Наверно, в следующей жизни...

      — …мы с тобой одни, хотя со всеми. Да, конечно сложно, но еще возможно… — фальшиво подвывала я радиоприёмнику, балансируя на подоконнике с тряпкой и средством для мытья окон. Погодка сегодня выдалась на удивление хорошая — не холодно, не ветрено, слегка пасмурно и ничего сверху не капает. Как по мне — самый подходящий день для того, чтобы помыть, наконец, окно в нашем «номере люкс» номер триста двенадцать в шестой общаге от НГУ.       — Светка, я тебя сейчас из этого окна выкину! — зажимая уши, крикнула мне подруга, усиленно пытающаяся скрыться от импровизированного караоке в книжке про путешествие хоббита.       Я показала блондинистому затылку язык и продолжила оттирать от стекла какую-то серую пакость, правда, уже молча. Хватит с Леськи и обычного «Радио Сибирь», она «эту попсу» терпеть не может и в естественном, так сказать, виде. Третий день мы воевали за принесённую мной из библиотеки книгу. В данном раунде победа была за Леськой, и я как могла отравляла ей радость от этого факта — дорогая подруженька буквально выдернула «Хоббита» у меня из-под носа в тот момент, когда Бильбо убегал от разъярённого Смауга, сославшись на то, что мне пора на пару. Могла бы и дать дочитать главу, подождал бы Зелинский со своим сопроматом, он всё равно отмечает в конце пары!       Когда я вернулась, Олеся всё ещё читала. Потынявшись без дела и предприняв две безрезультатные попытки отобрать у этой змеюки книжку, я всё же нашла себе занятие. Осталось самое сложное — дотянуться до верхнего угла не открывающейся створки. Швабру, что ли, взять, получится ли с моим очень средним ростом?       —… сердце прошептало, я сказала, — все-таки не удержалась я, слегка поднимаясь на носочки и вытягивая руку. Что-то хрустнуло и загремело, под ногами внезапно оказалась пустота, и я, взмахнув руками, соскользнула в пропасть.       — Светка!..       Короткий полёт, я почувствовала себя оглушённой, словно меня подхватило сильным течением и увлекло в водоворот. Что ж, никто не обещал, что смерть ― приятный и лёгкий процесс. В голове всё ещё крутилась дурацкая песенка с радио: «Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой…» Я успела ещё подумать и мимоходом пожалеть о том, что, кроме моей бесценной вредной Леськи, никто и не вспомнит, что жила на свете такая Света Шевцова, училась на механика и читала книжки о приключениях… На несколько секунд перехватило дыхание, в глазах заплясали бледно-зелёные круги и… всё закончилось.