Ошибка природы

— Проходите за стол в углу кабинета, — Лис лихорадочно бегала по собственной лаборатории, пытаясь сообразить, что же ей нужно сделать в первую очередь. Подростки послушно прошли к самому крайнему столу в просторной комнате с кучей оборудования, попутно разувшись у порога. В ответ на последнее Лис слегка ухмыльнулась. Ведь парень с девушкой догадались снять с себя обувь без ее замечания. — Наверное, стоит сначала представиться, — наконец определившись с планом действий, сказала Илсе, присаживаясь в свое рабочее кресло, и указывая подросткам на два стула напротив нее. — Илисса фон Визе — врач и ученый в области изучения различных форм жизни на Земле. Но вы, разумеется, знаете меня как Варвару Белый Тигр — бывшую наследную принцессу Севера. — Сейхо Окада, — кивнул в знак приветствия женщине парень. — Вы, должно быть, хорошо знакомы с моим отцом — генералом армии. — Да, да, помню, — нахмурила брови Лис. — Твой отец шестнадцать лет назад привез на территорию Севера японку. Это было весьма шумное событие в свое время. А наша восточная леди? — Сатина, — немного нехотя буркнула девушка. — Из рода Вольных. Цыгане. — А, знаю! — улыбнулась Лис, пытаясь расслабить девушку. — У вас, кажется, многодетная семья. — Да, у меня семь старших сестер и младший брат, — ответила ей Сатина. — Тяжело, наверное, в такой большой семье быть младшей дочерью, — все так же мило улыбаясь, поддерживала беседу Лис, но тут она вспомнила один очень важный факт про семью своей новой знакомой. — Стоп. Насколько я помню, у вас многодетная семья гулей. — Верно, — Сатина посмотрела на лицо Лис ожидая увидеть там удивление. — Но вы не выглядите шокированной. Разве зверогули — это нормально? — Может, еще пару месяцев назад я бы удивилась, — кивнула в знак понимания Лис. — Но сейчас… Ты не первая. Уже нет. Но твое состояние уникально. Я никогда не встречала зверочеловека с преобладающим типом растения. Такое только в сказках бывает. — В сказках? — встрял в беседу Сейхо. — Да, — Лис вспомнилось, как совсем недавно она уже рассказывала эту самую сказку Хинами, забавное совпадение. — Первое упоминание о зверолюдях. Древняя по преданию стала деревом. — И я тоже им стану? — Сатина обеспокоенно посмотрела на ученую. — Я так не думаю, — отрицательно помотала головой Илсе. — Я считаю, что эта метафора. Та девушка не стала деревом полностью, не могла. Такого дерева вообще не существует в нашем лесу. А насчет твоего состояния… Я считаю, ты перерождаешься так же, как и мы все. — Что же мне в таком случае делать? — Я постараюсь облегчить твое состояние, — в глазах Лис засверкал огонек. — Но для этого, мне необходимо изучить тебя!

***

— Не стоит слишком сильно доверять ей, — тихо произнес Сейхо подруге, помогая ей избавиться от бинтов. Тело девушки выглядело сейчас довольно жутко. Кожа стала серой и сильно слоилась. Отовсюду лезли мерзкие корешки зелено-коричневого цвета. Сатина жаловалась на невыносимый зуд. На животе у девушки стали появляться небольшие отверстия, что вызывало омерзение и страх. — Я не в том положении, чтобы подозревать ее в чем-то, — в последнее время девушка стала жутко нервной. — И все же, — не умолкал парень. — Вспомни, как меняется наша королева, когда дело касается ее дочери. Не могла же она просто так ее невзлюбить. Должна быть причина. Серьезная причина. — Может, хватит? — злилась Сати. — Я сама разберусь. Только парень хотел что-то ей сказать, как к ним тихонько подкралась Лис с серебряным подносом полным разнообразного хирургического оборудования в руках. — Ссоритесь? — укоризненно посмотрела она на подростков, располагая поднос на столе. — Это нормально. Перерождение всегда так проходит. Асоциализация — естественный признак зверочеловека. Но парень все же прав, тебе не стоит так слепо доверять. Ни мне, ни кому-то другому. Сейчас ты — уникальная форма жизни. Уникальная и малоизученная. А люди бывают разными. К тому же, ты действительно ничего обо мне не знаешь, а моя мать, я уверена, наплела вам много сказок обо мне. — Вы ошибаетесь, — помотал головой японец. — Ваша мать не сделала ни одного заявления о вас и ваших действиях. Все, что связанно с королевской семьей, тщательно скрывается. — Понятно, — удивилась Лис. — Значит, она выбрала этот путь. Делать вид, что ничего не произошло. Тогда у вас еще больше поводов мне не доверять. — Так может, расскажете? — силы Сатины уже находились на пределе. — Вашу версию того, что произошло десять лет назад. — Сейчас не это важно. Может быть потом. Может быть, — Лис аккуратно приблизилась к девушке и взяла ту за руку. — Верхний слой эпителия у тебя уже почти обновились, но твоя неспособность контролировать побеги меня пугает. Ты выглядишь разумной особью. Твой уровень как минимум равен уровню Василисы. Мне нужно взять образец одного из твоих побегов. — Пожалуйста, — пожала плечами Сати, но вдруг завопила от боли, когда девушка срезала маленький торчащий росток с ее руки. — Больно! — Понятно, — Лис взглянула на свежесрезанный росток, который мгновенно высох. — Эти побеги напрямую связаны с твоей нервной системой. Возможно, твое беспокойство не дает твоему новому телу принять должный облик. Хм… Задумавшись, Илсе развернулась к девушке спиной и на секунду замерла. Через некоторое время, когда Сатина нагнулась вперед в попытке увидеть через плечо девушки, чем же она занята, Илсе резко задела поднос и заставила его с ужасным грохотом упасть на пол. От неожиданности Сатина вздрогнула, а цветок в ее глазу распустился вновь. — Понятно, — Лис спокойно стала поднимать инструменты с пола. — Это своеобразная форма кагуне. Они защищают тебя и реагируют на твои эмоциональные всплески. Прости, что испугала. — Черт, — наконец выдохнула Сати. — Кагуне? Это странно. У меня никогда его не было. — У северных гулей на «ношение» кагуне нужна лицензия, — девушка присела к микроскопу и стала рассматривать засохший корешок. — Иначе, тебя объявят врагом государства и казнят. — Не понимаю, — фыркнул Сейхо. — Почему, даже при таком, действительно справедливом законе, у нас процветает дискриминация гулей. Совет и так контролирует возможности гулей, зачем усугублять положение? — Я тоже не понимаю, — неожиданно для подростков произнесла бывшая принцесса, не отвлекаясь от своего занятия. — Сейчас сравню с базой данных, выясним, что ты за цветок. Дети переглянулись между собой. Лис выросла в королевской семье, ее растили как будущую королеву. Она обязана была считать Север с его законами — идеальным государством, и противостоять каждому, кто пытался как-то изменить этот «идеальный» северный уклад жизни. Истинная северная королева не простила бы подобных высказываний о неправильности каких-либо законов. И уж тем более, не поддержала бы их. — Мак и гвоздика, — вынесла вердикт Лис. — Какое изящное сочетание. Всегда любила гвоздики. Я считаю, нам стоит отталкиваться от этого. Парень, сядь пока, поищи все сведения об этих растения. От места обитания, до необходимых удобрений для их лучшего развития. А я пока приведу ее в порядок. — Ладно, — пожал плечами Сейхо. — Пойдем, — Лис махнула девушке в сторону ванной.

***

— Как вас выпустили с Севера? — стоило только закрыть дверь, как голос Лис стал ледяным. — Суд, — так же твердо ответила ей Сати. — Я выколола глаз брату. Мою мать заставили выколоть глаз мне. Люди испугались меня. Василиса выгнала нас с Севера без утверждения королевы. — Василиса, понятно, — задумалась Илсе. — «Моя мать может и не простить тебе этого, мой попугайчик» — Вы действительно поможете мне? — насторожилась северянка. — Я сделаю все, что в моих силах, — уверенно ответила ей Илисса. — Это моя обязанность. И как высшей, и как королевы. — Но вы не королева, — сострила Сати. — Уже даже не принцесса. — Верно, — Илисса с уважением посмотрела на девушку. — Но тебе все равно не к кому более пойти. После этой фразы обе девушки замолкли. Лис легким жестом руки велела Сатине снять с себя всю одежду и бинты и забраться в ванную. Девушка сделала это нехотя. То, как наблюдала за всем, что она делает Илисса, пугало Сати. Поэтому, быстро справившись с одеждой (хоть это и далось ей с большим трудом), девушка поспешно залезла в ванную и съежилась, обняв колени. — Да расслабься ты, — Лис присела на край ванной и включила воду. — Я не кусаюсь. — … — в ответ ничего не последовало. Пожав плечами, Илисса стала омывать девушку, попутно сдирая с нее отслоившуюся кожу и осматривая тело. Увлекшись, женщина сама не замечая стала напевать себе под нос какую-то песню, проговаривая ее одними губами. Сатина с удивлением посмотрела на нее. — Если ты не слышишь музыку, это не значит, что ее здесь нет, — ответила на немой вопрос Лис, делая воду немного холоднее. — Ты вся горишь. Сатина все также молчала. — Уже думала, как будешь жить дальше? — начала разговор Лис. — Ты умрешь на Севере. К тому же, вряд ли тебя пустят туда обратно. — Не знаю, — буркнула ей цыганка. Конечно же, этот вопрос она задавала сама себе уже не первый день, но ответа на него так и не находила. Всю дорогу до Японии Сатина надеялась на помощь со стороны Илиссы. Но увидев эту женщину, Сати поймала себя на мысли, что она не уверена в ее способности помочь. Было в образе бывшей северной принцессы что-то неестественное, даже ненормальное. Слишком легко она приняла их, слишком все это происходило быстро и легко. — Думай обо мне, что хочешь, но я обязана предоставить тебе выбор, — закончив со своей «работой», Илсе предоставила Сатине полотенце и одну из мужских футболок, в которых принцесса обычно спала. Любая другая ее одежда оказалась бы Сатине попросту мала. — Но сначала подумай, где бы тебе самой хотелось жить.

***

— Маки растут преимущественно в умеренном климате, как и гвоздика, — парень развернулся от стола к вошедшим в комнату девушкам и немного покраснел, взглянув на Сатину. — Понятно, почему тебе тяжело было на Севере. Это не твой климат. — Я нашел список всех удобрений, полезных минералов и химикатов, которые используют при выращивании этих растений, но какой от этого толк? — нахмурил брови парень. — Есть у меня одно предположение, — Лис направилась к парню и, взглянув на список минеральных веществ, кинулась что-то искать в своих шкафах. — О, нашла! — Кажется, я понимаю, к чему вы клоните… — парень задумался. — Это может сработать. — О чем вы? — рассерженно сказала Сатина. — Пей, — смешала какие-то жидкости в пробирке и перелила в стакан, разбавив водой. — С чего это? — Сати отодвинула от себя сосуд с подозрительной жидкостью. — Ты будешь это пить, — улыбнулась ей Лис. — Ой, ну, в крайнем случае, ты заработаешь легкое отравление. — Что? — возмутилась девушка. — Пей, я сказала, — Лис продолжала дьявольски улыбаться. — Иначе… — Ладно! — сдалась Сатина и залпом опустошила стакан. На удивление девушки, жидкость имела весьма приятный для нее вкус. Сатина не могла сравнить его ни с чем, но частично он напоминал ей тот травяной настой, которым поила их старейшина. Так или иначе, смесь ей даже понравилась. — Когда мне было двенадцать, — уже мягко улыбнулась Илсе, заметив, что с девушкой все нормально. — Я мечтала родиться растением. Мне хотелось быть ромашкой или лилией. Я мечтала расти в каком-нибудь лесу, окруженной миллионом других растений. Питаться утренней росой и дождем. Я всегда любила растения. Они прекрасны. Их не заботят людские проблемы. Большинству из них не нужно причинять кому-либо вред ради пропитания. И каждый новый год я просила у духов однажды проснуться каким-нибудь плющом или лианой в дебрях амазонки… Никогда не думала, что такое может произойти на самом деле. Я завидую тебе. — Вы сумасшедшая, — оглядела красноречивую женщину Сатина. — Отныне ты свободна от участи гуля! — запрыгала от радости Лис. — Ты свободна! Свободна от еды, от северных запретов, от общества. Знала бы ты, девочка, сколько я отдала, чтобы быть такой же свободной! — Вы безумна, — глаз Сатины горели полным непониманием. С того момента, как Василиса объявила ей, что она не человек, Сатина только и мечтала, чтобы все это оказалось дурным сном. Ей так хотелось вернуть все назад. Снова проснуться в холодном доме, снова слушать ругань сестер, сидеть за общим столом. Какой бы сложной ни была ее жизнь, девушка прекрасно понимала, семья — это все, что у нее есть и когда-либо будет. А эта женщина предлагает ей радоваться тому, что все это в прошлом? — Может быть… — усмехнулась Илсе. — Но, все равно, назад пути нет. Но ты, разумеется, можешь выбрать мир. Мир людей или мир гулей. Это твое право. Ты можешь снова «стать» гулем и есть людей. Но помни, ты будешь делать это не потому, что надо, а потому, что хочешь. В этом вся суть зверочеловечности! Ты делаешь только то, чего хочешь. Больше ничего нельзя списать на инстинкты…