Проклятие марионеточника

Дома меня встретила подозрительная тишина. Не было смеха и крика, доносящихся из гостиной или кухни, которые я привыкла слышать каждый день. Ки с Сатоши, конечно, должны были отправить своему редактору факс с новыми главами, но сестра была одета в свой «рабочий костюм», поэтому, скорее всего, они решили прогуляться и отдать лично в руки свои творения. Что ж, хотя бы отдохну. Бросив сумку на пол, не удосужившись отнести в комнату или поставить на тумбочку, я пошла на кухню. Попью водички, а потом в душ. Буду смывать с себя пот и грязь сегодняшнего урока. К моему огромному удивлению за столом сидели Ки и Сатоши и с лицами великомучеников печатали что-то на неизвестно как появившихся в этом доме ноутбуках. Да так тихо, что если бы я не зашла, то долго бы не знала, что они никуда не ушли. На мой приход они не обратили совершенно никакого внимания, зато это сделала женщина-редактор, которую я видела недавно. Она сидела на стуле возле окна и попивала чай из большой сестринской кружки «I’m writer and it’s cool» синего цвета. - О, Юна, а мы не видели как ты зашл… - Сатоши оторвался от экрана и предпринял попытку поздороваться, как внезапно его прервали: - Не отвлекаться! Писать, ленивая задница. Женщина строго посмотрела на понурых писателей и, улыбнувшись, отпила еще немного чая, когда те, как роботы, вновь начали печатать. Только уже с удвоенным энтузиазмом, быстро и, на этот раз, шумно тыкая на клавиши. - Какая у вас тут… атмосфера, - на это редактор лишь хмыкнула. - А нечего им было всякую дурость писать. Отписка, а не новая глава, - она злобно посмотрела на поежившуюся от такого взгляда парочку. - Поэтому пусть сидят и исправляют. - А ноутбуки откуда? - обычно же они пишут на специальных листах, а потом приносят или отправляют по факсу редактору. Поэтому особой необходимости в технике не было, хотя, что-то мне подсказывает, что эти двое только из-за жадности так извращаются, когда нормальные писатели уже давно перешли на сторону прогресса. - Я принесла, - спокойно ответила брюнетка. Но тут же угрожающе добавила, обращаясь к горе-авторам: - Сломаете - продам немцам в рабство. Откроете чудеса актерской жизни немецкого кинематографа. Хе, мне кажется, что они-то особо против не будут. Две пошлости на ножках. Их еще захотят вернуть и заплатят за это, когда те начнут комментировать, о, Великий Будда, процесс и достоинства и недостатки остальных, кхм, актеров. Я так и представляю, как сестра валяется на полу и сквозь смех выдает: «А-ха-ха-ха, черт, как он клево дергается!» Бр-р. Так, я пришла водички попить. Вспомнив свою первоначальную цель, иду к холодильнику, в котором должна была быть бутылочка с простой водой. Холодненькая. - О, Всемогущий редактор-критик, позволь своему презренному рабу задать один вопрос своей не менее презренной рабе-сестре, - наигранно и с молебном жестом спросила сестра. Женщина долго на неё смотрела, будто решая, что на это ответить. - Позволяю. - Юна, ты чего так рано? - Мне плохо стало на уроке, врач сказал идти домой, - искомой бутылки не было, зато стоял неизменный сок. - А что… - Пальцы к клаве, зенки в текст, - коротко и ясно произнесла редактор, как бы намекая, что Ки просила лишь один вопрос, и она его уже задала. Поняв скрытую угрозу, сестра обреченно вздохнула и продолжила писать. Может, тоже в будущем редактором стать? Буду грозой всех писателей. - Вы тогда развлекайтесь, а я наверх, - ставлю на место пачку сока и, оставив стакан на столе - потом помою - иду в долгожданный душ. Теплая вода - панацея для моего уставшего тела. Нет грязи, пота, противных ощущений. Лишь некая свобода и облегчение. Единственная беда - и так бараньи кудряшки закручиваются от влаги еще сильнее. Мамино наследство. Насухо вытираюсь и переодеваюсь в домашнюю одежду, которая неизменно лежит на связанной из прутиков полке. А чтобы мокрые волосы не намочили спину и просто не мешали, завязала их в небольшой пучок. Капать не будет. Иду в свою небольшую комнату, в которой находится пирамидка из трех среднего размера коробок. После переезда мы собирались их выкинуть, но что-то остановило, и теперь у меня есть место, куда можно сложить разное барахло, когда оно начнет появляться. Или же книги. Я уже несколько привезла с собой, и боюсь, что это только начало. Привыкла убивать время именно за чтением. Ведь книга - вещь, которая позволяет воображениям читателя и писателя пересечься и дает возможность погрузиться в новый мир, полный своих личных переживаний и минутами счастья. Хотя, не скажу, что читаю все подряд, захлебываюсь сюжетом, сопереживаю героям. Такое бывает очень редко, к сожалению. Множество современных писателей - кучка не особо талантливых людей, чьи творения не напечатали бы, будь сейчас хотя бы двадцатый век, не говорю уже о девятнадцатом. Они пишут банальные, шаблонные истории, которые отличаются разве что некоторыми моментами, именами героев и набором слов, которыми написан текст. Конечно, есть и немало по-настоящему талантливых писателей, которые не могут не радовать, но очень часто, лично меня, их рассказы не цепляют. Да, прекрасный слог, необычная задумка, но либо скучно, либо прочитал и забыл. Когда попадается такая книга, я чувствую себя плохим человеком: автор старался, автор - гений, а я ставлю его бессонные ночи на полку и иду искать что-то более захватывающее, даже если написано намного проще. Куда легче, когда открыл книгу, а там куча ошибок из-за безалаберного редактора и издательства, напечатавшего этот беспредел, и просто дурость, написанная во время лихорадки. Поэтому у меня есть своя простая схема: открыть, прочитать первые страницы, может, даже главу, а потом уже решать. Если с самого начала не цепляет или плохое оформление, то перехожу к следующей книге. И сейчас я поступлю так же. На дне самой верхней коробки лежат привезенные мною детективы и юмористические, как свидетельствуют обложки, истории. Последнее время, я читаю только эти жанры: юмор поднимает настроение и просто написан, а детектив - сложный жанр, который пишут не абы кто. Запутанная история, где в каждой главе автор удивляет читателя новыми подробностями - что может быть лучше? Да и в таком сложном жанре редко встречается шлак, написанный сломанной рукой на туалетной бумаге в поезде. Хотя, признаюсь, встречала не раз. Достаю книгу, которую я начала читать еще по дороге сюда. «悪の誘惑»* - гласит обложка, с изображенной на ней женщиной с черным капюшоном. Рассказ о скульпторше, которая вернулась домой, почувствовав ностальгию. Но, когда приехала в родной город, то понимает, что всё не так, как прежде. А вот что да как, я пока не знаю, ибо не дошла. *8* Я оторвалась от чтения, когда никакая поза уже не была комфортной: сидя, спина и шея болит, лежа - руки, а из-за попыток стать йогом - еще и ноги. Как-то сама не замечая, плавно перетекла из одного положения в другое и в таком духе оказалась на полу, поместив пятую точку на подушку. Веселое голубое покрывало с улыбающимися снеговиками было смято и представляло собой свесившееся с края печальное зрелище. Дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошла Ки… Кого я обманываю? Бедная деревяшка чуть с петель не слетела, когда сестринская пятка от души долбанула по гладкой поверхности. Сама же Ки влетела до безумия довольная с криками: «Живе-е-е-ем, лю-ю-ю-ди! Мегера с**балась домой!». За ней же вошел Сатоши, бьющий поварешкой по кастрюле на манер барабанов. - По этому поводу объявляю пати на хате! Гуляем, народ. Детское меню: молочный коктейль и пицца, для старенького дяденьки и не менее старенькой тетеньки - пиво, рыба и стащенная же у барашка ранее упомянутая пицца! - Дело говоришь, мой бесталанный друг! - поддержала его сестра. Пора начинать читать уголовный кодекс Японии, может, я смогу их задушить ночью подушкой и не сесть за решетку? - Уйдите, изверги. Я хочу в тишине дочитать детектив Норы Робертс. - А-а, да ладно тебе! Будто она пишет лучше нас, - Сатоши махнул рукой, отмахиваясь от такой, как видно по его лицу, глупости. - Я бы сказала правду, да, боюсь, одну мою часть найдут в черном пакете в озере, другую - на проселочной дороге… - тихо, чтобы, не дай Будда, они не услышали, бормочу. Но, видимо, у парня хороший слух, или я все-таки превысила допустимые децибелы. - Просто ты мою последнюю работу не видела, - самодовольно начал шатен, - она затмит все писюльки, которые ты когда-либо видела! - Кхе, Сатоши, это немного не так звучит… - Которые ты читала! - быстро исправился парень после замечания Ки. - Пошли вниз. Сказав это тоном, не терпящим возражений, он развернулся на одной ноге и, стуча по кастрюле, вышел из комнаты. Задела же на свою голову его гордость. Оставляю книгу на полу и иду вместе с сестрой за «предводителем», который теперь меня просто так не оставит. Когда мы спустились и зашли на кухню, то увидели пафосно сидящего парня, на столе перед которым лежала стопка бумаг-рукописей. - Это то, что не приняла ваш редактор? - получаю утвердительный кивок. - Она же сказала, что это дурость какая-то, или я что-то напутала? - Про последние главы шла речь, а сам текст - шедевр мирового масштаба, который просто обязаны прочесть люди, а после восхититься моим талантом, крутостью, красотой, скромностью! Все девушки после прочтения падут предо мной, будут целовать ноги, а потом я… - Если ты продолжить отходить от темы, я оторву одну волшебную палочку, делающую из тебя мужчину, заправлю чернилами и заставлю использовать вместо ручки, - со слишком доброй улыбкой для таких слов прервала словестный поток сестра, угрожающе разминая руки. - В общем, прошу, - он, поняв намек, указал на свой труд, - жду хвалебных отзывов и оды в мою честь. - А как же конструктивная критика и указание ошибок? - Для моего зашибенного рассказа это не понадобится. - Вот за что я тебя люблю и хочу оторвать голову, так это за скромность и низкую самооценку, - сестра обреченно вздохнула и села на стул рядом с другом. Мне же ничего не оставалось, как взять рукопись и клятвенно пообещать, что на днях прочту. - Нет-нет! Начни сейчас! - Вот прям сейчас? - скосив под попугая, переспрашиваю. Он будет здесь сидеть и ждать, пока я не прочту? - Да. У тебя всё равно нет никаких дел и планов, - убрав светло-каштановую прядку волос за ухо, выдал парень. Хотела я сейчас возмутиться, но вместо этого выдала: - Ты когда уши успел проколоть?! - на открывшемся левом ухе блестели медицинские сережки, которые используются для прокалывания. - Ха-ха, круто, да? - Сатоши повернулся боком, чтобы показать во всей красе три маленькие сережки на хряще и две на мочке, - теперь будет полное сочетание с языком! - Я-языком? - Ну да, я разве не показывал? - писатель показал язык, будто ребенок, посередине которого торчала… торчал… Будда, я не знаю, как это называется! Железяка с шариком! - Что я еще о тебе не знаю? - отойдя от «радостной новости». - Ну-у, я в детстве пускал слюни на мисс «Июль» из местного отделения полиции, а еще… - Это был риторический вопрос, - резко поворачиваюсь к сестре, - ты же не уподобилась ему? - Пф, нет, конечно, - фух, слава Будде, - я проколола лишь пупок. - Что?! - хватаюсь за сердце и облокачиваюсь на стену, ибо ноги начинают отказываться держать мой вес. - Да пошутила я. - Ты не переводи тему, - встрял парень, не обращая внимания на мой шок, - читай. Всё равно дел никаких нет. Делаю глубокий вдох и теперь уже возмущаюсь по другой причине. Да откуда он может знать? Вдруг я, не знаю, погулять собралась? Или… Бросаю взгляд на часы: - Есть у меня планы, мне надо бежать на тренировку. Оставив сестру и Сатоши с удивленными лицами сидеть на кухне, несусь наверх, чтобы кинуть текст на стол и быстро переодеться в футболку и спортивные бриджи, которые планировались стать домашними штанами. Если потороплюсь, то успею добраться до моста и сбежать от рабства, на которое обрекает меня один небезызвестный писатель. Громко топая, просто сбегаю вниз, наплевав на то, что волосы не расчесанные, и кричу немного ошалевшей парочке: - Буду часов в восемь-девять, - собираюсь захлопнуть за собой дверь, но останавливаюсь и добавляю, - вечера! *«悪の誘惑» - надеюсь, что не ступила и перевела правильно. Если по-русски, то это книга Норы Робертс "Искушение злом". Так как Юна живет в Японии, то я посчитала неуместным писать название книги на другом языке, тем более что я использовала фразу " «悪の誘惑»* - гласит обложка". Ведь не будет же на английском или русском написано название, верно?