two
20 августа 2015 г., 01:03
— Мистер Стайлс? — говорит врач входя, выходя из приемной. Ава спит у него на груди, а Лиам разрешил мальчикам поиграть на его iPad, чтобы держать их занятыми. Луи встает, осторожно придерживая Аву.
— Как он? — спрашивает он тихо.
— У него грыжа межпозвоночного диска. Это довольно серьезная травма, и нам кажется, что удар спровоцировал приступ боли на поле. Мы собираемся сделать ему операцию, чтобы восстановить его, прежде чем позвоночник причинит ему ущерб и он останется с болью в спине навсегда.
— Боже, — вздыхает Луи. — Это опасно? Операция?
— Существует вероятность паралича, — медленно говорит врач. — Но это очень маловероятно. Наш хирург-ортопед один из лучших в стране. Это в интересах Гарри — сделать операцию сразу, а потом после начать ходить на физиотерапию.
— Его футбольная карьера закончится, не так ли?
— Боюсь, что так. "49ers" придется потерять такого ценного игрока, к сожалению, — вздыхая, говорит доктор. — Вы можете навестить его перед операцией. Он спрашивал о вас с тех пор, как его привезли с МРТ. Мы дадим вам немного времени, чтобы поговорить, прежде чем отвезем в операционную.
— Ему до сих пор очень больно?
— Он на обезболивающих, но это очень неудобно. Медсестра объяснит вам, чего ожидать после операции.
— Спасибо, — говорит Луи. Он не думает, что не хочет, чтобы дети видели Гарри таким. Он, наверное, напичкан лекарствами, капельницами и трубками, и Луи не хочет, что бы им было страшно. Они увидят его после того, когда он станет больше похож на прежнего папу.
Луи передает Аву Лиаму, говоря детям, что они увидят папу чуть позже. Тот забирает детей домой, и Луи ему очень благодарен. Он не хочет, чтобы его дети сидели в больнице. Он говорит Лиаму, что скоро вернется домой и выяснит, что он собирается делать дальше.
Он подходит к палате Гарри и нерешительно стучится в дверь. Гарри выглядит так плохо, как он и думал; капельницы, трубки, мониторы.
— Гарри, — скулит Луи, беря его за руку. — Привет, дорогой. Как ты себя чувствуешь?
— Луи, — устало бормочет Гарри. — Ты здесь.
— Я был здесь все это время. Они не хотели меня пускать к тебе. Я был с детьми в зале ожидания. Лиам отвез детей домой. Они навестят тебя после операции, я обещаю.
— Операция, — жалобно стонет Гарри. — Больше никакого футбола.
— Больше никакого футбола, — уныло соглашается Луи. — Мне так жаль, малыш. Но давай сфокусируемся на том, чтобы ты поправился. Это самое главное. Мы собираемся пройти через это вместе
— Так больно, — стонет Гарри. — Так много боли.
— Я знаю, милый. Но скоро они вколят тебе анестезию и ты больше ничего не почувствуешь. Будет больно некоторое время, но мы будем ходить на физиотерапию. Я буду ждать тебя, — обещает Луи, целуя внутреннюю сторону его ладони.
— Я люблю тебя, — говорит Гарри. — Спасибо.
— Я тоже тебя люблю. Ты меня очень сильно напугал. Мальчишки так волновались, и Ава рвалась к тебе, когда увидела тебя, кричащего на земле. Они не могут дождаться, чтобы увидеть тебя.
— Я рад, что они не могут видеть меня таким. Я, должно быть, выгляжу как какой-то монстр, — говорит Гарри.
— Чуть-чуть. Вот почему я послал их с Лиамом. Они увидят тебя, когда ты отойдешь от операции.
— Это хорошая идея.
Врач приходит, чтобы объяснить, что пора. Луи держит Гарри крепко за руку, когда врач говорит, что Гарри будет не в состоянии контролировать свои нервы. На это уйдет минимум шесть недель или, вероятно, дольше. Ему придется очень осторожно подниматься, поворачиваться и наклоняться, ему будет тяжело с тремя детьми дома. Луи не знает, как он справится с этим.
— Мы собираемся подготовить вас к операции, если вы готовы, — говорит доктор. – Она будет длиться около часа. Это довольно стандартная процедура, но мы думаем, что с Гарри будет сложно, так что будем действовать по обстоятельствам. Он полежит в больнице какое-то время после операции, так что можете поехать домой...
Луи смотрит на Гарри, качает головой, и сжимает его руку. — Нет, я останусь с ним, если вы не против. Я не хочу, чтобы он проснулся в одиночестве.
— Лу, все в порядке. Ты должен повидаться с детьми, — говорит Гарри.
— Они побудут с Лиамом. Я позвоню твоей маме и расскажу, что случилось, и, может быть, она сможет посидеть с ними для нас, — отвечает Луи. — В любом случае, им скоро уже пора спать.
— Я буду в порядке и один.
— Гарри, прекрати. Я никуда не уйду. Ты был со мной, когда я рожал, теперь я собираюсь побыть здесь с тобой. Я могу поработать над некоторыми эскизами, пока буду ждать тебя, и я так же буду спать здесь, если они позволят мне.
— Конечно, — говорит доктор. – У нас есть для этого специальные палаты.
— Видишь? — говорит Луи. — Я никуда не уйду.
— Ладно, — вздыхает Гарри. — Теперь я готов.
Они отвозят Гарри на операцию сразу, не желая тратить время впустую. Луи звонит Энн, объясняя, что произошло, предлагая ей присмотреть за детьми, прежде чем они вернутся домой. Она довольно фантастическая бабушка.
— Гарри, мы собираемся отвезти вас на операцию сейчас, ладно? Попрощайтесь с вашим мужем, — говорит врач.
— Лу, — говорит Гарри, протягивая руку и беря Луи за руку. — Я люблю тебя. Если со мной что случится, я хочу, чтобы ты двигался дальше и был счастлив, позаботься о наших малышах, ладно?
— Заткнись, Гарри, — фыркает Луи. — Ты не умираешь. Это стандартная процедура. Никто не умирает. Ты будешь в порядке.
— Я знаю, — соглашается Гарри. — Но на всякий случай.
— Нет, нет, никаких всяких случаев. Ты будешь в полном порядке. Поцелуй меня и иди, ладно? Я буду здесь, когда ты проснешься, — говорит Луи, пытаясь сдержать слезы. Он знает, что Гарри будет в порядке, шанс паралича очень мал, но он все равно продолжает беспокоиться.
Он наклоняется, чтобы поцеловать его, отодвигая волосы с его лица. — Я так тебя люблю. Скоро увидимся, ладно?
— Я тоже тебя люблю, — говорит Гарри, целуя его еще раз. — Скажи детям, что папа передал, что он их очень любит и не может дождаться, чтобы увидеть их.
— Конечно, — кивает Луи. — Они тебя тоже любят.
Луи наблюдает за тем, как Гарри отвозят в операционную, и испускает судорожный вдох. Он спускается в кафе, чтобы купить себе чашку чая, надеясь, что она успокоит ему нервы. Он надеется, что горячий напиток и его успокаивающий вкус поможет ему расслабиться, но ничего не получается. Он барабанит пальцами по столу и вздыхает, стараясь отвлечься на что-то другое. Он звонит Лиаму, чтобы проверить, как там дети, но они все заняты, так что Луи просит им ничего не говорить. Луи надеется, что они за играми не будут волноваться о папе, как Луи.
Так что он делает единственное, что по-настоящему отвлекает его. Он спрашивает у кого-то в вестибюле, если у них есть какие-нибудь бумаги и что-нибудь пишущее, на что медсестра кивает и дает ему несколько листов белой компьютерной бумаги и ручку. Луи с благодарностью улыбается ей и садится обратно за свой маленький столик у окна. Он начинает рисовать новые эскизы, что-то, что всегда получается у него; он старается сосредоточиться на чем-то одном. Это всегда был лучший способ для него, где он мог прочистить мозги и отвлечься от забот. Иногда, когда дети гиперактивные для него, Гарри целовал его и отправлял в кабинет, где у него лежали все его принадлежности, включая большой письменный стол, размещенный напротив окна с видом на большой двор и бассейн. Гарри позволял Луи остаться там и работать над его одеждой или просто рисовать все, что приходило к нему, и да, после этого он чувствовал себя гораздо лучше. Это единственный его любимый способ расслабиться.
Хорошо, и секс. Но это не вариант на данный момент. Ему придется подождать.
Задумавшись, он рисует женское белье, и к тому времени, когда доктор приходит, коллекция уже готова. Это не лучшие его эскизы — это просто кусок бумаги с расплывчатыми линиями, но он всегда может перерисовать все, когда будет шанс. Ему вроде нравится, то, что он нарисовал, невзирая ни на что.
— Операция Гарри закончена, — сообщает ему врач. — Мы проведем некоторые тесты, чтобы убедиться, что все в порядке, но операция прошла успешно. Конечно, ему придется уйти из спорта, потому что его спина больше не сможет выдерживать более такую нагрузку; ему придется быть очень осторожным при подъёме на некоторое время. Он, вероятно, будет страдать от боли после того, как поправится, но мы дадим ему обезболивающие, если станет действительно плохо. Но он будет ходить. Это самое главное.
— Ох, слава богу, — вздыхает Луи. — Хорошо, хорошо, я поговорю с ним о футболе. Я думаю, что лучше мне быть тем, кто скажет ему об этом. Большое вам спасибо, доктор.
— Конечно. Он, вероятно, будет на некоторое время после операции без сознания, так что можете подождать, когда он проснется в его палате.
— Отлично, спасибо, — кивает Луи, следуя за врачом в послеоперационную палату Гарри. Гарри выглядит так удивительно нормально, лежа в больничной койке.
Обычно когда он спит, его рот широко открыт, слюна стекает на подбородок, и он храпит так громко, что Луи не знает, как он вообще спит рядом с ним. Но сейчас, когда он накачан наркотиками, рот его закрыт и нет никакого храпа или слюней. Он выглядит почти по-детски. Луи почти хочет сказать врачу, чтобы он оставил их на некоторое время вместе, и черт, он так хочет забрать Гарри домой.
Луи садится рядом с Гарри и убирает волосы с глаз. Он легонько целует его в лоб, прежде чем берет его за руку и садится кресло. Он закрывает глаза, надеясь вздремнуть несколько минут, и он вполне уверен, что может почувствовать, как сон поглощает его.
Луи просыпается, потому что его телефон жужжит в кармане. Он стонет, видя имя Лиама на экране. Он наверняка должен был позвонить ему перед тем, как заснуть. Упс.
— Эй, Ли, — шепчет Луи, поглядывая на Гарри, который все еще спит. — Все нормально?
— Да, все нормально, — говорит Лиам. – Мне просто интересно, есть ли у тебя какие-нибудь новости?
— Да, точно. Прости, что не позвонил раньше, я заснул. Он разорвал межпозвоночный диск, ему сделали операцию. Сейчас он спит, так что мы не можем быть уверены, как все прошло. Они сказали, что операция прошла хорошо, и что они ожидают хороших результатов. Мы больше не увидим его на поле, — спокойно говорит Луи, играя с подолом своей рубашки. — Он должен быть осторожным после операции. Ему придется уйти на пенсию. Я не знаю, как сказать ему об этом.
— Просто попробуй мягко объяснить. Я уверен, что ему будет очень больно, когда он очнется. Самое главное, что с ним все хорошо, — говорит Лиам.
— Да, надеюсь, — вздыхает Луи. — Как дети?
— Только что закончили ужинать.
— Позволь мне... ладно, скажи им, что я скоро буду с ними. Я заберу их домой и уложу спать. Может быть, мама Гарри посидит с ними какое-то время... У тебя завтра тренировка, и я не хочу втягивать тебя в эту рутину. У Авы проблемы со сном, и я думаю, будет лучше, если она будет спать в собственной постели.
— Ты уверен? Я могу посидеть с ними, — говорит Лиам.
— Нет, правда, все в порядке. Большое тебе спасибо за все, что ты сделал для нас. Я приеду за ними чуть позже, ладно?
— Ладно, скоро увидимся.
Луи кладет трубку и вздыхает, пряча телефон в карман. Когда он смотрит на Гарри, он видит, что тот очнулся; он выглядит расстроенным, сердитым, усталым и удрученным одновременно. Дерьмо.
— Эй, милый, — тихо говорит Луи, садясь на кровать Гарри, целуя мягко его в лоб. — Как ты себя чувствуешь?
— Я слышал, что ты сказал, — говорит Гарри напряженным голосом. — Я все слышал.
— Ты слышал? — вздыхает Луи. — Черт, Гарри, мне так жаль. Я не хотел, чтобы так все вышло.
— Какая разница, — отвечает Гарри. — Моя карьера закончена.
— Твоя жизнь не закончена. Теперь ты можешь спать сколько хочешь, теперь ты будешь проводить больше времени дома с нами, и тебе не придется постоянно путешествовать. Ты можешь позволить себе пойти куда хочешь! Я буду кормить тебя шоколадным тортом на ужин, если хочешь! — улыбаясь, говорит Луи. Гарри не отвечает. — Дорогой, я знаю, что это ужасно, но мы пройдем через это. Мы должны убедиться, что ты в порядке. Дети нуждаются в тебе, и я нуждаюсь в тебе. Кроме того, кто будет делать всю тяжелую работу дома? Я не такой сильный, как ты.
— Это все я знаю, — говорит Гарри, глядя вниз на колени. – Футбол — моя жизнь.
— Это неправда, — отвечает Луи. — Ты муж и ты отец, и эта наиболее важная профессия в мире. Ты удивительный, не важно, футболист теперь ты или нет. Мы собираемся проходить через это каждый день. Как я уже сказал, нашей первоочередной задачей является то, чтобы твоя спина стала сильной снова. Ты должен быть в состоянии забрать детей из школы, ладно? Особенно нашу маленькую принцессу Аву.
— Нет , ее я точно некоторое время не буду катать на спине, — говорит с небольшой улыбкой на губах Гарри. — Какая потеря.
— Она переживет, — говорит ему Луи. — Они так беспокоятся о тебе. Я даже не видел, как это случилось, я кормил Аву, когда мальчики сообщили мне об этом. Ава была так расстроена, когда увидела, как ты корчишься от боли на поле; она сразу же стала тянуться к тебе. Они так тебя любят, Хаз. Я думаю, они будут невероятно счастливы, что ты вернёшься домой.
— Да, я на это надеюсь, — тихо говорит Гарри. Луи целует его в лоб и играет с его волосами.
— Я так рад, что ты в порядке. Тебе очень больно?
— Нет, еще рано. Я уверен, что я скоро ее почувствую.
— Они вкололи тебе обезболивающее и надели корсет на спину. Доктор сказал, что физиотерапия поможет тебе.
— Хорошо, — кивает Гарри. — Ладно. Ты будешь ходить со мной на физиотерапию?
— Ох, дорогой, конечно! Я буду рядом с каждым твоим шагом, я обещаю. Я буду рядом держать тебя за руку. Я даже буду делать тебе массаж спины, если они позволят мне, — говорит Луи подмигивая. — Я прослежу, чтобы ты чувствовал себя хорошо.
Гарри улыбается ему, и Луи может сказать, что это вынужденная улыбка, но это нормально. Это улыбка.
— Я не хочу уходить, но мне надо забрать детей у Лиама. Ты знаешь, Ава ненавидит спать в незнакомых ей местах. Я попросил твою маму посмотреть за ними, так что скоро я вернусь. Они могут посетить тебя завтра.
— Не возвращайся, Лу. Ты должен остаться с ними. Я знаю, как Ава плохо засыпает без тебя. Я справлюсь сам ночью. Я буду спать, во всяком случае, — говорит Гарри.
— Нет, малыш, нет. Я хочу остаться с тобой. На всякий случай, если тебе что-нибудь понадобится, я хочу быть здесь.
— Знаешь, — говорит Гарри. – Тут есть медсестры. Они довольно милые, и они стремятся помочь пациентам, когда они нуждаются в этом. Тут даже есть эти необычные кнопки, что позволяет мне вызвать медсестру, когда я в ней нуждаюсь.
— Умник, — улыбается Луи. — Я не хочу, чтобы какая-то горячая медсестра заботилась о тебе, если я могу это сделать сам. Я предпочел бы быть твоей горячей медсестрой вместо нее.
— Ты наденешь халатик, чтобы полностью войти в роль? – подмигивая, говорит Гарри.
— Я вернусь позже, господин грязные мыслишки, — отвечает Луи, закатывая глаза. — Позвони мне, если я тебе понадоблюсь. Хочешь, я принесу тебе что-нибудь из дома?
— Просто пару толстовок или что-то в этом роде, что я смогу надеть при выписке, — говорит Гарри.
— Хочешь, я привезу тебе твою подушку? — спрашивает Луи, зная, как Гарри любит свою дорогую кровать, которая подходит под тело. Больничная койка — это не совсем одно и то же.
— Нет, я действительно в порядке. Возможно, я проведу здесь только одну ночь, все в порядке, малыш, — обещает Гарри. — Иди к детям и поцелуй их за меня.
— Конечно, — улыбаясь, отвечает Луи. — Я скоро вернусь.
— Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя.
Луи дарит ему последний поцелуй в лоб, прежде чем заставляет себя выйти из комнаты. Они никогда не покидают друг друга без слов "Я люблю тебя". Это просто вещь, которую они всегда делают. Даже если они ссорятся, они обязательно говорят эти слова друг другу. Луи думает, что все не так уж и плохо. Он звонит Энн по пути к Лиаму, объясняя, что Гарри очнулся, слыша ее тихие всхлипы. Энн говорит ему, что она приедет к ним домой, как только сможет. Луи любит маму Гарри.
Когда Луи добирается до дома Лиама, тот открывает ему дверь с плачущей Авой на руках, смотря на него с отчаянием в глазах. Луи берет ее на руки, прижимает к груди и потирает ей спину. Она успокаивается через несколько секунд, кладя свое заплаканное личико ему на шею, пытаясь отдышаться. Лиам выглядит таким расстроенным и ошеломленным. Луи улыбается ему, проходя внутрь.
—Она не любит, когда ее качают, — пожимая плечами, говорит Луи. — Она любит, когда ей трут спинку. И я думаю, что она, должно быть, просто скучала по мне. Наверное, это был тяжелый день для нее. Она спала?
— Она уснула на несколько минут, но потом проснулась и начала плакать.
— Да, она любит покапризничать,— говорит Луи, целуя дочь в висок. – С мальчиками все в порядке?
— Да, они смотрят телевизор. Я думаю, что они устали, — говорит Лиам. – Они едва могу держать глаза открытыми.
Футбол всегда выматывает их, и это в каком-то смысле победа для него и для Гарри, правда. Луи кивает и идет в гостиную, чтобы найти своих мальчиков, сидящих на диване.
— Привет, мальчики, — говорит Луи, целуя их в лобики. — Надевайте ботинки, мы едем домой, хорошо?
— С папой все нормально? — спрашивает Лукас. — Он дома?
— Пока нет, но с папой все хорошо. Он будет дома завтра, я думаю. Врачи просто хотят убедиться, что с ним все в порядке, перед тем, как окончательно отпустят его домой, — говорит Луи. — Он скучает по вам, ребята. Он сказал мне, что очень любит вас всех.
— Мы можем увидеть его? — спрашивает Джошуа.
— Нет, дорогой. Не сегодня. Ему нужно много отдыхать, и он сейчас наверняка спит. Вы увидите его завтра, я обещаю.
— Ладно, — вздыхает Джошуа.
Луи одевает детей, благодарит Лиама и едет домой. Он чувствует себя уставшим даже после короткого сна. Он не может дождаться, чтобы вернуться к Гарри, честно.
Луи укладывает детей в кровати, и потом приветствует Энн. К счастью, Ава успокаивается, как только они заходят в ее комнату. Луи может себе это представить, какой был трудный день для нее. Он целует ее в мягкие губы, и кладет ее в кроватку, давая ей слоника, которого Гарри купил ей в день, когда она родилась. Также он дает ей ее любимое чучело животного, которое Гарри взял на себя смелость назвать Арахисом. Она не может заснуть без него.
— Спокойной ночи, ангел, — шепчет Луи, целуя ее лоб снова. Он включает ночник и закрывает мягко дверь за собой.
Мальчики быстро засыпают, отчего Луи становится безумно грустно, если честно. Ему не нравится мысль о том, что они взрослеют, что им больше не нужен папа. Они всегда могут завести еще одного ребенка, или столько детей, сколько захотят. Когда он забеременел в первый раз, он был так благодарен богу, что это случилось. Он быстро преодолел смущение, потому что у него действительно не было ничего такого, чтобы стыдиться, и теперь он может забеременеть снова, когда посчитает нужным. Они не проходили через стресс усыновления или суррогатного материнства. Плюс деньги не проблема для них, учитывая, что Гарри имеет достаточно денег, чтобы жить без бед до конца своих дней, плюс деньги Луи от его собственного бизнеса. Они могут завести двадцать детей, не беспокоясь о финансах.
Он выходит из спальни близнецов, желая напоследок им спокойной ночи. Он обещает им, что с папой будет все хорошо, что они встретятся с ним завтра. Луи знает, что они беспокоятся о нем, они нервничают от факта, что папа в больнице, а не дома, и он знает, что они целуют Гарри перед сном. Перед сном они приходят в их комнату в пижамах, разговаривая с Гарри на футбольную тему. Гарри всегда следит за тем, как они чистят зубы в течение двух минут. После этого они выбирают книгу, и Гарри смешным голосом читает ее с ними. Мальчики по очереди читают главы из книги из списка книг "для чтения", а Гарри сидит и аккуратно помогает им, когда они затрудняются прочитать то или иное слово. Как только мальчики устают, Луи и Гарри относят их в постель, целуя обоих, говоря спокойной ночи перед включением их отдельных ночников. Они разработали этот безупречный распорядок в течение многих лет, даже когда они были совсем детьми. Гарри брал их из кроваток, клал себе их на колени, и читал им книги. Единственные дни, когда дети скучают по нему — это когда Гарри уезжает на игры, но даже тогда Гарри звонит им по FaceTime, независимо от того, в какое время суток у него, чтобы почитать им на ночь. Это будет первый раз, когда он не прочитал им.
— Папа cможет играть в футбол? — спрашивает Лукас, натягивая одеяло повыше на тело.
— Нет, милый, он не сможет больше играть в футбол, — медленно говорит Луи. — Но теперь он будет дома больше, чем обычно. Он будет больше проводить времени с нами.
— Ему грустно? — спрашивает Джошуа.
— Да, малыш, он очень грустит по этому поводу, поэтому мы должны сделать его по-настоящему счастливым, когда он вернется домой. Вы поможете мне?
— Да, —энергично кивает Лукас. — Мы можем нарисовать ему картинки.
— Да, ему бы это понравилось, — улыбается Луи. — Возможно, мы сделаем для него печенье или кексы.
— Папа любит кексы, — соглашается Джошуа.
— Это точно, — смеется Луи. — Ладно, я пойду спать, мальчики. Ведите себя хорошо с бабушкой, ладно?
— Да, папа, — отвечают ему близнецы. Луи целует их, и покидает их спальню. Он прощается с Энн, обещая ей позвонить завтра утром, если будут результаты.
Гарри спит, когда Луи попадает в его палату; он улыбается, убирает его кудри и ложится в постель рядом с ним. Он проводит рукой по груди Гарри, чувствуя устойчивый стук его сердца под своей ладонью. Луи закрывает глаза и позволяет себе не волноваться, не думать о том, как сильно теперь изменится его жизнь.
