Vincent ga KILL!

- Не скучаешь еще? – спросила тень напротив Винцента. - А тебе не все равно? – ответил вопросом парень, изогнув бровь. Вокруг было всепоглощающее ничего. Абсолютная белая пустота окружала двух собеседников, сидящих друг напротив друга на деревянных стульях. Можно было подумать, что они братья близнецы, но это лишь на первый взгляд. Если присмотреться к их внешнему виду, то можно было заметить, что от одного из них выглядит более… живо. Полную уверенность в этом заключении можно было получить, заглянув в пустые глазницы другого парня. - Нет, не все равно, - с улыбкой ответил безглазый, закинув одну ногу на другую. – Я тут подумал: ты с Эсдэс скоро помрете… - на этих словах он остановился, чтобы пронаблюдать за реакцией Винцента, но тот продолжал сидеть с каменным лицом. - Мы, по-моему, подобные провокации лет пять назад использовали, не? Повторяешься, - лишь усмехнулся брюнет, прокрутив на пальцах красную прядь волос. - Хах, сдаюсь… - ответил псевдо-Винцент, прикрыв глаза ладонью и откинувшись назад. Не удержав баланс, он начал падать. Однако, ожидаемого удара о землю не произошло. Собеседник наоборот - беспрепятственно прошел сквозь неё. Винцнет тут же напрягся всем телом, ибо он знал, что если в этом месте его клон пропадает из виду, значит тот готовит очередную пакость. «Откуда?! Слева? Справа?!» - напряженно начал прокручивать варианты возможного нападения парень в своей голове. - Сзади! – услышал он c соответствующей стороны. Сидящего на стуле парня крепко схватили за плечи и дернули вниз, отчего тот, потеряв баланс, упал вместе со стулом. На столь резкое нападение он просто не смог своевременно среагировать, и тогда ему осталось лишь ждать прикосновения земли. Но удара снова не произошло. Винцент почувствовал, что его как будто что-то обволакивает. Раскрыв глаза, он с удивлением обнаружил, что находится под водой. Попытка всплыть не увенчалась успехом, так как что-то тянуло его на дно. Тут же в голову впились старые воспоминания из детства. Страх, словно дьявольский глубинный осьминог обхватил тело Винцента и начал сильно сжимать, параллельно унося все ближе к своей обители. « Вот же …» - подумал парень, но остановился, так как случайно опустил глаза вниз, пытаясь рассмотреть возможного врага. В черной бездне, простиравшейся под ним, ярко горели красные глаза. И с каждой секундой их становилось все больше. Винцент прекрасно понимал, что это лишь очередная иллюзия, созданная чтобы поколебать его самообладание. Но даже эти знания меркли перед страхом, навалившимся вместе с детскими воспоминаниями. Как бы парень не пытался сопротивляться силе, тянувшей его на дно, у него ничего не получалось. Он лишь потратил силы на бесполезную борьбу. « Не думал, что все может оказаться настолько хреново» - иронично заметил тонущий, вспоминая, как когда-то давно его так же тащило на дно тейгу. Когда же до красных глаз осталось всего пара метров, сила, тянувшая его на дно, внезапно исчезла. Почувствовав свободу, Винцент тут же попытался убраться как можно дальше от это места, но его тело тут же поразила вспышка боли. На короткий момент, он в его глазах сильно потемнело. Лишь в этот момент, парень заметил, что спокойно может открывать глаза, хоть он и находился под водой. Но от этого ему легче не стало, так как, в красном свете, исходящем от горящих позади глаз, Винцент мог видеть, как его руки постепенно ломаются внутрь себя. По ощущениям, которые он испытывал, это происходило со всем телом. Сильнейшая боль волнами накатывала на него, а сознание то и дело пыталось вырваться из безумного круга, уйти в небытие, но и это у него не получалось. К своему сильнейшему удивлению Винцент, после очередного приступа частичной потери зрения, очнулся в своей комнате в Имперском дворце. Хоть его глаза еще не так хорошо видели, он уже мог различить до боли знакомый силуэт возлюбленной, сидевшей возле его кровати. Увидев, что парень открыл глаза, Эсдэс сильно обрадовалась – тень улыбки проскользнула по её лицу. Но лишь тень. Суровые обстоятельства, заставившие её прервать сон возлюбленного, не давали забыть о себе. И девушка прекрасно понимала это. Благодаря многолетней подготовке, а также чертам характера, генерал не дала радостным эмоциям захватить её. Сейчас не время для любви и нежности, ибо горн войны уже прозвучал, предупреждая о скором начале финального акта. - Через десять минут срочное собрание в штаб-комнате Егерей, - холодно сказала Эсдэс, и тут же, поднявшись, вышла из комнаты. Непонимающий Винцент уставился на закрытую дверь, не до конца осознавая, что именно могло так взволновать девушку. «Моё пробуждение?... Но тогда такая реакция минимум нелогична…» - раздумывал парень, пытаясь хоть как-то размять затекшие мышцы. « А сколько же я проспал?» - этот вопрос все никак не покидал мысли брюнета. - Так, стоп! Начнем сначала, - начал рассуждать вслух Винцент, чтобы привести мысли в порядок. – Во-первых, Эсдэс прервала мой «сон», прекрасно осознавая, что это чревато. Значит обстоятельства слишком тяжелые. Во-вторых, она вместо приветствия отдала достаточно жестокий приказ, учитывая моё состояние. Да, кончено, она генерал, при том достаточно суровый, но ведь должен же быть у меня хоть какой-то особый статус. А это означает лишь одно – пиздец нам. Таково было заключение парня, который широко улыбнулся, прокручивая в голове все только что сказанное. Но уж слишком много боли в этой улыбке. Состояние Винцента так же оставляло желать лучшего. Ног он почти не чувствовал, как и, впрочем, все тело. Но приказ есть приказ. Материализовав своё тейгу, брюнет начал потихоньку подниматься с постели. У него было ощущение, будто бы его каждая мышца окаменела на столько, что хоть сейчас делай из него произведение скульптурного искусства. Проскользнувшая аналогия немного приободрила парня, но лишь немного. - Ну, ничего, стрепня Борса быстро на ноги поставит, - подумал Винцент, выходя из комнаты и медленно направляясь в сторону штаб-комнаты. Остановившись у самой двери, парень призадумался. « Чтобы мне такое придумать… Почему так долго спал… Хотя, может, Эсдэс ребятам уже все рассказала?» - прикидывал разные варианты развития событий брюнет, дергая ручку. Представшее перед ним зрелище немного… шокировало. Дело в том, что в комнате, кроме большого овального стола и стульев, находился большой диван, на котором Винцент часто любил посидеть с Борсом и поговорить о разных сортах овощей. А сейчас на нем сидел Вэйв на коленях у которого лежала Куроме. И они целовались. Последнее почему-то парень считал совершенно невозможным. Вспоминая отношение девушки к моряку, Винцент считал, что та скорее убьет непоседливого егеря, чем подпустит к себе ближе, чем на метр. Короткий кашель возымел резко-отрезвляющее действие. Парочка со скоростью пущенной стрелы отсела друг от друга на края дивана, удивленно смотря на вошедшего. - О, Винцент! Когда проснулся? - вскочил Вэйв, обнимая парня. - Да вот, Эсдэс разбудила, сказала, что собрание будет, - радостно ответил Винцент. – Кстати, а где остальные? Услышав вопрос моряк тут же притих. В его глазах промелькнула глубокая боль, а сам он отвернулся. «Нет, нет… Чтоб вечно веселый Вэйв так отреагировал…» - подумал Винцент, опускаясь на стул. - Все. Мертвы. – Тихо сказал моряк и вернулся на диван. Ему было слишком тяжело в этот момент. Он постоянно корил себя за то, что не сумел уберечь товарищей. А сейчас, говоря своему другу об этой утрате, он чувствовал себя настоящим слабаком и последним трусом. Но все было намного хуже с Винцентом. Ему казалось, что земля в этот момент ушла из под ног. Сердце пропустило насколько глухих ударов. Голова налилась свинцом, от поднимающегося урагана воспоминаний. А где-то внутри потихоньку начинала клокотать ярость, смешанная с болью утраты. И посреди всей этой картины стоял маленький мальчик, рыдавший громко и навзрыд. Свободную руку Винцент приложил к груди, ощущая расползавшуюся пустоту. Это было для него впервые. Слишком сильно он успел привязаться к тем людям, которых уже никогда не увидит. А это щемящее пустое чувство все сильнее расходилось по телу, заполняя каждую частичку. На жезле начали проскальзывать маленькие молнии, которые постепенно становились ярче. А где-то высоко, в небе, над Имперским дворцом, появилось черное облако посреди ясного неба. Но вскоре, оно начало расти – все больше и больше. Внезапно, чья-то рука легла на плечо Винцента, крепко обхватив его. Парень никак не отреагировал на этот жест немой поддержки. Сейчас ему просто хотелось побыть одному. «Так в руки себя взял!» - сказал сам себе брюнет и усилием воли погасил нараставшую грусть. Инструктаж был коротким. Дела Егерей шли очень плачевно. Они потеряли почти весь отряд, а Ночной Рейд лишь одного человека. Но этот факт стал менее болезненным для Винцента, когда он узнал, что этим человеком оказалась убийца Борса. Так же он узнал, что появилась какая-то Дикая Охота, но парень не придал этому особого значения, как, впрочем, и Эсдэс. Но факт того, что в произошедшей стычке между членами двух групп умер Ран, Винцент еще больше омрачился. На городскую мостовую упала первая капля начинавшегося дождя. - Наша нынешняя задача состоит в полной обороне Столицы, - сказала Эсдэс, сидя во главе стола. – Нам известно, что повстанцы планируют напасть через три дня, поэтому нам нужно подготовиться. А сейчас, вам нужно как можно больше отдохнуть, у вас остался один день. Разойтись. При выходе, генерал оставила перед Винцентом небольшую дощечку. На ней аккуратным шрифтом был выцарапан адрес. Прочитав написанное, парень нашел себе занятие на вечер. Встав из-за стола, накинув плащ, он направился к выходу. Слабость после сна еще не совсем отошла, но на фоне происходящего она просто меркла. Имперская Столица. Восточная часть. Городское кладбище. От проливного дождя в воздухе стоял громкий гул, заглушавший почти все звуки. Лужи становились все больше и глубже, поджидая невнимательного прохожего. На этом кладбище хоронили лишь крестьян, либо обычных солдат. Из-за этого надгробия почти не отличались друг от друга и всегда стояли симметрично другу другу. Но дальше всего этого, можно было увидеть четыре могилы, расположенные отдельно от остальных. Да на их надгробия, видно, не поскупились. На каждом находился вырезанным из мрамора небольшой портрет усопшего. И сейчас у одной из этих четырех могил стояло два человека. Точнее – мать и дочь. Они были одеты в траурные черные платья. Рина спокойно стояла, смотря на могилу мужа. Но если присмотреться, то можно было увидеть, как дрожал в её руках раскрытый зонтик. Внутри неё была лишь горечь. Лина не была такой сдержанной как мать, но все равно пыталась держаться, ибо отец всегда ей говорил, что оплакивать человека, которого уважаешь и любишь, плохо. Были слышны лишь тихие всхлипывания девочки. « И как же я посмотрю им в глаза?» - задал себе вопрос Винцент, наблюдая за семьей Борса.       Лишь сейчас он вспомнил ту непонятную тревогу, которую он испытал, когда узнал о смерти товарищей. «Как мне…» - хотел было задать себе очередной вопрос Винцент, но не смог. Он решил, что лучше всего ему сейчас просто уйти и вернуться попозже…