Роузвуд стал другим, когда ты ушла

Официант проскользнул меж столиков, держа на подносе стакан с горячим напитком, который предназначался мистеру Риверсу. Калеб никогда не расхваливал себя, стараясь держаться в стороне, чтобы не натолкнуться на предательство и обман. Он очень преуспел в бизнесе, который, вместе с начальницей, открыл еще в прошлом году. Риверс хотел рассказать Ханне о своих успехах, пока не узнал о том, что девушка, которую он любил больше, чем кого-либо, возможно выходит замуж. — Большое спасибо,— произнес Калеб, забирая стакан с капучино у официанта. Рука Ханны все еще лежала на его руке, и она не хотела, чтобы этот момент заканчивался, не сейчас. Это тепло, которое исходит от него, возвращает ту Ханну, которую она оставила в Роузвуде. Нет больше той улыбки, глупых выражений и детского смеха, в Вашингтоне она уверенная в себе леди. — Зачем ты вернулась?— выпалил Калеб, делая глоток свежего капучино. Она и сама не знала, зачем точно вернулась в это Богом забытое место. Все разъехались в разные города, никто даже и думать не хотел о возвращении, но Ханна первая шагнула на эту землю и уезжать пока не собиралась. — Повидать маму, — соврала Ханна. Калеб усмехнулся, он всегда знал, когда Ханна не хочет о чем-то говорит или когда немного лжет. — Я вернулся, потому что мне стало одиноко. Надоело вспоминать места, которых не видел несколько лет,— мужчина говорила на чистоту, без всяких преувеличений. Он приехал пару дней назад, сразу же зайдя к мисс Марин, поздравив с чудесным днем свадьбы. Они проговорили до поздней ночи, будто старые друзья, которые не виделись несколько лет. Мама Ханны пообещала ничего не говорить свой дочери, чтобы не ворошить прошлое. Калеб даже не рассчитывал встретить Ханну, когда входил в кофейню. — Калеб, мы провели в этом городе всю жизнь,— Ханна подразумевала их отношения, но не хотела так явно об этом говорить,— я не могла не вернуться сюда. Калеб, все еще ощущая тепло Ханны, сплел их пальцы, выдыхая, чувствуя себя по-настоящему дома. Это было так, как будто во время обеда в выпускном классе. Они сидели за последним столом, держась за руки, обсуждая предстоящее день рождение Эмили. Их не смущали одноклассники, которые перешептываться, глядя на счастлива пару, они наслаждались друг другом. — Иногда я все чаще думаю о Роузвуде, как о городе, в котором я встретил тебя,— начал Калеб.— Все события меркнут с тем моментом, когда ты впервые подошла ко мне во время школьной перемены. Калеб помнил каждый несущественный момент этого дня. Ханне нужна была помощь, и он был не против решить ее проблемы. Короткий разговор, пара колкостей и широкая улыбка Калеба, когда она развернулась и медленно подошла к подруге. Риверс был уверен, что ощутил связь, когда она произнесла первое слово. Он хотел видеть ее чаще, поэтому изредка проходил мимо нее, напоминая о себе. — Я думала, что ты очередной зазнайка, который разбирается в технике,— и Ханна засмеялась, прикрывая рот свободной рукой. Калебу снова удалось узреть обручальное кольцо, которое просто давило на нервы, заставляя злиться. Он ни раз думал о свадьбе в будущем, когда они немного поживут вместе, чтобы лучше узнать друг друга. Обсуждая это с мисс Марин, он фантазировал, видя Ханну в шикарном белом платье, идущую к алтарю. Слишком тяжело сейчас думать об этом, когда она принадлежит другому мужчине. Калеб делает очередной глоток кофе, прикрывая глаза. — Ты любила капучино,— мечтательно произнес он, протягивая девушке стакан,— хочешь? Ханна не могла удержаться, чтобы не попробовать этот чудесный напиток. Забирая у друга(?) стакан, она допивает кофе до конца, а парень улыбается, смотря на нее. — Ты всегда ела из моей тарелки,— проговорил Калеб, и Ханна ощутила то, чего не могла почувствовать с Риком. Риверс знает, что любит Ханна, чем интересуется Ханна, и ей не нужно рассказывать о своих предпочтениях, когда он знает все наперед. — Поэтому ты брал большую порцию. Оба засмеялись, смотря на руки, сцепленные в замок. Все как раньше, когда они учились в школе. Она ворует его еду, а он делает вид, что не замечает, хотя это его любимая черта в Ханне. Когда та неловко улыбается, делая что-то непристойное или глупое, Калеб готов крепко обнять ее, вдыхая знакомый запах духов. — Давай уйдем отсюда?— спросил Калеб, пытаясь уговорить подругу(?) пройтись с ним по вечернему городу, когда огни освещают улицу, а люди неторопливо возвращаются домой. Она кивнула, даже не задумываясь, чем именно закончится их маленькая безобидная прогулка по местам их юности.