Проклятие марионеточника

Конец трапезы прошел спокойно, поэтому вскоре мы взяли сумки и пошли в школу. Приятная свежесть после дождя чувствовалась всем телом. Лужи раскинулись по дороге, будто мины на поле боя, обманывая своей безобидностью: кажется неглубокой, а наступишь - и по щиколотку промокнешь. Сломанные сильным ветром ветки валялись на сочной зеленой траве, покрытой маленькими бусинками-каплями, блестящими в лучах солнца. Несколько деревьев угрожающе наклонены, как воины, пережившие могучий удар противника. По мокрой коре прыгали редкие птички, задевая маленькие листочки, стряхивая вниз капли дождя. Хоть на каждом шагу и встречаются различные подтверждения вчерашнего ливня, всё равно тяжело поверить, что совсем недавно природа так сильно бушевала. Мы молча дошли до перекрестка, где в центре пересечения дорог встретили Гокудеру с Тсуной и еще одну неизвестную мне девушку. Она была примерно одного роста с Савадой, с темно-каштановыми волосами, собранными в короткий хвостик. Можно было подумать, что это подруга ребят с другой или нашей параллели, но форма принадлежала чужой школе. - Йо, ребята! – Ямамото незамедлительно поприветствовал друзей, ослепляя своей улыбкой. - Тч, и тебе не хворать, бейсбольный придурок, - поспешил сказать «доброе» слово Гокудера. За несколько дней я уже и отвыкла от их странной дружбы. - Доброе утро, Ямамото, Юна-чан… о, ты разве не в другой стороне живешь? - милое приветствие сменилось удивленным тоном Тсунаеши. После его слов уже все странно посмотрели на нас. - А-хах, она у меня ночевала, - без всякой задней мысли ответил парень. Ой, дура-а-ак. - Хахи! - Хии?! - прокричали одновременно Савада и незнакомка. Чем-то их странные возгласы похожи. Может, она его младшая сестра, которую прятали прошлый раз? Хотя, вроде бы не похожи. - А-а, нет, вы не так поняли! - выкручиваемся из неловкой ситуации, - из-за ливня я не могла вернуться домой, поэтому Ямамото с отцом любезно приютили меня на ночь. - Ну да, ну да, - голос Гокудеры так и сочился ядом и ехидством, а в глазах плясали духи недоверия. Я же правду сказала, почему не верит? - Фух, - спокойно принял моё оправдание Джюдайме, - ливень и правда был сильный, по нему опасно было ходить. - Да-да, - поддержала девушка, - Хару сама пряталась у подруги: задержалась после школы. - Кстати, Юна, знакомься, это – Миура Хару. Хару, это Кацураги Юна, - наконец представил наc друг другу Тсуна. - Приятно познакомиться, - короткий поклон в знак вежливости: привычка. С новой знакомой мы дальше не пошли, так как она повернула в другую сторону, убегая в свою школу. Мы же, слегка ускорив шаг, направились в среднюю Намимори. Поток учеников медленно заползал, если можно так описать происходящее действие, в школу. Кто-то шел с друзьями, кто-то один, встречая знакомых по пути, а кто-то был в гордом одиночестве до самого конца. Переобувшись в сменку, идем в класс на первое занятие - биологию. Толстенький, но добрый учитель начал урок через пару минут после звонка. - Проверим, кто сегодня отсутствует, - он взял в руки журнал и начал называть фамилии, - Акихиса Морико. - Здесь! - рука одноклассницы сразу же поднялась, подтверждая своё присутствие, или чтобы учитель, обладающий плохим зрением, её увидел. Пока я дожидалась своей очереди, вяло рисовала карандашом какой-то незамысловатый узор на уголке тетради. Изогнутые линии постепенно превращались в изгибы невиданной доселе, но простой фигуры, смутно напоминающей амебу-дракона. Несколько штрихов - и изображение получило тени, становясь более объемным, чем раньше. - Кацураги Юна, - настала моя очередь. - Здесь, - помахала рукой, держащей карандаш. Теперь можно спокойно маяться дурью. У плода моего воображения появились ромбики и треугольники по краям. От позы и отсутствия какой-либо полезной деятельности, чувствуется некая вялость, неожиданно появившаяся. - Сасагава Кёко, - ответа не последовало, - Сасагава Кёко! - громче повторил учитель, но в ответ также была тишина. Класс немного оживился, поглядывая на пустую парту и перешептываясь. Странно, может, попала под дождь и заболела? Отметив отсутствующую, биолог продолжил перекличку. Когда прозвучала последняя фамилия, учитель отложил журнал и, взяв в руки мел, начал вещать: - Сегодняшняя тема урока: «Уровни организации жизни на Земле», - произнося слова, он их записывал, поэтому говорил мужчина достаточно медленно, растягивая звуки. Тема эта не новая, в этом году мы всё повторяем, готовясь к выпускным экзаменам. Скоро нам дадут бумажки, где будем писать планы на будущее и университеты, в которые хотим поступить. Хах, а я еще не решила, чем хочу заниматься в будущем: не умею ничего, разве что книжки читать, но не знаю я ни одной профессии, связанной с таким «талантом». Может, на переводчика? Английский же хорошо идет, только над произношением поработать надо. Единственное, что останавливает - не хочу заниматься этим всю жизнь. Когда мы закончили заполнять таблицу, прозвенел звонок на перемену. Ух, следующая литература. На этом уроке нужно лишь следить за текстом, чтобы не облажатся, когда внезапно скажут читать вслух отрывок. Только вначале урока в класс зашел наш классный руководитель. Он извинился за то, что отвлекает от занятия, хотя нам только в радость, и спросил: - Никто не знает, что случилось с Сасагавой Кёко? Ответ могла бы дать Хана, но она убежала сразу же после биологии, не предупредив никого из учителей и друзей. Поэтому мы дружно помотали головами. - Её брат тоже не пришел, - как-то устало и одновременно взволнованно добавил мужчина, - так, кто может наведаться к ним? Никто дома на телефон не отвечает, надо проверить. Подозрительно всё это. И Рёхей, и Кёко не пришли в школу, так теперь еще Хана убежала, а у Сасагавы дома никто трубку не берет. Побег? Глупо, от чего или кого им убегать? Массовая эпидемия? Уже более правдоподобно. Сегодня кто-нибудь проведает их, а завтра узнаем правду. Но только никто не желал вызваться для исполнения этой нехитрой миссии. Тсуна нервно оглядывал класс, то и дело приподнимая руку, но сразу же опуская, будто невиданная сила прижимала её к парте. На лице парня отражалась гамма чувств: неуверенность, сменяющаяся решительностью, страх в глазах менял их карамельный цвет на более темный - но одноклассник не был похож на нервного животного, скорее на воина, решающегося на рискованный шаг. Хочет вызваться? Но что его останавливает? Робость или что-то другое? - Ребята, неужто вы все так заняты? – разочарованно то ли класс, то ли самого себя спросил учитель, обводя всех взглядом. На его слова все сильнее прижались к партам, опустив голову. А казалось, что одноклассники такие дружные. Может, самой рискнуть? Кёко протянула мне руку помощи тогда, на домоводстве. Для кого-то это мелочь, а мне было очень приятно, что кто-то с улыбкой помог мне не спалить всю школу. Бабушка говорила, что если человек делает шаг вперед к тебе, ты непременно должен сделать ответный, и тогда поймешь, желает он тебе добра, хочет быть другом или же сделал это чисто ради приличия или из-за корыстных целей. А если будешь стоять на месте, то можешь потерять одну из самых ценных вещей в жизни. Несмело и в то же время уверенно поднимаю руку, которая выделялась как тонкое дерево среди булыжников. Я не хочу стоять на месте, хочу рискнуть. - О, Юна, ты пойдешь? - двадцать пар глаз в мгновение ока устремились на меня: недоверие, интерес, любопытство, надежда - различные эмоции отражались во взглядах одноклассников. Я киваю, подтверждая догадку учителя, и слышу приглушенный выдох где-то за спиной. - Тогда оставляю эту миссию на тебя. Не буду больше отрывать от урока, - с этими словами он вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. - Итак, лентяи, перерыв окончен, начнем заниматься, - сразу же оживился учитель литературы, - все же прочитали… Ямамото полностью запомнил мой краткий пересказ и прекрасно выкручивался, когда преподаватель задавал вопросы, требующие обязательного прочтения. Гордость берет, будто за своего ученика рада. М, может в учителя податься? «Юна-сенсей» звучит даже более гордо, чем «графиня». Но нет, маленьких засра… детишек, а тем более старшеклассников, я не вынесу: нервный срыв или колонка в газете «Учительница убила табуреткой учеников». Пока длилось скучное обсуждение, по какой причине автор описывал серые облака так подробно и какой тайный смысл несет это описание, я строчила коротенькую записочку и незамедлительно положила её на парту Тсуне, когда учитель уткнулся в книгу, чтобы сверить сказанное учеником и написанное. "Пойдешь со мной к Кёко? Я не знаю, где она живет /(Т_Т)\" Особо меня не беспокоило мое незнание: я могла бы спросить адрес у учителя, но парень ведь хотел вызваться, только сомнение или что-то другое его постоянно останавливало. Моя же записка вернулась ко мне. С обратной стороны было короткое: «Хорошо». Тсуна внимательно смотрел на учителя, всеми силами делая вид, что никаких записок он не передавал и не получал, но счастливая улыбка открывала его мысли, во всяком случае, для меня. Этот и последующие уроки закончились спокойно, без происшествий. Когда прозвенел последний звонок, весь класс несокрушимой волной спустился вниз, к шкафчикам. Быстро переобувшись, я выбежала к воротам школы, где мы договорились встретиться с Тсуной, когда была перемена. Наш разговор услышали Гокудера и Ямамото, поэтому теперь уже веселым квартетом пойдем к Сасагаве. Солнышко продолжало ярко светить, припекая голову и старательно высушивая землю после проливного дождя. Парни подошли минут через десять, могу ошибаться. Крики Гокудеры были такими громкими, что их приближение невозможно не услышать. - Ты дурак! Бейсбольный дурак! Да я… да ты! – голос одноклассника стал еще громче, когда ребята подошли ко мне. Хех, теперь уже «дурак», а не «придурок». Кажись, что-то серьезное произошло, но уж слишком довольный Ямамото и спокойный Тсуна не подтверждали эту теорию. - Прости, немного задержались, - сразу начал извиняться Савада, - ребята не поделили одну вещь… - Запомни! Я правая рука Джюдайме, а ты средний палец левой ноги! - не останавливался Гокудера. Теперь всё понятно. Старая шарманка. - Хе, пойдемте уж, - Тсуна взял за локоть парней и повел в сторону дома Сасагавы, - не будем медлить. Ха-ха. Приятно видеть хороших друзей: на душе как-то теплее и радостнее становится. И пусть Гокудера перечисляет всевозможные способы убийства, чаще повторяя варианты с динамитом, а Ямамото только раззадоривает его, но их крепкую дружбу невозможно не заметить. Тсуна же среди них как некий заземлитель легкого гнева, успокаивающий ссоры, превращая их в незначительные подколки, без которых мужская дружба теряет свою прелесть. А может, Савада - это небо, объединяющее их вместе?