Наверно, в следующей жизни...

      Подняться на ноги одним рывком и преодолеть разделявшие меня и мужчин несколько шагов мне удалось. Что радовало — тело слушалось и практически не протестовало. Головокружение и чёрные круги, плывущие перед глазами, не в счёт. Огорчало, что я так легко забыла принятое минуту назад решение выбросить белокурого эльфа из головы, лишь услышав его голос.       — Мы знакомы? — с мягкой полуулыбкой спросил Тиннудор, поддержав меня под локоть — выглядела я сейчас, наверное, краше в гроб кладут. А он краси-ивый, зараза…       Бард непонимающе нахмурился, поглядывая на эльфа с опаской. А я сбивчиво, путаясь в словах, пересказывала ночной инцидент в Ривенделле — и мою шкоду, и его посильное участие, и наш ночной «разговор» в саду за фонтаном, когда он трещал без умолку, а я только головой мотала.       — Не может быть! — ошалело прошептал Тиннудор, хватая меня за плечи и заглядывая в глаза, словно ища в них следы той серой кошки, которой я была тогда. — Элберет, как такое возможно?       — Уберите руки от моей дочери! — не выдержал Бард. — Сигрид?.. — лицо у него стало таким жёстким и в то же время — почти неуловимо несчастным, что мне стало жаль этого сурового человека, на которого за последние сутки свалилось столько, что иной в целую жизнь не переживёт.       Вот кто меня, спрашивается, за язык тянул?!       То, что происходило дальше, упорно ассоциировалось с классической фразой. «Всё смешалось в доме Облонских». Кто такие эти Облонские и почему у них там всё смешалось, я припоминала с трудом, но это не мешало мне раз за разом мысленно повторять крылатое выражение, отвечая на сыплющиеся с двух сторон вопросы.       Отвечать Барду было очень сложно, я с трудом подбирала выражения и виновато прятала глаза, и с каждым сказанным мной словом мужчина будто окаменевал. Ищет зацепки, поняла я, ведь сложно вот так сразу поверить, что твоя дочь на самом деле вовсе не тот родной человек, а какая-то абсолютно левая личность. Ищет, но не находит, окончательно убеждаясь, что Сигрид здесь больше нет. Тиннудор же изображал из себя живую аллегорию вежливого удивления, изо всех сил стараясь сохранить лицо, но то и дело срывался на поток вопросов — совсем как в упомянутом Ривенделле. Если бы не похоронный вид Барда, я бы, пожалуй, чувствовала себя почти счастливой…       Тем не менее, по итогам бурных переговоров я уяснила для себя следующее:       первое, и самое главное, — убивать меня никто не собирается;       Бард приходился Сигрид, по счастью, не мужем, а отцом;       слухи о гибели дракона распространяются буквально со скоростью света, и совсем скоро здесь будет толпа претендентов на «бесхозные» сокровища. Орда орков, по словам Тиннудора, уже выступила, оставив несколько отрядов в резерве в Дол-Гулдуре.       — Нужно предупредить Торина! — вскинулась я, но тут измученный треволнениями организм дал сбой. Не упала в костёр я только благодаря Барду, который подхватил меня за шкирку и водворил обратно на импровизированное ложе из набросанных прямо на землю плащей. В глаза мне он старался не смотреть, лицо было отрешённым и жёстким — капитан лучников Эсгарота явно принимал какое-то нелёгкое решение.       — Тебе нужно отдохнуть, — хмуро сказал он мне. — А о делах предоставь думать мужчинам. — И выпрямился, оглядываясь.       — Отец, мы здесь, — услышала я. Повернувшись, увидела давешнюю девочку — теперь я знала, что её зовут Тильда, — и подростка, с которыми вроде бы выбиралась из города. Мальчик крепко сжимал руку сестры. — Мы ходили к тётушке Морин, она сейчас возле мыса. Лукаса так и не нашли, — понизив голос и опустив голову, добавил Баин.       Бард заметно помрачнел.       — Отведи Тильду к Морин и возвращайся, присмотришь за… — он выдохнул. — За Сигрид, — видно было, что ему тяжело назвать меня именем дочери. Я тоже чувствовала себя препаршиво — вроде бы и не виновата в произошедшем, но всё равно как-то это всё нечестно по отношению к нам обоим. Интересно, кто такой добрый затолкал меня в это тело? Узнаю — набью морду, и ещё Барда позову помочь.       Баин вернулся быстро, полностью оправдывая поговорку "одна нога там, другая здесь". Шёпотом дав сыну какие-то наставления, Лучник кивнул Тиннудору, и человек с эльфом быстро ушли в сторону наибольшего скопления народа. Мальчик устроился возле костра, завернувшись в плащ и с настороженным любопытством глядя на меня — интересно, что именно ему сказали?       Спрашивать я не стала. И так понятно, что наверняка мальчишку предупредили о моей, мягко говоря, неадекватности. Но, как ни странно, вовсе не это меня в данный момент волновало. Слишком привыкла я в первую очередь думать о событиях, в которые вляпалась по странной прихоти судьбы.       Я смотрела на танцующие языки пламени и напряжённо думала, что же делать дальше. На то, что драка за сокровища Горы была предопределена в книге, мне соображалки хватило. Что ж, хоть здесь я не при делах, что не может не радовать. Но Торина предупредить надо. И об орках, и о жаждущих компенсации людях. А ещё есть Трандуил, который и в книге, и здесь хотел получить какие-то свои финтифлюшки. Не удивлюсь, если в ближайшее время в окрестностях горы появятся и лихолессцы. Ну и каша же заварилась на костях дракона...