Нити судьбы. Галактическое путешествие

      Златоцвет оказался способным и любознательным учеником, он с интересом вникал в устройство корабля, которым с ним делился Ким, найдя в драконе благодарного слушателя. Хорошо, что Злат с надоедливым ИскИном общались ментально, при этом закрываясь от Мирослава. Конечно, Мир сам попросил их об этом, но как-то подозрительно оценивая дракон смотрел на него в последнее время, будто зная о Мирославе то, что он сам о себе не знает. «Интересно и что эта ехидна бестелесная наплела Злату?», – мучился Мирослав, но виду не подавал.       А Киму было хорошо, он просто млел, ему больше не надо было скрываться. И он вовсю отрывался, управляя волосами Мирослава, постоянно пробуя встречающиеся предметы на ощупь. А особенно ему нравилось водить волосами по телу дракона, когда тот спит, или делает вид, что спит. Это была их маленькая тайна – игры по утрам. И Ким, в благодарность, что дракон держал об этом язык за зубами, открыл ему, что осталось в Мирославе от женщины. Сам Мирослав помалкивал, что был женщиной, а вот ИскИн с удовольствием похвалился дракону, что создал первого в мире Нанийца.

***

      – Злат, а давай отправимся вместе путешествовать по галактике.       – Я с удовольствием, но не забывай, что я Владыка Драконов и не могу самовольно оставить своих подданных, мне надо найти преемника.       – Так найди!       – Хорошо, но без гипердвигателя отправляться в путешествие неприемлемо. Мы будем веками болтаться в открытом космосе, пока доберёмся до обитаемой планеты.       – Тут ты прав, – загрустил Мирослав.       – Но не печалься, любимый, у Кима есть чертежи гипердвигателя, а у меня, как у Владыки, есть ресурсы. Приземляйся на планету, займёмся ремонтом.       Прибытие Владыки на космическом корабле вызвало фурор среди подданных. Хорошо, что драконы довольно образованная раса и многие о других мирах знают не понаслышке, но всё равно, считай, вся Дракония приветствовала своего Владыку. А ещё, пользуясь незапланированным сбором подданных, Златоцвет официально объявил Мирослава своей парой, по этому поводу вечером был дан бал. Замок был огромен, но вот бальная зала во дворце повелителя ввела Мирослава в ступор своими размерами. Представьте помещение, где могут собраться тысяча драконов в полном обороте и не мешать друг другу, вот это бальная зала. Десятиметровые потолки были подпёрты уходящими вверх расписными колоннами, вместо окон громадные арки, ведущие на террасу, охватывающую периметр залы. Стоя возле трона Владыки, человеческим зрением невозможно было бы рассмотреть находящихся на противоположной стороне. Мирослав был наречённым, и ему трон был пока не положен, но Златоцвет усадил своего любимого себе на колени, нарушая тем самым этикет, вызвав недовольство старшего поколения и одобрение младшего.       Был на балу и Витор с Мартаусом, теперь, когда Мирославу не нужна была легенда, влюблённые объявили о своих отношениях. Он был за них искренне рад, а ещё Мартаус наконец-то перестал ревновать его к Витору и они стали чаще проводить время вместе. В последнее время Мирослав чувствовал в себе нарциссизм, теперь, когда не надо было прятать свою внешность, он с удовольствием крутился перед зеркалом. Носил туники с коротким рукавом, демонстрируя золотой орнамент на руках, ловил на себе восхищённые взгляды и купался в ласке и нежности Златоцвета. И ещё открылся один маленький нюанс, Злат не против был быть снизу и Мирослав отрывался по полной, упиваясь своей властью над драконом.       Но, несмотря на всеобщее обожание и любовь Златоцвета, Мир с тоской всматривался в ночное небо. И даже полёты под луной на золотом драконе не разгоняли его тоску. К концу летних каникул ремонтные работы были почти окончены, не хватало лишь энергетических кристаллов для питания гипердвигателя, но этого материала на планете не было. Тогда Мир предложил соединить технику и магию, создав двигатель на основе техномагии. Дракон загорелся идеей, всецело погрузившись в исследования, а Мир вернулся к занятиям в академии.       В академии его появление фурора не вызвало, многие присутствовали на балу в честь помолвки и видели Мирослава в истинном обличье, правда, Растиол и Дэниос посокрушались, что не прокатили такого красавца, когда он сам предлагал. Они решили, что Владыка не хотел афишировать свои отношения, а Мартаус был ширмой.       – Но почему ты нам не признался? – спросил Растиол.       – Эх, Мир, я так сожалею, что не покатал тебя,– вздохнул Дэниос.       – Профукали мы своё счастье, – рассмеялся Растиол.       Несмотря на то, что Мирослав был наречённым Владыки, друзья по-прежнему опекали его, сохранив дружеское отношение. День Мир проводил в академии, а вечером возвращался в объятия Златоцвета.       Когда двигатель был отремонтирован окончательно, встал вопрос кому передать бразды правления. И тут само провидение вернуло в родные пенаты родного племянника Златоцвета, Маркосториана. Правда, обрадовались они рано, он отбивался от власти словно от чумы. Мирослав решил подружиться с племянником Злата и уговорить того принять власть. Он целый день стелился перед ним соловьём и даже сводил на экскурсию в космический корабль. Но упёртый дракон по принципу: а Васька слушает, да ест, стоял на своём. К вечеру Мир еле сдержался, чтобы не поколотить упрямца, тут всё готово к полёту, осталось дело за малым, а это малое выхухоливается.       Мир и Злат вовсю сватали Марку Драконию, а он прибыл спросить совета наимудрейшего. Вечером Злат с Марком отправились в пещеру к дремлющему дракону, а вернулись с точной копией Марка, только на десяток лет постарше. Это оказался Дремудр, тот самый путешественник, дневники которого читал Златоцвет.       Он оказался отцом Златоцвета, Мирослав обрадовался, может, хоть на него скинут власть, и в путь. Но Дремудр оказался неадекватным, что стар, что мал, вёл себя как подросток. Позволял отпускать язвительные замечания, пошлые шуточки. А ещё у него была привычка приходить без стука, открыв портал. Заставая сына с наречённым в неподобающем виде, вместо того чтобы уйти, давал советы, сбивая весь настрой. В общем, личная жизнь накрылась медным тазом, хорошо, они этого неадекватного спровадили наречённого Маркосториана Лекса магии обучать в межрасовую академию.       И, да, Дремудр почти согласился присмотреть за Драконией, но поставил условие, что Мирослав должен окончить второй курс, чтобы научится управлять своей силой, после окончания заключит союз со Златом и лишь потом в путешествие.       Несмотря на своё нытьё и причитание по окончании второго курса магической академии Мирослав был благодарен Дремудру, что тот настоял закончить курс. Он отточил своё мастерство левитации, у него даже получилось двигать корабль силой мысли, находясь внутри с выключенными двигателями. Очень ценное умение, всякое может произойти в путешествии.       Замок гудел как потревоженный улей, ещё бы, такое событие: двойная свадьба монарших особ. Когда Мир знакомился с парой Маркосториана Лексом, еле сдержал свой удивлённый вопль. Конечно, Лекс его не узнал, Мир был с другой внешностью, но вот он узнал черноглазого красавца. Но это больше не был простоватый паренёк, властный взгляд, осанка. Злат ему по секрету шепнул, что Лекс Владыка Вампиров. Ещё на Земле Мирослав удивлялся, когда в многомиллионной столице или за границей встречал знакомых, при этом приветствовали друг друга: «Земля круглая». Странно, другая планета, а правила те же. Когда Лексу представили Мирослава, глаза его загорелись восторгом, и они отправились на экскурсию в космический корабль. Но, к сожалению, им пообщаться не дали, разведя по разным покоям подготавливаться к свадебной церемонии.       Об этой подготовке Мирославу хотелось бы забыть как о страшном сне. Не то, что его мыли, скребли, растирали маслами, делая массаж, – это лепота, но когда, воспользовавшись его разомлевшим состоянием, вторглись в попку, помещение огласил отборный русский мат. Пояснили сие действие, что без расслабляющей мази ему дракона не принять. Мир не знал, смеяться ему или плакать тупости слуг, нашли девственника. «Они что, думают, мы по ночам лютики нюхаем, или в картишки перекидываемся?», – думал он, терпя экзекуцию.       А вот свадебный наряд порадовал, золотой цвет правящей семьи ему очень пошёл, делая его похожим на золотое божество. Мирослав категорически отказался от украшений, силой мысли усилив золотой орнамент по телу. А Ким заплёл волосы в мелкие косички, и каждая коса шевелилась по одной ей ведомой траектории. Глядя в голографическое зеркало, он напомнил себе золотого бога Шиву, а вместо многих рук – волосы. Злат открыл рот в немом восхищенье, увидев своего наречённого.       Они вошли в храм Светочи, и на секунду воцарилась тишина, даже жрец прекратил свои песнопения, любуясь Мирославом. Потом качнул головой, отгоняя наваждение, продолжив церемонию. Маркосториан и Лекс уже были возле алтаря в храме Светочи, к ним присоединились Златоцвет с Мирославом. Жрец попел, напоил пары какой-то гадостью, остатки которой поднёс Светочи, и всё. Никаких свадебных застолий, супруги поспешили в опочивальни.       Уже на подходе к спальне тело Мирослава стало пылать, а одежды вызывали дискомфорт.       – Злат, мне нехорошо, – прошептал Мир, входя в спальню.       – Не переживай, это ритуальный напиток, чтобы подготовить тебя для меня.       – Ты меня каждую ночь подготавливаешь.       – Драконы подтверждают союз в небе, но ты слишком хрупок, поэтому я возьму тебя в полуформе.       – Как это – в полуформе? – прошептал Мирослав, чувствуя, как возбуждение, заволакивает его сознание.       – Просто доверься мне,– Злат перетёк в полуформу.       А Мирослав моргнул, пытаясь прогнать наваждение, перед ним стоял Зург, только его чешуйки были золотыми, а не как у оригинала чёрными и отсутствовал псевдочлен. Мирослав почувствовал, как его дырочка буквально завибрировала в предчувствии крупного члена. Он сглотнул и опустился перед Златоцветом на колени, провёл языком по кожной складке, видя, как появляется бугорок. Нырнул рукой в кожный карман, не удержался, зачерпнул слизкую смазку, – и в рот, смакуя знакомый нейтральный вкус. И застонал, видя, как Злата начинает колотить крупная дрожь от сдерживаемого желания. В этом весь Злат, властный и сильный в жизни, сдержанный и нежный в постели… Слишком нежный… Мирославу хотелось сейчас сильно и неистово, он снова скользнул рукой в кожистый карман, нащупав член, выпустил его на волю. И замер в восхищении, член был длиннее, чем у Зурга, и эта красота покачивалась, дразня, перед лицом. Он был скользкий, по всей поверхности источающий смазку. Головка члена острая в конце, расширялась к основанию, походя на сложенный зонт. Мирослава раздирали противоречивые чувства, хотелось ласкать нежить этот источник наслаждения и в то же время почувствовать эту мощь у себя внутри. Идеальным решением было бы два члена, а пока он сделал выбор, почувствовать внутри. Оставив Злата, он плавно встал, неспешно снял тунику и, виляя бёдрами, пошёл к кровати. Стал в позу покорности, выпячивая попку, глянул на застывшего Злата через плечо, призывно облизнул губы и вильнул попкой, приглашая. И сдержанный нежный дракон не стерпел, сорвавшись, рыкнул и одним резким движением загнал свой ствол в соблазнительную попку до упора. И впившись зубами в шею, задал бешеный темп, а Мирослав задохнулся в восхищении, получая, что так давно хотел… До боли, до звёздочек, до нехватки воздуха… Вот оно – единение, а когда в его нутре раздался узел, он почувствовал себя наполненным, единым организмом с любимым. И Злат, подмяв Мира к себе, лёг набок, содрогаясь в оргазме, вылизывая искусанную шею. Мирослав следом за ним кончил, пачкая постель золотым семенем, выдаивая своим сжимающимся нутром дракона досуха.