You are my gift.

***

      — Шу, а теперь мы хотим подарить тебе подарок, — вставая со стула, произнес Райто. Почти все братья были пьяны, кроме самого именинника: его не особо волновала эта потасовка, которую устроил отец. Раз Шу исполнилось 318 лет, то это нужно отпраздновать — он достиг вампирской зрелости. Братья не особо хотели праздновать, но что не сделаешь ради выпивки. Даже Рейджи хотел расслабиться при помощи, а то ему надоело тащить весь дом на себе, не дожидаясь помощи от старшего. Не все же время вампирам пить кровь и чаек, можно кое-что и покрепче; только вампиры, как и люди, не видят приделы алкоголя.       — И что же это? — без единой нотки любопытства спросил блондин, продолжая изучать вилку в руках.       — Я… Ик… Сам в шоке, но… Ик… — Аято пьяной походкой подошел к одной из дверей и открыл ее. Синие глаза плавным взглядом проскользили к подарку. «Что это такое?», — первое, о чем подумал именинник.       — Братик! — полупьяный Канато подбежал к подарку и, схватив его за плечи, потащил в центр зала.       — Мы долго думали над подарком, а затем решили не париться и подарили тебе ее, — Субару тоже был трезв и объяснил все старшему брату.       — Кстати… Ик… Ты можешь делать с блинчиком… ик… хоть-что, — Аято не выдержал и упал на импортный ковер, а после, заснул.       — Нельзя братику пить, — Райто покачал головой и выпил очередную рюмку спиртного. Не обращая внимания на братьев, Шу изучал свой подарок. Может Юи и живет с ними, но он никогда не видел ее такой: гранатовые цветом глаза были завязаны шелковой повязкой, которая не позволяла увидеть что-либо или кого-либо; маленький ротик был заткнут шариком, от которого исходили два кожаных ремешка и зацеплялись на женском затылке; хрупкие кисти рук были связаны за спиной. Само тело было закутано в какую-то ткань желтого цвета. Комори не очень понимала, что происходит. Рейджи ввел в ее тело какую-то жидкость, перед тем, как упаковать подарок. Однако же и Рейджи повезло: так как он разбирался с подарком, то ему выпала возможность увидеть оголенное тело жертвы, первей именинника. Однако же, осознание того, что он не заполучит запретный плод первым, раздражало его.       — Эх… — вздохнул Субару и, посмотрев на рюмку, произнес, — Была не была, - и впервые попробовал спиртное.

Pov Шу

«Странно. Почему Аято согласился на это?», — размышлял я, изучая женское тело. «Нет. Так не пойдет. Я ничего не могу разглядеть», — вставая из-за стола, я быстрыми шагами подошел к блондинке, после, схватив ее за плечи, переместил нас в комнату.       — Ммм, — мычала Комори и начала мотать головой. Видимо до нее дошло, в каком она положение. Толкнув ее на кровать, я присел рядом с «подарком» и начал развязывать узлы. Те места, которые обвивали веревки, были красными. Видимо братья перестарались в упаковке подарка. Нет. Здесь не братья постарались, а Рейджи. Хм. Эти узлы я узнаю хоть где: этот узел напомнил мне тот самый, которому нас учили в детстве. Привычки не меняются, как я погляжу. Больше всего меня бесило одно — он смог увидеть ее первей меня, но, как говорится, старшим все самое лучшее, вот мы и посмотрим: хорош подарок или нет. Получив свободу действиям, Юи, трясущимися руками от страха, начала развязывать свою повязку, но я не дал ей этого сделать.       — Мне так больше нравится, — от моих слов женское тело начало трястись. Хотя чему удивляться. Она трясется в любой ситуации, тем самым показывая свою слабость.  — Боишься, — хмыкнул я и привязал руки девушки к спинке кровати, рядом лежащей лентой.       — Ммм, — опять начала мычать блондинка и отрицательно мотать головой. Бесит. Неужели нельзя молча лежать?       — Я не причиню вреда, — произнес я ласковым и нежным голосом. Зачем еще пугать жертву, если она и так напугана. Страх буквально въедается в ее хрупкие кости. По ее телу бегают мурашки. Из-под черного шелка катятся жемчужные слезинки. Черт, но это возбуждает, а то, что скрывается под желтой тканью, должно меня порадовать. Одной рукой я забрался под материю и принялся ласкать ее бедро, слегка касаясь подушечками пальцев ее фарфоровой кожи. Девчушка опять начала протестовать, пытаясь освободить руки, но я не обращал на это внимание. Она — простая игрушка, а я главный в этой игре. Кукловод, который тянет ниточки марионетки. Одним легким и плавным движением руки, я сорвал с нее шелковистую ткань. Для моих глаз открылся вид на нетронутый плод: маленькая, но аккуратная грудь; розовые и такие аппетитные сосочки; тонкая талия — неширокие бедра и стройные ноги. На мой взгляд — она была идеальна. Как приятно, когда по такой бледной коже скатывается алая жидкость, дурманящая разум.       — Ммм, — Юи начала дергаться всем телом. Ее кисти рук уже были стерты в кровь, но она упорно пытается их освободить. Глупая. Перекинув правую ногу через талию девушки и, облокотившись на кровать, я приспустился к ее груди. Ммм. Она начала возбуждаться, а хотя я ничего не делал.       — Если я дотронусь пальцами до твоей «подружки», то уверен, что там будет влажно. Развратная, — на моих губах расплылась усмешка. От моих слов на ее щеках появилась краснота, которая особо подчеркивала бледность ее личика. Почувствовав неприятную тесноту в своих штанах, я положил ладошку на свой член, который был готов к «работе» и искал выход из-под резинки трусов. Положив ладошку на пах, легонько погладил его, и тот стал рваться наружу, набираясь сил. Нет. Удовлетворять свою игрушку я не намерен, а вот чтоб она меня поласкала… Развязав ее заплаканные глаза и, отстегнув шарик, я посмотрел на жертву.       — Прошу… не надо, — начала просить пощады девушка, но кого это остановит?       — Расслабься. Я не буду тебя трогать, — с ее стороны послышался облегченный вздох. Я развязал ее руки, которые кровоточили и манили меня запахом, девушка мигом прикрыла свое тело тряпкой.       — Спасибо, Шу-сан, — Юи ели заметно улыбнулась. — Я знала, что вы хороший, —хмыкнув на ее слова, попутно начиная расстегивать свою рубашку, я внимательно изучал действия блондинки. Ее лицо снова покраснело.       — Ты не поняла. Я не буду трогать тебя, а вот ты, — схватив ее за белокурые волосы, я пододвинул ее головку к своим штанам. — Ты будешь трогать меня, — гранатовые глаза испуганно посмотрели в мои. Тело снова взяла тряска. Знала бы она, что это еще больше заводит меня.       — Нет, я не хочу… Пожалуйста, — по ее щекам опять потекли слезы. Пытается надавить на жалость?       — Слушай меня внимательно, — грубо схвати ее за подбородок, я заставил гранатовые глаза смотреть в мои синие. — Тебя подарили мне. Ты не убежишь от меня. Делай то, что я скажу и тогда, возможно, я оставлю тебя в живых.

Pov Автор

Страх захватывает тебя полностью. Ты — глупая овечка. Он — голодный вампир. Но тебе должно радовать одно — он один и не будет делиться с братьями.       — Я… П-поняла, — Комори ничего не остается, как пойти ему навстречу и остаться в живых. Монашка, которая быстро отдалась вампиру.       — Умница, — Сакамаки запустил свои тонкие пальцы музыканта в белокурые волосы. — Я научу тебя взрослым играм. Глаза девчушки стали размером с блюдца, а тело снова затряслось. Где-то в глубине души она понимала, что потеряет свою невинность в какие-то жалкие секунды, но упорно отгоняла эту мысль прочь, и надеялась, что Шу одумается. Но реальность намного жестока.       — Ты не опытна и это затрудняет задачу, — с задумчивым видом произнес блондин. Комори впервые увидела его в таком задумчивом состоянии. В ней проснулся страх и любопытство одновременно. Страх оттого, что она не могла предвидеть действий и мыслей вампира, но ей было и любопытно.       — Шу-сан, может, не нужно, — девушка смущенно отводит взгляд, на что вампир ухмыляется, а затем, резко, срывает желтую ткань, которая прикрывало тело девушки. Юи залилась краснотой. Чего он там уже не видел? — П-п-ожалуйста, — дрожащим голоском пролепетала Юи и попыталась прикрыть свое тело покрывалом, которое мирно лежало на кровати вампира.       — Нет! — почти-что крикнул вампир. Блондинка зажмурила глаза от страха, и прижала свои хрупкие ручки к обнаженной груди. — Выбирай: или я насильно заставляю тебя делать то, что Я хочу, отчего будет больней. Или ты сама делаешь все, но под моим руководством. Даю минуту, — и вампир испарился из поля зрения блондинки. Девушка растерялась. Что ей делать? Отдаться во власть вампира, или просить пощады, как последняя скотина, которая не хочет, чтоб ее подали на стол.       — Наверное, я… — размышляла девушка в слух. Вера не дает сделать ей выбор. Внутренний разум кричит «Отдайся ему», а другая половина разума кричит «Нет».       — Договаривай, — в комнате появился хозяин этого особняка. На Шу уже не было рубашки, а ремень был расстегнут. В гранатовых глазах промелькнул огонек возбуждения, смотря на оголенный торс парня. О, да. Все вампиры были идеальны, а чем взрослее ты становишься, тем больше возрастает твой уровень сексуальности.       — Хех. Я знал, что ты развратная девица, — в мгновение ока, Сакамаки оказался рядом с девушкой и, притянув ее к себе за подбородок, поцеловал. Боже, но это был ее первый и настоящий поцелуй, который отдавался грубостью. Шу грубо целовал девичьи губки. Кусал их и пил кровь. Пока, его не очень волновало изучение ее ротика, но…       — Что же ты решила? — проговорил блондин в губы Комори. С румянцем на щеках, жертва хотела оторваться от холодных губ, но ей не дали этого сделать. Мужские пальцы снова оказались в шевелюре блондинки. — Проговори это в мои губы, — приказал Шу и прижал к себе хрупкую тушу. Юи замешкалась. Она все же не определилась с выбором, но, за все прибытие в этом доме, поняла.       — Я… Буду выполнять ваши приказы, — прошептала она в мужские губы, и отпустила глаза вниз. Теперь, ей было стыдно смотреть хоть кому-то в глаза.       — Я принимаю твой ответ, -Шу оторвался от женских губок и, схватив хрупкие ручки девчушки, положил их на свой член, который, снова, начал наполняться силой.

Стыд, который переполняет тело девушки. Румянец, который так и восходит на девичьих щеках. Жар, который охватил хрупкое тело. Тело трясется, но не понятно отчего.

Краснеть девушка уже не могла. Он видел ее обнаженное тело. Она увидит его плоть. Чего уже стесняться, да и наш организм дает о себе знать. В интимной зоне девушке стало влажно. Комори возбудилась от того, что член парня набирается силой, и она чувствует, как он начинает рваться наружу, чтоб получить свое.       — Моя плоть очень изголодалась, но я не лишу тебя девственности, пока, — жаль, в маленькой головке уже всплывали разные картинки. Может, она и родом из церкви, но все мы люди, которым нужно утолять свои потребности, и каждый находит для этого разные способы. Гранатовые глаза с любопытством смотрели на то, как парень расстегивает свои брюки. Приспускает их, а затем берет правую руку девушки, и направляет ее к резинке боксов.       — Сними их, — своим обычным и холодным тоном потребовал парень. Руки невольно затряслись. Юи никогда еще не видела мужского достоинства, только лишь представляла. Но, представлять и видит его — разные вещи. — Я жду, — терпеливо проговорил блондин. Собравшись с силами, Комори приспустила своими тонкими пальчиками боксы. Наружу, буквально, выпрыгнул пенис. Да, вампир давно сдерживался. Он хотел ее жестко оттрахать с первого взгляда. Слышать ее стоны, крики. У каждого вампира скрыты свои тайны.       — Ой… — Юи залилась краской и отвела взгляд, чтобы не смотреть на голодную плоть.       — Поцелуй ее, — юноша устроился поудобней и схватил свой член за основание.       — Ч-ч-то? — дрожащим голоском переспросила блондинка. Шу лишь закатил глаза и, снова схватив девушку за голову, подставил к своей плоти.       — Поцелуй ее, — повторился Сакамаки и начал мастурбировать свою промежность. Юи во всю наблюдала за его действиями, но, стоило ей перевести взгляд на головку члена, как в ней проснулось дикое желание. Наклонившись вперед, Комори поцеловала головку и замерла, ожидая следующих приказаний.       — Умница. Теперь возьми его в рот и используй язык, — прошептал парень и прикрыл синие глаза. Блондинка немного растерялась. Она же делает это впервые, и боится что-либо испортить. Вдруг, ему не понравится, и он накажет ее, но намного жестче. — Я жду, — женские глазки посмотрели вверх, на парня, и встретились с синими, как лед, глазами. Вздохнув, «подарок» взял в рот головку. Комори было не очень уютно, ощущая что-то подобное в своем ротике. Член парня не был уж таким длинным, но, он был широким. Ну, вот у нее во рту, и что делать дальше?       — Пососи ее, — Юи последовала приказу парня и, воспользовавшись своей фантазией, представила, что это леденец на палочке.       - Ахх, — простонал синеглазый и снова запустил пальцы в белокурые волосы, после, сжал их. Девчушка поняла, что это хороший знак и продолжила ее сосать. — Тц… Теперь возьми его в рот, —, но никаких действий не последовало. Сакамаки разозлился. Он хотел по хорошему, а эта девка сама напросилась. Блондин схватился за основание девичьих волос, которые располагались ближе к корню, и силой насадил ее ротик на свой пенис. Блондинка не ожидала такого и из ее гранатовых глаз брызнули слезы. Член доставал до ее горла, из-за чего появился рвотный рефлекс. Он мог бы произойти, но Комори смогла подавить его. Сакамаки начал жестко трахать женский ротик, изредка, поддаваясь бедрами навстречу, а Юи лишь терпела. Она не ожидала, что попадет в такую попу.       — Ну, вот. Я насилую твой ротик, но, не бойся, через время я доставлю тебе удовольствие, — хрипел вампир от возбуждения.  — Кстати, — снова начинал он, сжимая кулак на второй руке. — Погладь их, — до блондинки не очень дошло, что нужно погладить, но, переведя взгляд чуток вниз, поняла. Хрупкая ручка дотронулась до одного из яичек парня, и легонько сжала его. По телу вампира прошла волна наслаждения, а орган начал пульсировать. Теперь встает вопрос: куда кончить? Почувствовав, что член пульсирует во рту, Юи начала отрицательно мычать.       — Я понял тебя… — тело юноши взяла легкая тряска и, не вынимая пенис, кончил в ее ротик, при этом глубоко насадив его на себя. По горлу полилась вязкая и горячая жидкость, что снова вызвало рвотный рефлекс. На этот раз девушка не сдержалась и побежала в ванную. (проекция всех комнат одинаковая. Ванны во всех комнатах находятся в одном месте)       — Кхм. Не легко с тобой придется, — застегивая штаны, проговорил вампир и плюхнулся на кровать. Теперь он утолил свою потребность, которая возникнет в скором времени снова.

Hear your heartbeat Beat a frantic pace And it's not even seven AM You're feeling the rush of anguish settling…*