Спасибо Бродяге.

События вокруг Гарри Поттера развивались слишком быстро. Впервые, всего лишь за какую-то неделю ему рассказали почти столько же, сколько в день, когда тот узнал, что он волшебник. Он не думал, что новый учебный год принесет сразу столько проблем, не успев начаться. На платформе девять и три четверти ученики и их родственники заполнили почти всю территорию рядом с поездом. Кто-то втаскивал чемоданы, кто-то бегал за своими животными, а кто-то, как Гарри и Гермиона, просто стоял в сторонке, не решаясь зайти в вагон. Еще вчера после встречи с крестным они долго с Гермионой рассуждали на тему, как заманить Рона вместе с Коростой под Гремучую Иву, но так и не приняли окончательного решения. Что нужно сказать такого Рону, чтобы тот согласился с ними пойти? Пока что друзья решили отложить этот вопрос. До отправления поезда оставалось десять минут, но Гарри с Гермионой до сих пор, молча, стояли, озираясь по сторонам. Вдруг вдалеке замелькало много голов с рыжими волосами, и друзья, переглянувшись, шагнули им навстречу. — Джинни, милая, ты точно ничего не забыла? — напоследок обняла маленькую девочку миссис Уизли. — Молли, успокойся. Ты уже третий раз переспрашиваешь каждого о его вещах, хотя сама следила за тем, что они кладут в свои чемоданы! — мистер Уизли тоже нервничал, то и дело оборачиваясь, словно пересчитывая взглядом всех своих детей, - О, Гарри, рад тебя видеть! — Взаимно, мистер Уизли, — они пожали друг другу руки. Только сейчас Гарри заметил Рона. — Привет, Рон, — вытягивая из себя улыбку, поприветствовал он друга. Рон почему-то в ответ только кивнул, переводя взгляд на Гермиону. Та тоже держалась не очень уверенно, но, тем не менее, улыбалась всем. Раздался гудок поезда. — Так, живо все по вагонам, иначе мне придется терпеть вас у себя дома еще год! — возмущенно подталкивала детей миссис Уизли. — Тогда мы остаемся! — хором ответили Фред и Джордж, за что получили от матери по затылку. — Герми, тебе не кажется, что Рон… обиделся на нас, что ли? — тихо спросил Гарри подругу, пока никто не заметил. — Не знаю, пока рано что-либо говорить, — быстро сказала она, скрываясь в вагоне вместе с чемоданом. Когда все сумки были благополучно затащены на полки для багажа, а ребята расселись по местам, выглядывая в окно, миссис Уизли подбежала к их окну, стуча в него ноготком. Рон опустил стекло: — Ну, что еще, ма? — Вот, держи, — она протянула ему Коросту, — Прошу, не забудь где-нибудь! Поезд тронулся, набирая ход, а Гарри старался не смотреть на крысу, которая спокойно сидела в руках друга, но то и дело переводил на нее взгляд. Он сглотнул, стараясь не думать, что перед ним Питер Петтигрю. — Как каникулы, Рон? — спросила Гермиона, стараясь сгладить неловкую атмосферу. — Это ты у меня спрашиваешь? — Рон внезапно ровно сел, понемногу становясь красным. — У кого же еще. Что-то случилось? — она была явно напугана такой реакцией друга. — Почему вы мне не писали последний месяц? — переводил он взгляд с одного на другого, — Ладно, Гарри. Мне отец рассказывал, что у тебя проблемы с родственниками. Но ты, Гермиона! Ни одного письма! Что, решила вычеркнуть меня из друзей, так как в них попадают только Избранные?! — он снова перевел взгляд на Гарри.  — О чем ты вообще говоришь? — испуганно произнесла она, — Я просто была занята и совсем забыла… — Забыла?! Как по мне, так это не очень достойное оправдание! — он явно был настроен на спор. — Прости, Рон, просто я как обычно готовилась к учебному году и совсем зачиталась за учебниками. Этот год будет гораздо тяжелее предыдущих. Рон точно собирался что-то ответить, но Гарри их прервал. — Что ты к ней прицепился, она же извинилась! Давайте забудем, лично я не хочу ссориться с вами вот так сразу. Уверен, вы со мной тоже согласны, — вроде бы спор угас. Только сейчас Гарри заметил, что они в вагоне не одни. Накрытый плащом, в углу спал взрослый мужчина крепким сном, судя по тому, что он не проснулся на крики друзей. — Кто это? — Рон тоже заметил его. — Профессор Р.Дж.Люпин, — неожиданно ответила Гермиона. — Откуда ты знаешь? — изумились мальчики. — На его вещах написано, — закатила она глаза. Гарри почему-то показалась знакомой эта фамилия. Он уже где-то её слышал, только вот где? Внезапно поезд резко затормозил. Гарри с Гермионой, сидящие вместе на одной стороне, чуть не упали прямо на Рона с профессором, по инерции хватая друг друга за руки. Их скрепленные руки не ускользнули от взгляда Рона, но он не успел ничего сказать. Дверь в их кабинку открылась. — Ребята, вы не видели Тревора? Он опять сбежал, да еще и поезд остановился, — запыхавшимся голосом сказал Невилл. — Нет, не видели. Что вообще происходит? Поезд сломался? — Гарри просто не сомневался, что магические поезда тоже ломаются. Невилл уже убежал дальше. — Такого просто не может быть, он же заколдован! Его можно остановить только той же магией, — с умным видом произнесла Гермиона, выглядывая в окно, которое почему-то покрылось инеем. В поезде стало как-то слишком холодно, атмосфера происходящего была пугающей. — Смотрите! — испуганно произнес Рон, медленно сползая с сиденья на пол. За дверным стеклом появилась чья-то костлявая рука, а после появилась и вся фигура. Она была в в черном плаще, а головы даже не было видно из-за капюшона. Какая-то черная магия будто исходила из её тела. Фигура не шла, она плыла в воздухе, внезапно поворачиваясь к ребятам. Рон уже давно сидел под столом, прижимая к себе крысу, а Гарри в каком-то геройском порыве закрыл собой Гермиону. Черная фигура открыла дверь в купе и стала приближаться к Гарри. Вдруг он почувствовал, что из него будто высасывают все жизненные силы, холод сковал его тело, а разум уплывал куда-то далеко. Перед глазами уже было темно, когда он услышал: — Экспекто Патронум! — это крикнул тот самый спящий до этого мужчина, который теперь стоял в полной боевой готовности. Из его палочки вырвался белый яркий свет, отгоняя царившую вокруг темноту и фигуру в черном плаще. Но Гарри Поттер уже лежал без чувств. — Гарри, очнись! Гарри! — кто-то тряс его за плечо. Он нехотя открыл глаза и обнаружил над собой три пары глаз, внимательно наблюдающих за ним. — Что произошло? — еле шевеля языком, проговорил мальчик. Он поднялся с… колен Гермионы?! Наверное, он упал прямо на неё, когда потерял сознание. — Это был дементор, и искал он, скорее всего, Сириуса Блэка, — проговорил незнакомый голос. Только сейчас Гарри увидел профессора, который протягивал ему шоколад. — Что? Сириус Блэк здесь?! — Гермиона была удивлена не меньше Гарри, который от неожиданности выронил протянутый ему шоколад. — Я этого не знаю. Не думаю, что здесь, раз дементор не вернулся. А сейчас, простите, я должен поговорить с машинистом, — и профессор Люпин вышел из купе, закрывая за собой дверь. — Я что, один потерял сознание? — Гарри было очень неловко, что он один упал здесь без чувств. — Да, — просто ответил Рон, подозрительно посматривая на Гермиону, все еще сжимавшую руку Гарри. — Черт, простите, я сам не ожидал. — Ты точно в порядке? — поинтересовалась Гермиона, отпуская его ладонь, — Мы жутко за тебя перепугались! — Да, уже все нормально. Я только не понимаю, зачем я понадобился этому де… Как его? — Дементору, Гарри. Я тоже ничего не понимаю, а особенно, что вообще они делают на территории школы? Ведь они должны охранять Азкабан, тюрьму для преступников, — пояснила она. — Опять ты притягиваешь к себе излишнее внимание, — произнес Рон как-то не очень дружелюбно. — Рон, почему ты сегодня такой нервный? — Гермиона встала, — Если мы тебя обидели чем-то, то скажи нам! Мы все-таки друзья! — Вспомнили! Неужели? — Рон тоже поднялся, — Просто я уже давно заметил, что явно лишний в вашем кругу! — В каком еще кругу? Боже, о чем ты вообще говоришь? Мы как всегда во что-нибудь впутываемся вместе, и вместе же из этого выпутываемся. Разве не так происходит у настоящих друзей?! — произнесла слегка дрожащим и срывающимся голосом Гермиона. — А ты никогда не задавала себе вопрос, из-за кого это все происходит?! — Рон презрительно посмотрел на Гарри, — Я тебе сейчас скажу, что будет происходить в этом году! То же, что и в предыдущий год, и то же, что и в первый! Опять мы будем помогать ЕМУ, — указал он пальцем на онемевшего Гарри, — А сами останемся как всегда в тени, как верные собаки! — он выбежал из купе, хлопнув дверью. Гермиона опустилась на сиденье. Еще некоторое время они сидели в полной тишине. — Ты тоже так считаешь, да? — проглотил Гарри внезапно подступивший к горлу ком. — Что? Конечно же, нет! Давай и мы не будем из-за этого ругаться, — осуждающе посмотрела она. Это была их первая в жизни ссора с Роном. А Гарри так хотел поделиться с ним произошедшим в доме Дурслей, когда он от злости вздул тетушку. Ведь рыжеволосый мальчик был для него тем, кому он мог излить душу, а Рон бы его обязательно понял. Тут Гарри внезапно ударило в голову. — Гермиона, я только сейчас понял, — медленно проговорил он, не решаясь продолжить. — Что именно? — устало произнесла девочка. — У Рона ведь Короста, в смысле Петтигрю, уже очень давно? Он же носит её с собой с самого первого курса? — Да, что ты хочешь этим сказать? — она до сих пор не понимала. — Он все знает, — широко раскрыв глаза, произнес Гарри. — Кто? О чем ты вообще? — Петтигрю. Я же все всегда рассказывал вам. И о философском камне, и о тайной комнате, и о том, что Волан-де-морт еще жив, просто его душа не имеет тела. Боже, Гермиона, да он же все о нас знает! Мы даже в купе с вами сейчас разговаривали о том, что Сириус Блэк где-то рядом! А все это время Короста была вместе с Роном! — Гарри схватил голову руками. — Но мы же не говорили ему, что Сириус с нами связывался, и что мы не считаем его убийцей, — попыталась она найти хоть что-то неизвестное Питеру. — Это не имеет значения, — бессильно опустил он голову. — Почему? Ты хочешь сказать… — она удивленно подняла на него глаза. — Да. Питер Петтигрю теперь будет искать Волан-де-морта. Раньше он просто не решался это сделать, потому что просто не было подходящего момента, — Гарри поднялся, расхаживая по купе, — А теперь он знает, что Сириус поблизости, уж Питер понимает, что Сириус его убьет, как только увидит. Из этого всего выходит, что в скором времени Питер Петтигрю сбежит.