Sorcery.

POV Мия Я не понимала много вещей в этой жизни. Я никогда не понимала, почему именно моя мать стала жертвой пьяного водителя на дороге. Отец говорит, она делала всё возможное, чтобы быть хорошей женой и матерью и я, конечно, верила ему, вот только это было несправедливо - что такое несчастье случилось именно с ней. Она не заслужила этого. Я никогда не понимала, почему моё сердце, честно говоря, заебалось быть сердцем. Отец часто расстраивался из-за этого, но каждый раз я успокаивала его и говорила, что это не он виноват в том, что я родилась такой. Да, люди рождались с болезнями и это нормально, и мне выпала судьба быть именно такой. Я никогда не понимала, почему мы с отцом никогда не навещаем других членов семьи, например по праздникам. Чтобы доказать свою точку зрения, наш День Благодарения в прошлом году прошел на диване с заказной пиццей и телевизором. Каждый раз, когда я спрашивала его об этом, он отвечал, что его семья не в лучших обстоятельствах и связаться с ними возможности не было. Я никогда не понимала многих вещей в своей жизни, но это не значило, что мне не нравилось жить. Наоборот: я старалась наслаждаться жизнью как можно больше, но не сейчас. Не тогда, когда папа сказал, что мы уезжаем в Вашингтон, к черту на рога, как он объяснил "расслабиться и дать шанс моему организму поправиться, чтобы моему сердцу не стало хуже". В принципе он был прав, но мне не хотелось никуда уезжать. Отец тщательно присматривал за мной столько, сколько я себя помню. Он проверял есть ли еда в доме, выпила ли я таблетки, хорошо ли я сплю и так далее. Иногда это действовало на нервы, но это ведь забота, верно? — Нам обязательно ехать туда? — снова спросила я, раз, наверное, тридцатый за этот день. — Да, Мия, обязательно. Ты же знаешь, что для твоего здоровья это будет хорошо. Может быть твой организм станет сильнее. — Я чувствую себя прекрасно и с моим здоровьем все в порядке. Нам не нужно ехать в Вашингтон только из-за моего сердца, — я знала, что у нас не так много денег, чтобы позволять себе такие путешествия, потому что довольно большая часть бюджета уходила на мои таблетки. Я смотрела в окно, наблюдала за деревьями, облаками и серым асфальтом, потому что ничего другого делать было нечего. Я старалась смотреть на вещи с хорошей стороны, но пока что плюсов в этой поездке не появилось. Я крутила небольшой медальон на своей шее. Его мне подарил папа, когда я была маленькая. Он даже рассказал историю этого кулона. По его словам, эту вещь оставила мне мама очень давно. Светящееся зеленое сердечко, которое символизировало её любовь ко мне и к папе, не смотря на то, что она ушла. Ушла, в смысле умерла и я никогда не позволяла себе снять его с того самого дня, как надела. Может быть этот переезд на неопределенное время - как шанс начать новую жизнь, что-то изменить и, в конце концов, повзрослеть? Мне было уже девятнадцать лет и я не нуждалась в пристальном присмотре двадцать четыре часа в сутки. Моё детство было очень одиноком и закрытым. Училась я на домашнем обучении и поэтому у меня не было друзей. Я не жаловалась на это, потому что знала, что папа старается изо всех сил, но в какие-то дни я очень жалела, что не являюсь нормальной девушкой. Я бы хотела не иметь проблем с сердцем, хотела бы, чтобы оба родителя были рядом, хотела бы иметь друзей, влюбляться в парней и гулять целыми днями. Но я не была обычной девушкой. Я была Мией Лэйн и вот такая судьба выпала на мои плечи. — Твое здоровье не в порядке, Мия. Я думаю, что жить какое-то время там пойдет тебе на пользу, — отец вздохнул. — Я чувствую себя прекрасно. Я пью эти таблетки и не занимаюсь ничем утомительным уже целую вечность. Почему мы просто не можем остаться в Санте-Фе?* — спросила я, скрестив руки на груди. Папа всегда говорил, что я унаследовала от мамы свое упрямство. — Почему мы просто не можем поехать в Вашингтон? — спросил он, улыбаясь во всё лицо от того, что использовал мой аргумент против меня же. Он знал, что я ненавидела, когда он отвечает вопросом на вопрос, но все равно не переставал так делать, — Давай, девочка, эта может быть приятная смена обстановки. — Всё, что там есть - это деревья и вода. Очень много деревьев и воды, — папа повернулся, улыбаясь во все лицо. — Тогда ты сможешь фотографировать эти деревья и воду целыми днями. Я купил тебе фотоаппарат с большой картой памятью. Я подняла брови от удивления. Меня всегда можно было подкупить, и с одной стороны это плохо, но ведь природа, когда у тебя есть хорошая камера, становится интереснее? — Вы, мистер Лэйн, знаете что делаете, — наигранным серьезным тоном сказала я, — Но я думаю, мне нужно немного больше, чтобы согласиться с этим условием. Папа задумался на несколько секунд, поправляя одной рукой воротник своей рубашки. — Мы можем сделать твой любимый ужин сегодня вечером. Я улыбнулась и протянула ему руку, чтобы пожать её. — Интернет.

***

Вашингтон был таким, как я и ожидала. Мы жили далеко от центра города, поэтому вокруг было много природы. Очень много природы. Мы с папой приехали в город уже к вечеру. Я видела за окном несколько небольших закусочных, больницу, где собирался работать мой отец, и множество похожих между собой домиков. Тот район, где мы поселились, был очень маленьким. Достаточно проехать по главной улице и ты увидишь все общественные постройки и заведения. Тут не было таких популярных кафе, как Старбакс или МакДональдс, но все необходимое продавали в маленьких магазинчиках. — Разве он не прекрасен? — папа спросил, когда мы подъехали к небольшому домику, который не особо отличался от остальных. — Да, он хорош, — я согласилась с ним, не желая портить настроение. Не теряя времени, он припарковал машину во дворе на газоне и вышел из неё. — Давай, деточка, исследуем наш новый дом! В этом домике было определенно очень уютно. На первом этаже был камин в гостинной и небольшая, но удобная кухня, а так же одна спальная комната, в которой будет жить папа. Моя же комната была на втором этаже, там же были две ванные комнаты. Я просто благодарила Бога за то, что мне не придется делить свою ванную ни с кем. Это действительно потрясающе - иметь свой туалет и свою ванную, где ты можешь делать всё, что угодно и класть свои вещи куда хочешь. Когда я вошла в свою комнату, то невольно ахнула. Сама комната не была большой, но имела большие окна и дверь, через которую выходишь на маленькую террасу. Я могла видеть очень красивый лес и горы вдалеке, когда вышла на улицу. Хотя сейчас и было темно, но всё видно было довольно хорошо из-за яркой луны, которая была не очень высоко в небе. Интересно, какая же красота меня ждет тут утром? Это определенно было лучшее место для фотографирования. Я смотрела в глубину темного леса и думала о том, что может произойти со мной здесь, в новом городе, в новом доме. Здесь всё очень отличается от шумного Санта-Фе. Когда я смотрела в небо, то не могла скрыть улыбку, потому что на небе не было ни одного облака и поэтому все звезды были видны. Можно было даже найти самые простые созвездия (простые только потому, что я не знаю больше двух-трех). Мои пальцы держали зеленый медальон в виде сердца снова. Его свечение было сейчас особенно сильным, что даже, сжав его в кулаке, были видны зеленые лучи. — Похоже это наш новый дом, мама, — я говорила тихо, зная, что человек, с которым я хотела поговорить, не может услышать меня. Однако, глубоко внутри, я чувствовала, что она сделала звезду, которая сияла надо мною немного ярче. Или мне просто хочется верить в это?