Ошибка природы

– Твою мать, Илисса, возьми трубку, – розововолосая девушка стучала ногтями по деревянному столу, пытаясь дозвониться до старой подруги. – Абонент не отвечает, оставьте свое сообщение после гудка, – посредственно раздалось в телефоне. – Лис, это Василиса, срочно перезвони мне, срочно! У нас тут необычная «новенькая» появилась. Я ни черта не понимаю в твоих бумагах, ей нужна помощь, – начала нервничать Василиса. – Не волнуйся, Сатина, рано или поздно, она ответит. – Моя мать должна вынести мне приговор через 15 минут, – сказала сидящая рядом девушка, смотря на часы. – По законам, твой суд отменят, преступления совершенные зверолюдьми в период превращения не наказуемы, – произнес стоящий у двери Сейхо. – Так-то оно так, но ведь твоя подруга не зверочеловек. Во-первых, она гуль. Во-вторых, взгляни внимательно на ее руки, это корни, корни, а не чешуя или шерсть. Ее судьба сейчас в руках леди Лисы и ее матери королевы Линнет. Леди Лиса уже более четырех лет живет в Японии, и как ты заметил, не отвечает на сотовый. А наша многоуважаемая королева ненавидит зверолюдей всем сердцем. Так что шансы у девочки не велики, - зверочеловек с печалью посмотрела на девушку. – Придется тебе, все-таки понести наказание. – Нет, нет, я читал, я знаю, чем это может закончиться, – только японец стал говорить, как четкий и уверенный голос Сатины прервал его. – Не надо. Я приму наказание. В конце концов, я заслужила это. Справлюсь как-нибудь, - Сатина встала со стула и направилась к двери. Подойдя вплотную к Сейхо, она подняла на него свои темные глаза и тихо произнесла. – Об одном прошу, не смотри на меня. Я не хочу, что бы ты видел, как моя мать выкалывает мне глаз. – Но, – хотел, было, парень что-то возразить, но увидев печальные глаза подруги, смиренно согласился с ней. – Ладно, я останусь здесь. Буду ждать, пока все закончится. – Мы можем идти? – спросила цыганка у Василисы. – Да, конечно, – ответила та. По обычаю, виновный обязан был предстать перед судом в чистой, белой легкой одежде. Босиком, без шапки, шарфа или перчаток. Вне зависимости от погодных условий, он обязан сам дойти до места проведения суда, выслушать приговор и помолиться. Палач так же обязан надеть белую легкую одежду, но ему разрешается обуться. Для чего это необходимо? Еще Илира поняла, что запугиванием власть не удержишь, но быть честной и справедливой тоже не вариант. У женщин ее рода была особая предрасположенность к власти. Они умели делать красиво даже самые ужасные вещи. Красивая казнь, это как картина сумасшедшего художника. Многие из них сходили с ума, но, несмотря на это, мы восхищаемся их картинами, они вызывают в нас неописуемые эмоции. Люди, зверолюди, гули, все они по сущности своей равны. Всех их привлекает насилие, кого-то больше, кого-то меньше. Кто-то это скрывает, кто-то показывает. Поэтому люди сверху и сделали казни публичными, чтобы народ мог удовлетворить свою жажду насилия. – Ты хочешь посмотреть на это? – сказала неожиданно появившаяся в домике Шахра. – Я могу открыть нам чердак, оттуда замечательный вид на площадь. – Ш-Шахра? – испуганно произнес парень. – Нет, я обещал ей, что не буду смотреть. – Какой ты верный, Сейхо, – девушка стала ходить вокруг японца и следить за его реакцией. – Наша мать всегда тебя недолюбливала, как и наши с Сатиной сестры. О брате я вообще молчу. Ты же знаешь, из-за чего Сати ему глаз продырявила? – Шахра, не нужно проверять меня на прочность, я прекрасно знаю тебя и твой характер. И я догадывался, что ты подслушивала за нами, – Сейхо поднял голову и сложил руки на груди. – Так зачем же ты пришла? – Все забываю, Сейхо, что ты не северянин. И что ты поумнее моей семейки будешь, – Шахра остановилась и подняла на парня свой высокомерный взгляд. В тихом омуте черти водятся. Эта поговорка как ничто лучше могла описать сложную натуру Шахры. Это была очень тихая, неприметная девушка. Природа наградила ее небольшим ростом и достаточно «серой» внешностью. С детства цыганка поняла, что в разы умнее всех членов своей семьи. Она никогда не хвасталась этим напрямую. В глубине души девушка, видимо, страдала от сильно заниженной самооценки. Потому ей и нравилось наблюдать за людьми менее одаренными, в отличие от неё, интеллектом. И жила бы себе Шахра так дальше, да вот только сестра ее младшая росла ничуть не хуже ее. Мало того, что маленькая Сатина была умным и талантливым ребенком, так еще и красавицей росла! Никто в мире не ненавидел Сатину сильнее, чем ее сестра. И в данный момент больше всего на свете ей хотелось быть на месте их матери и лично вонзить нож этой стерве в глаз. – Ты же понял, к чему вся эта показуха? – почти шепотом сказала она. – Публичные наказания нужны, чтобы в народе бунтов не возникало, – Сейхо по-змеиному улыбнулся. – А ведь Василиса могла показать всем ее руки и толпа бы согласилась с тем, что Сатина зверочеловек, – Шахра поняла, что парень прекрасно знал «истинную» причину такого решения заведующей по судебным исполнениям, но говорить этого не собирался. – Ступай, Шахра. Ты ведь не хочешь пропустить такое зрелище, - все так же ехидно произнес Сейхо. В глазах девушки читалась злость и обида. Вся в гневе, она быстрым темпом направилась к двери и покинула дом, направившись к месту казни. Холодное декабрьское утро. Солнце еще даже не собиралось вставать. Площадь освещали расположенные по периметру фонари с исключительно «белым» освещением. Сильный холодный ветер развевал в воздухе длинные черные волосы прекрасной цыганки. А также ее белое бесформенное платье. Ее кисти и ступни окоченели. Холод пробирал ее тело до костей. Но она продолжала стоять, не шелохнувшись, и только шепотом повторяла молитву. – Дух крови, дух единства, мы все несем в себе твою частицу, но ты покинул мое тело в этот час. Так будь со мной рядом, – обращалась Сатина к северному божеству. Через толпу на сцену поднялась ее мать. В таком же белом одеянии, что и Сатина, она встала перед дочерью и опустошенно посмотрела на нее. – Ты должна это сделать, мама, - девушка уверенно посмотрела на женщину. Людей вокруг было много. Такое странное преступление, да и преступнице всего шестнадцать лет. Но на лицах северян не было ни восторга, ни предвкушения. Люди ждали чего-то нехорошего, будто чувствуя в воздухе опасность. Все замерли в ожидании, на сцену вышла прекрасная Василиса. – Итак, мы собрались сегодня в этот час, что бы вершить судьбу этой девушки! – девушка-змей показала рукой на цыганку. – Вчера ей было совершенно страшное деяние. Она нанесла увечья своему младшему брату. И по законам Севера, примет наказание из рук собственной матери. Какой же приговор, вы подписали своей дочери? – Кровь за кровь. Зуб за зуб. Не бери больше, чем забрали. Не отдавай больше, чем отнял. Глаз за глаз, – словно скороговорку повторила мать. Что творилось внутри у этой женщины? Понимала ли она, что происходит? Скорее всего, нет. Ее разум предпочел отключиться и отгородить, тем самым, свою хозяйку от негативного влияния. Но привести приговор в действие ей все же пришлось. И вот, холодный острый нож, с рукояткой из чистого хрусталя был отдан женщине в руки. Сатина встала на колени, в последний раз обратилась к духам и, скрепя сердце, взглянула в лицо матери. Один вздох и тишина. Ужасная, съедающая душу, тишина. Боль, острая режущая боль в глазу. Рефлекторно Сатина потянулась правой рукой к источнику боли. И тут тишину нарушил пронзительный крик. На месте, где еще несколько секунд назад находился глаз девушки, уже прорастали непонятного вида стебли. Они извивались и цеплялись к пальцам. Но кричала не она. Нет, нарушила покой ее мать, до которой, наконец, дошло все происходящее. Кровь стала останавливаться. Количество стеблей росло, они быстро формировали собой подобие сетки. И вдруг прямо в центре этой сетки завязался и быстро раскрылся бутон красного, похожего на гвоздику цветка. В толпе послышались удивлённые возгласы. Даже для севера, населенного гулями и зверолюдьми, такое было в новинку. А Север не любил ничего нового… – Что она такое? – спросил кто-то из толпы. – Без паники господа, – приказала Василиса, делая вид, что сама видит такое впервые. – Я не знаю, кем является наша подсудимая. Потому нам необходимо немедленно обратиться к королеве. – А вдруг это заразно? – послышался звонкий женский голос. Хоть и не было видно, Сати сразу узнала в нем голос сестры. – Да, а если? – поддержал кто-то. – Оставить ее здесь, пока королева не приедет? Так нельзя, ее необходимо увезти с Севера! Нам нужна принцесса Илисса, а ее уже пять лет как изгнали из королевства. – Да! – народ поддержал идею. – Хм, что ж, согласна. Север запрещено покидать любому живущему на ее территории существу. Но в случае, если это существо угрожает порядку в королевстве, и было выявлено публично, разрешается изгнать это существо из Севера без соответствующего указа королевы, – громко произнесла Василиса. – Так что, я – доверенное самой королевой лицо, при свидетелях изгоняю тебя - Сатину из рода Вольных с территорий Севера. Ты обязана покинуть его в течение 48 часов, в противном случае, суд разрешает мне лично уничтожить тебя. «Ты просто хотела выгнать меня из Севера, без разрешения королевы?» – возмущенно пронеслось в голове Сати. Она уже давно поняла, что на Севере ей больше не жить. Но что переезжать придется так быстро, она не ожидала. И куда же ей теперь идти? Что делать? А люди продолжали смотреть. Тут в толпе показался странный парень. Выглядел он вроде бы обычно. Но глаза его предательски светились ярко-желтым светом, выдавая в нем зверочеловечью натуру. Стоя позади толпы, он позвал Сатину за собой и направился куда-то прямо. Девушка спустилась со сцены. Кровь больше не шла, но боль и шок все еще не давали ей привести сердце в покое. Люди смотрели ей вслед. Но это были не осуждающие взгляды. Нет, люди просто удивились. Хотя, все знали, что об этом забудут в ближайшие три дня. Равнодушный Север. Парень привел Сатину в большое бетонное здание, коих в ее деревне немного. – Болит глаз? – спросил парень, наконец остановившийся у двери в какую-то комнату. Сатина не ответила. – Не обижайся ты так, поверь мне, это все к лучшему, – он открыл дверь ключом и пропустил вперед цыганку. – Я не обижаюсь, но могли бы, и предупредить, – Сати прошла в большую деловую комнату и посмотрела на своего спутника. – Куда мне теперь? – К леди Лисе, куда же еще, теперь ты можешь покинуть Север, – ответил он. Затем зверочеловек налил Сатине горячей воды в кружку, решив, что только ее она сейчас и воспринимает в качестве пищи, растение как-никак. Он попросил девушку посидеть в комнате до возвращения Василисы, которая должна решить, что делать дальше. Сам же парень покинул здание, сказав, что после последних событий у зверолюдей появятся проблемы с королевой и ему необходимо уехать в королевскую резиденцию. Сатина сидела на диване уже минут пятнадцать. Ее голова была занята мыслями обо всем происходящем. Казалось, она настолько погрузилась в себя, что потеряла связь с реальностью. Больше всего ее волновало, как она одна доберётся до Японии, ведь за пределы Севера она никогда не выходила. От раздумий ее отвлек легкий стук в дверь. – Сати, я вхожу, – тихим, но твердым голосом сказала Шахра, открывая дверь. – Ты ведь не хочешь возвращаться домой, я решила принести тебе твои вещи сюда. – Спасибо, Шахра, я правда не хотела видеться с остальными, – Сатина легко улыбнулась сестре. Знала ли она, какая на самом деле Шахра? Конечно, знала, столько лет вместе живут. Пускай Сатина не была так умна и хитра, как ее сестра, но и она была не дурочкой. Другие просто не замечали Шахру в принципе, потому она и казалась им просто тихой, неприметной девушкой. – О, Шахра, ты уже здесь! – звонко произнесла зашедшая через пару минут после девушки Василиса. – Можешь остаться с нами, я не против. И, не знаю, рада ты этому или нет, Сати, но твой друг тоже пришел со мной. Сейхо вышел из-за угла и помахал подруге рукой. Сатина на это лишь "закатила глаза". А вот лицо Шахры исказилось в зловещей гримасе. Ей совсем не хотелось видеть его рядом со своей сестрой. – В общем, слушай внимательно, – розововолосая женщина села на кресло рядом с девушками и стала излагать план действий. – Тебе необходимо добраться до Японии, сделать это будет непросто. Ты должна будешь пересечь лес, где живут зверолюди, но это далеко не самая сложная часть твоего путешествия. Я предупредила тамошних обитателей о тебе, они не тронут тебя. А вот дальнейшая твоя дорога будет куда интересней. За пределами леса еще не начинается цивилизация, там нет больших городов или железной дороги, и я не знаю точно, куда тебе идти. Поэтому будешь справляться со всем сама. Как доплыть до Японии я тоже не знаю, придется тебе, наверное в Россию заезжать. Но учти, крупных городов тебе лучше избегать, поймут, что ты не человек, в лучшем случае, убьют, в худшем сдадут на опыты. И еще, язык, мы говорим на русском, но в Японии-то нет. – Госпожа Василиса, – обратился к девушке Сейхо. – А могу ли я пойти с Сатиной вместе? – Ч-что? – хором произнесли все три девушки. – Ну а что? Я японец, я жил там до девяти лет, помню дорогу дотуда и знаю язык, – уверенно произнес он. – Исключено, тебя с Севера никто не отпускал, – неожиданно истерично произнесла Шахра. – Хм, а почему бы и нет? – на удивление всем сказала Василиса, хмуря брови. – Сейхо, ты уж прости, но вас с матерью все-равно недолюбливают здесь, никто не будет против, если ты вернёшься на родину. Вот только твои родители… – Я разберусь с этим, – перебив Василису, сказал парень. – Ты правда хочешь пойти со мной? – спросила Сати. – Конечно! К тому же, в твоем состоянии, тебе нужна помощь. Мало ли, что случится, – ответил Сейхо. – Решено, вы пойдете вдвоем, завтра, на рассвете. Я снабжу вас всем необходимым, – подвела итоги зверочеловек. – И пусть духи будут с вами! Некоторое время спустя – Вы уверенны, что хотите поступить на службу к королеве? Это же ваша сестра покинула Север недавно? – спросил мужчина в сером костюме. – Вам придется охотится на таких же, как она. – Да, я уверена. Я не питаю ни грамма жалости к своей сестре и таким, как она. Я считаю, зверолюдей самой большой ошибкой природы. И их существование недопустимо в нашем обществе, – жестко произнесла, сидевшая напротив Шахра. – Жестокая? Отлично, королеве нравятся такие! – громко произнес мужчина. – Добро пожаловать на службу.