Она

Бывает так: сойдешь с ума ... А остановка не твоя.

      Школьные двери в предпоследнюю неделю до долгожданных летних каникул, в очередной будний день вновь распахиваются, и в светлый холл ступает нога той прекрасной, желанной, обворожительной, чертовски сексуальной девушки.       В сопровождении своих никчёмных подружек-сплетниц она внедряется вглубь средней районной школы и будто плывет, воцаряясь над всеми, по длинным коридорам. На фоне других учеников визуально она выглядит изящно: большие серо-голубые глаза цвета постоянно мрачного неба штата Огайо, обрамляемые густые длинными ресницами, холодно смотрели вперёд. От чересчур яркого освещения они поблескивали, придавая эффект дифракции, как говорят на кружке юных физиков. Её взгляд поистине грациозен.       С первых секунд складывается эгоцентричное ощущение того, что жалкие людишки, на которых падал её высочайший взгляд, — сплошной лишь мусор, недостойный лицезреть богиню. О, а какие у неё идеальные черты лица: вздёрнутый носик, заостренные симметричные скулы, пышные ресницы, нежная розоватого оттенка кожа и губы. Эти пухлые персиковые губы играючи поблескивали на фоне всего этого эстетичного экстаза. Господи, благослови это юное, утончённое создание.       Твёрдой, чуть дерзкой походкой она двигается в сторону шкафчиков, где уже поджидали ребята из её компании.       Она была самой крутой и популярной девчонкой в школе. Когда она проходила мимо — многие теряли голову. И это не только благодаря её неповторимому аромату черешни и земляники с нотками сочного мандарина и ананаса в сопровождении пачули и мускуса с нежной дымкой розы, жасмина и скромной фиалки, навеивающему романтичное настроение, но и до ужаса чертовской сексуальной фигуре. Она стройна и привлекательна для своего столь юного возраста.       У неё упругая задница и отличная грудь, не смотря на трендовые мерки времени, когда прерогатива отдавалась пышным формам. Её шарм манил не только парней, но и девушек. Своей натурой она заставляла себя захотеть, в буквальном смысле этого слова. Её сексуальность довольно-таки славилась в одной из средних районных школ штата Огайо. Отнюдь, она не была шлюхой, или той, от которой бы исходил зловонный запах продажности. Вовсе, нет. За всю свою короткую жизнь, судя по фото и статусам на её странице в сети, у неё был только один парень, с которым она познакомилась два года, и, собственно, с которым она и по сей день встречается. Высокий, светловолосый, парень, спортивного телосложения, возглавлявший их небольшую, но известную всем компанию «крутых» ребят, в футбольном свитере и красных джорданах вот уже поджидает её, облокотившись на шкафчик, в окружении таких же мужеподобных дружков. Она единственная девушка в школе, которая общалась исключительно с парнями, а так называемые «подружки» использовались ею лишь для отвода глаза, но, и может, чтобы казаться на их фоне ещё больше благороднее.       Спустя какие-то полминуты, и вот уже этот наглый, эгоистичный поддонок Джексон напористо вкушал эти вздутые, цвета персиковой матовой помады. Ох, как же его ненавидели тайные воздыхатели этих женственных губ, но никто так и не решался отбить у него девушку, боясь, в первую очередь, за своё физическое здоровье.       Десять минут они не могли оторваться друг от друга. Казалось, время для них длится вечность. Его рука скользит по её заднице, а её тонкие длинные пальцы нежно крутят его вьющиеся волосы. Со стороны одного из немногих парней, которые дико влюблены в неё, но не в силах об этом признаться, до боли в вжимающихся кулаках противно смотреть, как этот мудак орудует своим слизистом языком у неё во рту.       И вот прозвенел звонок, толпа сонных учеников повалила в классы, наконец, эта «сладкая» парочка отлипла, друг от друга, и «королева школы» направилась в сторону туалетов в сопровождении своих друзей в объятиях своего парня. Проходя мимо шкафчика её «тайного» обожателя, про которого она даже и не подозревает, собственно, не замечает никого ниже ее уровня, как говориться. Уверенно проносится на своих длинных недешёвых туфлях известной французской марки. Да, и кто он, чтобы его замечать. Ведь они даже не знакомы, хотя в третьем классе, они сидели за одной партой на одном из открытых уроков миссис Дункан, ну, и собственно, это был первый и последний раз, когда он так близко чувствовал её присутствие.       Простой, ничем непримечательный парень, который не гонится за хайпом так называемой «опасности», которая так всех привлекает, но под этим понимается банальная жажда подражания за любимыми героями боевиков и ряда фильмов про плохих парней, наркотиков и сумасшедших гонках по ночным автомагистральным дорогам. Он лишь живет своей тихой, размеренной жизнью, не встревая в различные перепалки, тайно дрочит на её фото в сети. К слову, он далеко не урод, возможно, и привлекает девушек, хотя бы своим пронзительным взглядом цвета мяты, но ведь он — просто Дин, по его мнению, которому нужна только та единственная, что курит сейчас травку в школьном туалете и обжимается со своим бойфрендом.  

***

      Звонок (долгожданный для большинства ребят, в том числе и Дина Кэмбелла)       Наконец, и закончился самый нудный урок в его жизни. Урок тригонометрии длился катастрофически долго. Миссис Робинсон совсем свихнулась на своём предмете. Каждый урок она заваливает своих учеников домашним заданием сверх нормы, а потом ещё и жалуется, почему они ничего не успевают.       — «Женщина, кроме вас, у нас ещё полдюжины блядски сложных предметов», — так бы практически все ученики десятых классов.       К счастью, сейчас двадцати пятиминутный обеденный перерыв, и темноволосый довольно расплывается в лёгкой улыбке. Не потому, что набьет свой желудок постным обедом, а, потому, что в столовой он встретит её. Ту самую красивую девушку в школе, как он считает. Она, как всегда, возьмёт себе вегетарианский бургер, сядет за свой стол, где обычно собирается вся её банда, и в течении определенного, хотя, как говориться, влюбленные часов не наблюдают, её будет ласкать этот поддонок Джексон. О, как же его ненавидел Кэмбелл, до глубины своей души. В своих самых страшных фантазиях, он видит, как уверенно заводит отцовскую бензопилу, успешно стащившую им из гаража, и дико распиливает плоть привязанного к чугунной батарее капроновыми колготками матери, которые, к слову, не порвутся, даже если их тянуть двумя бронетранспортерами, взывавшего от адской боли Джексона Стартера.       Проклиная весь мир, он аккуратно положил себе картошки, полив её соевым соусом, направляется к своему месту. Отгоняя все ненужные ему мысли на тот момент, он ненароком замечает близнецов Уэйн. Сейчас ему было не до общения с людьми, ему хотелось побыть одному со своими сверлящими как дрель, от которой он просыпается в четыре утра, потому в его доме уже месяц идет ремонт, мыслями. Только он собрался проскользнуть мимо парней к окошку, то вдруг послышался высокий тембр Стива:       — Хей, Дин! Тащи свой бренный зад сюда.       Стив Уэйн — обычный американский подросток. Преуспевающий игрок школьной команды по баскетболу. Высокий, светловолосый, спортивный парень с острыми, как стекло скулами и родинкой в области шеи в форме сердечка. Он — примерный ученик, легко добивается расположения к себе. Заботливый брат, интересный собеседник и, к тому же, отличный друг.       — Привет, — томно выбросил Дин, медленно приближаясь к столу, за которым уже сидели братья.       Он подавлен, расстроен и зол.       — М-да, вид у тебя не из приятных, конечно, — съязвил Стив, намазывая апельсиновый джем на тост — Опять продинамила?       Что за дурацкое слово? Ведь он прекрасно знает, что между ними с Майлз, той самой великолепной девушкой, которая сейчас вовлечено хихикает через три стола, ничего нет и быть не может. Тут даже не фрэндзона, смело, можно сказать. Но так, как Стив истинный друг, то в любой ситуации он пытается сострить. В этом и заключается плюс настоящей дружбы. А не банальная штука по типу, дать свою сострадательную «жилетку», чтобы поныть в неё.       — Заткнись, — злобно ответил Кэмбэлл; но друзья то знают, что в таком состоянии не стоит задавать ему нелепых вопросов.       Он жадно схватил вилку и начал заедать свои «душевные раны.       — О, Дин не в духе, — разрушив неловкую паузу, подмигнул старший из близнецов.— Может ему развеяться?       Игнорируя явный намёк на что-то, темноволосый, озадаченный юноша, делая вид, что не слышит их переговоров, опустил голову над тарелкой и жадно поедал свой обед.       — Ах, да, как же я мог забыть, — резко донёсся голос второго брата, — Макса. — Пойдем сегодня на вечеринку? Мелисса устраивает движ, её предки уехали.       К слову, о Максе. Макс Уэйн, брат Стива. Они близнецы. Очень похожи внешне. Они очень любят друг друга. Их братским отношениям можно только позавидовать. Только вот Макс — полная противоположность Стиву. Грубый, взбалмошной, неряшливый, алчный. Мальчик-геймер. Сутками висит в Интернете, любит порно и мечтает уехать в Европу.       А, Мелисса. Мелисса Стюарт, это — одна из стервозных подружек Майлз, самой обаятельной и привлекательной девушки на свете, которая сейчас уже закончила прием своего утреннего ланча и направляется в сторону расположения туалетов. Ах, да, Мелисса никогда не нравилась Дину. Он всегда её считал слащавой дурой, только из-за того, что её ничего в жизни не интересует, кроме как вылить на себя почти весь флакон импортных духов и раздвинуть ноги перед самовлюбленным капитаном школьной команды по баскетболу.       — Нет, нет, — занервничав, Дин пытался отвести взгляд, но всё казалось тщетным. — Сегодня я не могу, серьезно, чуваки.       — И ты серьёзно думаешь, что я не заставлю тебя пойти на эту вечеринку? — приподнял бровь Стив. — Дин, послушай. Это просто вечеринка; расслабимся, выпьем, ничего такого, просто вечеринка. Ладно?       — Ну же, девственница, давай, или боишься, что целки лишат? — съязвил Макс.       — О, просто заткнись, — сквозь зубы прошипел Кэмбелл, его взгляд был сфокусирован на ехидном выражении лица парня. — Ладно, я иду, но закрой свой рот.       В любом случае, юноша обожает своих друзей. За то, что они могут поддержать в любую трудную минуту и добрым словом, и чёрным юморком. Но где-то в душе ему так не хочется идти на эту вечеринку, чтобы в очередной раз не убедиться, что он — никчёмный лузер, которого сносит с бокала шампанского, и который блюёт дальше, чем видит. Избавьте его от этого.

***

      Взяв стакан с пивом, он уже сто пятьдесят раз пожалел, что согласился прийти на эту злополучную вечеринку. Музыка играла ужасно громко, басы давили на мозг, цветомузыка ослепляла глаза, девушки снимали с себя одежду, парни бросали в них конфетти, зрелище было не для слабонервных и закомплексованных. Алкоголь лился рекой. Практически вся мужская половина общества в хлам. Парни начали распускать руки, хотя девушки против и не были.       — Ты всё-таки пришёл! — легкий толчок в спину; от неожиданности он чуть стакан не опрокинул.       — Ох, Дин, ты совсем разучился пить, — грубый голос Стива перебивал громкую музыку. — Ты только пришёл, а у тебя всё еще недопитый стакан. Хм, нехорошо. Давай ещё по одной?       — Нет, чувак, — пытаясь перекричать музыку, что-то бубнил себе под нос темноволосый. — Ты же знаешь, что с трёх рюмок у меня сносит башню. Я лучше тихо тут посижу, хорошо?       — Ну, как знаешь, если что, ты знаешь, где меня найти, — бросив укоризненный взгляд, Стив заметил пышногрудую рыжеволосую Кейт, тоже с нашего класса, легко и непринужденно следовал за ней.       Вечеринку удалась, стоит отметить. Не переключаясь, гремела музыка, полупьяные одноклассницы трясли задницами перед игроками школьных команд по баскетболу, причем разных школ. Некоторые уже по три раза переспали друг с другом. Дину не очень-то и нравилась в подобных обществах. Тем более в его состоянии смотреть на оголенные части тела людей, которых он видит каждый день в одном кабинете. Зачем он вообще подписывался на это? Может быть, по случайному стечению обстоятельств, он увидит здесь её. Возможно, она решит посетить дом своей школьной приятельницы. С этими мыслями он тихо усадил своё бренное тело у окна на кожаном, ванильного цвета диване, медленно посасывая своё пиво.       Не успев, он выбросить из головы эту мысль, по взмаху судьбы, около двухэтажной виллы, где во всю уже шла оргия вперемешку с караоке, притормозила красненькая Буггати. Заехав на парковку, из машины грациозно, словно лебедь в райских водах, вышла Майлзв сопровождении, естественно, своего парня. Она, как всегда, выглядела восхитительно. Длинная майка от Джордан придавала ей немного бунтарства, а красные туфли на высоких шпильках подчёркивали её утонченный вкус. Она цокала каблуками, оплетая своему молодому человеку запястье. Легко и изящно она подходила к дверям. Её взгляд был также настроен свысока. Пышные ресницы широко распахивались в ритме каждого шага. Прическа гармонично подходила под стать. Волосы цвета блонд аккуратно уложены под хорошим слоем лака, виски выбриты. Это было идеально в глазах парня, уставившись по ту стороны окна.       — Хей, привет, — краем уха услышал её приятный, сладко-кислый голос, когда на пороге дома она встретилась с хозяйкой.       Девушки легко обнялись и прошли в дом, прокладывая путь к своей компании, которая уже курила кальян около бассейна. Не заметив, как ноги Дина принесли его на террасу, где он уже мечтательно наблюдал за объектом своего воздыхания. А, она даже не обращала на него должного внимания. А обязана?       Слишком глубоко погряз он в своих мыслях, что не заметил чужое присутствие на террасе.       — Чего приуныл, чувак? — послышался мужской незнакомый голос.       Он его не знает. На нём белая рубашка, джинсы и белые кроссовки. Тёмные волосы на голове слегка взъерошены. Он был пьян, облокотившись на перильную часть веранды, его тело слегка покачивалась. Он таращился на заставленного врасплох парня, закуривал сигарету и явно ожидал ответа.       — Да так.       По натуре Дин — человек стеснительный, и не каждому может вот так вот выложить всё о себе, но здесь царила какая-то непринужденная дружеская обстановка, и он начал:       — Вот почему достойные девушки всегда заняты?       — Потому что идеальных девушек не бывает, — пожимает он плечами и задумчиво хмыкает, — бывают только такие, на которых ты смотришь и понимаешь, что они те самые, но они тебя просто не замечают, но они кажутся идеальными лишь в твоей голове, братан.       — Но у меня есть свой идеал, — с гордой поднятой головой отвечает он, слегка изменив свой тон на более низкий и унылый.       — Так почему же печально ты об этом говоришь? — задался он вопросом.       — Потому, что ебаный Джексон, — возмущённо разразился темноволосый, как будто выпуская тонкую струю дыма, вообразив, что делает очередной затяг. — Он портит девушку, которую я люблю, которая мне нравится. Он с ней, а не я. Сука.       Он выглядел в глазах парня совершенно нелепо. Но Дину было уже плевать на то, что подумают.       — Чувак, думаю, долго это у тебя копилось, — он прищуривается, образуя нелепую улыбку на лице. — Раз выплеснул всё и сразу.       — Будешь? — качнул он сигаретой, зажатой между своими пальцами.       — Да.       Это неожиданно резко вылетело у юноши. Ведь он никогда не курил и еще не осознает, почему он согласился. Сработал какой-то животный инстинкт.       С первого раза, конечно, это не работает, потому что как бы парень не пытался черкать зажигалкой, но у него ничего не выходило. На что, тот протянул ему уже тлеющую сигарету, Дин берет её, зажимает между губами и затягивается. Дыхание перехватывает, и он начинает кашлять. В горле жжёт, а глаза слезятся.       — Эх, новичок! — усмехнулся он, затягиваясь, как будто подсказывая ученику, как правильно курить.       Желание курить росло с каждой его затяжкой. Вскоре Дин повторяет манипуляции парня и, наконец, курит, испуская «идеальное» кольцо дыма. Блаженство и тишина.       — А ещё, если хочешь избавиться от всего этого дерьма, то напейся, — «учитель» нарушил эту строгую тишину. — Напейся, сразу станет легче.       — Напиться?       — Да, именно так, — резко ответил он и повёл меня в дом.       Кэмбелл послушно следовал за ним, даже не сопротивляясь. А, ведь он прав. Парню, определенно, нужно забыться, а лучший способ это сделать — напиться.

***

И тут понеслось. Коктейль. Виски. Мартини. Коньяк. Вино. Водка. Водка. Водка. Терраса. Сигарета. Танцы. Безудержные танцы. Опять виски. Водка. Водка. Водка. Танцы. Караоке. Снова курю. Водка. Виски. Пиво. Дин Кэмбелл, за всю жизнь не бравший в рот ничего крепче пива, был пьян. Иными словами, в хлам. Он себя больше не контролирует. Его разум подвластен сейчас только телу. Ещё бы лучше, чтобы он просто упал сейчас и вырубился, но он поплёлся к выходу. Ему захотелось подышать, в глазах поплыло, ноги стали ватными, голова закружилась. Не понимает, что происходит. Резкий толчок, да с немалой силой.       Упс. Он явно с кем-то столкнулся.       — Прости, я … просто, прости, — голова кружится, Боже, он видит Майлз. Прямо перед собой. Он в нее врезался из-за своей никчемной неуклюжести. Вот же чёрт.       — Эй, парень, ты куда идёшь, проблемы? — слышится мужской баритон. — Ты меня слышишь, ублюдок?       Его обладатель тут же хватает обмякшее тело Дина за грудки и начинает трясти, чтобы выпытать хоть одно слово. А жертве всех этих случайных совпадений было совершенно плевать. Он был пьян, и ему это нравилось, ничего не чувствовать.       — Джексон, хватит, он же в стельку! — теперь он ощущал только сладостный, приятный на ощупь слуха, голос той желанной в его мечтах, Майлз Коллинз.       — Моя хорошая, самая лучшая, я ведь люблю тебя, — произносит он; язык давно уже не под контролем владельца.       Внезапно он чувствует резкий удар по своему лицу, ну… как чувствует, будто пощечина, и он уже находится на полу. Слышит чьи-то крики, ничего не может разобрать. Кто-то зовёт этого ублюдка по имени, к чёрту его. Голоса смешались, в глазах темно, мысли в кашу, Дин ничего не чувствует, кроме головной боли. Темно.