Россыпь драбблов по Иисус Христос Суперзвезда

Иуда бы сказал, что у него вместо души — выжженная пустыня. Он бы сказал, что он похож на мрамор, на памятник, а не на живого человека. Но Иуды здесь нет. Ана ходит по своему кабинету, заложив руки за спину, и думает. Сейчас он может только думать, потому что больше в нем не осталось ничего. Он не чувствует по поводу смерти Иуды ничего. Он не чувствует по поводу поимки Иисуса ничего. Иуда бы сказал, что он черствый ублюдок, холодный слизень, который возник на махине сената, что он несчастная пародия на злодея, само средоточие бюрократии, что он не заслуживает своего титула, и дома, и всего, что у него есть, потому что оно нажито нечестно, потому что оно должно принадлежать каждому, потому что бедные страдают, пока Ана прохлаждается в темных комнатах своего дома. Но Иуды здесь нет. Ана ходит по кабинету, и в голове у него — планы. Что должно улучшиться, когда Иисус умрет. Что он исправит первым. Какую мысль подкинуть Каиафе, пока тот правит Иерусалимом. В его мире Иисус уже перестал существовать. Он стал ничем, никем, он — списанная фигура. Завтра Пилат вынесет приговор, завтра Иисуса распнут. Он не думает о новости, которую ему внес один из стражников, испуганный до синевы и почти что истерики. Кажется, он ужасно боялся того, что видел. И того, что мог с ним сделать Ана. — Ваш… Этот… Иуда повесился. Вечер Аны разбился на «до этой новости» и «после». Если «до» содержало в себе, как успокаивать Иуду, как они придут домой, и сколько времени ему придется терпеть чужую истерику, то «после» — не стало ничего. Жизнь Аны в тот момент кончилась, как будто вместе с жизнью Иисуса он подписал конец и собственного бытия. У него было много дел. Государство не ждало. Отчет в Рим, Цезарю, отчет Каиафе по поводу последних мятежников… Расходы на крест. Лицо Аны недвижимо, душа Аны мертва. Так сказал бы Иуда. Он бы посмеялся, до слез, что Ана мог умереть от того, что Иуда может с собой что-то сделать. Они не связаны обещаниями, они не связаны любовью, — так бы сказал Иуда. Но Иуды здесь нет.