Домашние хлопоты
1 декабря 2015 г., 07:00
Безоблачное утро, Тсунаёши сидел на краю кровати и оглядывал свою комнату, ему казалось, что она абсолютно не изменилась, хотя прошёл целый год. Что-то многое изменилось, а что-то оставалось неизменным. Из мыслей Саваду вывел стук в дверь, в комнату вошёл Хаято.
— Тсунаёши-кун, я так счастлив что ты очнулся, — Гокудера подошёл к нему и обнял, на его глазах начали выступать слёзы.
— Ите-те-те, Гокудера-кун, ты меня сейчас задушишь, — парень улыбнулся и прикрыл глаза, ему надо было знать, что произошло за этот год, что было, пока он был без сознания. — А ты ни капельки не изменился, как ты думаешь, Реборн-сан сильно меня загоняет тренировками?
Мальчишки дружно засмеялись, хоть это и был вопрос на который не нужно было отвечать, Хаято отвёл глаза в сторону, ведь он получил чёткий приказ от Реборна, не говорить с Тсуной о том, что произошло за этот год. Так прошло некоторое время, Нана позвала Хаято с Тсуной завтракать.
— Мальчики, идите кушать, а то сейчас всё остынет. Хаято, помоги спуститься Тсу-кун, он ещё не до конца выздоровел.
— Хорошо, Нана-сан, — прозвучал быстрый и чёткий ответ от Гокудеры.
Взяв на руки Саваду, который яростно хоть и не сильно пытался сопротивляться, Хаято аккуратно пошёл вниз по ступенькам. Но спускание вниз не обошлось без происшествия, Тсунаёши настолько сильно вертелся, что Хаято не смог удержать его, и Савада пролетел оставшиеся ступеньки на своей пятой точке. Гокудера тут же кинулся вниз и вмиг оказался перед Тсуной и снова взял его на руки.
— Простите меня, Джудайме, — Хаято искренне извинился, ему было стыдно то, что он не смог удержать Саваду на руках.
— Гокудера-кун, ну я же не ценный и древний артефакт, так что понять разрешается, — потёр Тсунаёши свою пятую точку. — Я же сам ведь засопротивлялся, если этого бы не было, ты не уронил.
Хаято глубоко вздохнул, но промолчал. На это естественно обратил внимания мальчишка, ведь для него было это очень странно, обычно, Хаято продолжал бы извиняться, а тут, словно что-то сильное потрясло его, но он молчал. Завтрак прошёл в молчанье, лишь изредка Савада поднимал голову и смотрел то на маму, то на Хаято, лишь через полчаса Тсуна не выдержал этой убийственной нагнетающей тишины:
— Да ё-моё, что случилось, что вы все набрали воды в рот? Хоть кто-нибудь? Иначе я просто сойду с ума.
Но родные ему люди всё ещё продолжали молчать, они боялись ранить его, разочаровать или показаться в его глазах предателями, хотя они всегда были на его стороне. Первой хотела открыться Нана, но ей помешал не вовремя зашедший на кухню Реборн:
— Чаоссу, глупый Тсуна, наконец-то ты пришёл в себя. Теперь, нас ждёт уйма усердных тренировок, ты так их много пропустил, а вот твои друзья времени не теряли и натренировали свой дух и тело, настало твоё время.
— Реборн-сан, может, не надо, — Савада уже представлял, что это может быть за тренировки духа и тела, и ему совершенно не хотелось их делать, но если Реборн сказал, то человек это сделает, иначе будет хуже. Намного хуже.
Мысленно попрощавшись уже с мирной жизнью Тсунаёши попытался встать из-за стола, но ему это не удалось, его мышцы были настолько расслаблены, что не готовы к такой нагрузке. Мысленно прокляв уже трижды себя и свою беспомощность Тсуна решил во что бы то ни стало вновь быть сильным, благо мозг может думать, а остальное снова со временем придёт. Нет ничего невозможного, главное верить в себя. Хаято и Нана попытались поднять Тсунаёши, но этого им не дал сделать Реборн.
— Пусть, сам заново учится, его тогда никто не тянул, и сейчас он сам без чьей-либо помощи должен справиться, слышишь меня глупый ученик? Тому кто осмелится тебе помощь, я лично буду наказывать самым тяжёлым способом, так, что надолго запомнят, а теперь, марш на диван!
