Извините, я не танцую

- Вау, отлично выглядишь! – восхищённо воскликнула Джинни Уизли, увидев приближающуюся подругу.       Гермиона подошла к девушке и крепко, изо всех сил, обняла младшую из Уизли. - Тише, Грейнджер, задушишь! Это же обычное приветствие, - пробубнила Джиневра, и Гермиона, счастливо улыбаясь, выпустила подругу из своих крепких объятий.       У Грейнджер было отличное настроение. Ей казалось, что она никогда за свои семнадцать лет не была так счастлива.       Хорошее настроение буквально переполняло её. Хотелось петь, смеяться и танцевать, делясь им со всеми. Такое с Гермионой случалось редко, а что самое странное – поводов для такого счастья совсем не было.       Середина учебной недели.       Невысыпание.       Необъятная гора домашнего задания.       Плохие оценки и портившаяся погода.       Все ученики ходили по школе словно зомби – недовольные, угрюмые и уставшие. Но Гермиона не входила в их число. Она наоборот – светилась от счастья и радовалась всему.       Она объясняла это тем, что просто влюблена. Любовь ведь преображает людей, тем более, если эта любовь – взаимная. Гермиона влюблена в Артура Макларена, а тот влюблен в неё. Неужели не здорово?       Гермиона сегодня и вправду потрясающе выглядела. Высокие каблуки, короткая, но всё-таки школьная юбка, лёгкая голубая блузка и распущенные непослушные волосы. Плюс ко всему, с её лица не сходила улыбка. Всё это выглядело просто прелестно.       На Грейнджер было приятно смотреть.       Она чувствовала, как школьники, проходящие мимо, неприлично долго смотрят на неё. Некоторые с восхищением, некоторые с нескрываемой завистью и даже ненавистью. Но ей было абсолютно всё равно. Одевалась она так не для них.       А для кого, Грейнджер?       В первую очередь – для себя, конечно.       Ну а ещё для нового физика. Гермиона уверяла себя в обратном, хотя понимала, что обманывать себя – глупо и нелепо. Нужно смотреть правде в глаза.       Но… нет. Конечно нет. Что за бред?       Ему плевать на неё.       Он даже не смотрит в её сторону.       Что ж, сегодня она заставит Малфоя взглянуть на неё.       Гермиона обманула Артура – она не стала прогуливать физику.       Пришла. Да ещё и с нетерпением ждала начала урока, потому что хотелось посмотреть на Драко в тот момент, когда он увидит её такой счастливой.       Нужно, чтобы он взглянул.       Необходимо, чтобы он заметил.       Надо, чтобы ему понравилось.       Чтобы удивился, клюнул на это и понял, наконец, что… Не важно. Просто понял.       Звонок на урок не заставил себя долго ждать.       Громкий, оглушающий, противный, немного писклявый звонок оповестил о том, что пора приступать к занятиям.       Старшеклассники вошли в класс, тихо и сонно переговариваясь и широко зевая. Грейнджер вошла последняя. Специально, чтобы заметил. - Доброе утро, мистер Малфой, - громко поприветствовала учителя и обаятельно улыбнулась.       На что это похоже?       Ты же никогда не делала так раньше, Грейнджер.       Неужели ты… соблазняешь Малфоя?       Драко испуганно поднял взгляд на девушку и быстро кивнул. Даже ничего не сказал.       Ладно. Это только начало.       Гермиона хмыкнула и пошла вдоль рядов к своей парте, громко цокая каблуками.       Начался урок.       Всё было как всегда: проверка домашнего задания, открываем тетради, записываем число, новая тема.       И снова полный игнор с его стороны.       Нужно принимать меры. Как можно скорее. Урок ведь нерезиновый. - Итак, откроем учебники на странице сто двадцать восемь, - сказал Малфой. - На какой, мистер Малфой? – громко переспросила Гермиона. - На сто двадцать восьмой. Я по-моему понятно выразился, - тут же откликнулся, не поднимая взгляда. - Да, но я не расслышала. Спасибо!       Драко замолчал, задумчиво почесал подбородок. Но уже через секунду снова взял себя в руки. Решительно поднял взгляд на вялых старшеклассников. - Решим задачу, которая находится в конце параграфа. Мне самому вызывать или есть желающие? – продолжал урок Драко.       Грейнджер уверенно подняла руку в воздух. Джинни в недоумении уставилась на подругу. - Гермиона, ты чего? Ты же не решишь! – прошептала Уизли. - Расслабься, Джинни. Всё в порядке, - шикнула Гермиона.       Малфой прочёл задачу и перевёл взгляд на сидящих перед ним учеников.       Взглянул на Грейнджер, сам того не осознавая. Поднятая вверх рука сама по себе притягивала внимание молодого человека. Немного опустил глаза, встречаясь взором с Гермионой. Старшеклассница скромно улыбнулась ему, а затем подняла брови, как бы задавая немой вопрос.       Отвёл взгляд, нервно сглотнул, ослабил хватку галстука.       Веди себя так же, как и с остальными ученицами.       Держи себя в руках, Малфой. - Мисс Грейнджер желает решить столь трудную задачу? – с неким вызовом спросил, в упор глядя на девушку. – Что ж, прошу.       Жестом руки пригласил к доске и сел за свой стол.       Гермиона встала и медленно направилась к доске, чувствуя, что на неё направлены взгляды каждого, кто находится в этом помещении. И самое главное – теперь смотрит он.       Это не даёт собраться с мыслями.       "Что ты делаешь?! Как ты будешь выкручиваться? Ты не умеешь решать задачи по физике!» - орал здравый смысл в сознании Грейнджер, но девушка всеми силами старалась его заглушить.       Сейчас всё будет.       Что-то случится, и ей не придется ничего решать.       И вдруг: - Мисс Грейнджер, а что это на вас? – хмуря брови и не сводя глаз с Гермионы, а точнее – с её тела, спросил физик.       Грейнджер замерла у доски, сбитая с толку таким вопросом. - Одежда, - хрипло и испуганно откликнулась девушка, нервно ломая руки.       Следи за херовым голосом и стой спокойно! - Я понимаю, но это одежда не для школьницы, - произнес Драко, голосом и интонацией выделяя слово «школьница».       Школьница.       Школьница-школьница-школьница.       Так вот кем ты меня считаешь, Малфой? Обыкновенной тупой и глупой школьницей? Не понравилась моя одежда? А я считаю, что наоборот – очень даже понравилась.       Сам Малфой был тоже в голубой рубашке, обыкновенный чёрный галстук, бежевые брюки. Как и всегда, выглядел он потрясающе-шикарно-великолепно, хотя одет достаточно просто. Как ему удается быть таким привлекательным? - А что не так в моей одежде? – стараясь, чтобы голос звучал уверенней, спросила Гермиона. - В школу не носят туфли на высоком каблуке и такие короткие юбки, - смело заявил Драко, беззастенчиво изучая взглядом фигуру девушки, и пожал плечами.       Прикрыла глаза и глубоко вздохнула.       Спокойно.       Всё в порядке.       Но… почему Паркинсон можно всё? Почему эта Пэнси ходит в школу, как последняя продажная шлюха только для того, чтобы ты обратил на неё внимание, Малфой!?       Девушка приложила огромные усилия, чтобы не крикнуть эти слова вслух, прямо ему в лицо, но лишь скромно улыбнулась и кивнула.       Но через пару секунд наступившего молчания Грейнджер всё-таки не выдержала: - Знаете, мистер Малфой, а я всё равно буду так одеваться в школу. Потому что… ведь вам же нравится, как я выгляжу.       Произнесла, не сразу понимая смысла слов, которые сорвались с языка.       Замолчала, судорожно вздохнула, испугавшись.       Парень резко поднял голову. Не ожидал. Ждал всякого, но только не таких слов.       Внезапно встал и одной рукой отставил стул. Заложил руки в карманы, лихорадочно думая, что делать дальше.       Что ты наделала, Грейнджер?       Какого чёрта?       А девушка стояла и ждала, что же будет с ней за такие слова.       Сердце билось прямо у горла, ладони вспотели, и хотелось только одного – провалиться сквозь землю.       Почему-то именно в этот миг Грейнджер поняла, что ненавидит этого человека. Всей душой. Лучше бы она никогда не знала его, не работала бы в том гребаном ресторане, не согласилась бы тогда прокатиться на его машине до дома, не училась бы в этой школе.       Гермиона даже и не подозревала, что способна на такую сильную ненависть.       Ненавидит.       Терпеть не может.       Не выносит.       На дух не принимает.       Это неприятное чувство буквально растеклось тёмным пятном в сознании Гермионы. И почему-то захотелось плакать. Внезапно образовался комок в горле, и неприятно защипало глаза.       Нет, только не сейчас, Грейнджер.       Держись! Он не должен видеть твоих слёз. - Выйди вон, - тихо, но в то же время оглушающе-громко произнес Малфой.       Девушка сморгнула, и предательская слеза скатилась вниз по щеке, обжигая кожу.       А затем ещё.       И ещё.       Стиснула зубы, борясь со слезами.        Какого хера? Почему ты плачешь? Прекрати! Хватит!       Больно закусила нижнюю губу и зажмурилась.       Глубокий вздох. - А вы только и можете, что выгонять с урока. Мне кажется, мы это уже проходили, нет? Пора придумать что-то новенькое, поинтереснее, - пусть и с дрожью в голосе, но уверенно и смело ответила Гермиона. - Что ты себе позволяешь? – не сказал, а крикнул Драко.       Повысил голос.       Закричал.       Грейнджер не сдержала громкого всхлипа. Рыдания рвались из груди, слёзы текли нескончаемым потоком, как у маленькой девочки-первоклассницы, которую ругали за провинность. А ещё было стыдно перед этим мерзким физиком и одноклассниками.       Да и к тому же, Грейнджер сама не понимала, почему, из-за чего рыдания разрывают грудную клетку.       Что случилось?       Совершенно ничего.       Просто больно.       Истеричка ты, Грейнджер! Слабачка.       Гермиона почувствовала, как его холодная рука взяла её за запястье.       Вывел в коридор.       Закрыл дверь кабинета.       Гермиона оперлась спиной о холодную стену, глубоко дыша и борясь с рыданиями. Надо заметить, что безуспешно.       Вдруг она почувствовала приятный успокаивающий запах мяты и табачного дыма. Глубоко вздохнула, заполняя лёгкие этим ароматом. А через секунду поняла, что… она в его объятиях.       Держит крепко, одной рукой прижимая за затылок, а другой – за талию.       Успокаивающе гладит по спине, что-то тихо приговаривая.       Действительно. Вот что было необходимо. Слёзы моментально высохли, дышать стало легче. Гермиона уткнулась носом в ямочку у его ключиц, глубоко дыша и часто моргая. Успокаиваясь. Приходя в себя. Наслаждаясь физической близостью с ним. Всем существом ощущая его сильное мужское тело рядом. Она даже слышала, как бьется его сердце. Чувствовала, как поднимаются и опускаются его плечи с каждым вдохом или выдохом.       Приятно.       Тепло.       Спокойно.       Совсем не так, как с Артуром.       Но несколько минут назад ты ненавидела этого человека, Грейнджер.       Опомнись.       Её словно окатило ледяной водой. Резко, внезапно и грубо оттолкнула от себя Малфоя. Взглянула с ненавистью и неприязнью. - Ненавижу! – проговорила сквозь зубы. – Видеть тебя не хочу, Малфой! Иди, учи свою ненаглядную Паркинсон! Проваливай… Исчезни из моей жизни! Слышишь? Уходи!       Она уже не говорила – тоже кричала.       Отчаянно.       Истошно.       Душераздирающе.       И снова эти гребаные слёзы. Чёртовы слёзы. - Гермиона, послушай меня, - он снова попытался прижать её к себе, успокоить, но девушка сопротивлялась. - Слушать ничего не хочу! Я так устала! - очередной громкий всхлип. – Я так устала от этих твоих метаний, от твоего херова безразличия, от гребаного равнодушия с твоей стороны. Посмотри, что ты наделал, Малфой…Взгляни на меня!       А Драко лишь молча стоял и не имел представления, как успокоить эту девушку, как заставить её замолчать. Он видел лишь один выход из этой ситуации – дать ей выговориться. - Ну да, конечно! – всплеснула руками и горько ухмыльнулась. А слёзы всё лились, не останавливаясь. – Ты же ничего не знаешь! Ты всегда любил ничего не замечать, особенно меня, правда? Я ненавижу тебя хотя бы за то, что ты из всех школ города выбрал именно мою! Терпеть тебя не могу, твоё поведение и эту физику! Просто, пожалуйста, уходи! Проваливай.       Малфой лишь молча, с неким сожалением пожал плечами и вошёл в кабинет, прикрыв дверь.       Гермиона сняла неудобные туфли и сползла вниз по стенке, давая волю рыданиям.

***

      После этого запоминающегося урока Гермиона больше не приходила на физику. Ни разу.       В то время, пока её одноклассники изучали важную и нужную науку, Грейнджер сидела в каком-нибудь уютном парке вместе с Артуром. Макларен покупал ей сладкую вату, а сам курил. Ребята сидели на лавочке в теньке и мило беседовали, смеялись, наслаждаясь друг другом.       Грейнджер действительно была безумно счастлива, когда была рядом с Артуром. Дни напролет она проводила с этим парнем. После школы он провожал её до дома, некоторое время девушка сидела в своей комнате, болтая с ним по телефону, и обманывала родителей, утверждая, что готовит домашнее задание. А вечером Гермиона уходила из дома, снова убеждая родителей в том, что она идет гулять с близкими друзьями. Миссис и мистер Грейнджер охотно верили словам дочери, и Гермиона этим пользовалась.       На самом деле, с друзьями Гермиона гуляла и общалась всё реже. Звонки от них не поступали на её телефон. Она даже не заметила, как переступила незримую черту и стала относиться к ним, как к обычным одноклассникам. Грейнджер и не могла этого заметить, поскольку в этом мире и в то время ей был важен только один человек – Артур Макларен.       Он познакомил её со своими друзьями – десять-пятнадцать мощных семнадцатилетних парней. Гермиона познакомилась с их девушками и стала больше времени проводить именно с этими людьми, позабыв о своих настоящих друзьях.       Новая компания.       Новые места для встречи.       Новые фишки и словечки.       Новые шутки.       Новые вредные привычки.       В этой компании большинство парней и девушек курили. Гермиона тоже быстро привыкла к табачной зависимости, потому что неудобно отказывать, когда тебе протягивали сигарету.       Всё по-новому. По-взрослому.       Грейнджер считала, что Джинни, Гарри, Рон и все остальные остались в прошлом. Она уже повзрослела, её вкусы, предпочтения и мировоззрение кардинально изменились. Ей бы было скучно продолжать общаться с Невиллом, например.       А эта новая компания ей как раз по вкусу. Её здесь полюбили и никакая движуха не может произойти без её участия.       Как-то раз, в обычный субботний вечер Гермиона гуляла вместе с новыми друзьями. Большая и шумная компания подростков медленно шла по парку, распугивая маленьких детей, которые встречались им по пути. Гермиона шла в самом конце этой толпы, держась за руку с Маклареном и тихо переговариваясь с ним о какой-то ерунде.       Грейнджер была спокойна и счастлива, как и всегда с Артуром. Вдруг на самой дальней скамейке парка девушка увидела две рыжих головы, а затем встретилась взглядом с Гарри, который тут же отвернулся. - Артур, мне нужно отойти, - остановилась Гермиона, намереваясь подойти и поздороваться с друзьями. Да, она всё равно считала друзьями свою бывшую компанию. - Куда? – удивился Макларен.       Гермиона махнула рукой, указывая на сидящих на лавочке одноклассников. - Зачем тебе к ним? – нахмурился парень. - Артур, они тоже мои друзья! – возразила Грейнджер. - Тогда вперед. Я подожду тебя здесь, неподалеку, - согласился Артур, и Гермиона с улыбкой направилась к друзьям.       В этот момент она поняла, что не разговаривала с ними несколько недель, а может даже и больше. А ещё почувствовала, что соскучилась. Была уверена, что друзья будут рады её видеть. - Привет, - радостно поздоровалась Гермиона, но ответного приветствия не последовало.       Гарри даже не поднял взгляда, рассматривая жёлтую листву на земле. Рон поджал губы и сморщился, показывая своё неодобрение. А Джинни лишь внимательно смотрела на подругу с неким презрением. - Неужели ты можешь вот так просто подойти к нам и сказать «привет»? – начала Джиневра. – Ну что ж, привет, Гермиона. Ты нас, конечно, прости, но мы не можем сказать, что рады тебя видеть.       Улыбка с лица Грейнджер пропала в одно мгновение. Она нахмурилась и недоуменно заморгала, не понимая в чём дело. - Почему? Что случилось? – спросила, стараясь не выдать своего волнения и чувствуя себя полной дурой. - Да нет, всё в порядке, - раздраженно ответил Гарри, наконец поднимая взгляд с земли. – Ведь у тебя в пределах нормы бросать друзей и находить себе новых. - Что?! – не поверила своим ушам Гермиона. – Я не бросала вас. О чём вы говорите? - Не бросала? – переспросила Джинни. – Ты именно бросила нас, Грейнджер! Променяла на своего Макларена и этих крутых парней. Ты, наверное, не заметила, что мы больше месяца нормально не разговаривали. Не звонишь, не пишешь, не зовёшь гулять. - Это вы не зовете меня! – ответила Гермиона, повышая голос. - А с каких это пор тебе требуется специальное приглашение? – спросил Поттер, сжимая кулаки. – Да, мы могли позвать тебя, но ты всё время не можешь, потому что тусуешься с другими. Вон, посмотри, тебя уж заждались! Давай, беги, Гермиона! Не стоит тратить на нас своё драгоценное время.       Гермиона лишь горько вздохнула и, резко развернувшись, направилась к Артуру. Поняла, что нормального разговора с друзьями больше не будет. Поняла, что всё кончилось. Теперь она уже не вхожа в привычную для неё компанию.       И винить некого, кроме себя.