Чернокровие

Савада и Гокудера были растеряны. Как так получается, что Символа Веры не существует, а его еще и найти надо?! Если до этого наследник хотя бы был уверен, что Символы существовали, и найти их можно было, то в этот раз он действительно не знал, что делать, где искать… Да еще, плюс ко всем этим бедам, ему дали на все-все дела всего лишь каких-то пять дней! Судя по прошлым поискам, включая сегодняшний день, именно пять. А на часах-то уже три часа! Полдня потрачено впустую. Тсуна посвятил в курс дела Кею. Тот пожал плечами и хладнокровно сказал, мол, травоядное, твои проблемы — ты и решай. «Нет, чтобы помочь своему Боссу, так он лишь смерти моей желает…» — про себя ворчал Савада, медленно спускаясь в вестибюль школы. Сегодня мальчик вновь надел кофту с длинными рукавами. Хотя в этот раз было понятно почему: на улице было довольно холодно, в январе месяце снег таки решил выпасть. Новый Год был недавно, сегодня на дворе уже 19 января. Завтра воскресенье. Это один целый свободный день. Но потом оставались три дня, половина от которых уходит на учебу. Итого полтора дня. В вестибюле на сидениях расположился Ямамото и зашнуровывал шнурки в кроссовках. И как ему не холодно в такой легкой обуви расхаживать по улице? Увидав своего друга, он широко улыбнулся и помахал рукой. — Йо, Тсуна! Куда ходил? — К Хибари. Он опять звал меня к себе… В ответ брюнет странно хмыкнул, будто не верил его словам. Да и вообще он в последнее время ходил какой-то странный. Савада опасался того, что Ямамото еще с того раза как заметил черные вены, так теперь постоянно об этом думает и все не решается подойти и спросить на счет этого. Хотя это-то и странно, он сразу спрашивает напрямую, в лоб, как говорится, если ему что-то непонятно. За исключением пары школьных уроков, конечно же. — Ты не будешь против, если я пройдусь с тобой до твоего дома сегодня? — вдруг спросил он. — А… Да, конечно не против, — шатен кивнул и улыбкой пытался подбодрить друга, но тот, к великому удивлению Савады, даже в сторону его не посмотрел, даже наоборот, как-то живо отвернулся. Они вместе вышли из школы, Гокудера куда-то убежал, объяснив свою спешку тем, что записался на платное тестирование, чтобы проверить свои знания, и оно вот-вот начнется. Такеши же облегченно выдохнул, когда об этом услышал. Будто хотел сказать что-то важное, не при чужих ушах, особенно, если это уши одного взрывного парня. Но они вдвоем шли молча уже на протяжении долгих минут, минуя многочисленные улицы, которые были покрыты тонким слоем снега. — Тсуна, можно тебя кое о чем спросить? — Да, конечно, что такое? — тут же оживился мальчишка, заметив, что его друг решился-таки заговорить. — Я тут подумал, твои черные вены… а не чернокровие ли у тебя? — А? С чего ты решил?.. — Только не строй из себя дурачка. Я прекрасно знаю о твоем чернокровии, и это далеко не связано с освещением, как ты однажды говорил, или обычной людской болезнью. Я ведь вижу, что это не оно. Или ты бы был в больнице. Опля. Попад. Шатен не ожидал такого разговора, поэтому замолк, пытаясь сообразить, рассказывать ли Ямамото про черную кровь или нет. Реборн настоятельно просил этого не делать. Но в то же время, Саваде ведь нужно искать Последователей, и он вполне может утверждать, что Такеши один из нужных ему людей. Или не может, а вдруг он, как это в фильмах обычно бывает, шпион какой? Или плохие намерения у него? Вот и путаница, черт подери. — Я несколько раз видел, как ты с Гокудерой исчезал на ровном месте. Сначала я думал, что вы замечали меня и тут же уходили, словно вам было неприятно мое общество. Но потом мне довелось увидеть, как вы вернулись все потрепанные, при чем взялись на ровном месте из ниоткуда. Взяв в счет то, что я увидел тогда, когда мы с тобой оказались около старой избы… Это что, новая 5D игра какая-то? «Он опять считает все происходящее игрой» — выпал в осадок Савада. Нет, все-таки рассказывать ему про кровь не стоит. Поспешил он с выводами. — Просто я умею, как и вы с Гокудерой, колдовать, но вот так перемещаться не умею… «ОБА НА» — мальчик аж икнул. Что он только что сказал? Ему не послышалось? Точно? — Научите меня так же делать? — А-а-а-о-откуда ты знаешь про то, что мы умеем…? — Так волшебник волшебника за километр чувствует! — рассмеялся тот беззаботно, — Так научите? — А почему ты просишь об этом меня, а не, скажем, Гокудеру или Хибари… — Так Хибари тоже с вами? А он умеет скрывать свою силу… Гокудера тоже умело скрывает, я бы и не узнал о его возможностях, если бы не видел ваши совместные исчезновения. Так. Тихо. Главное успокоиться. Боже, Боже, БОЖЕ! Паника, так, уйди отсюда, дорогая, мешаешь. Да что за фигня-то такая происходит? — Ну что, наследник ты мой любимый, что делать будешь? — рядом появился Натс и лизнул мочку уха Савады, медовым голосом произнося эти слова, — Советую прислушаться к интуиции. И исчез. Самое что смешное — интуиция, зараза, молчит! Так, что делать? Что же делать? На интуицию не положиться, собственные мысли оттанцовывают «ча-ча-ча» по всему мозгу, будто сговорились, а язык заплетается от волнения. — Ну, Хибари тоже с нами… — Хе-хе, не думал, что гроза Намимори будет так снисходительно с тобой общаться. Хаято он до сих пор преследует за курение на территории города и школы, а вот тебя терпит еще. Интересно. — У нас мирный договор, да, — почесал затылок тот. — Так все же. Ты ведь, если я не ошибаюсь, из Вонголы? — Э-э-э… Да, — голос предательски начал дрожать. Черт, если на поставленный вопрос шатен вдруг сболтнет то, о чем следовало бы молчать, он даже не представляет, что будет. — О, ха-ха, мой клан ранее был в рядах Вонголы. Только он расформировался, когда семья почему-то исчезла. Я не сильно в этом всем просвещен, мои родители с ранних лет моих переехали сюда, не желая, чтобы я узнал обо всех этих магических играх. Я из клана Дождя, кстати, как мне сказал папа. А ты из какого? — Я… это. Из клана Неба. Я наследник на место Босса… — О, здорово! — брюнет хлопнул по-дружески по плечу Савады, подбадривая. — Получается, ты Босс. Примешь и меня в свою игру? — Это не игра… — Ну, примешь же? Савада раздумывал над его предложением всю оставшуюся дорогу до дома. Тут было уже недалеко, так что срочно надо было принимать решение. Кольцо на пальце стало отдавать теплом, мысли выстроились из урагана по порядку по полочкам, что дало некоторое облегчение. Та-а-ак. С одной стороны, он не знает наверняка, что нужно этому парню. Но он давно его знает как друга, этот человек не отворачивался от никчемного Тсуны даже тогда, когда его обзывали всем классом. Но при этом он мог все это терпеть только ради того, чтобы втереться в доверие. Но с третьей стороны, времени вообще-то оставалось мало, а всех Последователей ему надо было найти до окончания поиска Символа Веры. Черта с два. Что делать? Вот, они уже стоят около дома наследника. Такеши тихо стоит рядом и ждет решения друга. — Так ты согласен? — Ну-у-у… Только ты обещай, что не вступаешь в ряды Вонголы только из-за желания убивать. Тот странно посмотрел на Тсуну, мол, с чего ты вдруг взял такой бред, чувак? Но, улыбнувшись, он с легкостью согласился. Он действительно не задумывал ничего плохого. К тому же, это ведь игра, так в чем проблема? — Ну, до понедельника! — Тсунаеши помахал рукой и вошел в дом. — Ага, пока! Савада снял обувь, оповестил маму о том, что вернулся. Отужинав, он поднялся наверх. Закрыв за собой дверь, юноша шумно выдохнул и еле слышно проговорил: — Что же я делаю… — Этот… как его там? Ямамото Такеши? Он до сих пор все происходящее считает игрой. Ты вообще уверен в том, что дал правильный ответ? — Натс стоял около окна и всматривался вдаль, наблюдая, как уходит Такеши. — Я не знаю. — Тсуна. Он считает все происходящее игрой, — повторил он, — ты понимаешь, что это значит? В случае опасности он будет думать, что это игра, а значит, никакого ущерба ему не будет. Ты подвергаешь его опасности. — Что я делаю… — мальчик еле дошел до середины комнаты и упал на колени, захныкав. — Я не способен даже принять верное решение… Куда мне в короли?.. — Ты не должен был спешить с ответом, а помедлить, как это сделал с Хибари. — Но у меня осталось от силы пять дней! Уже четыре! Нельзя медлить! — В таких вещах никогда нельзя спешить. — Да что я за идиот такой? — обреченно выдохнул тот и захныкал. — Хотел как лучше… Натс с горечью наблюдал, как слезы стекают по раскрасневшимся щекам и, достигнув подбородка, капают на ковер, оставляя маленькие мокрые следы. Мальчик не выдерживает. Он скоро сломается. Это чувствуется. Это даже уже видно. Но сделать ничего уже нельзя. Нельзя вернуть время вспять, нельзя дать отдохнуть. И это прекрасно все понимают. А Саваде остается молча нести на себе всю тяжесть. Наблюдатель вспоминает, как гордился тем, что сумел зажечь в глазах Савады огонь, дал понять, что мальчишка все способен преодолеть. Мальчик был полон решимости тогда. А сейчас? Сейчас осталось эти гребанные отчаянье и боль. Сильный Савада сломался. — Ну, что ты… тише, не плачь, — он подлетел к Тсунаеши и крепко его обнял, теплыми пальцами вытирая мокрые дорожки слез. — Ты сильный, умный. И с этим справишься. Не обращай внимания на мои слова. Я неправильно сказал. Я просто хотел, чтобы ты был осторожнее и не упускал из виду своего подчиненного. Савада рыдал, уткнувшись в грудь наблюдателя. Он не отвечал на монолог, лишь подрагивая плечами. Натс гладил юного наследника по голове, всячески успокаивал, шептал всякие приятные слова, прижимая шатена к себе. — Ну же, Тсуна, возьми себя в руки. Ты же сильный! — Да в каком месте я сильный?.. Никчемный слабый Тсуна, правильно говорят. — Не смей слушать то, что тебе говорят. Они просто нашли мишень для того, чтобы сорвать свой гнев. А ты легко поддаешься. — Потому я слабый. — О-о-о, любовь моя, ты далеко не слабый. Нет слабых людей, как таковых. Ты просто устал. Остановись, отдохни, поразмышляй, помечтай. У тебя сейчас все валится из рук, потому что ты перегружен. Отвлекись. — Я не могу отвлечься. Времени мало… — Времени всегда достаточно, если ты знаешь, как его использовать. Десять минут отдыха в конце каждого часа сойдет? Сойдет. Поработал — отдохни. Ты перегружаешь мозг, а этого делать нельзя. Шатен молчал. Он перестал плакать, лишь изредка всхлипывая. Он хотел тысячу раз возразить Натсу, сказать, что он не прав, что он слабый, что ничего не может, что не зависит ничего от отдыха. Но он не мог. Во-первых, не было сил. А во-вторых, потому что он действительно был прав. Уж с кем-кем, а с наблюдателем спорить — гиблое дело. Тем более, если о жизни он фактически знает гораздо и гораздо больше, чем люди. — Ну, все, успокойся. Все будет хорошо, ты только не спеши, хорошенько все обдумывай. Никогда не спеши. У тебя всегда есть время, даже если его мало. Натс подхватил Тсунаеши на руки и, мигом переодев в пижаму, уложил в кровать, бережно подоткнув одеяло. Выключив свет, он прикрыл форточку и только собирался уйти, как услышал шепот: — Холодно… Помедлив, наблюдатель подошел к кровати и, приобняв наследника, нежно поцеловал в прохладный лоб. Тсуна почувствовал, как нагревается кровать, да и от Натса исходило приятное тепло. Так приятно, так по-домашнему… — Отдыхай, пожалуйста. Не как люди любят друг друга, скорее как ангелы любят своих подопечных — я люблю тебя, — на ухо прошептал Натс и исчез. — Я тебя тоже, — последовал тихий ответ, который, кстати, был услышан.