Россыпь драбблов по Иисус Христос Суперзвезда

Иуда думает, что он предает Иисуса уже в тот момент, когда видит Ану. Ана — полная противоположность Иисуса, и именно это притягивает его сильнее всего. Иисус похож на свет и солнце, Ана — на тьму. Иисус — звезда, лидер, первый, Ана — держится на вторых ролях. Иисус не может связать и два слова, если спросить его о чем-то важном, а слова Аны ложатся в воздухе солидно, четко и размерено, как будто у него есть ответ на любой вопрос. Иисус бездействует, пока Ана четко идет к цели. И Иуда даже не задумывается, к какой именно, пока он это чувствует. Он просто чувствует, ему этого достаточно. Ему достаточно ощущать почву под ногами рядом с кем-то, чтобы идти к нему и идти за ним. Когда-то это был Иисус. Теперь он его предает — с каждой встречей, с каждым взглядом, с каждой улыбкой, которая достается другому. Каждая минута, час, день. После этого он бежит сломя голову обратно к своей звезде и солнцу, но чувство вины заставляет его лишь кричать, срывать голос, потому что он чувствует, что Иисус постепенно проигрывает, сдает свои позиции. Он теперь даже не мямлит, он просто молчит и отказывается с ним разговаривать. И теперь все меньше помогает тепло в груди от одной мысли о нем. Тепло может оставаться теплом сколько угодно, но нельзя висеть в воздухе столько лет. Это слишком болезненно, особенно в их время. И его все сильнее тянет к Ане, у которого есть ответы и есть почва под ногами. Который уже предлагал перебираться в защищенные комнаты и жить с ним, и который точно не приведет шлюху и не начнет таскать ее с собой. Единственное, что не нравится Иуде в том, как меняется его жизнь, это то, что рядом с Аной он сам чувствует себя шлюхой. Но ведь он никогда не предаст Иисуса окончательно, так ведь?