Вернуть твою улыбку(переписывается в новый фф)

***

Сумерки сгущались над небольшим городом у окраины чащи леса. Улицы стремительно пустели, а тяжёлые ставни и массивные замки опускались на окна и двери. Люди старались закончить все свои дела до того, как лико луны появится на небосводе и проклятие города выйдет на охоту. Решётки на окнах первого этажа проверялись на прочность, но это мало помогало от лютого зверя, приходившего под влиянием луны за двумя-тремя жертвами. Они ничего не стоят, по сравнению с тем, что произошло десять лет назад. В ту ночь, когда город утопал в крови и умоляющих криках о помощи, а зверь, вырвавшись на свободу, забавлялся, наслаждаясь людскими страхами и мучениями. Он возвращался каждое полнолуние и город вымирал на целые сутки, а волк рыскал по округе, выискивая себе добычу, и разрывал на кровавые куски скот и собак, попадающихся на пути. Разорванные в лохмотья люди, давали надежду остальным жителям города на спокойное существование в течение месяца. Это повторялось каждый месяц, из полнолуния в полнолуние, и всегда в страшных муках гибли двое-трое людей, многие были изнасилованы и покалечены, в том числе и дети, и каждый раз пропадал молодой парень или девушка, а спустя две недели его изувеченный труп находили на окраине города. Проклятье висело над городом уже десять лет, с того самого момента как один бравый охотник, приехавший в Нельск, поймал дитя Луны и продал его за бешеные деньги на рынке, а зверь, вырвавшись, стал приходить мстить каждое полнолуние под предводительством луны за годы проведённые в клетке. Ночь была все ближе, и люди спешно убирали палатки на рынке, закрывали свои лавки и трактиры, в спешке идя домой и нервно оглядываясь по сторонам. Все суетились, чувствуя приближение Лунных суток, матери молили богов о сохранности своих чад, отцы укрепляли двери, проверяли замки и зашторивали окна плотной тканью в надежде на то, что в этот раз зверь обойдёт их стороной. Более старшее поколение бабок и дедков развешивали перед ставнями связки чеснока и посыпали порог сухими листьями аконита. Все спешили успеть до первой темноты добраться до дома, и только одинокий юноша с волосами белее снега, собранными чёрным шнуром в низкий хвост уходил из города в сторону темнеющего леса. Люди, встречающиеся на его пути, смотрели на него с презрением и отвращением, а некоторые с неприкрытой ненавистью и даже долей страха перед тем, кто не похож на них. Он шёл, слегка ссутулившись, не обращая на взгляды прохожих. Длинный белоснежный хвост развивался на ветру, а тусклый свет фонарей окрашивал белую кожу в болезнено-желтый. Ветер трепал льняную безрукавку и просторные полы штанов из тёмного сукна. Взор алых глаз был потухшим, но одновременно с этим полон непоколебимой решительности. Он шёл не спеша, в то время, как рыжая полоска заката стремительно таяла с каждой секундой, а бледный диск луны уже белел на потухающем небе. - Эй, Дарсия, - дверь одного из домов открылась разрезая сумеречную темноту тёплым клинком домашнего света. - Заходи к нам, - с издёвкой улыбнулся высокий парень, стоящий в проходе, с взлохмаченным ёжиком тёмно-русых волос. - Уж мы то прикроем твой тыл. Он был в одних модных штанах из выделанной кожи и ручной вышивкой серебристыми нитями по бокам штанин, плотная кожа подчёркивала всю красоту молодого тела. Не каждый мог позволить себе такие изыски в одежде, кожа нынче стоила на ровне с солью и пушниной, а про серебряные нити ручной вышивки можно было не говорить. - Эй, Эрик, - окликнул парня вышедший блондин с золотистыми глазами и утонченным строением тела танцора. - Давай, заходи в дом, не хватало ещё светиться перед Лунными сутками, - жилетка из чёрного бархата с вышивкой изумрудными нитями подчёркивала изящные черты лица и оттеняла холодный презрительный золотистый взгляд, брошенный в сторону альбиноса. - Не связывайся с этим отребьем, беду ещё накликаешь якшаясь с ним. Дверь захлопнулась, а парень ушёл дальше смотря алыми глазами на кромку леса впереди. На гарде небольшого кинжала играли последние блики потухающего солнца, словно прощаясь с тем, кого с самого детства ненавидел весь город, как и извечное проклятие, приходящие каждое полнолуние, уже на протяжении десяти лет, с того самого момента, как зверь вырвался на свободу.

***

Парень сидел под елью, рядом с утёсом, с которого летом любили прыгать молодые парни и девушки в прохладную воду лесного озера. Рядом с ним лежал пустой мешочек из под трав, а окровавленный клинок разрезал локтевой сгиб левой руки. Острый кинжал резал плоть словно масло, брызгая тёмно-красной кровью на белую кожу. - Если резать локтевой сгиб, а не запястья, то можно истечь кровью за пятнадцать минут, - тихо шептал пепельный блондин, слабо сжимая руку альбиноса. - Запомни это Дарсия, - слабо кривя обветренные бледные губы в улыбке шептал блондин. - Этот мир жесток, особенно с такими как мы, - окровавленной рукой он провёл по белой, влажной от слез, щеке. - Не плачь, ты же знал что этим все и закончится. - Знал, Ваниш, знал, - смотря алыми глазами на лико луны на звёздном небе произнёс в пустоту Дарсия. - Как же ты был прав, только осознал я это поздно, слишком поздно, на тот момент я уже умер душой оставив только оболочку на потеху этим никчёмным людям. Кровь стекала по руке, обагряя землю алыми розами уходящей жизни. Она вытекала толчками из глубоких порезов, а принятые вербена и аконит только помогали утечь жизни быстрей. - Помни что вербена и чеснок разжижают кровь, - хрипло, почти теряя сознания шипел блондин. - А аконит притупляет боль, возможно это тебе пригодится, - хрипло вздохнул умирающий. - Прости что заставил тебя плакать... - Как же больно режут воспоминания о тебе брат, - проводя дрожащими пальцами по груди бархатисто произнёс парень. - Очень больно где-то там, где раньше было сердце, - кровь из порезов брызнула на жилет и грудь альбиноса. - Отец, думаю ты будешь рад узнав, что я всё-таки подох. Будешь рад, зная что именно ты стал той последней каплей, которая окончательно убила мою душу и жажду жизни, - смотря в даль тихо произнёс парень. - Думаю я могу сказать тебе спасибо за то, что ты показал мне всю сущность этого прогнившего мира.

За два часа до этого.

Небольшая скромная кухня с потрескавшейся побелкой на деревянных стенах, паутина свисающая с потолка и пыль, летающая в лучах заходящего солнца, именно так выглядела кухня вдовца плотника. Все что в ней было это: массивный стол из ошкуренного дерева без скатерти, печка давно не знавшая ремонта, пара грубых табуретов и лавка у дальней стены с обшарпанным настенным шкафом над ней. Да и сам домик на окраине города давно потерял былую красоту и крепость, он покосился так же, как и сени, и сарай, стоящий неподалёку. Стены давно поглотила плесень, как внутри, так и снаружи. За столом сидели двое мужчин средних лет, одним из которых и был хозяин этого дома. Он разливал медовуху по деревянным стопкам, а над закуской, состоящей из вяленого мяса, чёрствого хлеба и огурцов, летали мелкие мошки. Залысины на висках и макушке блестели в желтоватом свете керосиновой лампы, стоящей на столе, грязно-серые жидкие волосы были спутаны, дряблая кожа была похожа на пергамент, желтоватые белки бледно-голубых глаз только доказывали пристрастие к алкоголю этого человека. Спутник же его был не похож на него, тёмно-рыжие короткие волосы и такая же щетина украшали волевые черты лица мужчины, светло-карие глаза были поддёрнуты пеленой опьянения, мускулистые руки с ворсом мелких рыжеватых волос твердо держали стопку с медовухой. - Ну так что, где твой отпрыск? - опрокидывая стопку в себя с наслаждением зажмурился охотник. - Хочу на него посмотреть, всё-таки не кота в мешке покупаю. - Да шляется, отродье, где-то, - глотая "огненный" напиток, выдохнул хозяин хаты. - Ты не представляешь, сколько он мне кровушки попил. - Чего это так, - хрустя огурцом, глухо спросил рыжий. - - Строптивится что ли? Ну так это легко исправить, дедовскими методами. - Да куда там, - махнул рукой вдовец. - Я его луплю каждый день и хоть бы чуток поумнел сученыш неблагодарный. - Так его по другому надо! Один раз хорошенько... Тихий скрип половиц в сенях прервал разговор мужчин, они синхронно обернулись к дверям, в которых застыл молодой парень двадцати лет. Внешностью и телосложением он был похож на изящного танцора, длинные худые ноги были обуты в мягкие туфли из грубой кожи, просторные штаны до колен не скрывали белоснежных икр изящных ног, льняная безрукавка была распахнута, показывая молодую юношескую грудь с белой кожей, но которой не видно многочисленных шрамов перекисающих плоский живот, выпирающие ребра и грудную клетку. Белоснежные волосы спадали водопадом до поясницы и подчёркивали ярко выделяющиеся алые глаза и чуть сероватые бледные пухлые губы. - Махаэль, я смотрю ты смеёшься надо мной, - шокировано произнёс рыжий охотник. - Это же девица в облике парня! Ты хочешь, что бы вот это вот, - махнув в сторону застывшего альбиноса, усмехнулся мужчина. - Совратил всех моих парней? Ну уж нет, спасибо тебе за медовуху конечно, но вот эта ошибка природы мне и с приданным не надо. А ты ещё за него двадцать серебряных просил, он и медяка не стоит, как обычный парень, если только как подстилка... Мужчина встал и, слегка пошатываясь, направился к выходу, мимолётно бросив насмешливый взгляд на Дарсию. Дверь со скрипом закрылась и синхронно с этим послышался глухой хлопок от упавшего табурета и быстрые шаги в сторону парня. - Ах ты, выродок блядский, - яростно почти прошипел Михаэль, врезав парню по животу. - Только и делаешь, что сидишь на моей шее, мразь, - пиная упавшего под его ноги юношу. - Никакой от тебя пользы, падаль! Мужчина пинал со всей силы даже не разбирая куда именно приходятся удары, а парень лежал, даже не пытаясь закрыться от ударов, понимая, что сделает только себе хуже. Взгляд потухших и, казалось бы, без эмоциональных, ничего не выражающих глаз смотрел в потолок, и только вцепившиеся в половицы пальцы рук свидетельствовали о том, что он далеко не бесчувственный. Резкая вспышка боли отразилась в широко открывшихся кровавых глазах, из чуть приоткрывшихся губ вырвался шипящий хрип боли. А тяжёлый сапог вдовца со всей силы вдавливал белую ладонь парня в пол, с наслаждением слыша хруст пары пальцев. - Никакой от тебя пользы! Даже продать тебя не получается, - яростно шипел мужчина. - Только и годишься для одного. Резко дёрнув парня за волосы вверх, тем самым поднимая его с пола, Михаэль впечатал его в дверь, фиксируя белые худые запястья над головой парня. Жадная, потная рука вдовца прошлась по мелко дрожащей спине парня спускаясь ниже, очертив контуры клейма на пояснице. - Что, боишься? - выдохнув перегаром на ухо парня, усмехнулся мужчина, сжимая ягодицу юноши. - Отец не надо, - тихо, очень тихо взмолился парень. - Я. Тебе. Не. Отец, - чеканя каждое слово зло произнёс мужчина. - У меня нет детей! А ты сучий выродок лучше бы сдох под брюхом у той волчицы, а не портил жизнь мне и моей жене! Она из-за тебя умерла! Только ты виноват в её смерти! ТЫ! Михаэль развернул парня и, смотря на него потемневшими от ярости глазами, сжал пальцы на бледном горле, с наслаждением смотря, как парень стал задыхаться. Как пытался оттащить его руки от своей шеи. Как стали закатываться такие ненавистные алые глаза, а беспомощный крик рвался из груди застревая в передавленном горле и вырывался наружу тихим хрипом. Резкий рывок и Дарсия отлетел от двери, упав на пол, пытаясь судорожно вздохнуть сквозь кашель. Слезившиеся глаза размывали силуэт мужчины, но парень мог бы с точностью заверить что Михаэль довольно улыбался, смотря на беззащитного парня. - Вали куда хочешь, - сплёвывая, хрипло произнёс вдовец. - Но что бы когда я пришёл, твоего духу не было в моем доме. Понял сучонок?!

Наше время.

Парень сидел смотря в даль, под глазами залегли тени, а кровь все текла впитываясь в землю. Тьма уже спустилась на лес, лико луны уже пробудило проклятие города, и зверь уже вырвался на свободу. Дарсия был ещё в сознании, когда из кустов вышел здоровенный матёрый волк с хищными жёлтыми глазами. Зверь был больше двух метров в холке с тёмно-коричневой, почти чёрной, шерстью. Чёрные губы кривились в довольной ухмылке оголяя большие клыки, он смотрел на парня с наслаждением вдыхая свежий запах солоноватой крови с чуть слышным ароматом свежей древесины. Зверь подошёл ближе, желая рассмотреть того, кто так бесцеремонно решил расстаться со своей жизнью и того, кто даже не вздрогнул увидев его, чудовище пожирающее людей. - Волк, - тихой мелодией прошептал парень, пытаясь сфокусировать взгляд. - Ты пришёл, - лёгкая улыбка заставила зверя вздрогнуть, ещё никто не улыбался, смотря своей смерти в лицо. - Прошу добей...