Vincent ga KILL!

- Приветствую, господин Винцент, - отчеканил солдат, стоявший перед тяжелой дубовой дверью. - Спокойно. Сколько на это раз? – спокойно спросил брюнет, сложив руки на груди. - 63 человека. Они находятся в одиночных камерах… - А раньше ведь все в одной были, разве нет? – перебил рядового Винцент. - Это приказ генерала Эсдэс, - прозвучал четкий ответ. «Вот лиса…» - с ухмылкой отметил Винцент, но решил ничего не менять и сказал: - Ну ладно, я пошел. Попрошу никого не впускать. Услышав утвердительный ответ, парень открыл дверь. За ней находился длинный коридор, в котором находилось множество дверей. Одиночные камеры были одной из специальных мер по «ломанию» преступников. Находясь, долгое время отделенным от общества, человек начинает потихоньку сходить с ума. Это все известный факт. Лишь единицы могут это перетерпеть, но и на них есть управа. Подойдя к первой камере, Винцент вдруг остановился. «Зачем я здесь...?» - задал он вопрос сам себе. В сознании всплыли картинки крайне бурной ночи. Затем утро. Пустая постель. Легкое опустошение. Радости от случившегося почти не осталось. Винцент понимал, что женитьба не то, что поможет им обоим сейчас. «Осталось только рассказать ей подробней про кольца,» - заключил парень, вспоминая, что кольцо Эсдэс так и осталось у него в комнате. В первой камере находилась взрослая женщина лет тридцати. Руки её были прикованы к стене, а ноги… их не было. Вместо этого были два загнивающих обрубка. В воздухе витал запах мертвечины. Из одежды на ней был лишь длинный бледно розовый плащ, видавший лучшие времена. Волосы цвета зелени потемнели и слиплись от грязи. Услышав скрип дверных петель, она подняла голову, слабо раскрыв глаза. Женщина была совсем слабой. Жизнь крохотным огоньком теплилась в ней. В её опустевших глазах читалась немая мольба. Винцент подошел к ней и дотронулся до её щеки. Сначала глаза женщины резко раскрылись, тело забилось в предсмертных конвульсиях. Лишь шелест старого сена под ней был слышен в комнате, да и перебивающееся дыхание. Спустя несколько мгновений женщина затихла. «Мдааа… Не лучшее начало…» - с легким разочарованием подумал Винцент, выходя из камеры. Он не видел смысла пытать женщину до смерти – ей и так досталось от жизни. Хоть он и считал себя бесчувственной сволочью, но мучать инвалида парень не хотел. Открыв следующую дверь, Винцент сначала был ошарашен. Там сидела девушка лет семнадцати. На её теле почти не было живого места от бесконечных побоев, которые ей устраивали, скорее всего, стражники. Но удивило его не это. Увидев стоявшего на пороге парня, девушка громко завопила. Проходили секунды, а она не замолкала. - Да заткнись ты уже! – воскликнул Винцент, не сдержавшись. Согнув ногу в колене, он нанёс прямой удар сапогом в лицо сидящей девушки. Послышался противный хруст, а за ним приглушенное хрипение. Ему даже не хотелось смотреть на то, что осталось от лица незнакомки. - Ну охуеть теперь… - удрученно подумал он. В брюнете сейчас пылали всего лишь две эмоции. Отчаяние и гнев. Отчаяние от того, что он не мог устроить допрос уже второму заключенному, в чем и заключалась его «отдушина». А факт того, что его постигла вторая неудача, что он поступал импульсивно, разжигал гнев. Мысленно парень поклялся себе, что если и следующий смертник выкинет что-то подобное – он отдаст каждого на растерзание Эсдэс под предлогом свадебного подарка. В третьей комнате сидел черноволосый мужчина средних лет. « Надеюсь посговорчивей будет…» - про себя взмолился Винцент. - Здравствуй, - поприветствовал заключенного парень. Ответа не последовало. Первый просто сверлил вошедшего взглядом. Левый глаз брюнета нервно дернулся. - Вот не надо молчать, прошу. Кроме тебя тут еще шестьдесят человек. До тебя были две бабы, но как видишь, - Винцент указал на свой окровавленный сапог, - они оказались несговорчивыми. И если ты сейчас же не заговоришь – каждая душа этого богом забытого места отправится в руки самого худшего садиста Империи. Думаю, имена будут излишними? Мужчина молчал, обдумывая услышанное. Шли минуты, а он молчал. Левый глаз продолжал дергаться. Только Винцент захотел окончить разговор, как мужик открыл рот. - Да вы, блять, издеваетесь?! – громко воскликнул Винцент. У заключенного был вырван язык. - Ну, хорошо, - попытался успокоиться Винцент. – Ты хоть более мене адекватный – писать умеешь? Ответом служил утвердительный кивок. - Прекрасно, я скоро вернусь, - сказал парень, покидая камеру. « И все же…» - снова задумался парень. Желание хоть с кем-нибудь общаться пропало. Рука сама потянулась в сторону двери, которую он только что закрыл. Послышался громкий треск. Яркая багровая вспышка озарила темный коридор. Но это ничуть не помогло заглушить негодование, росшее в нем. Затем последовало еще пятьдесят таких же вспышек. Конечно, не каждый раз удавалось убить с первого раза. Но второй разряд заставлял мученика замолкать. - Воу-воу, полегче, парень, - услышал Винцент за спиной. – Так ты всех убьёшь. - А разве этим все не закончится в любом случае? – спросил брюнет, не поворачиваясь. В его голосе ясно слышались нотки ярости, которая в любой момент могла выйти из под контроля, и собеседник понимал это. - Ну… Мы ведь оба понимаем, что это будет не так интереснооо, - интригующе протянул последнее слово голос. Винцент прошел в следующую дверь, оставляя последнюю реплику не отвеченной. За дверью находился старик лет шестидесяти. «Хо… оправдай мои надежды, дед» - подумал про себя Винцент, подходя к нему. Испещренные морщинами веки слегка дернулись. Взгляд, умудренный десятилетиями жизни, был пристально направлен на молодого человека, только что вошедшего. Прокашлявшись, старик тихо сказал: - Сынок, если пришел убить меня, то валяй, не тяни… - Рано тебе подыхать, дед. Мне нужно тебе пару вопросов задать, - сказал Винцент, облокотившись на стену. - Опять? Я уже сто раз рассказал вашим, что я не виновен. Но кого это волнует… кха-кха… - ответил старик, кашляя. - Меня волнует. Так что, давай начнем… - спокойно проговорил Винцент, придумывая с чего начать допрос. Внезапно, парень почувствовал себя очень слабым. Словно на него навалился огромный дракон-змей всем весом. Перед глазами поплыли черные круги. «Черт… только не сейчас….» - с горечью подумал он. Его время вышло. Винцент это прекрасно осознал. « А ведь и правда… За такое время, я так много раз использовал тейгу… Опять не рассчитал…» - продолжал укорять себя парень, покидая камеру. При выходе, он приказал стражнику, чтобы заключенных не трогали до его возвращения. « Теперь самое главное добраться до комнаты…» - приказал себе Винцент, понимая, что это будет долгий путь. Каждый шаг отдавался глухой болью в теле. Голова будто бы была сделана из чистого железа – уж слишком тяжелой казалась она парню. Глаза почти ничего не видели, так как веки неимоверно потяжелели, постоянно пытаясь закрыться. К горлу подкатил ком, который казалось вот-вот выйдет, но подобного не происходило. « Как же хреново…» - с жалостью к себе подумал Винцент, пытаясь понять, когда у него был похожий приступ. Но ничего, конечно же, он не мог вспомнить в такой момент. Буквально по памяти горе-палач добрался до своей комнаты. Забыв обо всем, Винцент рухнул на постель, вжимаясь в столь приветливую мягкую колыбель. Погружаясь в сон, парень подумал, что, когда он проснется, все будет очень плохо. Если бы он только знал – насколько был прав… Солнце медленно поднималось, освещая еще сонный лес. Темные верхушки деревьев, покрытые росой, словно уставшие солдаты, только что вышедшие из бани, встречали рассвет. Вот, чуть погодя, послышалась песнь ранней пташки. Спустя несколько мгновений, новые голоса начали добавляться в общий хор. Ранее песнопение будило остальных жителей леса, не давая проспать начало. Начало нового дня - нового этапа выживания. Облокотившись на дерево, сидела Регина, пробуя своё тейгу. Она пыталась прочувствовать жизнь, текшую внутри каждого живого существа. Девочка знала, что это каким-то образом связано со спецификой его тейгу, но разбираться в этом, не было времени, ибо Надженда четко ей приказала тренироваться до дня финальной атаки на столицу. В силу заметности её оружия, ей приказали все время оставаться в штабе. Так Регина проводила большую часть времени в лесу, где ей удавалось ненадолго заглушить голос, постоянно звучащий в её голове. Ей казалось, что это её копия, но прислушавшись, она поняла, что это не так. Регине удавалось ощущать лишь достаточно больших животных, так как энергия, присутствующая в них была достаточно велика. Вот, где-то в пятидесяти метрах драконовая ящерица вцепилась в молодого оленя. Последний пытался отбиваться, но парализующий яд быстро пресек все попытки к бегству. Девушка чувствовала, как жизнь оленя медленно угасала. Наблюдая за этим процессом, как огонек жизни становился все мельче и мельче, Регина не заметила, как на её лице появилась улыбка. Но она тут же осеклась. « Почему… Почему мне нравиться это?...» - со страхом подумал про себя девушка, вспоминая, что она никогда не любили насилие. Беловолосая помнила, что об этом её предупреждала псевдо-Регина, но она никак не могла предположить, что изменения начнутся так скоро. По телу пробежал холодок. « Нет… Я не стану убийцей…» - сказала про себя Регина, сжавшись. Сцены смертей разных людей начали пролетать в голове. Откуда она знала о них? Когда успела увидеть? Ответы на эти вопросы девочка не могла найти. Внезапно все картинки исчезли. Пронзительный вопль заставил девушку подскочить. По ушам больно резануло что-то жгучее. Схватившись за них, Регина упала на колени. Мгновения спустя вопль стих. - Что… Что это было?... – в слух спросила девочка, все еще сжимая горевшие уши.       - Начало конца, деточка, - проследовал веселый ответ.       Регина тут же обернулась в сторону источника голоса. Возле другого дерева стояла её безглазая копия. Она была одета точно так же, как и она, лишь местами одежда была запачкана чем-то красным.       - Конца чего? – недоумевающе спросила беловолосая.       - Твоего конечно, - все еще улыбалась собеседница, подходя ближе. – Ты же не думала, что получишь такое тейгу по доброте судьбы, просто так? У всего есть цена. А у этой силы она высокая, - развела руками псевдо-Регина. Беловолосая девочка ничего не ответила на это, а лишь поднялась и направилась в сторону штаба. Она не до конца еще понимала всего связанного с её силой, но в одном Регина была убеждена точно – разговоры с её вторым «я» к хорошему не приведут.       - Хочешь, игнорируй меня, но помни – твоя личность будет медленно разлагаться под ЕГО силой. И тебе никуда не убежать от нас, - услышала тихий шепот беловолосая.