Лагерь пионерского режима

Чтобы не отставать от Нинки, мне пришлось похватать всё что я успел найти на столе, и упаковав всё это не самым надлежащим образом, в карман шорт, сломя голову выбежать из домика. Всю дорогу к умывальникам мы проделали в гробовом молчании. Не было того веселья и задора, которые излучала Нина, казалось, будто в ней погасили искру, да, ту самую искру, которой она питалась сама и подпитывала других. Вместо этого, на её белом личике, читалось абсолютное безразличие ко всему происходящему. - Нина, - ответа не последовало, - Нина! – пришлось повысить голос. Нина вздрогнула, словно очнувшись от оцепенения, и повернула голову. - Да Вадик, - она была далеко от этого места, лишь её голос оставался здесь, отзываясь на не односложные вопросы. - Что случилось, на тебе лица нет, - я решил задать интересующий меня вопрос в лоб. Ну не было во мне того самого, врождённого, чувства такта. - Тебе не обязательно об этом знать, - попыталась уйти от ответа Нина. - Нет уж, - я резко остановился, схватил Нину за руку и повернул к себе, - я твой брат, я обязан знать, что происходит в жизни моей сестры. Испуганно взглянув на мою ладонь, крепко сжимающую её запястье, она прошептала, - пусти… - Не отпущу, пока не узнаю всей правды, - во мне начала закипать злость. Что-то случилось с Ниной, и теперь она боится рассказать, боится чего-то, или кого-то. - Говори, - я ещё сильнее сжал ладонь. Сейчас мне хотелось узнать правду, неважно какими методами, но я сорву эту завесу неведения. - Пусти… мне больно! – Нина с силой отдернула руку, на её лице виднелись дорожки от слёз, а я не мог этого увидеть, ослеплённый накатившейся яростью, но сейчас пелена спала с моих глаз, и теперь я стоял в нерешительности, ожидая её вердикта. Она могла накричать на меня, могла ударить пощёчину, могла просто сбежать отсюда. В место этого, она отвернулась от меня и закрыла лицо ладонями. Её плечи била лёгкая дрожь. Я не мог на это смотреть. Уже в следующие пару секунд мои руки прижимали рыдающую девушку к груди. Почти сразу же я ощутил, как она уткнулась мне в плечо, обильно поливая слезами мою многострадальную рубашку. Тихонько поглаживая по голове этот ходячий источник слёз, я начал: - Нина, - никакого ответа, только тихие, приглушённые всхлипы доносились из-за моего плеча, - прости меня. Она подняла на меня свои заплаканные глаза. Ветер растрепал её волосы, глаза покраснели, но взгляд остался тем же, безразличным к происходящему, он смотрел через меня, пытаясь что-то найти, уцепиться за спасительную ниточку, вытягивающую из темноты. - Нина, послушай, - к горлу подступил ком, во рту пересохло и язык едва ворочался, выдавая вместо слов бессвязное мычание, - послушай, - я поймал её блуждающий взгляд, - почему ты молчишь? Кого ты покрываешь? Или он что-то сделал тебе? Запугал тебя? Только скажи, я достану его из под земли! – во мне снова поднималась ярость, если он что-то сделал с ней, а теперь я был точно уверен что это был “Он”. - Со мной всё в порядке, спасибо тебе, – её голос дрожал, - но об остальном тебе не нужно знать. - Но почему? – от досады я был готов биться головой о ближайшее дерево, - почему? - В этом мире есть вещи, о которых лучше не рассказывать, - она сглотнула и продолжила, - когда-нибудь я расскажу тебе, но не сейчас, дай мне время… - Меня не надо просить дважды, Нин – я заглянул в её глаза, они ожили, пропала та дымка, что окутывала их, они засияли чистым, голубым блеском, открывая для смотрящего всю картину души этого человека, - кроме тебя и Алисы, у меня больше никого нет, если с вами что-то случится, я себе этого не прощу. В ответ на это Нина улыбнулась и перестала плакать. - Ну что, продолжим наш маршрут? – я решил перевести тему. - Да, - к Нине словно возвращалась жизнь, лёгкий румянец покрыл её щёки, глаза заблестели живым блеском - Мне нужно умыться, да и тебе бы не мешало, - лёгкая улыбка озарила её лицо. - С превеликим удовольствием, а сейчас, разрешите препроводить прекрасную даму до общественной умывальни. Я склонился в неуклюжем пассаже, изображая поклон. - Ладно, чёрт языкастый, веди даму, - она улыбнулась своей настоящей, беззлобной улыбкой. Я взял Нину под руку, и мы отправились к умывальникам, до которых оставалось метров 100. Подходя на расстояние, с которого просматривались умывальники, мы увидели очень интересную картину. Около одного из кранов стоял Электроник и принимал душ, причём принимал своеобразным методом, раздевшись до гола, он старательно намыливал голову и напевал себе под нос песенку, не замечая случайных свидетелей своего концерта. Однако, не знал, что Электроник так хорошо поёт, чужая душа – потёмки. Я решил прекратить это представление. - Привет Электроник, - он испуганно вздрогнул и повернул к нам голову. Через несколько секунд до него дошло, в каком он сейчас виде, и поспешно схватив первую попавшуюся вещь, он попытался прикрыться ей, его лицо залилось краской. Мы с Нинкой прыснули от смеха, уж слишком комично выглядели его попытки прикрыть всё тело небольшим клочком ткани, в котором я узнал шорты. - Ну что-же ты, оперная дива, спой ещё что нибудь, мы послушаем, - определённо, Нине нравилось ставить людей в неловкое положение, ибо сейчас её ехидная ухмылка, казалось, освещала всю площадку около умывальников. - Я… это… - было видно, как Электроник пытается совладать с собой, чтобы не сморозить очередную глупость, ещё бы, не каждый день оказываешься в такой щекотливой ситуации, - я, наверное, пойду… - Оденься сначала, - Нина с глупой ухмылкой показала на нижнюю часть парня. - Ой, - теперь Электроника нельзя было отличить от какой-нибудь помидорки, до того их цвета стали похожи. - Так, хватит, Нин, - обратился я к сестре, - отвернись. Она недовольно хмыкнула, но просьбу исполнила. Электроник вздохнул с облегчением. - Спасибо, - начал он, даже не думая пользоваться моментом. - Так, спасибо потом скажешь, давай одевайся, а то я могу и передумать, - я улыбнулся ему. Поняв шутку, Электроник весело засмеялся и начал поспешно одеваться. Через пару минут он уже был одет. - Ладно ребят, я пойду, - попрощался с нами Электроник и пошёл в сторону клубов. Ещё несколько минут со стороны умывальников слышался звонкий смех, прерываемый сильными покашливаниями. - Ну Электроник, ну даёт, это же надо, мыться ему понадобилось, в семь утра, - ещё пару минут, и меня можно будет увозить на скорой, с острой недостаточностью кислорода. Но резко прилетевшая в лицо порция холодной воды, мигом решила эту проблему. Теперь смеялась только Нина. Ненадолго. Секунда, и вот я уже стою около умывальника. Вода медленно набирается. Пять секунд. Живительная влага со стремительной быстротой вырывается из моих ладоней. Теперь смеюсь уже я, наблюдая, как разительно меняется в лице Нина. Десять секунд. Теперь смеёмся мы оба. Мы могли бы смеяться и дальше, если бы не прозвучавший горн, призывающий пионеров для получения пищи. Бросив в лицо по пригоршне холодной воды, мы отправились в столовую. Это по истине «священное» место, встретило нас привычным гулом. Всю дорогу до столовой, я пытался прикинуть, что сегодня дают на завтрак. Оправдывались мои худшие опасения. - Это что? – спросил я повариху, стоя около раздачи с подносом в руках. - Каша, - лицо поварихи искажала злобная ухмылка. - Я вижу, что каша, - начал я терпеливо, будто бы не замечая этого, - только почему она манная, ведь у всех пшённая? - Ты же сам вчера не стал её есть, забыл? А казённое имущество не должно пропадать. Да, язык мой – враг мой, не стоило вчера так грубить. Но я решил идти до последнего. Быстрым движение я подхожу к кастрюле и откидываю крышку. В лицо ударил горячий пар. Но мне уже всё равно. Я взял свою тарелку и вывалил в кастрюлю всё содержимое. - Ты что наделал, ирод! – крики поварихи разнесли под потолком, приковывая ко мне взгляды людей, - Гриша, иди сюда. Из дверного проёма показался повар. По габаритам он мог бы переплюнуть нашего физрука. - Что случилось, Надь? – он вопросительно поглядел на неё. В место ответа, повариха указал пальцем сначала на меня, а потом на котёл с кашей. Реакции мужика не пришлось долго ждать. - Ты что-же наделал, щенок, да я тебя по стенке размажу, - с этими словами он направился ко мне. Я стал медленно отходить к стенке. Все взгляды в столовой были прикованы ко мне, но из общей массы, я смог уловить три взгляда, смотрящие на меня с нескрываемым волнение. Это были Нина, Алиса и… Славя? Первый же удар под дых вернул меня в реальность. - Я тебя здесь сгною сука, - прошипел мне в ухо повар, - ты у меня не только жрать, ты у меня близко к столовой не подойдёшь, тварь детдомовская, как вас только таких рожают, небось родители у тебя такие же ублюдки, - он наслаждался этим представлением, не часто ему выпадал шанс так повеселиться. Но в этот раз он просчитался. За своих родителей я был готов убить кого-угодно, особенно когда подворачивался хороший случай. Нащупав железную рукоять, на стоящем рядом буфете, я со всего размаху ударил его в висок. С диким воплем, он отскочил от меня, закрывая полученную травму. Я начал подходить к нему. Но этот жирный ублюдок оказался не так прост. Воспользовавшись моей секундной заминкой, он схватил валявшийся рядом нож и встал в стойку. Его левая сторона лица кровоточила, глаз заплыл, кое-где спускались ручейки крови. - Иди сюда, сука, - заревел он и бросился на меня. Уворот. Ещё попытка. Снова ухожу от удара. Не замечаю подножки. Резкая боль в руке заставила меня закричать. В левую руку воткнулась холодная сталь, показывая, из-под кожи, свой острый язычок. Дальше я мало что помню. Остались только обрывки, которые ничего не давали. Очнулся я только тогда, когда ребята оттаскивали меня от стонущего тела. Моё лицо было в крови, а нож, торчащий из кровоточащей руки, перекочевал в его голенище. Снова обрыв… Пришёл в себя я уже в медпункте. Моя рука была перевязана и имела жалкий вид, но это всё были мелочи. Как я потом выяснил, у того повара был проломлен череп, и, если бы ему не оказали своевременную медицинскую помощь, он мог бы склеить ласты на месте. Лучше бы склеил, почему мне не дали его добить? Я ведь заслужил это. От мрачных мыслей меня отвлёк стук распахнувшейся двери. В неё, как рыжий метеор, влетела Алиса. Не останавливаясь, она буквально влетела в меня, повалив нас обоих на кушетку. - Ты как? Как рука? Ничего не болит? – за пару секунд Алиса успела задать кучу не нужных вопросов, но в конце остановилась, в миг её стало серьёзным, она заглянула в мои глаза, а я не знал, как противостоять этому чарующему взгляду янтарных глаз, да и хотел ли? - Дурак, что ты там устроил? Ты понимаешь, что ты мог там погибнуть? – на её щеках появились дорожки от слёз. Вместо ответа, я только прижал к себе это рыжее чудо. Теперь я спокоен. - В следующий раз, когда будешь делать что-то подобное, подумай о нас, ведь мы пропадем без тебя, и я, и Нина, - тихонько всхлипывая, она прижалась к моей груди. - Я никогда вас не оставлю, - я приподнял её головку за подбородок и впился поцелуем в ,мокрые от слёз, губы. Идиллия могла бы продолжаться вечно, но дыхания стало не хватать, и я не без сожаления, оторвал губы. - Никогда, никогда? – спросила она, излучая радость своим лицом. - Никогда, - ответил я и улыбнулся. - Ладно, я встал с кушетки и помог Алисе, - Давай пойдём прогуляемся, расскажешь, что вчера было. - Хорошо, - её лицо снова стало серьёзным, - мне как раз есть, что тебе рассказать… *Пятью минутами позднее.* - Ну и что же?- сказал я, изобразив внимание, может она что то про Нину скажет, так как, они вчера были вместе. - Понимаешь Вадим, я не знаю как тебе сказать это, но Нина вчера убила человека. Не нервничай, просто на нас напали хулиганы, а у одного из них был нож и он нас чуть не убил, но мы вчера с ними порешили.- говорила она в тоне "успокойтесь". Это была и плохая и хорошая новость. Хорошая от того, что этот утырок-пионер не вредит сестре, а плохая тем, что моя сестра кого-то убила. У меня был шок. Я сел возле дерева и закрыл лицо руками. Нет, я не плакал, просто состояние у меня было шоковое - сестра кого то убивает. Главное худшее позади, слава богу, что приступов нет, а то задолбалось спасать самоубийц. За последние пару дней, я превратился в некое подобие жилетки, в которую очень удобно поплакаться. - Ох, Алиса,ты понимаешь, что если бы сейчас Нина была бы в шоковом состоянии и начала помышлять о суициде, я бы тебя сам убил.- произнес я холодным голосом, - пойми, это не игра. - Вадик, я её спасла от него, понимаешь, если бы не она его, то он её бы убил.- пыталась оправдать Нину Алиса. - Ладно, всё хорошо, главное приступов всяких нет и то лучше. Пошли что ли к нашей компании.- сказал я, обняв рыжее солнышко. Мы зашли в домик, но никого не было. На столу лежала записка "В столовой состоится карточный тур, мы пошли туда". - В карты ты играть не умеешь, это я знаю, смысла туда тебе идти нет. - Я попробую, может повезёт. - Вадим, в прошлом году мы играли на раздевание, правда потом вожатая карты отобрала, я конечно не против тебя голым увидеть, но средь толпы... - Я его сам раздену. - Вадим, ты не подумай, что я, извращенка. - Да ладно, успокойся. Пошли к нашим шулерам, я хоть посмотрю. - Ладно, пошли. Мы вышли из домика и направились в столовку, благо поваров там нет, а то хрен знает, какая у них солидарность друг с другом. Нас встретил Электроник. - Вот, ещё два участника. - Я пришёл просто посмотреть, играть я не могу. - Не переживай, на раздевания играть не будем. Правила просты, как в покере, я уже всё объяснил им.- показал он на всех присутствующих. Он объяснил нам как играть и мы поняли, правда с второй попытки. Я посмотрел табло, японский городовой, я играю против Нины, она в картах успешная. Если я проиграю, я убью этого блондинчика. Сев за стол, я увидел сестру с хитрой ухмылкой. - Я докажу превосходство над тобой, братик. - Слушай, поддайся по-братски. - Неееееет, пусть победит сильнейший. Прозвучал сигнал, повествующий о начале игры. У меня было две дамы, 5, 6, валет и 10. Хоть две дамы, и то хорошо, может я заставлю эту мелкую язву не трындеть попусту. Она берёт у меня 6, я её убираю, она опять пытается взять, я опять убираю. Она случайно взяла 5, надо было воспользоваться моментом и забирать нужную карту. Она очень медленно убирала карту, что могло выдать месторасположения карты, и когда я её забрал, оказалось это валет. Везёт же. Дальше всё по обычному, она забирала, я забирал. В конце концов выиграл я. - Ну кто кого, а, зараза? - Сам зараза.- она обиженно надула губки и встала из-за стола. Ничего, подуется и перестанет. Следующим соперником была Женя. - Блин, пригласили меня на эту дурацкую игру. - Можешь уйти. - Ещё чего, - она злобно сверкнула глазами из под очков, - сдаваться я не собираюсь. - Ну ладно, давай попляшем. Выиграть у неё было ещё проще, чем у Нинки. Судя по тому как она играла, большого опыта в этом деле у неё не было. На противоположный стул бухнулся человек. Алиса... *бесконечный поток матов*, нафига, блин, теперь мне предстоит играть против неё. Ладно, пора. - Вадим, одна просьба, не поддавайся.- сказала мне моя рыжая милаша. - Хорошо, приступаем. Мы расфасовали карты. Мне попались одни цифры и они не сочетались друг с другом. Херня, а не колода. Но после того, как я взял у неё первую карту, то у меня резко поднялось настроение, это была 10. Мои шансы на победу, хоть и медленно, но росли. Но как ни кстати, она забрала у меня эту несчастную десятку. Но ещё рано было сдаваться, уже на следующий ход, я отобрал десятку, и запомнил где находиться нужная ей карта. Через несколько ходов партия была закончена в мою пользу. Урааааааааааа, е6анись. Я победил. Она встала и поцеловала меня. - Мой победитель.- прошептала она мне на ухо. - Я знаю, мой котёнок. Победить то, я победил, но приза и почестей было с гулькин hуй. Мы с Алисой пошли на пляж и начали балдеть. Рука уже не ныла и я обнял моего шулера. - Ты не сердишься.- спросил я её. - Нет, конечно, что за вопрос?- видать вопрос был действительно глупым.- Пошли поплаваем. - Я плавать не умею. - За то драться умеешь, всему тебя учить надо, ладно, давай я тебя научу. Я залез в воду, она была холодной, надо было привыкнуть. Привыкнув к воде, Алиса учила меня плавать, мне это один фильм напомнило, смешной такой, только название забыл, да и не важно оно. Как то приноровившись, мы плавали, пока с берега нас не окликнул запыхавшийся голос. Подплыв ближе, мы разглядели Мику. - На занятие, у меня объявление.- на удивление, в этот раз, Мику была коротка и лаконична. Мы вылезли, оделись и пошли. Мы вошли в помещение муз-клуба. Все сводное место, теперь, занимала гора аппаратуры. - Задание такое... Ольга Дмитриевна объявила... завтра День города, нас пригласили, короче, будем исполнять эти песни,- она закончила свой бессвязный поток слов и дала нам по бумажке. Мда, выступать я буду два раза, утром и вечером, одна из них моя любимая, а вторая, там что-то про город. Мы сели и принялись исполнять наши песни. Эта песня про город мне не удавалась, так как рука начала опять ныть. С горем пополам, я исполнил её. Прозвучал сигнал на ужина. - Как мне в столовку, то идти?- спросил я. - Я сама всё принесу.- ответила Алиса.- ты тут песню повторяй. Спустя двадцать минут, у меня начало получаться что-то сносное, до нормального звучания было ещё далеко, но в моём положении это был уже огромный прогресс. На пороге послышались осторожные шаги, и в дверь вошла Алиса, держа в руках тарелки с борщом и пловом. - Спасибо, Алис.- сказал я и принялся, взахлёб, поглощать любезно предоставленную мне пищу. Только вопрос, на ужин ведь не дают суп? Тогда откуда она его достала? - А как ты взяла всё это. - Да дала мне там одна добрая повариха. Просила передать, чтобы ты выздоравливал. - Ооо, спасибо ей.- сказал я и переключился на плов. Съев всё это, мы вышли из кружка и отнесли в столовку посуду. Мы пошли на пляж и постелили плед, и легли на него. Красивое ночное небо украшала эту ночь. Звуки одной природы, никого вокруг. В этом лагере, мне ничего не напоминало наш мир, так как природу не поганили, да и звук надоедливых машин не был слышен в этом лагере, так, как люди в это время спали. Я не хотел возвращаться к себе, так как тот мир очень сер и скуден. Только родителям, как-то надо было бы сказать, чтобы за нас не переживали. Ну ладно, я парень взрослый, сам справлюсь. - О чём задумался?- спросила Алиса, положив свою голову на моё плечо. - Да вот, о своём думаю. Красивая ночь. - Ага. Слушай, Вадим, а давай тут уснём, мне тут понравилось. - А если спалят? - Я пошутила. Ладно, меня что-то в сон клонит, давай спать, что ли, ложиться. Мы поцеловались и разошлись. Я пришёл в домик и лёг в кровать. Уснуть никак не удавалась, но примерно к часу ночи, я уснул.