Как в Шекспировской трагедии

На следующий день Барт ехал на работу, раздираемый двумя чувствами. С одной стороны, ему безумно хотелось рассказать Кинсу о том, что у них получилось, о том, что они смогли натолкнуть его братьев на тех омег, а с другой… с другой стороны, он безумно боялся встретиться с этим альфой. Барт уже даже не мог точно сказать с какого времени он сходит с ума по Кинсу. Наверное, все началось с его голоса. Барт буквально влюбился в этот низкий с хрипотцой баритон. А потом глаза. Глаза Кинса, буквально, сразили омегу. Первое время он даже не мог нормально вести эфиры, так как вечно тонул в этом глубоком взгляде, сгорал от восторга, смотря на искорки в глазах альфы. А еще Барт молился на манеру альфы вести эфиры, говорить… Создавалось ощущение, что он не играет, а действительно хочет его. И если раньше Барт себе давал хорошую оплеуху и продолжал уверенно вести «завтрак», то теперь, когда Кинс начал проявлять какой-то интерес, Барт не мог найти себе места. С одной стороны, он хотел, безумно хотел быть с этим альфой, а с другой - боялся, что все это не правда и все, что волнует альфу – просто переспать. Просто запах. Ах, да, запах! Запах Кинса тоже сводил с ума Барта, потому омега взял себе за привычку, просто на каждый эфир носить ограничитель для альф в носу. Хохо, производитель создавал его, чтобы альфам запах эструса не мешал, а Барту теперь запах Кинса не будет мешать. Барт так долго носил этот ограничитель, что в тех ситуациях, когда его не было, сознание просто уплывало от лавины ощущений. Однако, в сущности, Барт не был трусом, потому, встав как обычно в пять (ну, как встав, он и не ложился в общем-то), ломанулся на работу. Дождь так и не прекратился. Знаменитые ливни Сан-Франциско не отпускают свой город так просто, и если уж дождь зарядил, то зарядил надолго. Весь промокший и продрогший, с запасным костюмом в рюкзаке в шесть Барт ввалился в студию. Естественно, эфир-то в семь уже. Не оглядываясь и даже не заметив Кинса, он помчался со всех ног в гримерку и только там замер, не понимая, что происходит. - Эмм… Люк! Ты куда? – гример – молоденький омежка, собирал свои кисточки и прочую утварь и напевал легкий мотивчик. - О, Барт! А скажи, дорогой, когда ты, наконец, будешь читать сценарий каждого выпуска, а не перед выпуском влетать в студию, кидаться на Кинса со своим извечным: «Ну, что там сегодня? Давай по – быстрому!». Барт смутился словам гримера. Так, собственно, обычно и было. Барт никогда не читал сценарий. Это всегда делал Кинс, а потом каким-то волшебным образом альфа за пять минут пересказывал эфир в двух словах, да так, что омега понимал все без малейших вопросов и искажений. - Так куда мы? – гример на это лишь хмыкнул. - У альфы своего спроси! – и гордо развернувшись, вышел из гримерки. Стыд и страх буквально поедали омегу. На негнущихся ногах Барт отправился к альфе в студию. Кинс как всегда выглядел идеально и бодро пил кофе, беседуя с продюсером. Ревность, на задворках сознания, вновь кольнула омегу. - Кинс, доброе утро! Куда мы сегодня? – лицо альфы озарила неподдельная улыбка. - О, у нас выездное шоу на праздник университетских ярмарок, - в отличие от альфы, продюсер пылал праведной яростью от несобранности Барта, но ничего не сказав, удалился из студии. - Он мне никогда не забудет того случая! – в сущности, Барта не мучила совесть за истерику, перед продюсером по крайней мере. - Неа! – альфа улыбнулся во все зубы, повернулся к студийному столику, что-то взял и обернулся к Барту. Только сейчас омега заметил, что Кинс держит огромный букет белых тюльпанов. - Барт, возможно я не тот идеальный альфа, которого ты так ждешь и хочешь найти. Возможно, ты полагал, что все будет совершенно иначе, но я готовился к этому два года. С тех самых пор, как мы познакомились, как я увидел твои глаза, услышал твой голос, ощутил твой запах,… понял, что ты моя омега. Барт, я люблю тебя! И я хочу, чтобы мы были вместе. Подумай над этим. Альфа протянул букет, Барт принял цветы и зарылся лицом в них. Ему не было стыдно, но он кошмарно смущался. Смущался тому, что это правда, смущался тому, как сегодня был прекрасен Кинс, как он чудесно пах (омега принципиально не одел ограничителя), тому, что хотел, как ребенок кинуться ему на шею и заверещать: «Да!». Но все, что омега смог сделать – это тихо шепнуть: «Я тоже люблю тебя, Кинс!»,а потом снова зарыться в букет. Кинс улыбался как бешенный, не зная смеяться ему или плакать. А потом просто выдернул «защитные цветы» из рук Барта и притянул его к себе для поцелуя. Запах альфы стал сильнее, ярче, активнее, и Барт уже почти потерял рассудок, когда идиллию нарушил вездесущий продюсер, заставляя разорвать поцелуй. - Так, хватит целоваться, у нас эфир. Шагом марш по машинам. Дождь прошел, можно начинать. Барт и Кинс переглянулись, улыбнулись и потрусили за начальником. Ярмарка проходила в парке Гайд Хай. Когда съемочная группа прибыла туда, мероприятие уже начиналось. Продюсер раздал указания по интервьюированию представителей каждой группы – участников ярмарки, и все приготовились к записи. - Барт, - тихо позвал альфа, - как там с твоими близнецами дела? Омега только кивнул, закрепил удобнее микрофон и повернулся к камере. - Доброе утро Сан-Франциско. С Вами «Завтрак с Бартом и Кинсом»… - … и с Вами снова мы: Кинс Уильямс и Барт пока-еще-Шейн… - … и мы с пока-еще-живым Кинсом находимся в Гайд Хай парке, где проходит очередная летняя ярмарка университетских групп. - Сегодня мы посмотрим на это веселье и вспомним о нашем проекте поиска омеги для альфы… - И я, на правах младшего брата, тороплюсь сообщить Вам, что Рикстер Шейн и Луис Шейн – главы сети отелей и ресторанов «Рикстер» готовятся к бракосочетанию с Вильгельмом и Рансом Уолтерсами – известными ресторанными критиками. - Что ж, неожиданно! Спешу заметить, что участие нашего проекта было минимальным и заключалось лишь в создании необходимой для беседы атмосферы… - Наш проект выражает свои поздравления будущим супругам! - Барт, у нас будет эксклюзив? - Сомневаюсь! Ты помнишь, нас ждет еще один альфа. - Помню – молодой весельчак! Омеги, любящие развлечение – торопитесь, отберут же с руками. - Кинс, ты помнишь? У нас ярмарка. - Да! Камеры ушли на панорамные съемки, а Барт и Кинс отправились на поиски интересных групп, которые и будут показаны в эфире. - Барт, как так вышло, что они сошлись и приняли решение заключить брак? – Кинса и правда волновал этот вопрос. Он постоянно озабоченно посматривал на своего омегу. - Они пришли в три ночи, оба радостные. Хотели проверять своих омег. Я поругался с ними, - Барт посмотрел в удивленные глаза альфы, - да, у них такая привычка, проверять своих омег на достойность. А потом… утром они сообщили, что женятся. Я тогда стал их расспрашивать, и Луи сообщил, что они так и не ложились, а переписывались с омегами смсками. В этом смс-общении они спросили омег, хотят ли те заключить с ними брак и омеги подтвердили согласие. - Как так? Просто сходу замуж? А как же проверить чувства, убедиться, что они пара? У тебя трое из братьев не очень адекватно к браку относятся. - Нет, Оуэн просто уже чувствовал свою пару, а вот Рик и Луи… Знаешь, я никогда их не понимал, - омега опустил взгляд в землю. - Давай вот тех проинтервьюируем. Какие-то фрики. Омега указал на небольшой шатер с циркачами, где молодые люди в странных костюмах совершали кульбиты. Кинс махнул оператору, и они стали готовить сцену. Именно в этот момент парочка заметила веселого парня, который и был организатором шуток и, судя по запаху, был единственным омегой. Не сговариваясь, ведущие приняли решение взять интервью именно у него. - Уважаемые господа, просим Вас познакомиться с первыми представителями ярмарками – студией Эйффи – Политехнический Университет Сан-Франциско. - И поговорим мы с одним ярким представителем группы. - Добрый день! Расскажите, какую идею олицетворяет Ваш шатер? Что он должен принести Вашему учебному заведению? Но парнишка не отреагировал на ведущих должным образом. Точнее очень даже отреагировал. При виде пары, он толкнул соседа, выдувающего гигантские мыльные пузыри, отобрал «мыльницу», выдул пузыри прямо на ведущих, заключив тех в мыльный плен, и с криками побежал. Оператор умирал со смеху, шокированный продюсер в вагончике отслеживал все видео. После такого странного поведения студента, он быстро отзвонился в студию и был поражен еще больше. Безумие в исполнении студента очень даже привлекло внимание зрителей, чем повысило рейтинги на 20%. - Кинс, ловите парня! Чем смешнее и зрелищнее шоу, тем выше рейтинги! – скомандовал продюсер альфе в наушник и вернулся к созерцанию. Будущие супруги помчались за омегой, продюсер же командовал операторами, кидая в эфир съемки погони с разных ракурсов. Барт же с Кинсом умудрялись вести шоу во время беготни... - А сейчас мы преследуем нашего избранника… - … о, боже, Кинс, это так глупо звучит - избранника. Но Кинс прав, господа, мы преследуем парня, который и станет нашим гидом по сегодняшней ярмарке. - Я бы сказал, он не гид, а тот, кто ведет галопом. - Кинс, разве это не самая забавная глупость, что мы с тобой совершали? - Пожалуй! Продюсер, сидя в вагончике, посмеивался, глядя на ведущих, а пара бежала за парнем, тихо переговариваясь между собой. - Барт, он подойдет Паку? – Кинс говорил как можно тише, чтобы камера, не словила звук. - Да! А дальше им пришлось перейти к комментированию тех павильонов, около которых им удавалось ненадолго задержать парня. Однако, он неминуемо сбегал от ведущих. Через пятнадцать минут такой беготни парня таки изловили около павильона Пака, который воссоздавал опыты Теслы. Барт позвал брата и представил омегу, которого уже крепко держали. Однако, несмотря на эфир, парень не оценил помощи телеканала и начал скандалить. - Что? Я не буду омегой какого-то альфы-неудачника!! - Альфы-неудачника?!! Да кому ты нужен – безумный фрик из политехнического. Вы нам - студентам университета Теслы - и в подметки не годитесь. -Теслы? Вы проигрываете нам во всем… Барт с Кинсом хотели разнять парней, но опять вмешался продюсер, запретив это. А после парни стали драться. Только тогда продюсер скомандовал перенос изображения на другие камеры, и ведущие кинулись разнимать парней. Когда разнять дерущихся все же удалось, Пак, словно ничего и не было, заявил: - А что ты делаешь сегодня вечером? - Планировал играть по сети в Айстро, - ответ омеги был таким же непринужденным, будто не сидели они сейчас с побитыми лицами. - А я знаю место, где можно играть в Айстро бионически. - Я тоже знаю, но туда никак не попасть. - Попасть - у меня есть V.I.P. карта. Пойдешь? – и парочка радостно удалилась, обсуждая игру. Ошарашенные Барт и Кинс только смотрели друг на друга. - Надеюсь, это твой последний брат? - Да! - Поехали домой? - Поехали! - мужчины поднялись и, обнявшись, направились к машине Кинса.