Лиса.

— Садитесь, Тимофей, — самодовольно произнесла я, косо поглядывая на измученного школьника, - два. Парень нервно бросил кусок мела и, кинув на меня гневный взгляд, сел на свое место. Я проводила его глазами и не смогла скрыть ядовитой улыбки. Да уж, Лисовец, тебе только в полиции работать — издеваться над людьми можно только там. Ну, в морге еще. Собственные мысли заставили меня усмехнуться. В полиции. Мне. Если только поменять имя, фамилию и внешность — иными словами все, что могло выдать нашу с Вадимом деятельность. Хотя с моими предками меня бы и тогда вытащили, наверное. Трель звонка заставила вернуться в настоящие, откладывая мысли о не существующем будущем. Ребята продолжали сидеть на местах, а я напрочь забыла эти дурацкие, школьные порядки. — Все свободны, — я поднялась с места и стала терпеливо наблюдать за тем, как ученики покидают класс. Тимофей, проходя рядом, стрельнул в меня взглядом, но гордо прошел дальше, ни сказав не слова. Ой-е-ей, какие мы недотроги. Ничего-ничего, профилактика еще никому не мешала. — До свидания, — в очередной раз произнесла я, оставшись, наконец, в полном одиночестве. Боги, да и не догадывалась, что быть учителем настолько забавно. Выводить из себя учеников, да еще и таких вспыльчивых, очень затягивает. Теперь я, кажется, понимаю, почему учителя так отстаивают свою профессию. Она занимательна, однако очень не благодарна. — Слушаю, — строго ответила я, увидев на дисплее телефона незнакомые цифры. — Что-то я не понял, почему тебя еще нет? Я тяжело выдохнула и, подойдя к окну, прижала трубку ближе к уху, будто боясь ее уронить. На школьном дворе мальчишки гоняли футбол, девчонки в углу что-то обсуждали, стоя в небольшом полукруге. Смотря на этих маленьких, еще не видавших взрослой жизни детей, я невольно вспомнила свое беззаботное детство, которое, к несчастью, закончилось слишком рано. Знала бы я тогда, в одиннадцать лет, что буду заниматься самыми непристойными делами, я бы… вряд ли что-то смогла изменить. Увы, но тогда это был единственный выход из ситуации. — Лиса, — послышалось из аппарата, — почему ты еще не на месте? — Потому что я работаю, — с вызовом ответила я, резко разворачиваясь на каблуках и возвращаясь к учительскому столу. На том конце провода послышался смешок. Ну да, он же считает, что я не могу заниматься ничем, кроме криминала. В глубине кипело негодование, но я, опять же таки, ничего не могла сказать. — Детка, деньги тебе плачу я, и слушаться ты должна меня. Не приедешь через полчаса… Ты знаешь, что будет, — звонок оборвался. — Козел, — вслух прошипела я, небрежно кладя отключенный аппарат на стол. Как же меня бесит этот самоуверенный ублюдок. Этого просто словами нельзя передать! Каждое его слово, каждое его действие несет за собой второй смысл, подтекст, который не всегда возможно разглядеть. Вадик умен, хитер и очень опасен. А самое ужасающее из всего этого — вступив с ним в контакт, ты никогда не разорвешь эту связь. Я присела на стол и, по привычке приложив палец к губам, стала обдумывать слова моей постоянной головной боли. Прекрасно понимая, что Вадик слов на ветер не бросает и что, если ему действительно что-либо потребовалось, то он получит это любыми способами. И мне не очень-то бы хотелось, чтобы в школу приехала орава «парней в черном», которая беспардонно увезет меня без моего желания. Недолго думая, я быстро написала на доске задания для каждого класса и, мигом собрав свои вещи, выскользнула из класса. Дабы не попасться директрисе на глаза, пришлось весьма оперативно передвигать ногами, что на высоких каблуках делать довольно тяжело. Тьфу, блин! Школу закончила два года назад, а веду себя так, будто сбегаю отсюда. Вокруг кружила непередаваемая школьная атмосфера: суматоха, гул, бег, школьники, судорожно списывающие домашние задание. Боже мой, как же я рада, что закончила этот ад. Я никогда не была в числе тех, кто говорил, якобы школьные годы — самое счастливое время в их жизни. Нет. Не-ет.  — Сбегаете, Диана Владимировна? На ходу застегивая крупные пуговицы яркого пальто, я уже вышла на улицу и повернула за школу, как чей-то голос заставил меня подскочить на месте. Будучи в весьма неспокойном состоянии (почему-то, сбегать из этого заведения в любом возрасте страшно), я спокойно выдохнула, увидев зовущего. Передо мной стоял человек-горе сегодняшнего утра. Он облокотился на бетонное здание школы, провел рукой по модно подстриженным темным волосам и поднес руку к губам, затягиваясь сигаретой. — Рабочий день пришлось закончить, — спокойно отозвалась я, завязывая ремень на талии. Тимофей вслух усмехнулся. Я перевела на него взгляд, и наши глаза встретились. Наверное, где-то внутри у этого паренька взрывался вулкан эмоций, потому что утро я ему весомо подпортила. Однако он мне ничего не говорил, лишь продолжал изучать взглядом и периодически вдыхал никотин. — Сигаретку? — вымолвил парень, делая шаг навстречу мне и доставая из кармана пачку элитного табака. Слегка прищурившись, я перевела взгляд на руку парня и, вопреки его ожиданиям о долгой лекции про вред курения, вытащила папирус. Ни на секунду не отводя взгляд с этого гения разоблачения, я четко видела в его глазах удивление и некую разочарованность. Пока он шарил по карманам в поисках зажигалки, на моем лице образовалась усмешка. Неужели он столь наивен? — Рано тебе еще курить, Тимоша, — сказала я и сломала «палочку здоровья», бросив ее к ногам изумленного одиннадцатиклассника. Еще раз кинув на него победный, довольный взгляд, я поспешила продолжить путь. — Ты ведь не учитель, да? — проигнорировав мою реплику, вставил он, оказавшись у меня за спиной. Я остановилась. Неужели, из меня настолько плохой педагог, что даже этот не сильно интересующийся учебой мальчик меня раскусил? Даже обидно. Медленно разворачиваясь и подходя ближе к парню, который стоял, широко расставив ноги и всунув руки в карманы. — Не помню, что бы мы переходили на «ты», — будучи в двух шагах от школьника, спокойно сказала я и, кинув на него безразличный взгляд, поспешила уйти. Он не ответил, но я четко чувствовала на себе его взгляд. Не знаю почему, но мне кажется, что мы еще встретимся. *** Буквально влетев в ночной клуб, я быстро прошла в VIP-зону. У меня нет и капли сомнения на тот счет, что Вадик находится в другом месте. В этом плане он слишком предсказуем — не изменяет своим привычкам практически никогда. — Поверь мне, Серый — услышала я голос «босса» и машинально остановилась в предвкушении. — В этих делах она лучшая. Я не ослышалась, да? Это сейчас обо мне речь идет? Вадик меня похвалил — это уже не может не интриговать. Прижавшись к стене еще сильнее, я задержала дыхание и притаилась, чтобы ничем себя не выдать. Хоть я и не любитель подслушивать, но надеяться на опытного гангстера в серьезных вопросах не приходилось. Следовательно, придется навострить уши в стороне. — Ты просто знай, что вопрос важный, — молодой человек, сидящей ко мне спиной, явно был очень взволнован. — Если мы это дело профукаем, все — накроется вся система. — Она со всем справится. Она — девочка послушная, — лицо Вадима посетила кривая усмешка. Он облокотился на спинку красного дивана и посмотрел на дисплей телефона. Хоть в моей голове и не сложился пазл, я поняла, что тянуть дальше нельзя. Поправив волосы, я выдохнула и уверенной походкой зашагала в сторону молодых людей. Цокот каблуков привлек их внимание и, когда я подошла к их столику, парни уже внимательно меня разглядывали. — Неужели, — привычно сказал Вадим, с ног до головы осматривая меня. Да уж, наверное, только в таком виде я еще перед ним не представала. Ничего не сказав голубоглазому, я глянула на парня, который сидел о левую руку от меня. Накаченный блондин в спортивном костюме и с виднеющейся из-под рукава толстовки татуировкой тоже бросил на меня взгляд, но он не был таким заинтересованным и похотливым. — Значит, это и есть та самая Лиса, — внимательно всматриваясь в мои глаза, произнес блондин, когда я присела на диван рядом с Вадимом. «Та самая». Интересно, это воспринимать как комплимент или как оскорбление? Честно говоря, мне уже ужасно не терпелось узнать, для чего меня выдернули с работы и стоит ли то, что мне предложат сейчас, срубленной сестрой головы. Что ни говори и как не отзывайся об этой работы, а адреналин получаешь бешенный. В особенности, когда ты уже выполнил задание, но «запалился» в самый последний момент, и за тобой гонится не одна фура полиции. А ты бежишь. Бежишь, как во всех фильмах о криминале и погонях. Бежишь, потому что выбора у тебя нет. Бежишь, потому что рассчитывать приходится только на себя. Тебе никто не поможет. Тебя никто не спасет. Есть только ты. И в последний момент, когда ты, наконец, отбиваешься от ненавистных копов, ты испытываешь такой кайф, будто не совершил грабеж, а нырнул в прохладное прозрачное море во время адской, изнуряющей жары. — Виски? — как-то даже ласково предложил Вадик, кладя руку на диван сзади меня, тем самым пододвигаясь ко мне ближе. — Ближе к делу, — переводя безразличный взгляд от одного парня к другому, вымолвила я и поставила чашку с только что сваренным эспрессо на стол. Моя резкость явно не понравилась Вадиму, но мне почему-то впервые в жизни не было до этого никакого дела. В тот момент я чувствовала странную, непонятно откуда взявшуюся уверенность. После услышанных слов, я была убеждена, что он не справится без меня, и как бы он не показывал свою власть, я нужна ему. И это давало мне возможность сделаться немного грубее. — Надо обнести одну контору, — промолвил Вадим, опустошая бокал с виски. Иногда мне кажется, что он может вылакать литров десять этого спиртного напитка за раз. Находясь здесь, в этом клубе, он постоянно пьет, но я еще ни разу не видела его пьяным. Что за способности? — Цена вопроса? — резко повернув голову, я уставилась в голубые глаза и сложила руки на груди. Светловолосый вслух усмехнулся, переводя взгляд на блондина, который тоже не скрывал улыбки. Он держал в руках стакан с непонятного цвета содержимым и, усмехаясь, чуть заметно скривил одну бровь, как бы говоря: «А она ничего». Вадик в это время вытащил из кармана куртки ручку и на салфетке написал цифру с пятью нулями. Уверенный взор молодого человека напротив устремился на меня. Я чувствовала на себе нетерпеливые глаза парней, которые ждали моего удивления или хотя бы изменения выражения лица. Бросив еще один взгляд на салфетку, я решила-таки прервать интригующую тишину: — Что внутри? Деньги? Кокс? Улыбка Вадика вообще доросла до ушей, и они с Серым, в очередной раз переглянувшись, снова усмехнулись. — Все мимо, крошка, — подал голос качек, заставляя повернуть на него голову. — Одна папка с бумагами. — Бумаги? — даже не обратив внимания на обращение, которое в любой другой ситуации тут же было бы мною осквернено, я скривила правую бровь. Оба парня синхронно кивнули, а я, мимолетно посмотрев на барышню в костюме медсестры, тут же взглянула на Вадика. Тот сидел в предвкушении. — Идет. Когда приступать? — Я же говорил, что не будет никаких лишних вопросов, — как бы с облегчением выдыхая, обратился к Серому голубоглазый. — Завтра. Обсудив все тонкости завтрашнего дела, и договорившись о передаче папки лично в руки, я уже хотела было встать, но сильная рука схватила меня за кисть и дернула вниз так, что я упала на кожаный диван снова. Только Вадим открыл рот, чтобы выдать что-нибудь эдакое, как послышалась трель мобильного Серого. После тридцатисекундного молчания, парень резко вскочил, сумбурно с нами попрощался и, что-то яростно крича в трубку, покинул заведение. Непонимающим взглядом проводив блондина, я уставилась на Вадика, который, в свою очередь, кажется, уже абсолютно забыл об этом инциденте и в упор смотрел на меня. — Ты сегодня потрясающе выглядишь, — русоволосый опять вытянул руку на диване и придвинулся ко мне настолько близко, что его губы находились в сантиметрах от моей шеи. По телу пошли мурашки. Дыхание бандита обжигало нежную кожу, и я невольно содрогнулась, не осознав до конца, приятно мне это или нет. Я чувствовала руку Вадима сзади себя, ощущала его губы рядом со своим ухом, но не могла позволить завладеть собою еще и в прямом смысле слова. — Если это все, — отодвигаясь и разворачиваясь корпусом к Вадику, произнесла я, оставив без внимания его последнюю реплику, — то мне пора. Прикусив нижнюю губу, парень осматривал меня, будто не слыша моих слов. Он нагло и жадно водил глазами по всем частям моего тела, а я не могла для себя не отметить, что это, если не было мне приятно, то весьма мне льстило. В сотый раз остановив взор на моих глазах, он взял со стола бокал и глотнул содержимого. Будучи уверенной, что диалог на этом закончен, я хотела удалиться, но приятный баритон собеседника вновь заставил оставаться на месте. — Завтра ровно в 23:30 встречаешься с моими людьми у входа, — деловито сказал Вадим, наблюдая за тем, как я поднимаюсь и вновь опускаюсь на диване. — Я работаю одна, — уверенно произнесла я, складывая руки на груди и «с наездом» смотря в голубые глаза. На мгновение Вадим залип на мне, блаженно усмехаясь. Секунд пятнадцать он искал что-то в моих глазах, а потом резко и неожиданно для меня пододвинулся и на ухо прошептал: — Теперь – нет.  Ну, охренеть теперь.