Вернуть твою улыбку(переписывается в новый фф)

Густой лес темнел, погружаясь во мрак ночи. Последние лучи яркого светила таяли под натиском сумрака, безликое пятно луны вступало в свои права ночной поры, заливая небольшую поляну серебристым светом. Белый ковёр оленьего мха застилал всю поляну и в полнолуние был подобен россыпи бриллиантов. Воздух наполнялся чем-то необычным, загадочным, и словно вибрировал от напряжения. На поляне одиноко сидел мужчина, грудная клетка тяжело вздымалась, руки и плечи мелко дрожали, а тёмные, почти чёрные, волосы прилипли к взмокшему лбу. Полная луна гордо восходила на небо, растворяя последние блики солнца вместе с надеждой одинокого мужчины, пробуждая, так ненавистного человеком, зверя. Неприятное покалывание и звериное, радостное возбуждение уже рвалось из недр сущности оборотня, заставляя мужчину только сильнее сжать зудящие зубы и впиться пальцами в белый мох. Кожа адски горела и чесалась, было дикое желание разодрать её в клочья до кровавых лоскутов, которыми она будет сползать с мощного тела. Голова гудела и разрывалась россыпью мучительных воспоминаний прошлого пиршества и торжества зверя, обычно темно-зеленые глаза желтели до кислотного оттенка и обратно, чёрные когти рук впивались в землю и тихий скулёж отчаяния и боли рвался из плотно сжатых зубов. Кровь. Много крови растекалось на деревянных половицах, впитываясь в светлую медвежью шкуру. Тихий плач из перевёрнутой колыбели и рыдания перепуганной девушки с большими, наполненными ужасом, болотно-зелёными глазами, которыми она смотрела на меня. Запах сладковато-терпкой крови забивал нос и оседал на кончике языка желанием. Трепыхающийся ребёнок, девчонка, лет десяти, у моих окровавленных лап. А в голове только: убей, убей, убей. Чёрные когти прошлись по нежной коже на спине, разрезая розоватый девичий шёлк упругой кожи, обагряя кровью разорванное в клочья миленькое платьице и упругие маленькие ягодицы девочки. Она всхлипнула, дрожа всем телом, когда звериное возбуждение коснулась её, а клыки впились в тонкую шейку... </i>- Перестань, - сжимая голову руками взмолился мужчина. - Не показывай мне это! Я не хочу это вспоминать!! " Нет, дорогой мой, Ягари, - чувствуя приближение луны, издевательски оскалился Райгар. - Ты будешь помнить всё, каждое полнолуние ты будешь мучиться моими воспоминаниями пиршества и понимать что ничего, совершенно ничего не сможешь с этим сделать, - радостно взвывая, засмеялся волк. - А теперь, наслаждайся представлением - Пожалуйста не надо, - молила молодая беременная женщина, прикрывая собой истекающего кровью мужа и маленького мальчика. - Отпусти его, прошу, умоляю тебя, - она упала на колени, плача перед зверем. - Отпусти Зави, она же ещё ребёнок! Маленькая девчушка, так похожая на прятавшегося за маминой спиной мальчика, лежала без чувств подле моих лап. Людская сучка так умоляюще на меня смотрела, что становилось смешно от её наивности. Я отошёл на пару шагов, смотря как в этих ненавистных мне глазах загорелась надежда, она рванула к щенку, прижав его к себе, и так благодарно смотрела на меня. Хах, глупая человеческая сучка! Резкий рывок и взмах когтистой лапы разорвал почти на пополам девчонку, выпуская ей кишки, и живот мамаши, убивая не родившуюся жизнь. Дичайший крик разорвал округу, а из порванного живота потоком текла тёплая кровь, которая вызывала только отвращение. Лающий кашель вырывался из глотки, поднимаясь в груди тихой вибрацией и радостное возбуждение от созерцания разрушенной семьи... - ПРЕКРАТИ! - взревел Ягари, вырывая на голове волосы. " А помнишь свое первое перевоплощение, - наслаждаясь мукой человека, радовался зверь. - Когда ты так позорно проиграл мне? И разорвал почти половину стаи, - довольно растягивая чёрные губы в оскале, засмеялся Райгар. - А потом тебя, как позорного щенка, вышвырнули из стаи наградив шрамом в пол лица?" - ПЕРЕСТАНЬ!!! - впиваясь когтями в зудящую кожу, взмолился Ягари. Кожа пылала, и мужчина яростно разрывал её в кровь, отрывая крупные куски собственной ткани, под которой уже прорастала шерсть, цвета тёмного шоколада. Руки резко выгнуло назад, ломая кости, разрывая сухожилия и мускулы. Тёмная шерсть разрывала смуглую кожу, пальцы ломало с тихим хрустом. Хрип и скулёж, сопли и слюни со слезами всё смешалось в одну кроваво-красную боль, застилающую глаза. Челюсти саднило, вытягивая в волчью морду, кожа на скулах и лбу слазила лоскутами, уши тянулись наверх, и все резко прекращалось. Оборотень опять принимал сущность человека, давая ему передышку, а потом всё заново. Только боль усиливалась в десятки раз. Словно тысячи раскалённых иголок впивались в кожу, тупые щипцы вырывали куски плоти из тела, а в вены вливалось раскалённое железо. Мужчина скорчился на белом мху, ловя ртом воздух и хватаясь изломанными пальцами в серебристый покров. В глубине желто-зеленых глаз загорелся огонёк безумства, ярости и торжества, и в следующий миг мужчину скрутило так, что кости хрустнули, растягиваясь и уплотняясь, мучительно медленно превращаясь в лапы, остатки кожи слезали и падали на землю и дикий крик разорвал ночную тишину, распугивая ворон превращаясь в яростно-радостный волчий вой. Мощное волчье тело поднялось с поляны, густая тёмно-коричневая шерсть отсвечивала серебром в свете луны, сильные когтистые лапы дрожали от нетерпения, а в жёлтых глазах таяли последние искры зелёного огня.

***

Наконец-то, я свободен, - возбужденно думал Райгар, несясь по ночному лесу. - Свободен хоть на одну ночь от этого жалкого, слабого человека, - перепрыгивая через поваленное дерево фыркнул волк. - Целую ночь я не буду слышать его и наиграюсь вдоволь с жалкими людишками. Волк выскочил из леса и молниеносным движением разорвал выскочившую на него собаку, с лёгкостью перекусывает хребет и отбрасывая ещё дёргающуюся шавку в заросли кустов, разбрызгивая бардовую кровь. Ненавижу псин, - проводя лапой по окровавленной морде, проворчал зверь. - Они слишком преданы ничтожным букашкам, да и кровь у них горькая и противная, - вскидывая косматую морду к небу и принюхиваясь, презрительно фыркнул волк. - Вот бы найти того щенка, у которого кровь пахла разодранным деревом и оседала сладковатым привкусом на языке Прохладный ночной ветер с ароматом освежающей хвои встрепенул взлохмаченную шерсть на загривке и принёс с собой тихий бархат человеческих слов. Уши зверя встрепенулись и насторожились, чуть подрагивая, дыхание само собой участилось, пытаясь уловить запах безрассудного человека, ищущего свою смерть. Это ещё что такое? - удивленно-непонимающе заворчал волк.

***

Низкорослые кусты ежевики и шиповника гнулись под мощными лапами матерого волка. Мелкие шипы вонзающиеся в лапы были не замечены зверем, охваченным азартом охоты. Он нёсся по заросшему берегу лесного озера, так полюбившегося городской молодёжи, в сторону выступающего каменистого утёса с мелкой порослью изумрудной травы и начинающегося ельника, в который было разрешено ходить жителям города Нельск. Мощными прыжками зверь забрался на утёс, изредка цепляясь пушистым тёмно-коричневым хвостом за кустарники шиповника и скидывая кучки мелкого камня, обрушившийся под тяжестью тела. Тихий, мелодичный голос человека смолк, когда волк вышел из-за кустов, и зверь напряг лапы, готовясь к мощному прыжку. Перед ним, под невысокой елью, сидел молодой парень, то что это именно парень волк понял по испускающим феромонам человека, хотя он был слишком изящен для обычного деревенщины, которых зверь разрывал на куски. Запах сладковатой крови с приторно-терпкой примесью, раздражающих нюх, трав прошёлся странной возбуждающе-успокаивающей дрожью по телу Райгара, что не очень понравилось зверю. Он скользнул взглядом по выступающим ключицам, по белой груди с бледными сосками, подмечая почти невидные белесые шрамы на ней, по плоскому животу и выпирающем рёбрам, останавливая взор жёлтых глаз на ярко выделяющихся пятнах алой крови из перерезанных локтевых сгибов. Алые струи стекали по белым худым рукам и капали на каменистую землю, вызывая у волка еле слышную вибрацию тихого рыка и дикое желание остановить её и защитить этого безрассудного юнца. Да что же это такое!? - вмиг ощетинился Райгар. - Что это за странно-свербящее чувство в груди? Бесит! Как же это бесит!! Волк шагнул вперёд, надеясь увидеть страх в глазах человека, но наткнулся на холодное спокойствие с долей какого-то восхищения в глубине алых глаз. Несколько белых прядей падали на умиротворённое лицо юноши, касаясь сине-серых губ, изогнутых в лёгкой улыбке, а следующий миг Райгар был просто шокирован просьбой глупого человека. - Волк, - тихой мелодией прошептал он, пытаясь сфокусировать взгляд на звере. - Ты пришёл, - лёгкая улыбка заставила Райгара вздрогнуть, ещё никто не улыбался, смотря своей смерти в лицо. - Прошу добей... -Мра-р-разь, - вмиг ощетинился волк, яростно прижимая уши к голове. - Да как ты смеешь, дерзкая человеческая падаль, просить меня!!! - глухой рык вырвался из глотки, но и сейчас пацан не вздрогнул. - Ты меня бесишь!! Не смей смотреть на меня так! Ты должен бояться меня! - Прошу тебя, - тихо, почти теряя сознания, прошептал Дарсия. - Я устал жить... -Устал!? Да что ты знаешь о жизни никчёмный человек, - делая шаг и пригибая голову к земле, почти шипел сквозь зубы волк. - Жалкий щенок, так легко просящий смерти! Бесишь!! Волк в один прыжок оказался перед парнем, яростно сверля его взором жёлтых глаз и рыча, желая напугать и почувствовать страх странного парня. Но тот только спокойно смотрел на него и пытался поднять руку, которую уже не чувствовал, в надежде почувствовать мягкую волчью шерсть. Это взбесило Райгара ещё больше, мощным ударом лапы он откинул парня от дерева, из-за чего тот покатился по земле и ударившись головой распластался на спине. Одна рука подвернулась под спину, та на которой были поломаны пальцы, вторая безвольно свисала с края утёса. Парень тяжело дышал даже не издав ни звука. На белой груди стали проступать три борозды глубоких порезов от звериных когтей, сочась такой манящей кровью. Хочешь сдохнуть?! - приближаясь, зарычал зверь. - Так я тебе устрою, только лёгкой смерти ты не найдёшь щенок. Юноша захрипел и повернул голову на звук шагов, алые глаза были поддёрнуты пеленой боли, а серые губы сжаты в тонкую линию. Ну как, хочешь ещё умирать, - лающе засмеялся волк, склоняясь над левой ногой парня. - А если так? Зверь впился клыками в ногу юнца чуть ниже колена, разрывая нежную кожу и глотая сладко-соленую кровь с горьковатым привкусом трав, с наслаждением слыша стон полный боли, а следующий момент волк резко сжал челюсти дробя кость. - Кха-а-арк,- шипя от боли в ноге и сорванном горле, простонал Дарсия. - Ещё... продолжай, прошу... Ты бесишь меня!!! Волк не верил своим ушам, изумлённо смотря на парня, который вскинул мутный взор в звёздное небо и со свистом дышал сквозь сжатые зубы. Кровь капала из приоткрытой пасти на парня, когда зверь подошёл к нему, ставя одну лапу на оголённую грудь альбиноса. Жёлтые глаза встретились с алыми, волк не выдержал, зарычав и раздирая когтями белую кожу. Мальчишка приоткрыл рот силясь что-то сказать, когда волк склонился над незащищенной глоткой, окрашивая её кровью и горячей слюной. Райгар усмехнулся, думая что мальчишка струсил и сейчас взмолится о сохранении его жалкой жизни, которую конечно же он и не подумает сохранить. - Спасибо... - только и прошептал Дарсия, окончательно теряя сознания, а нюха вздрогнувшего волка коснулся еле заметный аромат свежесрубленного дерева.