***
У Генри точно был план на сегодняшний вечер танцев. Он хотел, чтобы Грейс не отходила от него ни на шаг, чтобы не возникло никаких ситуаций, что ей придется покинуть его. "Операция крылья" должна пройти гладко. Краем глаза он заметил, как Эмма украшает противоположную сторону зала. И тут он понял: это его единственный шанс. Именно тот самый шанс, которого он так долго ждал. - Итааак... – Протянул он, подходя к Эмме. – Как ты думаешь, мама хорошо проводит свое время тут? - Я полагаю, что да. – Слегка пожала плечами Эмма. – Я хотела сказать, что она проводит свое время с пользой, присматривая за оравой школьников. - Наверное, она ни разу еще не была на таких вечерах. Просто мне хочется, чтобы она повеселилась и выкинула все проблемы из своей головы хотя бы ненадолго. Он сделал это – это было самое правильное решение на данный момент. - Генри, ты попросил свою маму прийти сюда и присмотреть за кучей подростков для того, чтобы она развеялась? – Пошла в наступление Эмма. – Разве ты не помнишь, что с ней случилось, когда она в последний раз выбиралась на люди? - Возможно, да. - Ребенок, если ты переживаешь из-за чего-то или что с ней может случиться, сразу же сообщай об этом мне. Я знаю, то, что произошло с ней ужасно, но обещаю, она будет в порядке. - Я знаю, что в физическом плане с ней все отлично. Но вот мне кажется, она все еще думает о том, что произошло. Ложь: полная и безоговорочная ложь. Его мама сильная и уверенная в себе, она не в первый раз сталкивается со смертью. Но ему нужно было что-то сказать, да еще так, чтобы Эмма ему поверила. - Правда? Ты думаешь, она все еще расстраивается по этому поводу? - Но она всегда старается не показывать этого, надевая на свое лицо маску счастья. Ну, это частичная правда. Он был единственным человеком, кто веселил ее. - Я думаю, что так и есть. - Также как и сейчас? – Подталкивал ее Генри. – Я думаю, мы делаем что-то не так, как в том случае, когда думали, что она убила Арчи. - Нет. Это не так. Мне кажется, что твоя мама провела отлично последние несколько месяцев. - Ты должна попросить ее потанцевать с тобой. Наверное, ее за всю ее жизнь никто и никогда не приглашал на танец. Я думаю, она будет счастлива. - Не думаю, что твоя мама захочет со мной танцевать. - Ну, конечно, захочет. Ты же ее лучший друг. И с кем же она будет танцевать, как не с лучшим другом? - Подожди! – Остановила его Эмма. – Я лучший друг твоей мамы? - Агаськ. – Сказал он, не раздумывая долго. – Я не знаю, что между вами двумя произошло в Нэверлэнде, но я даже рад в некотором роде, что меня похитили. - Не говори при мне больше эту фигню. – Ответила Эмма. – Я рада, что мы с Реджиной теперь друзья. Но это явно не стоит того, что с тобой случилось в Нэверлэнде. - Извини. – Пробормотал он. – Где она, кстати? - Твоя мама? Она ушла в уборную. - Ты можешь сходить и проверить ее? - Я не думаю, что она оценит то, что я прерываю ее в такой ответственный момент. - Но ведь она в списке тех, кто присматривает за нами. Вдруг с ней что-нибудь случилось? – Запаниковал он. – А что, если здесь тот человек, что хотел ее убить? Что, если он проследовал за ней в туалет? Ты должна за ней постоянно приглядывать! Как давно она ушла? - Ладно, ладно. Расслабься. Я схожу проверю ее. – Пробормотала она себе под нос. – Просто успокойся и наслаждайся вечером со своими друзьями. Я обещаю. Я пригляжу за твоей мамой. - Ох, отлично. Теперь я буду знать это. Это, должно быть, самое честное, что он сказал сегодня за весь вечер.***
- Может,ты, конечно, и сопровождаешь деток. – Пошутила Реджина, выйдя с уборной и заметив ожидающую ее Эмму. – Но меня все же не стоит. - Ты хочешь, эмм… потанцевать? Генри был мастером манипуляций, что иногда пугало. Он пообещал себе, что попытается заставить Эмму попросить станцевать с его мамой. Но никто явно не ожидал того, что этот план воплотится в жизнь прямо посреди коридора на глазах Тинк. - Что? – Сомневаясь, спросила Реджина. - Сейчас играет медленная музыка, потанцуешь со мной? - В коридоре? Рядом с ванной? - Так по крайней мере, мы не сильно засмущаем Генри. - Есть ли в этом смысл? Что именно тебе нужно? - Ну, потанцевать с тобой? - Я… я не понимаю. - Если ты так обеспокоена этим, значит, тебе не особо хочется танцевать. – Сказала Эмма. – Просто забудь об этом… я пыталась… друзья могут танцевать друг с другом. Подумала, что это было бы мило. Реджина нахмурилась. Она поняла, что сделала что-то не так, но что именно, никак не могла понять. Но, несмотря на это, все же подошла к блондинке. - Хорошо, хорошо. – Согласилась она, подходя к блондинке. – Только не расстраивайся. Тинк заметила, что Реджина быстро отреагировала на плохое настроение Эммы. Но ведь брюнетку никогда не волновало, как она оскорбляет людей и что бывает в результате. А сейчас все происходило с точностью до наоборот – Реджина кажется обеспокоенной тем, что задела Эмму. - Я не расстроена. – Неубедительно заскулила Эмма, обхватывая руками бедра брюнетки. – Так нормально? - Да, все отлично. - Ты должна обнять меня за шею или у нас нормально не получится танцевать. - Оу. – Ответила Реджина, а затем сделала так, как велела Эмма. – Вот так? - Да, так отлично. – Заверила ее Эмма. – Между прочим, до сих пор не могу поверить, что ты в балетках. Ну и хитрожопая же ты. Тинк заметила сразу, что Реджина на пару дюймов ниже, чем обычно. Брюнетка была одета в серое облегающее платье, а на ногах у нее были черные балетки. Фея могла только догадываться, что это были те самые балетки, которые упоминала Эмма пару днями ранее на станции. - Я всего лишь прислушалась к твоему совету, дорогая. В течение следующих пары минут они танцевали в тишине. Со стороны было заметно, что Реджина никогда так не танцевала в своей жизни. Но она старалась не отставать от Эммы, поэтому танец получался не таким уж и неуклюжим. - Мне нравится эта песня. – Прокомментировала Эмма. Тинк мало что знала о музыке этого мира. Но Эмма часто включала радио во время их поездок. Но эту песню Тинк узнала без труда, ведь это "Give me Love" некого парня, которого, фея могла поклясться, звали Эд Ширан. - Боюсь, что я не слышала эту песню. - Ты вообще слушаешь музыку? - Не так часто. – Призналась Реджина. - А будешь? Если я дам тебе хорошие трэки? - Я с радостью попробую послушать то, что ты мне дашь. - Круто, я составлю плэйлист. Хоть еще чем-то займусь помимо скучной бумажной работы. - Говорит Шериф своему боссу. - Точно. – Рассмеялась Эмма. – Просто… эх… притворись, что не слышала этого. - Ты знаешь, что это вообще не похоже на танец. Больше смахивает на движущиеся объятия. - Как я понимаю, так в Зачарованном Лесу не танцуют? - Нет. Там более красиво. - Ну, прости, что я не дотягиваю до твоих королевских стандартов. - Это не то, что я имела в виду. Я просто наблюдаю. Здесь все намного проще. - Так и есть. – Прокомментировала Эмма. В этот момент Тинк показалось, что это комментарий относился к чему-то другому, более личному, нежели к танцу. Реджина искренне улыбнулась, а затем, положив голову на грудь Эммы, продолжила танцевать. Знакомый голос вывел Тинк из транса. - Привет. – Поприветствовала ее Снежка, наблюдая за двумя женщинами. - Эй. - Мне было интересно, куда эти двое запропастились. - Похоже, они решили потанцевать подальше ото всех. В течение нескольких минут они наблюдали за Эммой и Реджиной, которые и вовсе не подозревали, что рядом с ними находятся люди, которые смотрят на них. - По поводу того, что мне нужно через что-то переступить. – Практически прошептала Снежка. – Ты имела в виду, если я переступлю, не так ли? Или же это было что-то вроде того, что мне будет необходимо через что-то переступить? - Да. – Призналась Тинк, понимая, что женщина говорит о своей дочери и давнем враге. – Я имела в виду, когда это случится, то тебе придется измениться. - Я так понимаю, что теперь мне стоит пересмотреть всю ситуацию, не так ли? - Думаю, что да.***
Позже той же ночью Тинк сидела на кровати, держа зачарованного ловца снов, который ей дал Генри. Как бы не хотела Тинк, но это было частью их плана. Часть, которая заставляла ее сильно нервничать. Для нее это было нисколько не лучше того, что Нил сделал с Реджиной. Это было 100% посягательство на личную жизнь. Но Генри был чертовски убедителен и как-то уговорил ее, что это просто необходимо, если они хотят добиться хоть какого-нибудь прогресса. Он настаивал, что им нужно знать, что Реджина и Эмма чувствуют по отношению друг к другу. Им нужно быть уверенными в том, что тот огонек, что иногда проскальзывает между девушками, им не привиделся. - Как именно это работает? – Поинтересовалась Тинк у малыша. - Ну, для начала тебе надо прошептать имена обеих моих мам. - Объяснял Генри. - Дальше появится картинка, где будут они, и, также то, что они думают друг о друге. Ты почувствуешь все те чувства, которые одолевают их в тот момент. - Как тебе удалось достать его? - Это неважно. - О, нет, малец, это очень даже важно. Мне стоит знать, во что я ввязываюсь. - Я взял его у Голда. Сказал, что он мне нужен и пообещал вернуть завтра. - Что именно ты сказал ему о том, зачем тебе нужен ловец снов? - Ну... узнать, нравлюсь ли я девочке. - И он просто дал его тебе? - Он сказал, что это безвредно. Но «безвредно» было именно тем словом, которым описал Нил вид магии, что чуть ли не убила Реджину. Фея все же не хотела оказаться в таком же положении. - Я всё равно нервничаю, Генри. Ты уверен, что это и вправду безопасно? - Голд считает, что именно я буду пользоваться им, так что да – он не навредит мне. Быть близким всем в этом городе дает свои привилегии – мне все доверяют, и я могу получать все, что пожелаю. - Ах, ты, негодник. - Возможно, но сейчас нам это только на руку. Так что перестань жаловаться. - Ладно. - Единственное что - тебе придётся сделать все самой, ибо я не пропущу танцевальную ночь. Да и потом мы с мамами планируем съесть по мороженке. - Да, для тебя это и вправду рискованно. - Точно, так что это на тебе. - Но что, если они не будут думать друг о друге? - Я тебя умоляю. – Усмехнулся Генри. – Это вряд ли. Тинк закрыла глаза и глубоко вдохнула, прежде чем взяла ловец снов и прошептала: - Реджина Миллс и Эмма Свон.***
Первое, что увидела Тинк, так это Реджину в шёлковой пижаме. Бывшая Королева наклонилась и подобрала с пола толстовку. Тинк заметила сразу, что эта вещь принадлежала Эмме. - Я так рада, что теперь у меня двое детей, за которыми приходится убирать. – Говорила себе вслух Реджина. – Как это вообще сюда попало? Но вместо того, чтобы убрать толстовку прочь или вернуть ее законной хозяйке, Реджина притянула к себе кофту и начала вдыхать аромат Эммы. Она приложила толстовку к щеке и нежно потерлась об нее. А затем, не колеблясь ни секунды, Реджина примерила толстовку Эммы. В контрасте с шёлковой пижамой это выглядело довольно смешно. Но казалось, что для Реджины это было совсем неважно. Реджина провела руками по толстовке, и Тинк почувствовала теплоту, безопасность и счастье. Но больше всего она чувствовала надежду. Надежда – это было единственное, чего не было у Реджины уже долгое время. Для феи этого было достаточно, дабы подтолкнуть Реджину к Эмме. Ведь, возможно, Реджина не может понять своих эмоций и чувств к Эмме и не знает, что с этим делать. Но вот Тинк точно знает, что со всем этим делать. И сейчас это было единственное, что имело значение.***
Следующую картинку, которую увидела Тинк в ловце снов, была Эмма. Блондинка лежала на кровати с закрытыми глазами, закутанная в одеяло. Это немного смутило Тинк. Если Эмма спала, то почему ловец снов показывал все это? Неужели Спасителю снилась Реджина? Потому что это явно не смахивало на полезную информацию. Но затем Тинк что-то почувствовала, ее живот начало приятно покалывать, а затем теплота разлилась в ее лоне. И тут, черт возьми, все резко стало на свои места. Тинк внезапно поняла, что Эмма вовсе не спала. Одна ее рука крепко сжимала простынь одеяла, а вторая находилась под одеялом, быстро двигаясь вверх-вниз снова и снова. - Ре-джин-а. – Хрипло произнесла Эмма. – Черт, Реджина, пожалуйста. - НЕТ. – Закричала Тинк, когда поняла, что происходит, и откинула от себя ловца снов. Она явно не подписывалась на просмотр порно, особенно в лице ее работодателя/друга. Несомненно, Тинк почувствовала желание. Но это желание было связано не с похотью. Это было больше похоже на соитие родственных душ, нежели на обычный секс. - Ёбушки-воробушки, Эмма. – Сказала Тинк, чувствуя, насколько глубоки чувства Спасителя. – Я, черт подери, знала это. Но у нее не было времени, чтобы погладить себя по головке. Единственное, о чем сейчас могла думать Тинк: Слава Богу, Генри не было рядом.***
Тинк планировала взять выходной на следующий день, но боялась вызвать подозрения у Эммы. Она так старалась не попасться, что даже соглашалась на любую необычную работу. Но вести себя спокойно и непринуждённо рядом со Спасителем Тинк удавалась с трудом. И спустя двадцать минут их смены, блондинка заметила это. - Ты сегодня очень тихая. – Обеспокоенно посмотрела Эмма на Тинк. – Что-то не так? - Я в порядке. – Заверила ее Тинк, пытаясь не смотреть в глаза Эмме. – Я плохо спала прошлой ночью. - Что-то мешало тебе спать? - Я… эм… не совсем. - Да. – Думала она. – Факт того, что я получила травму своей детской психики на всю жизнь или то, что два идиота держат мою судьбу в своих руках. Или как все это объяснить вашему сыну. Это все, что мешает мне спать. - Хочешь уйти домой пораньше? В любом случае здесь не происходит ничего серьезного. - Нет, все в порядке. - Ну, просто дай мне знать, если все же решишь уйти. Телефон Эммы завибрировал на столе, и ее глаза засияли, как только она увидела, кто ей звонит. Тинк все сразу быстро поняла. - Привет. – Радостно поздоровалась Эмма. – Подожди, Реджина, помедленней. Не видно Нила? А в каком часу он должен быть? Наблюдая за разговором Эммы, Тинк переключилась на запястье Эммы – фея удивилась, как она раньше не заметила черные чернила на руке Спасителя. - Никто не собирается винить тебя из-за того, что Нил не может запомнить, когда ему надо забрать ребенка. – Продолжила Эмма. – Серьезно, это классика. Я не слышала о нем ничего последние пару дней. Так, что это за фигня была на запястье Эммы? - подумала Тинк. Потому что, если это и вправду та самая гребанная татуировка льва, которая скрывалась под какой-то дурацкой веревкой, то Тинк явно тронется умом. - И если он покажется через два часа, скажи ему, чтобы он пенял на себя и был более пунктуален. – Настаивала Эмма. – Я знаю, правильно? Я начинаю быть прям как ты. Думаю, что это хорошо. Тинк встала со своего места и направилась к Эмме. Она определено должна была рассмотреть запястье. - Точно; просто наслаждайся времяпровождением с Генри и не беспокойся об этом. Увидимся позже. Эмма закончила разговор, а затем покосилась на Тинк, которая странно ее разглядывала. - Эй, привет? - Что это на твоем запястье? – Спросила феечка. - Татуировка. - Тату? - Разве у вас в сказках таких не было? Это просто краска, тоже мне великое дело. - Я знаю, что такое тату! – Гаркнула Тинк. – Что значит твоя? - Почему ты сейчас кричишь на меня? - Ничего подобного. – Вдохнула Тинк, пытаясь вернуть себе самообладание. – Скажи, пожалуйста, что изображено на твоем тату? - Это цветок. - О. – Выдохнула Тинк. Она так и не поняла, стало ли ей легче от этого или нет. – Окей. - Одуванчик, если быть точнее. - Одуванчик. – Повторила она. – Нет, это не он. - Нет, он. Они росли на заднем дворе моей последней приемной семьи. Я набила тату, когда мне исполнилось 18, дабы напоминать себе, что я не вернусь к тому и что я наконец свободна. - У тебя на запястье тату в виде одуванчика? Потому, что ты хотела быть свободной? - Да? Тинк начала истерически смеяться. Это было очень грубо и неуместно, но она ничего не могла с собой поделать. - Серьезно, в чем, черт возьми, проблема? – Потребовала ответа Эмма. – Почему ты смеешься надо мной? Это действительно личная история. - Нет, прости, я не над тобой смеюсь. Это всего лишь… а вообще знаешь что? Мне надо идти. - Что? Почему? Куда ты идешь? - Ты была права, я не выспалась. – Солгала Тинк. – Мне стоит пойти домой. Увдиимся… эээ… позже или как-нибудь потом. Тинк не собиралась идти домой. Она лишь хотела поговорить с Голубой Фей.