мы с Максимом шли рядом по асфальту и разговаривали. Он ушел из другой школы спонтанно. Класс распустили, а в параллельный идти особо не хотелось. С родителями пришел к выводу, что перейдет сюда. Затем он меня расспрашивал почему я работаю в ночном клубе. Я осознал, что Максим со мной столь откровенен и ему можно доверять. И я рассказал ему про отца, про то, что всеми силами пытаюсь помочь маме. Он меня выслушал и ни разу не перебил. Когда мы подошли к пяти-этажке, он пожал мне руку и мы попрощались. Я понял, что теперь у меня появился друг.

***

      Я вернулся домой. Мама уже пришла с работы и накормила меня ужином. У меня осталось немного времени перед работой. Я сел за письменный стол и включил ноутбук. Ввёл логин и пароль. Одна заявка в друзья. Интересно. Максим Шабанов… Я навел курсор на *принять* и нажал на левую кнопку «мыши». Сразу же мне «пришло» одно личное сообщение: Максим Шабанов =Еще раз привет=

Кирилл Семченко =Еще раз привет= (2)

Максим Шабанов Ты сейчас на работу пойдешь? •о•

Кирилл Семченко Ага. А что?

Максим Шабанов Да просто с друзьями пойдем первое сентября справлять.

Кирилл Семченко Забавно. Значит пить будешь? -_-

Максим Шабанов Маам, я немножко: c

Кирилл Семченко Ну ладно, увидимся:)

***

      Я протирал тряпочкой барную стойку. Как вдруг ко мне сзади подошла Катя, официантка. Она промямлила что-то в роде: «Сможешь заменить меня пожалуйста?». Глаза у неё были заплаканные, очевидно что-то случилось. Я сказал, что мне не трудно. Она озвучила мне, что нужно делать и как принимать заказы. Я кивнул, и она схватив сумку выбежала из помещения.       Ближе к часу пришёл Максим с друзьями. Они сели на большой красный диванчик, который окружал стеклянный кофейный столик. Один из парней позвал меня, чтобы сделать заказ. Две девушки заказали по мороженому и по коктейлю. Парень, что позвал меня, заказал водку. Другой «виски». А Макс сидел у барной стойки, видимо ожидал моего возращения. Я зашел за стойку. И Максим поднял на меня глаза. — Ты теперь официант? — он улыбнулся. — Нет. Катя просила подменить… — Что еще за Катя? — он поднял одну бровь и в его взгляде можно было прочитать, что-то в роде: «Эй ты, офигел?». Стоп. Он что ревнует? — Катя — это официантка, у нее что-то случилось. Не знаю что именно, не распрашивал. — теперь он снова смотрит на меня с ласковой улыбкой. — Понятно. — он осмотрел меня с головы до ног. Я был одет в черную рубашку, у которой я закатал рукава, на шее белый галстук-бабочка, к кармашку прикреплен был бейдж с моим именем. Снизу одни из моих черных джинс, а на ногах мои любимые чёрные брендовые кеды. Немного неопрятно, но со вкусом, как говорится. Макс же был в джинсовой рубашке поверх черной футболки, в обычных синих джинсах и кроссовках «Nike». — Пить будешь значит? — сменил я тему, повторив свой вопрос, что писал ему в «Vk». — Не-а. — он вновь посмотрел мне в глаза и закусил губу. Я в это время уже выставил две стеклянные мисочки с клубничным мороженым, бутылку «Московской водки», бутылку «Jack Daniels» и пару готовых «мохито». — Врунишка. — я улыбнулся, взял поднос, поставил на него две стопки для шота по 150мл, два мороженых и два коктейля, а Максим решил мне помочь и отнес бутылки.       Затем, когда я расставил все с подноса, Макс сел на диван, а я пошел составлять счет. Вернувшись с кожанной «корочкой», внутри которой был чек, я застал такую картину: у Максима на коленках терлась одна из девушек. В голове промелькала мысль, а что если это его девушка? Я положил счет на столик и ушел. Внутри все сжалось, глаза мокреют. Так! Успокойся! Возьми себя в руки! Сзади послышались шаги. Я обернулся. Опять Максим. — Это не то, о чём ты подумал. — он сказал это, прошептав мне на ухо. — О чем я должен был подумать? Что у тебя есть девушка, а ты даже не соизволил мне её представить? — он закатил глаза, видимо понял, что я вру. — Я с ней не встречаюсь. Ну вот скажи мне, как я могу встречаться с той, у которой уже есть парень, а? — он сказал это с таким раздражением, что стало понятно, что его бесит это выяснение отношений. — Не знаю… Можно тебя спросить? — теперь в его глазах можно было прочесть, что у него разыгрался интерес к тому, что я хочу спросить. Он кивнул. — Мы ведь теперь друзья? — он улыбнулся и покачал головой: — Нет. — он серьезно? Из-под ног пол начал уходить, появилось ощущение, словно я лечу в пропасть, как в друг он продолжил: — А можно тебя спросить? — я еле-еле кивнул. — Ты меня любишь? — не знаю, что на меня нашло, но я ответил: — Да… — Значит мы не друзья. А все потому-что я тоже тебя люблю. — эйфория охватила меня с головы до ног. — Значит мы… э-э… пара? — он кивнул и, прильнув к моему уху, прошептал: — Ну как тебе сон?       Я лишь «наградил» его недоумевающим взглядом. От него пахло спиртным. Как раньше до меня не дошло? Я спустился с небес на землю. Ведь сейчас он просто несёт бред. Ведь его разум ушел в плотную завесу тумана… алкоголя. — Что ты несешь? — я схватил его за руку и поволок к столику, за которым сидела компания его друзей. Оставив этого «романтика», я ушел принимать заказ у барной стойки.

***

      Опять чертов будильник! Ну, здравствуйте, стресс и недосып. Здравствуй, школа. Я встаю с постели, принимаю душ и начинаю одеваться. Сегодня я надел черную рубашку на нее джинсовую куртку и белый галстук-бабочку, надел очередные черные джинсы и любимые изношенные кеды. Посмотрев на наручные часы, я схватил свой рюкзак и побежал на учебу. Сел в трамвай. Дальше меня начало бесить абсолютно все. Почему кондукторша так стремно одета? Почему этот чертов трамвай такой медленный? Почему он, черт возьми, так долго стоит на остановках? И почему он такой старый и разрисованный? Я вышел на нужной остановке. И вновь отправился в школу.

***

      Welcome to hell! ** Я успел за шесть минут до звонка. Первым уроком у меня химия. В рекреации собственной персоной 11«А». Здесь вы можете увидеть целых две стадии деградации такого млекопитающего, как человек. У первого подоконника вы можете наблюдать за редкими экземплярами «ботаников» или, как сейчас модно говорить, гиков. Это первая стадия. Вы скажете: «Почему? Ведь они наоборот съэволюционировали!». Нет, товарищи. Это те люди, которые строят из себя гиков. Хотя на самом деле они просто фанатики Шелдона Купера и сериала «Теория большого взрыва». Да, люблю этот сериал, он прикольный. Но это перебор. Футболки с надписью «geek», очки, которые совсем не для зрения, а просто аксессуар. Короче, не гики, а полнейшие хипсетры. И именно к этой первой стадии относятся четыре особы женского пола. Продолжим нашу экскурсию… За вторым и третьим подоконниками мы имеем возможность наблюдать за второй стадией деградации. Фанфары… И-и-и мы видим ценные экземпляры представителей «золотой» молодёжи. Похлопаем друзья. Здесь их целых девять особей! А у последнего четвёртого подоконника… никого. Это место для меня, гида этой занимательной экспозиции. К пребольшому счастью я пока не начал деградировать. И чтобы не подхватить эту заразу, я избегаю контактов с зараженными синдромом туретта. Или это синдром дауна? Хм-м, а может у них просто сифилис?       Нет, я не забыл о том, что случилось ночью в клубе. Да и не мог забыть. Я сидел на второй парте около окна. И, с фокусируя зрение с помощью очков в черной роговой оправе, я читал книгу. Старая химичка что-то бубнила о ряде электроотрицательности элементов. Да и мне это было абсолютно не интересно. Ведь это материал на повторение, а я это все прекрасно знал наизусть. Намного интереснее мне показался сюжет книги Булгакова «Мастер и Маргарита», чем нудные бурчания разваливающейся на ходу училки. В книгах герои так часто одаривали друг-друга различными любезностями. В жизни подобрать нужные слова оказалось намного сложнее… Я оторвал свой взгляд от, пропечатанной мелким черным шрифтом, листка бумаги и осмотрел всех присутствующих. Кто-то «сидит» через дорогущий телефон в интернете, кто-то просто играет в каком-то приложении. Кто-то все внимательно слушает и конспектирует это в тетради. Кто-то же сидит за пустой партой в наушниках, слушает музыку. И нигде не было Максима. Пожалуй, я единственный кто обратил внимание на его отсутствие. И видимо он решил вздремнуть и протрезветь, оставшись у себя дома.       Остальные уроки прошли так-же, как и в предыдущие десять лет заточения в этой колонии строгого режима. Хоть и учителям абсолютно наплевать, что мы делаем во время урока, они задают море, нет, океаны домашки. Которые ты обязан проплыть к следущим сорока пяти минутам мучений. А если ты сойдешь с дистанции, или вообще останешься загорать на песочке, то, чувак, тебе не жить. Ты отправишься на истерзание к классному руководителю, которая, словно падальщик, будет клевать твой мозг. Так что, лучше проплыть и не бояться, что тебя съедят акулы (простым языком, что ты получишь двойку). Ведь если ты доберешься хотя-бы до половины всего пути, тройка тебе обеспеченна.       Всегда учеба давалась мне легко. В начальной школе, помню, даже был удостоен почетной грамоты из Министерства Образования. Да, да, я был отличником. И как мы все прекрасно знаем, многие отличников недолюбливают, завидуют им и даже ненавидят. И скорее всего именно из-за этого у меня не сложились отношения со всем «коллективом». В шестом классе после уроков меня подкараулила шайка сосунков богатеньких родителей. Я был один, их четверо. Силы неравны… Меня они избили не за что. Просто так. За то, что я был не из их «элитной» тусовки и хоть в чем-то был лучше. Затем я месяц лежал в больнице с переломанными ребрами, с гематомами и порезами. Так же большой удар пришел на ноги — они были в очень глубоких порезах. До сих пор я слегка прихрамываю на правую ногу. И физ.культура мне категорически противопоказана. И вот ТАКОЕ могут спокойно вытворять шестиклассники. Помню мама приходила каждый день в больницу и навещала меня. Она плакала. И они с отцом долго разбирались с родителями этих засранцев. Но деньги решают все. Директриса сидела сложа руки. А все почему? Правильно, идеальный пример коррупции. Те, что меня избили, перешли в более элитную школу. Не сложно догадаться какой образ жизни они ведут по сей день. Спайс, кокаин, насвай, амфетамин, шлюхи и казино. Последние два пункта прямо как их папашки.       После окончания уроков я направился в сторону остановки. Я прошел мимо того самого дома, где живет Максим. Скромная, но приличная пяти-этажка с ровными, но пожелтевшими газонами. У входа в четвертый подъезд, в нем и живет Шабанов, стояла парочка. Видимо одна из тех, которые мы привыкли видеть абсолютно везде — сосущимися друг с другом. Парень нервно перебирал в руке ключи, а девушка, чуть пониже его ростом, что-то ему говорила, размахивая руками. Вдруг парень посмотрел в мою сторону, обхватил ладонями лицо девушки и, притянув к себе, поцеловал её. Я узнал в парне Максима, а в девушке, ту, что вчера сидела на коленях у Шабанова, ту, что я принял за его девушку. Отвернувшись, я ускорил шаг, в надежде забыть увиденное…