Кровь королей

      Джейме, молча, разглядывал девушку, сидящую напротив. Она, потупив взгляд, молчала в ответ. «Да», — мысли мужчины кружились в затейливом хороводе, — «Интересно. Мои глаза меня подводят, или слишком сильно разыгралось воображение? И я вижу то, чего на самом деле нет? А что если все же…» — он сделал глоток эля, — «Прежде, чем рубить с плеча. Надо убедиться, что я прав. Но действовать нужно мягко. Не напугать». — Так что же, Мэгги, — уже в слух произнес он, — ты здесь работаешь, у этой милой дамы, (он кивнул в сторону трактирщицы) или же она тебе родней приходится? Матерью, например. — Нет, мы не родственники — смущенно ответила она. — Значит наемная. И как долго ты здесь? — Почти три года. — Тебе нравится это место? — Джейме про себя отметил, что есть места и похуже. — Здесь всегда горячая еда и крыша над головой. Хозяйка заботится о нас. Разве можно желать большего? — И то верно. Сейчас тяжелые времена. И тебе видимо тоже несладко пришлось. На вид ты благородная? Откуда ты? Чьего роду? — Из Долины, сир. Но разве это теперь имеет значение? «Ты слишком немногословна, девочка. И явно скрываешь что-то. Но я не из таких вытаскивал правду» — Он снова оглядел ее прямую осанку. И, несмотря на то, что голова ее была склонена, девушка выглядела горделиво. — С чего ты взяла, что я сир? — По Вам видно, что Вы из высокородных будете. Не то, что местные пьяницы, да моряки. — Ну в тебе благородства не меньше. И не отрицай. Так какого ты рода? — Я сирота — при этих словах ни один мускул на лице не дрогнул. — Вот как? Безродная и благородная. Может ты чей-то бастард? Или жила при хороших хозяевах?       Девушка помолчала. — У меня было счастливое детство. Росла я при доме Уэйнвудов. — Как же оказалась здесь? — Вышла замуж за оруженосца Гарри Хардинга, воспитанника леди Уэйнвуд, и переехала сюда. — Где же он теперь, твой муж? — уже догадываясь, спросил Ланнистер. Ответы девушки его не устраивали. Она, либо хорошо лгала, либо он ошибся. Второе пока исключать не стоило. — Умер, сир. — Ты носишь его фамилию? — Да, — и предвидя его следующий вопрос сказала, — Джайлс. — Дети есть? — косвенные вопросы подходили к концу. Пора было начинать говорить открыто. — Нет. Наш брак длился недолго. — И сколько же тебе лет? — Двадцать. — Так молода! И столько, наверное, уже повидала в этой жизни? — Многое. Но, верно, ни столь много, как Вы — она непроизвольно бросила взгляд на его правую руку в перчатке, покоящуюся на столе. — Да уж, — Джейме улыбнулся, понимая желание девицы перевести разговор в другое русло — «Ловка, ничего не скажешь. Что ж, изволь» — подумал он, а в слух произнес, — У тебя красивые глаза. Но ты их все время прячешь. Посмотри на меня. Я вроде не так уж страшен или стар. Не смущайся.       Впервые за все время разговора, девушка подняла на него взгляд, и мужчине вновь показалось, что он видит призрак. Нет, он не может ошибаться. Ее слова пытаются запутать, а глаза выдают.       Девушка смотрела открыто и прямо. Должна бы смутиться и покраснеть от сверлящего взгляда Льва, но скорее побледнела. Лицо не выражало эмоций. Будто каменная маска. Красивая, но холодная. — Может закончим уже эти игры и поговорим открыто? — разорвал тишину Джейме. Наступил момент истины. Он внимательно наблюдал за ее мимикой, движениями. Теперь она не сможет себя не выдать… если только он не ошибся. — Разве мы во что-то играем? — ответила она, не поведя и бровью и не отводя глаз, — Мне казалось, я просто отвечаю на Ваши вопросы. — Скажем, это и есть игра. «Правда или ложь» называется. — Каковы же ее правила? — девушка не была робкой, скорее осторожной и взвешивала каждое слово. — Игроки задают друг другу вопросы. И каждый должен догадаться, отвечают ему правду или обманывают. — И в чем же суть? — спросила так, будто ей наплевать. — Как и в любой игре — скоротать время. А еще понять насколько ты проницательный человек, либо сколь хороший лжец твой оппонент. Только ты, Мэгги, пока не играешь, ведь до сих пор не спросила меня ни о чем личном. Даже как меня зовут. Тебя это не интересует? — Мне все равно, — девушка еле заметно пожала плечами, — Люди приходят и уходят, рассказывают о своей жизни, о горестях, о потерях. Просят, плачут, смеются, дерутся. Я не могу сопереживать им всем. Они забудут обо мне, как только выйдут в дверь. И я о них. Также как и Вы. Мне не нужно знать Ваше имя. Мне достаточно того, что я Вас развлекаю, отвечая на вопросы. Но если Вы хотите мне что-то рассказать — я выслушаю. А завтра забуду — будто и не было ничего. — Что ж, честно, — в горле пересохло. Ланнистер видел, что его чаша пуста, но решил отложить возлияния на потом. - Но, похоже, эта единственная правда, сказанная тобой до сего момента.       Девушка пожала плечами. — Вам виднее. Вы задавали вопросы, я отвечала. Уговора о том, что я буду откровенна, не было. — А если я попрошу с этого момента говорить мне правду? — Если хотите, — девушка на миг замолчала. Мужчина готов был поклясться, что сейчас на ее лице должна была всплыть улыбка, но ничего не произошло. И она лишь продолжила: — Но мы ведь все еще играем. А значит, и мое обещание может быть ложью. И все сказанное после.       Ланнистер рассмеялся в голос.       Хозяйка повернулась к ним, видимо, одобряя поведение девушки, раз их посетитель был доволен.       Он снова наполнил свой бокал, сделал пару глотков, чтобы смочить горло, поставил кружку на стол, и его лицо приняло серьезное выражение. — У тебя острый ум и острый язык, раз не боишься говорить, что думаешь. И ты не так проста, как хочешь казаться. Ты сама это знаешь, — Джейме помолчал. Сейчас или никогда. — И тебе не место среди этого сброда. Но ты здесь. Значит, есть и причины. Я хочу их понять. Только сейчас — один раз — ответь честно — почему? Высокородной девице пристало сидеть в замке и ждать такого же сноба-женишка, чтобы в скорости нарожать ему кучу детишек и передать им титулы, земли, власть. И я не могу поверить в то, что ты не хотела бы вернуться домой, Санса.       Он все сказал. Наконец-то произнес имя, вертевшееся у него в мыслях все это время. Вот сейчас, все, чтобы она ни сделала, чтобы не произнесла, он поймет, прочитает в ее взгляде и поведении. Вызов брошен. Она в ловушке. Ей не уйти от ответа, даже если она его не даст. — Санса Старк умерла, — спокойно ответила девушка, — некому возвращаться домой.       Джейме готов был потерять дар речи. А еще схватить ее за плечи и трясти до тех пор, пока девушка не станет нормальной. Она уже почти пугала его своим спокойствием. Какое нахальство. Ланнистер ожидал чего угодно: лжи, отрицания, молчания, удивления, смущения, слез. А увидел — ничего. Она даже не отпиралась. — Скажи честно, ты с ума сошла? Или настолько счастлива в этой дыре, что тебе плевать на все остальное? — Мне здесь спокойно. — Нет, ты явно сумасшедшая! Санса очнись! — Меня зовут Мэгги. — Опять лжешь. Я смотрю, ты набралась в этом опыта, я почти тебе верю. И любой поверил бы. Тебя выдает лишь твоя внешность. — Я удивлена, что Вы меня узнали, сир Джейме, — мягко, тише прежнего сказала Санса. — Но поняла это, как только встретилась с Вами взглядом. — И молчала, притворялась? — Льву было так странно слышать свое имя из ее уст. Это было еще одним подтверждением того, что перед ним северянка. Но теперь он готов был уже усомниться в том, что это ТА девочка — дочка десницы и невеста короля. В ней ни осталось ничего от той Сансы, что он знал. — К чему был весь этот фарс? — Надеялась, что Вы оставите меня в покое. — Тебе правда этого хочется?       Санса положительно вздохнула. — Как такое возможно? Твой брат теперь король. Он может все сделать для тебя. — Джон Сноу не родной мой брат, и я никогда не была добра к нему. Вряд ли я много для него значу… и нужна ему… особенно сейчас. — Как же тогда Рикон? Он жив и здоров. Ведь про него ты вряд ли такое скажешь? Знаешь ли ты, что он теперь правит севером и Винтерфелом? Там твой дом, твоя родня. — Я люблю его и очень рада, что с ним все в порядке. Но Рикон, скорее всего, даже не помнит меня. Он был так мал, когда мы расставались. Прошло столько лет. Он не узнает меня. Я сама больше себя не узнаю… Потому что, я больше не я. Мэгги никогда не жила на Севере. У нее не было семьи. И жених ее не был принцем. Она никогда не носила ни шелка, ни бархата, и не любила лимонные пирожные. Она работает в таверне, и ни о чем не мечтает.       Джейме долго подбирал слова. — «Жизнь сломила тебя» Хотел сказать я и пожалеть голубку. Но не могу этого сделать. Я не вижу в тебе той наивной девчушки, что была прежде. Я не знаю через что пришлось тебе пройти. Но ты все еще жива и телом, и духом. За маской равнодушия, я уверен, еще бьется горячее сердце и мечты, надежды. Не прячь их. И не отчаивайся. Хочешь, я помогу тебе?       Ланнистер взял девушку за руку — она ее не убрала. — Я отвезу тебя домой, если пожелаешь? — Мой дом здесь. — Я не верю в то, что ты все забыла и отпустила. Ты не одна. Ты просто почему-то боишься. Может быть, потому что считаешь, что о тебе все забыли? Это не так. Тебя ждут и любят, я уверен в этом. Представь, сколько радости ты доставишь своим братьям. Обоим. Рикон был мал, но теперь он как никогда нуждается в поддержке родных. В совете старшей сестры, ее любви и ласке. Ты нежная, милая и заботливая девушка Санса. Ты могла бы дать ему все это. Ведь он сейчас совсем один. А Джон? Ты не права, что безразлична ему. Он как никто должен понимать, как важны даже такие как у Вас родственные узы. Вы росли вместе. И не говори, что несмотря ни на что, ты все эти годы была холодна к нему. Вы родные и это сейчас особенно ценно. Твое возвращение не менее важно и для него. — Это всего лишь слова и Ваши догадки. — Я знаю Джона, и знаю, что он перевернул бы все Семь королевств в поисках сестры, если бы только был шанс найти тебя живой. — Неправда. — Я и не прошу тебя мне поверить. Ты должна сама в этом убедиться. Вернись домой, отправься в Королевскую гавань, посмотри в глаза своим братьям — в них ты найдешь ответ. И я тебе помогу в этом. — Зачем Вам… Мне помогать? — Я мог бы тебе соврать, наговорить много фальшивых и пафосных слов, но буду с тобой откровенен. У меня есть корыстный интерес. И ты не можешь не понять, в чем он заключается. Я доставлю королю его потерянную сестру, и в праве буду ожидать награды. Но…, — выдержав паузу и понизив до того взволнованный голос продолжил. — Когда мы виделись в последний раз? Пять, семь лет назад? Ты была еще ребенком. С тех пор многое случилось, многое произошло. Мы не те, что прежде. И я никогда бы не узнал тебя, если бы не твои глаза. Они рождают во мне темные воспоминания. Но не ты тому виной. Такие же глаза без страха, без ненависти, но с твердостью и жесткостью смотрели на меня. И моя жизнь зависела от них. От принятого ими решения. Они увидели во мне что-то, они поверили мне, они взяли с меня клятву. Ту, что я не смог сдержать. Хотел, но человек не всесилен. Ты считаешь, я брежу? И мои слова не имеют смысла? Может ты и права. Смысла не было. Потому что не было больше цели. До сегодняшнего дня… Ты знаешь, что очень похожа на свою мать… Санса опустила веки, но будто поняв, что мужчина поймает ее на том, сколь ей тяжко слышать от него упоминание о дорогом человеке, снова устремила на него взгляд. — Мне говорили об этом, — сказала она, и голос ей подчинился. Бейлиш слишком часто ей напоминал это. А она научилась сохранять непроницаемое лицо. — Я сейчас смотрю в твои глаза, а вижу глаза Кейтилин Старк. И во мне оживает надежда на то, что не все потеряно в этом мире… для меня. Я дал клятву твоей матери, позаботиться о ее дочерях и в целости доставить их домой. Как ты понимаешь, мне этого сделать не удалось. Я думал, что опоздал, но Боги дают мне второй шанс. И пусть Кейтилин уже нет в живых, мое слово при мне, кем бы меня не считали окружающие. Это дело чести… Нет, дело совести… Я уважал твою мать и восхищался ею, поэтому доведу дело до конца… Позволь вернуть тебя семье.       Девушка казалась удивленной, но все также не выказывала ни доли эмоций на бледном лице. Лишь зрачки расширились и затянули небесную синеву глаз. — Я… Вы тронули меня своими словами… — неловко начала она. — Ты мне не веришь? — не выдержал Лев. Ее слова походили на начало учтивого отказа. — Верю… Настолько насколько могу… и… хорошо. Мне не стоит больше прятаться в чужой шкуре. Может быть, и для меня не все потеряно. Я могу рассчитывать на Вашу поддержку?       Джейме не смог выговорить и слова. Это было ни к чему. Он лишь сильнее сжал ее руку, покоившуюся под его ладонью.       Хотя Ланнистер готов был расцеловать девушку, но сейчас не самый подходящий момент и положение. Он и сам не понял, почему так рад? И вообще, с чего на него нашла такая откровенность? Даже в своих мыслях он не был так лиричен, и собственные слова стали для него сюрпризом. Но, честно сказать, полегчало. Словно камень упал с души. Чертово благородство! Рыцарские повадки все еще отголосками отзывались в нем. Он будет спасать прекрасную леди. Как романтично звучит. И почти кажется правдой. Ланнистер сам в это уже верит. Никто пока не думает о том, что будет потом. Сейчас есть цель, и он вновь чувствует себя молодым и… живым. Не этого мужчина ждал от Чаячьего города. Корабль должен был унести Льва в вольные города, подальше от всего, что было раньше. Подарить новую жизнь, будущее. Вместо этого он встретил Волчицу и теперь должен вернуться в прошлое, чтобы отдать долги. Так тому и быть. И пусть Лев без одной лапы и с седеющей гривой, а Волчица смирнее улитки — в глубине души они до сих пор дети своих отцов, и кровь от крови их.