Россыпь драбблов по Иисус Христос Суперзвезда

Иуда полулежит на столе, и в пальцах у него танцует карандаш. Ана какое-то время любуется этой картиной, а потом медленно подходит. Иуда весело ему машет, замечая, и заправляет карандаш за ухо. — У меня идея, — говорит он и садится, свешивая одну ногу со стола, а второй упираясь в край и притягивая к груди. — Я тебя просил не сидеть на моем столе. — Нам, конечно, понадобится кто-то из архитекторов, но, мне кажется, должно получиться, — продолжает Иуда, привычно отмахиваясь от всех указаний Аны. — Получится дешевле и быстрее, если объединить два верхних уровня и сделать анфиладу... Он объясняет Ане на пальцах, вскакивая со стола, расхаживая по комнате, расставив руки и делая ими взмахи, словно рисуя будущий Иерусалим прямо в воздухе. Он сейчас очень похож на того Иуду, с которым он общался долгое время: он так же эмоционален, он так же мечется из одного угла комнаты в другой. Но это совершенно другой Иуда. Это Иуда, которому есть чем заняться. И Ана наслаждается этим Иудой точно так же, как наслаждался до этого предыдущим. — Ну так что? Я уже нашел рабочих, — торопится сказать Иуда. — Они, правда, не очень хотят быть под моим руководством, это парни, которых вербовал Симон в свое время, но я подумал, что слышал, где Симон, и не прочь написать ему весточку... В нем слишком много идей, которые переполняют его голову. В нем слишком много энтузиазма. В нем слишком много того, от чего Ана наполняется изнутри, приходя с работы домой. Когда Иуда в следующий раз оказывается рядом с ним, он ловит его за руку и подталкивает к столу, зажимая между собой и деревом. Иуда ухмыляется.