You are my gift.

Тьма наполняет твою душу. Ты теряешь свою веру. Разум медленно туманится из-за этих синих глаз. Тело просит ласки, от одного мужского прикосновения. Ты потерялась…

***

По коридорам поместья Сакамаки шла девушка с блондинистыми волосами. Ее гранатовые глаза были устремлены вниз. Тело невольно брала дрожь, а руки трясутся, но Юи прячет их в карманах шорт. Все братья спят с похмелья, ну, кроме Шу. Тот лежит где-то.       — Ох… Моя голова, — из угла вышел Райто. Его одежда была помята. Волосы потрепаны, а глаза не выражали похотливости, которая обычно сверкает в его изумрудных глазах. Правой рукой он держался за голову. Комори немного струсила и решила пойти обратно, откуда она и шла.       — Стерва! — крикнул Сакамаки ей вслед и пошел следом. Ему нужно было опохмелиться. А лучшей нектар — кровь. А тут сразу же такой улов. Может, они и подарили блинчика брату, но имели полное право употреблять ее кровь, наверное…       — Не нужно, — прошептала Юи и забежала в угол. Жертва, которая загнала сама себя в ловушку. Вампир, словно волк, надвигался на свою жертву. Блондинка вжалась в стенку, а глаза потеряны. Сейчас она испытает новую боль. Райто не хотел особо с ней развлекаться. Ему нужно, чтоб его голова прошла. Прижав хрупкое тело к красной стене, парень наклонился к шее девушки, укусил. Волна боли прошла по телу. Холодные клыки полностью погрузились в плоть, и в его рот полилась сладкая кровь. Зажмурив глаза, Юи терпела.

***

Райто перестарался с питьем, а Комори еле держалась на ногах. На данный момент она сидела на мягком коврике в гостиной, рядом с камином. В помещение было тихо, только был слышен треск огня. Гранатовые глаза, полные боли и страдания, устремлены на искры. Руки нервно теребят ткань шортов.       — Комори! — дверь с грохотом закрылась, и в гостиную прошел Шу. Девушка приподняла головку и посмотрела на него. — Знай: Ты моя. Другие не имеют права пить твою кровь, — Сакамаки запер дверь и оказался рядом с Юи. Блондинка покачнулась и чуть не упала в камин, но ее остановили мужские руки.       — Спасибо, Шу-сан, — прошептала та и опустила взгляд вниз. Блондину захотелось проучить ее, чтоб она знала, кому принадлежит. Шу повалил Юи на ковер рядом с камином и привязал ее руки веревкой к решетке камина. Руки барышни мигом покрывались красными пятнами от огня, а вампиру было на это все равно. Самое главное для него — это наказать ее по полной программе. Именинник достал приготовленный им нож и разрезал по швам одежду девчушки. Сорвав с нее клочья от когда-то повседневной одежды, перевязав руки девушки в другом направление, он поставил свой «подарок» раком, и сделал неглубокий надрез на ее белоснежной попке, отчего девушка закричала на весь особняк. Перевернув Комори на спину, Шу приступил издеваться над ее грудью, сначала сильно прикусывая соски, а после зализывая языком. Юи прогнула свою спинку и простонала от ноющей боли в руках, ей это не нравилось, но блондинка понимала свою вину и поэтому не сопротивлялась его наказаниям.       — Кричи от своей беспомощности, — прошептал ей на ушко парень и ударил ладонью по ее лону. Девушка с гранатовыми глазами застонала во все горло, но после закусила губу, чтобы не раздражать Шу. Убрав нож в сторону, вампир приблизился к ее промежности и раздвинул большие губки, высунув свой похотливый язычок, парень сделал круговое движение по клитору, отчего Юи закричала от удовольствия, но еще больше смутилась, сжалась в калачик и попыталась согнуть ноги в коленях. Вампир разозлился и проткнул клитор клыком, Комори крикнула от боли, у нее сразу помутнело в глазах, появился приступ рвоты и она чуть не отключилась прямо тут, но Шу дал ей пощечину и барышня пришла в себя, а парень пытался зализать боль, которую он ей причинил. У него это выходило плохо, потому-что с каждым новым движением языка он задевал ранку, тем самым принося еще больше боли. Поняв это, Сакамаки проклинал себя за то, что был с ней таким грубым, но ему не хотелось останавливаться на этом, вампиру нравились ее стоны вперемешку с криками, поэтому не заканчивая с грубостью, он начал расстегивать пуговицы на своей рубашке. Блондинка испугалась и начала дергаться, показывая всем своим видом, что она этого не хочет, но Шу не обращал внимание на нее и через время избавился от всей одежды, которая на нем была. Юи даже не смотрела на него, а скрывала свои слезы за волосами, которые растрепались по ее лицу. Сакамаки закинул ноги девушки себе на плечи и резко вошел в нее. Острая волна боли прошлась по телу Юи. Из гранатовых глаз снова брызнули слезы. Руки сжали ворс ковра, а зубы сжаты между собой. Даже от этого вампир не решился останавливаться, начиная двигаться в ней и ускоряя темп до максимума, оставляя на ее белоснежной коже ссадины. Его плоть грубо скользила в девушке. Адская боль пробивала низ живота, а по стройным ножкам девушки потекли струйки крови. Жертва прикрыла глаза, чтоб не видеть его — монстра. Теперь, в ее глазах, все вампиры — безжалостные твари, которым нужна аппетитная жертва для того, чтоб выебать ее и напиться крови. Парень наклонился к ней.       — Кричи — это меня так заводит, — прошептал синеглазый ей на ушко и проткнул мочку клыками. Блондинка не выдержала и крикнула во все горло. Комори сделала вдох ртом, но кислород пошел не потому месту и попал в другое горло. Она начала кашлять. Юноша остановился и дал ей время откашляться. Откашлявшись, Юи посмотрела на блондина. Глаза покраснели от слез. Сквозь всхлипы, она проговорила:       — Пожалуйста, остановитесь…       — Я еще даже не кончил — терпи. Ты — мой подарок, — проговорил Шу ей на ушко, продолжая двигаться. Каждый новый толчок приносил еще большей боли, но блондинка упорно молчала, лишь посасывала волосы во рту. Сакамаки сделал пару толчков и вышел из Комори, кончив на ее впалый животик. Девчушка поморщила носик от ощущения кончины на себе. Бледный ножки так и находились на мужских плечах.Парень спустил ее ноги на ковер и взяв остатки одежды Юи, вытер ими свой член от крови. Из гранатовых глаз снова пошли слезы боли и стыда. Бедняжка даже пошевелиться не могла от боли, которая гуляла по ее телу. Вампир одел на себя боксы со штанами и закутал блондинку в свою рубашку, после понес в ее комнату. Голова начала кружится, а глаза закрываться. Окинув блондина взглядом, бедняжка потеряла сознание.

***

      — Хм. А братик жесток, — поправляя шляпу, простонал Райто.       — Тц. Заткнись, — рыкнул младший Сакамаки и переместился куда-то.       — Не посетили ужин. Как это не прилично.

***

Pov Автор

Гранатовые глаза медленно открываются. Голова гудит, а в ушах стоит звон. Каждая частичка тела пропита болью, а низ живота буквально прожигало от боли. Хрупкие и женские ручки перевязаны бинтами. Ничего не шевелится. Такое чувство, как-будто ты стал калекой, которой прикован к кровати. В комнате стояла гробовая тишина, были слышны лишь девичьи всхлипы. Жгучие слезы стыда и обиды бежали сами, без прихоти хозяйки. Хрупкое сердце разрывалась на маленькие кусочки, от воспоминаний о вчерашнем. Юи привыкла к укусам, оскорблениям и издевкам, но такое она испытала впервые. Боль и унижение в одном флаконе. Но из этой игры вышел и победитель. О, да. Сакамаки утолил свою жажду секса и крови. Хороший ему подарили подарок.       — Шумишь, — сквозь всхлипы Комори расслышала голос парня, который выдавал хозяина: как всегда пофигичный и сонный. Девчушка пыталась остановить слезы, но они, по своей воле, бегут и бегут. Женское тело взяла легкая тряска, но не от слез, а от мыслей: «Что он сделает, если она не заткнется?». Юи познала настоящую сущность этого вампира. А что было бы, еслиб ее подарили Райто? Лучше не думать и не представлять. По помещению разнесся легкий скрип кровати. Девушка затаила дыхание, так как она не могла повернуть голову, то ее взгляд был устремлен лишь в потолок, и ей остается только лишь гадать — что делает Шу…

Pov Шу

«Вот же глупая девчонка. Говорил ей: Не сопротивляйся, будет больней. Она сама вынудила меня на такой поступок. Однако же и я был груб с ней.», — вставая с кровати, я медленными шагами дошел до ванны. Надо все-таки помочь «подарку», а то подохнет — обидно будет. Я еще не все на ней испробовал и не всему обучил. Хоть какое-то развлечение в этой жизни. Взяв аптечку, я вернулся обратно в комнату. Комори так и лежала: дрожащая со слезами на глазах. Это выглядит жалко и забавно одновременно.       — Что вы хотите делать? … — донесся легкий шепот до моих ушей. Неужели я настолько ее покалечил, раз она шею повернуть не может…       — Если хочешь, чтоб стало легче, то молчи и не шуми, — блондинка затихла, хоть что-то приятное. Присев на край кровати и, приподняв правую кисть девушки, принялся снимать бинты. С каждым оборотом бинта, начала показываться красная кожица, которая начинала потихоньку облазить. Избавившись от бинтов на обеих руках, и выдавив немного мази на свои пальцы, принялся размазывать ее по женским ручкам. Юи лежала мирно и неподвижно. Слезы остановились, а гранатовые глаза устремлены в потолок. Похоже, что я переборщил, и слишком запугал ее. Брр. О чем я думаю? Запугал — хорошо. Проучил — отлично. Но ее слезы раздражают, и так не приятно слышать их сквозь музыку. Помазав и забинтовав руки, я аккуратно перевернул хрупкое тело на живот, отчего почувствовал, что она напряглась.       — Расслабься, — полу-шепотом произнес я, но она еще хуже напряглась. - Тц. Хотел бы изнасиловать, то не помогал бы тебе. Поэтому расслабься или реально выебу, — женское тело, по воле хозяйки, расслабилось. Так то лучше. На ее бледное попе красовался немаленький порез, да и глубокий. Вот с этим я переборщил, аж у самого задница заболела. Достав другую мазь и лейкопластырь, я принялся залечивать и эту рану. От каждого моего прикосновения, по мягкой попке, по телу Юи проходили мурашки. Закончив и с этим делом, я нова перевернул тело. Такое чувство, что я блины переворачиваю. Хотя, если рассуждать по логике Аято, то она и есть блин. Но это и хорошо, а то девушка с пятым размером, это же перебор. Был у меня такой опыт, и пока она скакала на мне, то меня мутило от ее доек. Особенно, если ты поешь. Эти два больших шарика так и трясутся из стороны в сторону, а если она перед твоим лицом? Брр. Нет, их конечно лапать хорошо, но самое лучшее — средний размер груди. И потрогать есть что, и в сексе самое то. За своими мыслями я помазал все ссадины и синяки на ее теле, осталось одно — клитор. Надо как-то аккуратно это сделать.       — Сейчас будет немного больно. Терпи, — предупредил я блондинку, но она ничего не ответила, даже не пошевелилась. Сдохла? Приподняв глаза на ее лицо, я увидел, возможно, милую картину: Юи посапывала. Маленький ротик чуть-чуть приоткрыт. Ресницы невольно дергаются. Пусть уж спит, чем слушать невольные вздохи боли. Открыв последний тюбик, и выдавив немного на клитор девушки, закрыл его обратно. Я бросил на Комори быстрый взгляд, и принялся размазывать крем. По ее телу проходят мурашки, а с губ срывается легкий стон через сон. Спина легонько отрывается от кровати. Вот же развратная женщина. Но она упорно спит. Я старался сделать все аккуратно и нежно, отчего она потекла. Никогда не думал, что монашка будет течь во сне. Странная она.       — Я же говорил, что она шлюшка, — послышался голос брата за моей спиной. Отрывая взгляд от тела девушки, я повернул голову вбок.       — Чего тебе, Райто? — с его стороны послышался легкий смешок. Отрываясь от тела полостью и, укрыв его одеялом, чтоб никто не видело то, что доступно только мне, я встал с кровати и начал убирать все на места.       — Запоздал. Я уже видел ее бутончик… — дальше я не слушал. Райто говорил, как всегда, о чем-то пошлом, развратном. Про то, что они вчера слышали нас. Но меня это не волновало. Мой дом, что хочу, то и делаю.       — Райто, заткнись, а лучше свали, — пофигично произнес я, и посмотрел на брата холодными глазами.       — Злой ты, Шу, — с обиженной мордой, но он покинул покои девушки, а я пошел к себе в комнату.

I know I can't survive Walking on the line…*