Operation Wings

Тинк не составило большого труда найти Голубую Фею, ведь та была известна тем, что обедала в закусочной «У Бабушки» в одно и то же время каждый день. Зайдя в закусочную, Тинк прервала беседу Доктора Хоппера и ненавистной ей женщины, не удосужившись при этом даже извиниться. - Нам нужно поговорить. - Здравствуй. – Поздоровалась Голубая, в ее голосе явно слышалось раздражение. – Чего тебе, Зеленая? - Наедине. – Потребовала Тинк. - Поговорим снаружи. - Но я ведь... У Тинк не было ни времени, ни энергии на пустые споры. Она чувствовала, как адреналин течет по ее венам, и насколько она близка к своим крыльям. Проигнорировав жалобу Голубой, Тинк потащила фею через всю закусочную к выходу. - Это было немного грубо. – Ругалась Голубая. – Почему это, скажи на милость, ты так взволнована? - Есть важный вопросик о ситуации Реджины и ее половинки. - Ах, ну, конечно же. Мне следовало догадаться, что об этом пойдет речь. Ну, давай, спрашивай... я попытаюсь ответить. - Что мне делать, когда я так чертовски уверена, кем является ее родственная душа? Как именно я верну себе крылья? - Они вернутся, когда Реджина и ее родственная душа поймут, что созданы друг для друга. Тинк сразу вспомнила о вечеринке Ариэль - Эмма и Реджина поцеловались, но ничего такого магического не произошло. - Возможно, что Реджина поцеловала свою родственную душу, но это не был поцелуй истинной любви? - Конечно. - Подтвердила Голубая. - Поцелуй истинной любви произойдет только тогда, когда оба человека осознают, что связаны судьбой. - Так, если они оба полные идиоты, то поцелуй истинной любви не сработает. - Верно. - А что касается пыльцы... Я знаю, что такого не может произойти... но, возможно, что она... эм... ошиблась? - Не имею понятия, к чему ты клонишь. - Давай скажем... гипотетически... чья-то родственная душа была в другой реальности или вообще в другом времени. Возможно тогда, что пыльца испортилась или напутала что-то? - Полагаю, что теоретически это возможно. - Точно. Ну ладно, спасибо. Тинк уверена, что тату Эммы - тот самый недостающий элемент этой головоломки, а это значило, что не такой уж и плохой феей была Тинк. Она взвалила на свои плечи самое невозможное дело, для решения которого потребовалось почти тридцать лет. В конце концов, как вообще пыльца смогла определить суженого Реджины, когда тот еще даже не родился? - Последний вопрос: знаешь ли ты, с кем должна быть Реджина? - Да. - Чтобы не было недоразумений, я думаю, что это довольно-таки ужасно с твоей стороны, что ты знала, кто ее родственная душа и даже не потрудилась помочь. - Я только недавно узнала об этом. – Защищалась Голубая. - Должна заметить, у меня никогда не было особого интереса в помощи королеве. Я вообще не думала, что она способна на любовь… а уж на Истинную Любовь - так тем более. Но затем я... - Ты удивилась? – Прервала ее Тинк, не заботясь об ее оправдании. - Когда узнала, кто это? - Да. - Прошептала Голубая, прежде чем маленькая улыбка коснулась ее лица. - Но в тоже время и нет. Знаю, что для тебя, возможно, в этом нет смысла... - Нет, думаю, я понимаю, что именно ты имеешь в виду. Голубая кивнула, а затем повернулась и направилась обратно в закусочную, не сказав больше ни слова. Оставшись в одиночестве и в ужасе от сложившейся ситуации, Тинкербелл вдруг почувствовала вибрацию телефона в своем кармане. Вынув телефон, она увидела семь пропущенных звонков за прошедшие пять минут. Все они были от Реджины.

***

- Привет? - Позвала Тинк, войдя на кухню подруги, опасаясь самого худшего. - Ты в порядке? - Да. - Тихо ответила Реджина. Она стояла с изяществом и грацией королевы, всматриваясь в окно. Было что-то необъяснимо жуткое во всем этом – холодок пробежал по спине Тинк. - Почему ты звонила? Ты напугала меня до чертиков. Я бросила все дела и сразу примчалась к тебе, а я, знаешь ли, не очень хороша в марафонах. - Нам надо поговорить. – Заявила бывшая королева, а затем повернулась и последовала к Тинк так, будто та была добычей. - Пожалуйста, присаживайся. - Эм... ну, ладно. – Тинк сделала так, как ей было велено. Она заметила, как холодно относилась к ней Реджина. - Что за официоз такой? - Сегодня я получила счет за телефонные звонки Генри. И знаешь ли ты, что в этом месяце он увеличился по сравнению с предыдущим, и мне стало любопытно почему. – Объясняла Реджина, резко положив счет на стол. - Присмотревшись, я заметила, с кем он общался. И это твой номер. - Ох, точно, да. Думаю, что так и есть. Тинк вовсю трясло. Она и понятия не имела, что технологии смогут ее так подвести. Генри должен был предупредить ее, что у его матери был доступ к такой информации. - Почему ты проводишь так много времени, общаясь с моим сыном? - В чем собственно ты меня обвиняешь? – Ответила она, надеясь выкроить себе время, чтобы придумать достойный ответ. - Я пока еще не знаю. Поэтому я и прошу, чтобы ты объяснила. Тинк пришла к выводу, что у нее вряд ли получится выйти сухой из воды, ведь доказательства были слишком сильны. Но это не значило, что она поставит под угрозу «Операцию Крылья». - Ладно, послушай, Генри узнал, что я пытаюсь найти твою родственную душу. - Как? - Твой сынишка очень настойчивый. - Это не объясняет десятки сообщений каждый день в течение недели. - Он хотел помочь мне, и я не знала, как ему отказать. Он так сильно тебя любит. Генри хочет, чтобы ты была счастлива. Мы просто общались о том, кто потенциально мог быть твоей родственной душой. Я клянусь, это безопасно. - Генри ребенок и не должен быть обременен ответственностью в попытке найти кого-то для меня. – Пылко спорила Реджина. - Но, что хуже, я доверяла тебе, а ты предала меня. Ты должна была сказать мне о том, что Генри узнал о твоих поисках. Я его мама. Я решаю, что ему надо и не надо знать. Ярость Реджины служила лишь тонкой завесой ее материнской неуверенности. Способ, который Реджина использовала для того, чтобы дать понять, что Генри ее и при этом не показать свою неуверенность в этом. - Я не думала об этом как... как о предательстве. – Разъясняла Тинк. - Подумала, Генри очень ценен, ведь он знает тебя лучше всех. - Но как только какая-то идея засядет в его голове, он не отпустит это. Сейчас он ни перед чем не остановится, пока я не буду со своей "родственной душой", а ведь мы даже не знаем, существует ли этот человек. Ты видела, что произошло в Нэверлэнде. Я люблю Генри, но он безрассудный – он ни перед чем не остановится, и, к сожалению, он перенял эту черту от обеих своих матерей. - Мне жаль. – Ответила Тинк. - Я не хотела расстроить тебя. - Твои извинения не помогут исправить ситуацию. - Я не знаю, что еще сказать. - Ты останешься здесь. - Скомандовала Реджина. – Сейчас мы покончим с этим. - И как же мы «покончим» с этим? - Генри. – Позвала брюнетка сына. - Пожалуйста, спустись на минутку. Они сидели в тишине, пока Генри сбегал по ступенькам, а затем вошел к ним на кухню с растерянной улыбкой на лице. - Привет, Тинк. – Сказал он, словно не замечая напряжения, повисшего в кухне. – Что случилось, мам? - Ты знаешь, что счет за телефон в этом месяце в три раза больше? - Оуу, нет, мне жаль. Я могу отдать тебе карманные деньги, если хочешь. - В этом нет необходимости. – Сообщила Реджина. - Я посмотрела на счёт потому, что полагала, что тебе нужно изменить тарифный план для того, чтобы ты мог больше общаться с Эммой. Представь мое удивление, когда я узнала, что ты все это время разговаривал с Тинк, поэтому я и попросила тебя спуститься. - Не злись. – Умолял Генри, выглядя таким же испуганным, как и Тинк. - Пожалуйста? - Я не злюсь, я беспокоюсь. Я не хочу, чтобы ты разочаровывался. Я провела достаточно времени, разочаровывая тебя, и не хочу рушить твоих надежд. - Я не собираюсь разочаровываться, мам. Я знаю, что ты немного обалдела от того, что Эмма твоя родственная душа… Тинк должна была это предвидеть. Это было предсказуемо, как быстро их труд превратился в пепел. В конце концов, они сами виноваты в том, что провалили свое дело, и сейчас им ничего не остается, как попытаться собрать осколки. - Извини? - Я думал... думал, что Тинк сказала тебе. - Я как-то еще не посвятила ее в это. – Вздохнула Тинк, больше всего на свете желая исчезнуть без следа, - Я упустила эту маленькую детальку. - Почему это все думают, что Эмма моя родственная душа? - Мы не думаем. – Обороняясь, Генри скрестил руки на груди. - Мы знаем. - Милый... нет. – Реджина наклонилась, смотря сыну прямо в глаза. Тинк не могла сказать, собирается ли бывшая королева кричать или плакать. - Боюсь, ты ошибаешься. - Мам, да ладно тебе, все в порядке. Сначала меня это тоже беспокоило. Но в этом есть смысл. Может, тебе стоит перечитать книгу. - Все, что мне нужно сделать, так это поговорить с Тинк наедине. А с тобой мы поговорим, когда она уйдет. - Не злись на нее. Она пыталась помочь тебе и, скажу тебе, она проделала хорошую работу. Просто подумай о том, как счастлива ты была в последнее время, находясь с Эммой. - Наверх. – Отчеканила Реджина. - Сейчас же. Генри выбежал из кухни, но прежде извиняющее посмотрел на Тинк, чье сердце от этого взгляда разбилось на миллион кусочков. Каким-то образом она понимала – она подвела их обоих. - Ты больная на голову? – Яростно заорала Реджина, повернувшись к фее, когда Генри покинул кухню. – Насколько безответственной ты должна быть, чтобы позволить моему сыну полагать, что его биологическая мать - моя родственная душа? Он будет опустошен, и причиной этого буду я. Отрицание Реджины было почти смешным. Тинк решила, что есть только один способ справиться с этим; прекратить быть такой мягкой и переходить к более жесткой правде. - Думаю, мы обе знаем, что вы с Эммой больше чем друзья. - Ты права... мы больше чем друзья... мы обе мамы, которые воспитываем нашего сына. - Нет, вы больше чем это. - Ты не знаешь, как все было раньше. – Отрезала Реджина, указывая на нее пальцем. – Мы с Эммой были готовы перегрызть друг другу глотки, из-за этого пострадал Генри. И то, что мы сейчас ладим, не значит… - Так, вот что между вами с Эммой? Понимание и согласие? Ради Генри? И ты веришь в это? Потому что это не объясняет и половины того, что происходит между вами. - О, боже, у тебя возникла эта смешная идея еще с тех пор, как мы находились в «Кроличьей норе», разве не так? Когда ты казалась очарованной тем, что Эмма уснула в моей постели. - И сколько именно раз она "случайно" засыпала в твоей постели с тех пор? - Достаточно. – Пресекла Реджины. - Ты видишь то, что хочешь видеть, потому что ты так отчаянно хочешь вернуть себе крылья. - Это все фигня. Ты почти потеряла сознание, когда Эмма сидела у тебя на коленях в участке. А когда вы танцевали, вы так близко находились другу к другу, что я не могла сказать, где одна из вас заканчивается и начинается другая. - Не могу поверить, что я настолько сглупила, чтобы снова стать с кем-то подругами. Все, что ты делала, это совала свой нос куда не следовало и разрушала жизни невинных людей. Но, полагаю, что в этом феи - профи. Такое обвинение сильно задело Тинк, ведь, по сути, фея ничего такого ужасного и не сделала, она лишь пыталась помочь Реджине с самой первой встречи. И вот сейчас – снова и снова ее обвиняют в попытке навредить. - Ага, но есть лишь одна проблемка, Реджина: я не фея. Должна ли я напомнить тебе, как именно это произошло? - Потому, что ты облажалась и, очевидно, сейчас происходит тоже самое. Я не думала, что такое может вновь повториться, но вот мы снова здесь. - Ты не можешь во всем обвинять меня. Это не изменит того, что ты влюблена в нее! – Кричала Тинк. – Это не меняет того, что в конце концов ты будешь – с Эммой Чертовой Свон. Я знаю, что она не тот человек, которого ты ожидала, но что уж поделать. А сейчас возьми и смирись с этим, черт возьми. - Убирайся из моего дома! – Кричала Реджина так яростно, что вена на ее лбу запульсировала. - Держись подальше от меня и что важнее всего... держись подальше от моего сына. - Ладно. Как тебе будет угодно, это не проблема. - И, пока ты в этом всем замешана, держись подальше и от Эммы. - Ты же знаешь, что я не могу сделать этого. Она мой босс. - Ну, тогда, полагаю, тебе стоит уволиться. - Нет, я заслужила эту работу. - Ну, тогда я заставлю Эмму уволить тебя. – Угрожала Реджина. – В твоем состоянии, не думаю, что мне придётся ее долго уговаривать. - Для кого-то, кто находит мою теорию чертовски абсурдной, ты ведешь себя крайне обеспокоенной тем, что Эмма может узнать об этом. - Это потому, что я не хочу, чтобы ты разрушила мою единственную дружбу, которая что-то да значит для меня. - Точно... ну, давай на чистоту: видимо, наша дружба для тебя и гроша ломаного не стоит. - Так и есть. - Ты эгоистическая тощая стерва, которая никогда не будет счастлива. Надеюсь, ты знаешь об этом. - Улетай отсюда, моль. – Дразнила ее Реджина. – Ой, подожди, а ведь ты не можешь. Потому что у тебя нет крыльев и никогда не будет. - Да пошла ты... - Наслаждайся пешей прогулкой домой.

***

Факт того, что Тинк встретила Эмму на пороге дома Реджины, нисколько ее не удивил. Потому что, по правде говоря, куда бы еще отправился Шериф после смены? От ироничности ситуации ее даже затошнило. - Эй. – Поприветствовала фею Эмма, а затем положила руку ей на плечо. – Ты чувствуешь себя лучше? - Отойди. – Сказала Тинк, отпрыгнув в сторону от Эммы. – Я не могу контактировать с тобой прямо сейчас. - Что происходит? С Реджиной все в порядке? Тинк была зла, и ей отчаянно хотелось заплакать, но единственное, что беспокоило Эмму: не случилось ли что-либо с Реджиной. - Не переживай, твоя жёнушка в порядке. – Маниакально засмеялась Тинк. – Ну, помимо ее потребности в самоуничижении. Но я поняла, что больше это меня никак не касается. Я лучше всю жизнь буду без крыльев, чем хоть еще минуту проведу с ней. - Моя жёнушка? Твои крылья? О чем ты? – Эмма смотрела на Тинк как на сумасшедшую. – Эй, а разве ты не должна быть дома и спать? Когда они говорили, Тинк заметила в руках Шерифа коробку конфет, завернутую в фиолетовую бумагу. – Для кого это? - Для Реджины. Сегодня ночь кино, и это ее любимые. - Ну да, конечно же. Надеюсь, вы обе будете так и дальше наслаждаться жизнью, которая строится лишь на иллюзиях. Рассеянный и немой Спаситель стоял перед Тинк, пытаясь уловить суть разговора. Ведь для нее все это казалось каким-то бредом. - Эмма. – С порога поприветствовала блондинку Реджина. Брюнетка, очевидно, хотела предотвратить дальнейший разговор между этими двумя девушками, стоящими перед ее дверями. – Проходи внутрь, дорогая, на улице холодно. - Просто иди. – Сказала Тинк, смотря на колебания Эммы. – Мы же не хотим расстроить миссис. - Думаю, тебе действительно стоит поспать. Тинк не нуждалась во сне. Бутылка вина – вот в чем и вправду она нуждалась.

***

Тинк шла по Мэйн стрит и наконец-то дала волю свои слезам. Она просто хотела дойти до своей комнаты, завалиться на постель, зарыться в одеяло и провести там остаток своей жизни, размышляя о том, как она могла облажаться с судьбой Злой Королевы целых два раза. - Тинк? – Остановил ее Нил. Она увидела его и попыталась сделать так, чтобы он ее не заметил, но это ей не удалось. – Воу-воу, что происходит? Почему ты плачешь? - Что это за сволочной день, а? Отстань от меня... ты – самый последний человек на земле, которого я хотела видеть прямо сейчас. - Ты выглядишь так, будто убьешь сейчас кого-нибудь. - Да, и если ты сейчас не подумаешь хорошенько над моими словами, то жертвой будешь ты. - Хэээй, - Он схватил ее за локти, удерживая на месте. – Серьезно, что случилось? - Мне следовало дать тебе отравить ее тогда. – Пробурчала Тинк, не пытаясь даже контролировать себя. – На самом деле – нет – мне следовало сделать это самой. - Реджина? – Предположил он. – Ты же не всерьез. - Ага, как раз-таки всерьез. Она самый бесячий человек, которого мне приходилось встречать за всю свою жизнь. И, честно говоря, Эмма нисколько не лучше ее. Они стоят друг друга. - Как я понимаю, они все еще отрицают чувства друг к другу? - Подожди. – Она остановилась, начиная осознавать слова Нила. – То есть ты хочешь сказать, что ты все еще думаешь, что Эмма влюблена в тебя? - Я не был честен с тобой до конца. - Ну, конечно же, нет. – Фыркнула Тинк. – Богом клянусь, надо было назвать этот городишко – Каждый-полон-своим-дерьмом-Брук. Нил не сдержался, коротко хохотнул и очаровательно улыбнулся. - Мне жаль. – Сказал он.- Но это было забавно. - Итак, давай скажи мне: о чем ты мне соврал? Нил опустил взгляд вниз на свои ботинки, а затем опять поднял на Тинк. - Я хотел знать, является ли Эмма моей Настоящей Любовью или нет. – Начал он. - Голубая фея, ну, сказала, сделает мне одолжение по старому знакомству. Я спросил ее, кто Истинная Любовь Эммы. Я решил, что если это Крюк, то я отпущу ее. - И Голубая согласилась? - Да, она использовала пыльцу фей. Пыльца привела нас в парк, где были Реджина с Генри. Поначалу я подумал, что Генри и есть Истинная Любовь Эммы с тех пор, как она разрушили проклятие. Но пыльца указала на Реджину, Голубая фея выглядела так, будто сейчас грохнется в обморок. - Оу. – Ответила Тинк, волнуясь. Еще несколько часов эта история была притянута за уши. Лишь недавно она начала видеть некоторые доказательства, что она права. И после ее ссоры с Реджиной эти слова были как соль на рану. - Конечно же, я расстроился, что это был не я. – Продолжал Нил. – Но также забеспокоился о том, что это была Реджина. Все, что я знаю о Злой Королеве, это то, что ее обучал мой отец. Я не мог понять: может, это новая тактика мести Реджины. Я хотел удостовериться, что она действительно позаботится об Эмме. Ну, а остальную часть истории ты уже знаешь: я думал использовать сыворотку правды, а затем запаниковал. Я подумал, что мог убить родственную душу Эммы, когда - наоборот - пытался ей помочь. - Но почему ты мне не сказал об этом тогда ночью? - Голубая рассказала мне о твоих поисках. Она сказала, что ты сама должна разобраться со всем этим, иначе ты не получишь свои крылья назад. Я не хотел тебе что-то испортить, как уже сделал раньше. - А зачем тогда ты мне сейчас говоришь? - Потому что ты и так это все сама поняла, правда? - Да, но сейчас это уже не имеет никакого значения. Они никогда не разберутся со своим дерьмом. - Ты не можешь сейчас сдаться. – Воодушевленно начал Нил. – Не тогда, когда ты на правильном пути. - У меня нет выбора. Реджина мне ясно это дала понять несколько минут назад, и, думаю, Эмма скажет мне то же самое. - Но они же ходят вокруг да около. - Откуда ты знаешь? - Истинная Любовь. – Развеселился он. – Я слышал кое-что о том, насколько она может быть сильна.

***

К десяти часам вечера Тинк уже была в постели в полубессознательном состоянии. Она поняла это, когда ее телефон зазвонил, и Тинк автоматически ответила на звонок. Несмотря на то что она торжественно клялась ни с кем не разговаривать до конца дня. - Алле. – Пробормотала Тинк. Если ей звонят, чтобы она помогла им, то им просто не повезло. Она задержала дыхание, чтобы снова отпить из бутылки вина. - Я поцеловала Эмму! – Истеричный и очень знакомый голос проинформировал ее. На мгновение Тинк подумала, что она спит. Учитывая, как она провела весь свой день, ее мозг должен был придумать хоть что-нибудь в ответ. Но она лишь внимательно посмотрела на телефон, замечая, что звонит ей сейчас не кто иной, как Реджина Миллс. - Это что, шутка, чтобы отомстить мне, Реджина? Ты думаешь, это смешно? - Открой свою чертову дверь. – Злая Королева была в ярости. Сильные удары в дверь только сейчас донеслись до Тинк. – Немедленно. Тинк спрыгнула с кровати и на какое-то мгновение подумала, почему она еще не мертва: от рук Злой Королевы в кровати «У Бабушки». Действительно, подумала она, лучше бы я осталась в Нэверлэнде. Она поняла, что не в состоянии сражаться с девушкой, которую сейчас обязана впустить. Тинк сделала глубокий вдох и открыла дверь. - По мне видно, что я шучу? Нет – был единственный ответ. Изможденная Реджина Миллс сейчас стояла перед ней в пижаме и тапочках, волосы были в беспорядке, а губная помада была смазана. Не было никаких мыслей о том, что та так прошлась по городу; по-любому она использовала магию, чтобы материализоваться сразу перед дверью Тинк. - Что случилось? – Спросила Тинк, отходя от шока. - Это все ты! – Проорала Реджина, вталкивая фею в комнату. – Твоя нелепая идея засела в моей голове и не давала мне покоя. Именно поэтому я выставила себя полной дурой! - Окей, это лишь моя вина. Но это ничего не объясняет. - Мы смотрели фильм, и Эмма развалилась на мне как всегда. Я... я не могла перестать думать о том, что ты и Генри сказали. Поэтому, когда она собралась уходить, просто ее поцеловала. - Как она отреагировала на это? - Она засунула свой язык мне в рот, но затем я отпрыгнула от нее. - Почему? - Потому что биологическая мать моего сына сжала мой зад! Тинк не могла поверить своим ушам – услышать такие подробности от женщины, из-за которой провела полдня, напиваясь до беспамятства. - Как только я это сделала, Эмма убежала, не сказав ни слова. Я даже не знаю, как себя вести с ней, когда увижусь в следующий раз. Ты должна все исправить. Не считая того, что произошло, Реджина снова просит у нее помощи. Единственное что Тинк хотела сделать, развернуться и уйти, не втягивая себя в неприятности. - Ну что ж, первое, что тебе нужно сделать, – это расслабиться. - Черт! – Реджина подпрыгнула, когда ее телефон завибрировал в ее руке. Она кинула его через всю комнату, как будто он сейчас был весь в огне. Тот приземлился на кровать Тинк. - Окей, по-моему, ты только еще больше напряглась. - Это была она! – Объяснила Реджина, указывая на телефон. – Она звонит мне и шлет смс-ки, сделай с этим что-нибудь. - Если ты сейчас не будешь глубоко дышать и успокаиваться, то тебя хватит сердечный приступ. – Предупредила ее Тинк, а затем подошла к кровати и взяла телефон Реджины. – Тогда ничто не будет иметь значения, если ты умрешь. - На самом деле отличное решение всех проблем. – Пробурчала себе под нос Реджина. – Что она написала? - Она спрашивает, не сделала ли она тебе плохо? – Повторила Тинк громко. – Итак? - Я не уверена, как я должна себя ощущать, ведь это я ее первая начала целовать. - Точно, итак, что мне ей ответить? До того, как Реджина смогла что-нибудь ответить, ее внимание привлек стук в дверь. - Тинк. – Это был голос Эммы. – Извини, но ты тут? - Я не знаю, но думаю, я должна ей ответить – кажется, она в таком же состоянии, что и ты. - Я перенесусь в свой дом. - Нет, ты никуда не уйдешь и даже не исчезнешь. Я богом клянусь: если ты сейчас уйдешь, то я ей все расскажу. В-С-Е. Реджина бросила на нее убийственный взгляд, понимая, что она теперь точно не сможет уйти. Тинк знала, что это был ее последний чертов шанс. И она сильно облажается, если не воспользуется им. Сейчас или никогда – именно так она сейчас себя ощущала. - Я думаю, что облажалась с Реджиной. – Продолжала говорить Эмма за дверью. – Я до сих пор не знаю, что тогда с тобой произошло. Я нихера не понимаю. Пожалуйста, могу я войти? Тинк снова прошла к двери и распахнула ее. Как только Эмма зашла, ее глаза широко распахнулись. Она никак не ожидала увидеть тут Реджину. - Ты ничего плохого не сделала. – Поприветствовала ее бывшая Злая Королева. - Ты уверена? – Сказала Эмма, проходя дальше в комнату мимо Тинк. – Потому что я чувствую себя ужасно. - Это моя вина, мне жаль. - Итак, значит, у нас все круто? - Да все как обычно. - Какое облегчение. - О, боже мой. – Пробурчала Тинк, следя за их нелепым разговором. Она не позволит им так просто уйти. – Вы двое не в порядке. Вы очень далеки от этого. - Что ты имеешь в виду? – Спросила Эмма. – Ты хочешь сказать, что Реджина сердится на меня? - Нет. Я хочу сказать, что у вас есть чувства друг к другу, и это делает мою жизнь чертовски сложной. Если вы будете продолжать в том же духе, то я убью вас обеих с особой жестокостью. - А вот тут ты сильно ошибаешься. – Запротестовала Реджина, пытаясь снова построить вокруг себя стены. – Хватит говорить чушь хотя бы на минуту. - Я могу доказать это, и ты это знаешь. – Сказала Тинк, внезапно почувствовав себя довольной. Она слишком давно вынашивала свои планы, чтобы сейчас они в одну минуту разрушились. - Ты не сделаешь этого. - Оу, поспорим? – С вызовом спросила Тинк, поворачиваясь к Эмме. – Эмма, ты использовала магию на вечеринке Ариэль, потому что ты хотела поцеловать Реджину. Ты использовала ее, чтобы бутылка указала на нее. - Эм, нет. Я не делала этого. - Да. И ты сделала это. Пусть это не было явно выраженно, но я все равно почувствовала это. - Эмма с трудом может зажечь свечку, и ты хочешь, чтобы я поверила тебе, что она управляла бутылкой? – Усмехнулась Реджина. – Забавненько. - Ну, наверное она действительно полный ноль, учитывая то, что она тебя вытащила с того света, когда ты чуть не умерла от яда. Очень забавно, что ее магия начинает действовать, когда дело непосредственно касается тебя. - Я хочу, чтобы ты знала причины, почему Эмма могла спасти меня. Потому что... - А теперь поговорим о тебе. – Тинк быстро прервала ее оправдания. – Ты использовала магию на протяжении всей игры. И ты вообще та еще стерва, потому что заставила меня поцеловать Арчи. Но потом, когда настала очередь Эммы крутить бутылочку, ты не останавливала ее, пока она не указала на тебя. Почему? Потому что ты тоже хотела, чтобы она тебя поцеловала. И черт знает, что могло еще произойти, когда была бы твоя очередь, если бы не остановили игру. - Это правда? – Спросила Эмма, в ее голосе была слышна надежда так же, как и смущение. – Реджина, что бы произошло, если бы настала твоя очередь? Реджина замерла, как испуганный олень под светом фар, а Тинк и Эмма внимательно смотрели на нее, пока она не ожила. Брюнетка выглядела как физически, так и морально вымотанной. Тинк хотела знать, возможно, она все же заслужила, хоть немного проникнуть в эмоции Реджины, которая так их скрывала. В полной тишине Реджина прошла мимо Тинк к шкафу, где валялась пустая бутылка из-под вина. Она подняла ее и сразу же пошла к Эмме. Остановившись в паре сантиметрах от ее лица, Реджина раскрутила бутылку в воздухе с помощью магии. Бутылка несколько раз прокрутилась вокруг своей оси и, наконец, указала на Эмму. - Это. – Она опустила бутылку на пол. – Вот что бы произошло. - Правда? - Да. – Выдохнула Реджина. – Конечно. - Ты была единственным человеком, из-за которого я согласилась играть в эту наитупейшую игру. Это было для того, чтобы поцеловать тебя. – Сказала Эмма, чуть подаваясь к Реджине. – Я думала, что это была моя магия, только из-за того, что я так пожелала. - Но это не меняет того факта, что мы также могли этого не делать. – Сказала Реджина. – Твои родители не переживут, если мы будем спать вместе. Я уверена, ты не захочешь быть причиной, по которой они умрут. И это еще не упоминая, как сейчас все сложно с Генри... - Подожди, давай проясним: я не заинтересована в том, чтобы у нас с тобой были эм... чувства друг к другу на одну-две ночи. - Ты не можешь хотеть чего-то большего со Злой Королевой. Я знаю это. - Ты не знаешь, чего я хочу. – Сказала ей Эмма, невозмутимо глядя на Реджину. – Ты действительно этого хочешь? Одну ночь? - То, что я хочу, не играет никакой роли. - Но не для меня. - Хватит уже. - Хватит чего? - Быть такой... Эмма. Ты такая бесячая и наивная в одно и то же время. Я не хочу уничтожить все, что мы так долго строили ради нашего сына. Я уже говорила, что не могу потерять семью. Это очень насторожило Тинк. Реджина все же помнила, что она сказала Эмме в машине, когда она была так близка к смерти. - Подожди-ка, ты помнишь? - Да. - Ты сказала, что ничего не помнишь. – Вступила Эмма, ошарашенная этим обманом. – То есть ты мне соврала? - Я была смущена тогда. - Потому что ты причислила меня к своей семье? - Потому что я сделала то, что показывает, что я нуждаюсь в тебе. И тот вред, который ты можешь создать, зная эту информацию, – просто невообразим. Ты можешь уничтожить меня. - Реджина. – Спаситель, в глазах которой сверкала страсть, схватила брюнетку за руки и прижала к себе. – Ты согласишься пойти со мной поужинать? - Ты не слушаешь меня, идиотка. - Я слушаю – только не вижу к чему мы пришли. Ты не хочешь ничего разрушить? Но это уже произошло. - Как это? - Потому что я разве что не представляю, как снимаю с тебя одежду и беру тебя на ближайшей поверхности, – когда вспоминаю, как сложно тебе быть такой доброй и щедрой ко мне. - Ох. - Да. Итак, что ты там говорила про смущение? – Поддразнила ее Эмма. – Я нуждаюсь в тебе тоже. И Тинк права: мы не можем игнорировать это больше. - Возможно. - Итак, ты свободна завтра вечером? - Да. - Очень хорошо. – Блондинка отпустила руки Реджины. – Сейчас я хочу уйти, потому что это была чертовски сумасшедшая ночь, и я хочу, чтобы она закончилась на хорошей ноте. Эмма повернулась и направилась к двери, но Реджина окликнула ее. - Подожди минутку. - Хэй, ты согласилась, у меня есть свидетель. Кроме того, Тинк сказала, что убьет нас, и я думаю, что она была серьезна. Так что менять решение не самая хорошая идея. - Нет. Это другое. – Уверила ее Реджина. – Что мне следует надеть? Эмма расплылась в широкой ухмылке: Реджина все же вставила нотку обыденности в эту ненормальную ночь. Это было знаком, что некоторые вещи все же не меняются. - Красное платье, которое ты хотела надеть на вечеринку к Ариэль – когда я так глупо сказала тебе переодеться. - Это означает, что мы идем... в какое странное место ты хочешь меня отвести? - «Четыре сезона»? – Эмма засмеялась. – Да, думаю, что-то в этом роде. - Отлично. Эмма еще раз подошла к бывшей Королеве и нежно стерла размазавшуюся помаду над верхней губой. - Я заберу тебя в восемь. – Пообещала Эмма, прежде чем уйти. - Извини. – Прошептала Реджина, когда они остались с Тинк одни. – За то, что мы поссорились. Тинк не могла понять, что же было такого между Эммой и Реджиной, что ее так привлекало. Возможно, то, что это было нелегко для них. В любом случае она больше не может сердиться на Реджину, даже несмотря на то что ей наговорила брюнетка. Кроме того, сердце Тинк словно увеличилось раза в три, пока она наблюдала сейчас за девушками. - Я прощаю тебя. - Я не знаю, смогу ли я сделать это. - Сможешь. Ты готова. - К свиданию? Возможно. Но я не готова к тому, о чем мы говорили раньше. И если ты расскажешь Эмме, то она... Было не похоже, что Тинк будет и дальше сердиться на нее, если она хотела... потому что она была в одном точно уверена: если столько усилий ушло на то, чтобы Эмма и Реджина согласились сходить на первое свидание, то фея могла лишь представить, сколько может уйти времени на то, чтобы они поняли, что являются родственными душами друг другу. Тинк была более чем уверена, что веселье только начинается. - Я не собираюсь ей ничего рассказывать. – Пообещала Тинк. – Теперь это только ваши отношения, ребята.