Тот свет

Открыв глаза, малость прихерел: стены белые, потолок белый, одеяло, которым я прикрыт, белоснежнее не бывает. Я что, в дурке? Хотя, после тех глюков, что меня посетили, это совсем не удивительно... Вечер начинался вполне стандартно для субботы: помылся, побрился, в меру принарядился и подался навстречу веселью. Как обычно, меня сопровождали два моих лучших друга, с которыми мы часто отжигали вместе, Влад и Назар, так же как и я, работали на два фронта: было очень занимательно чередовать выходные, посещая то обычный клуб, то место, где собираются представители секс-меньшинств. В этот день решили побаловать девчонок своим вниманием и направились в одно из излюбленных заведений. Раскрепощенных девочек найти не проблема, и вот они уже за нашим столиком, потребляют спиртное, словно заправские алкоголики и ржут, что скаковые кони. Вот ни разу не слукавлю, если скажу, что девицам повезло, три таких красавца: охрененный брюнет, двухметровый блондин и кудрявый Назар. Я, естественно, тот самый охрененный брюнет. Налакавшись вдоволь текилы, поманили девчонок на вполне ожидаемое продолжение вечера, Влад любезно пригласил всех к себе, добавив громким шепотом, что в его постели достаточно места для шестерых. М-м-м, групповушка намечается, я это дело люблю. Но стоило нам выйти из клуба, как путь нам преградили какие-то уроды их было человек восемь, не меньше, начали что-то кричать про баб, качать права и все такое. Влад высказался первым, оповестил ублюдков, что надо лучше следить за своими блядьми, а то не долог час, и весь город их перетрахает. Самый жирный урод не стерпел и въехал моему товарищу прямо в его аристократический нос, на это уже и я смолчать не мог, тут же двинул обидчику ногой в бок, смотрю, уже и Назар своими ножонками машет, он хоть и мелковат, но единственный из нас много лет занимается карате. Девки куда-то свалили, это я понял по тому, что перестали слышаться визги, держаться на ногах становилось все труднее, пытался между ударами найти взглядом друзей, но вдруг почувствовал резкую боль в боку, будто меня ножом проткнули. Опускаю глаза и удивляюсь: смотри-ка, реально, нож — это была моя последняя мысль. А дальше какие-то невероятные глюки: чувствую, глаза мои закрыты, но все вижу, стоят напротив меня два чувака, один в кожаных штанах и майке в сеточку, тоже мне, Леонтьев недоделанный, а другой в белом пододеяльнике, или как это называется? И ведут странные люди странный разговор: — Че приперся-то? Этому чуваку по нашу контору печень продырявили, — заявил "Леонтьев". — Ошибаешься, он за друга заступился и девушку ту невольно спас, ведь если бы не эта драка, то ее бы изнасиловали и убили. Так что Александр, можно сказать, принес себя в жертву. — Издеваешься, Лукум? — Мое имя — Закум! — возмутился "пододеяльник". — Угу. Так вот, какой он к чертям праведник? Бухал не в меру, матерился, три раза его семя давало жизнь и трижды же был совершен аборт! — если бы я смог поднять веки, то глаза бы округлились, впервые слышу об абортах, совершенных от меня. — Да еще он содомит! У вас же такое не в почете. — Ох, Латиф, нам такой "праведник" не очень-то и пригодился, но понимаешь же, план надо выполнять, а то архангелы совсем озверели: премий не дают, отдыхать на землю не пускают, требуют безгрешных душ побольше, неужели не понимают, какое сейчас время? — сетовал чувак в тряпке. — Давай тогда договоримся, ты вези пока к себе, а я его сопру, — только его оппонент открыл рот, чтобы возмутиться, как "Леонтьев" добавил: — Я его сыну обещал, гороскоп показал, что подходит идеально. — Ну, если гороскоп... ладно, только давай быстро забирай, так и быть, скажу, что не акклиматизировался к райским условиям, так редко, но бывает. — Спасибо, Лукум! — Закум! Вижу, как рука того, что в белом, приближается к моему лицу. Успел еще раз подивиться тому, что могу видеть с закрытыми глазами и на этом моменте сознание померкло... Глюк подошел к концу. Были еще какие-то непонятные метания, но я так и не мог распознать, то ли тошнило меня во сне, то ли мотало из стороны в сторону, но очнулся я в этой белой комнате. Надо же, как сразу не заметил, спиной ко мне за письменным столом сидит девушка с красивой рыжей косой до пояса. — Милая, подскажи, где я нахожусь? — голос немного осип, и язык выдает интересные такие звуки. — Очнулся, наконец-то! — поворачивается, и тут я отчетливо вижу, что никакая она не милая, а очень даже милый. Парень. С косой до пояса. — Красивая коса, долго растил? — м-да, я мастер умных вопросов. — Не очень, — подошел ближе, глаза какие-то странные, сиреневые, — как ты себя чувствуешь, Александр? — Алек, зови так, мне привычней. И все-таки скажи, где я? Что-то странная больница. — Алек, ты только не волнуйся, но ты помер, вчера сорок дней по тебе справили. — Гонишь?! Я ж вот лежу: рука, нога, член - все на месте, не мог я помереть и не знать этого. — Еще раз говорю: ты помер, был в раю, папа мой тебя спиздил, теперь ты находишься в приемном покое преисподней. Еще пара дней карантина, и будешь жить как и все в государстве "Тот свет". — Какой свет? — Тот свет, вы, земляне, тоже так называете. Такой момент! Не мешало бы впасть в панику, но любопытство распирало, даже если это и глюк, то будет, что вспомнить! — А ты кто, ангел что ли? — Ну, как ты слушаешь? Говорю же, в преисподней ты, а я демон, молодой еще только, зовут меня Шайти. — Странно, а где рога, хвост, черные, как гуталин, волосы? — Хвост есть, рога вырастают только у демонов королевско-сатанинских кровей, а волосы у меня от папы, он раньше тоже землянином был, а теперь служит забирателем душ! — То есть, у тебя мама демоница? — Нет же, у меня два папы! — как само собой разумеющееся утвердил Шайти. — Это как так, усыновили? — У нас все проще с этим делом: берется женщина земная, подсаживается ей семя обоих отцов, а потом её и ребенка забирают сюда. — А я что здесь делать буду? Это ж ад, бля, мне что-то очково, — щипаю руку, не, не сплю. По ходу, это какой-то прикол, придуманный друзьями, ведь не могу я реально находится на том свете? — Для тебя здесь особая роль! — разулыбался рыжий, — мужем моим будешь, гороскоп говорит, что лучше пары мне не найти! И тут в дверь заходит "Леонтьев" и еще один мужик, невысокий, но прям раскачанно-перекачанный. — Папочки, он очнулся! Я ему все рассказал, видите, вполне нормальная реакция, а вы боялись! Замечаю какое-то неестественное шевеление, опускаю глаза и вижу длинный такой хвост, что обвивает ногу качка, перевожу взгляд на зад "Леонтьева", та же фигня, только хвост короче. — Ебануться! Я что, помер?!