Проклятые.

- Даша, закрой глаза, - негромко, попросил Андрей, при этом улыбаясь самой счастливой улыбкой на свете. - Андрей! - Даша кокетливо вскинула брови. Андрей подмигнул ей и одной рукой сжал ее ладошку, вторую руку пряча за спиной. - Ну, пожалуйста, - потянул он игриво. - Это... сюрприз. - Ладно, если сюрприз, то... - Даша тоже заулыбалась такой же ослепительно-счастливой улыбкой, что и ее парень и закрыла глаза. Она чувствовала его сильную руку в своей ладони, и даже его улыбку, хоть и не могла ее видеть. И сердце так приятно билось, чуть быстрее, чем обычно, когда юноша был рядом. И Даша прекрасно ощущала, что ей не надо ничего в этой жизни, кроме Андрея. Быть с ним вместе - более чем достаточно для счастья. Андрей суетливо одной правой вытащил из-за спины слегка помявшийся букет обычных полевых ромашек - все, что он сумел найти в лесу. Поправив пару цветочков, он склонился к Даше и прошептал на ухо: - Можешь открывать. Медленно, щурясь, Даша открыла глаза. И тут же улыбка вновь зажгла ее губы, блеском тысячи звездочек отразившись в глазах. - Андрей! Спасибо большое! - девушка сжала букет, прижав его к груди. - Это прекрасно, правда. Андрей смутился, отчего на щеках заиграл румянец. И Даша так любила это его смущение рядом с ней. - Значит... я заслужил поцелуй? - произнес Андрей. Даша рассмеялась и притянула парня к себе. - И даже не один. Андрей обнял Дашу крепко-крепко, а губы слились в поцелуе. Они любили друг друга. Были счастливы. И впереди их ждала долгая жизнь. - Макс! - голос Лизы приятно нарушил сонную утреннюю тишину. В спортзал уже прокралось утреннее солнце, освещая двух счастливых людей, наконец-то сумевших помириться. - Ммм? - промычал в ответ Макс, глядя в потолок. - Я больше не хочу с тобой ссориться, - прошептала Лиза. И Макс, наконец, посмотрел на нее. Их взгляды встретились. И в ее глазах он мог тонуть безвозвратно. Как же она вскружила ему голову. Навсегда. - А мы и не будем, - уверенно заявил Морозов. И Лиза не сдержала смешка. - Правда? - Кривда. Макс притянул девушку к себе и поцеловал со всей нежностью, на которую был способен. Потому что она тот человек, ради кого он менялся. Становился лучше. Рядом с ней. - Только я должен тебя сразу предупредить, - выдохнул Макс, прервав поцелуй. В глазах Лизы мелькнуло удивление с примесью тревоги. И это так позабавило Максима, что он чуть не рассмеялся. Она боится, что он скажет что-то плохое. - О чем? - Ну... - Макс откинул волосы Лизы с ее плеч, медленно проводя рукой по шее, - теперь я уже никуда не денусь, ясно? И тебе придется прожить со мной всю жизнь. Лиза с облегчением рассмеялась. И Макс тоже заулыбался. Он любил ее смех, как сильно он любил ее радость. Ее счастье. С ним. - Пожалуй, я согласна попробовать, - счастливо ответила девушка и потянулась за поцелуем. И даже само солнце не было таким ярким, как счастье этих двоих. А впереди у них была долгая жизнь. - Эй, ребята! - Рома влетел в свою комнату, но никого не обнаружил. - Что за черт? Он уже полчаса бегал по школе, пытаясь найти хоть кого-то из компании, но безуспешно. - Так нечестно, - уныло буркнул он, садясь на кровать. - Сегодня же мой День Рождения. Сердито взбив подушку кулаками, Рома спрятал в ней лицо, чтобы хоть как-то успокоить разгоравшуюся обиду. И тут распахнулась дверь. Рома подскочил от оглушительного треска и поднял лицо. - С Днем Рождения!!! - радостный крик друзей. Они все были здесь. В цветных колпаках, в руках Вики большой торт с горящими свечками, как в детстве, а у Даши связка разноцветных воздушных шариков. - Ты что, Ромыч, думал, мы забудем про такой день? - усмехнулся Макс, широко улыбнувшись. - Да никогда. Это, если хочешь знать, самый важный день в году, да. Мы его даже красным отметили. Да, Андрюх? И Андрей засмеялся. А затем первым бросился обнимать друга. Вика, Даша, Лиза и Макс незамедлительно бросились следом. И счастливый смех лучших друзей разлетелся по школе. Глаза Ромы искрились счастьем. Он лукаво оглядел выжидающие лица друзей, а затем перевел глаза на торт. Зажмурившись он резко дунул, загадав желание. И все свечки погасли. Друзья зааплодировали. - Ну, что, налетаем! - воскликнул Рома. В этот день ему исполнилось шестнадцать. И впереди его ждала долгая жизнь. Вика и Леша лежали на кровати девушки, рядом. Она положила голову на его грудь, пальцы их рук были переплетены друг с другом. Ей было так хорошо и спокойно с ним, как никогда прежде ни с кем. Она не боялась того, что он Хранитель. И с ним никогда не будет легко, а опасность всегда будет поджидать за порогом. Но Вике было все равно. Лучше так, но с ним, чем обычной жизнью, но с кем-то другим. Вика и не думала прежде, что способна так любить. Она прижала к губам его стертые костяшки, вспоминая каждый миг, связанный с ним с его появления в школе. Первую встречу и каждое случайное столкновение, слово, улыбку, взгляд. Они были вместе, рядом. Строили планы на будущее. - У нас обязательно будет двое детей, - уверенно произнесла Вика. - Такие же огоньки, как и ты. - Такие же красивые, как и ты, - помотал головой Леша. - И зачем ограничиваться? Пусть будет много-много. Девушка рассмеялась. - Для начала вообще одного хватит. Если мальчик, то назовем его Темой, - предложила Вика. Леша улыбнулся. - Хорошо. А если девочка, то Беатриса. - Почему Беатриса? Леша взглянул на Вику и улыбнулся. - Потому что Беатриса в переводе с латыни «счастье». А ведь ее мама подарила мне самое большое счастье в жизни. Вика не сдержала солнечной озорной улыбки. И сильнее прижалась к парню. - Представь, - размечталась она, - большой светлый дом. С белым забором. Ты сидишь на веранде и пьешь утренний кофе. И кругом цветет сад. - И ты рядом, - добавил Леша. Потому что не представлял себя больше без нее. - В белом платье. - А у ног большая собака. Лабрадор. С красным ошейником. - С медалькой. И в саду бегают дети. Играют в мяч и гоняют соседскую кошку. Вика рассмеялась, поймав Лешин взгляд. И он рассмеялся в ответ: - А знаешь, что я делаю потом? - Что? - Вика приподнялась на локтях, приближаясь к Леше. Он потянулся ей навстречу. - Целую тебя. Они были такими счастливыми. А впереди была долгая жизнь.

***

На дрожащих ослабших ногах Андрей с трудом добрался до своей комнаты. Он уже ничего не соображал, все слилось в какую-то неразделенную кашу, заполнившую его сознание. И только рыдания Леши, нечеловеческие от боли, набатом стояли в ушах. И скрюченная, сразу как-то высохшая фигурка друга, потерявшего любимую девушку. Даже его фееричные волосы поникли и словно потемнели от горя. Андрей знал, что значит терять любимую. Но какого это, когда уже все закончилось? Когда до спасения не хватило пяти минут? И когда этим спасением был сам Леша. Как жить теперь ему с этим?.. Не помня себя, Андрей ввалился в комнату и грузно опустился на кровать. Как же все больно. Как же горит внутри. Сложно. Зачем все так? Чем они прогневили жизнь, что она так обошлась с ними? Любопытные. Слабые. Нет, не слабые. Просто зло сильнее. Всех ломает. Всех. Даже самого сильного. Лешу. И вновь его голос, с отчаянием зовущий Вику, заполнил пространство. Что-то под животом неприятно хрустнуло и острым углом уперлось прямо в бок. Андрей резко подскочил, будто его пронзила молния. Не заметив, он лег прямо на оставленную так небрежно на кровати проклятую книгу. Они совсем забыли про нее, когда бросились искать Вику. Леша забыл. И теперь, в своем горе, ему явно было не до фолианта. И книга, оставленная без присмотра, вновь могла оказаться оружием в чьих-нибудь невинных руках. Ведь она никогда не дремлет. Даже в руках Хранителей она всегда вынашивает свои планы. Она всегда будет противостоять людям, стремиться их уничтожить. Такова ее суть, такой она была невольно создана. Словно что-то внутри щелкнуло. Андрей будто окаменел и завороженным ненавидящим взглядом уставился на книгу - источник всего того горя, что выпало на его долю и долю его друзей. И ненависть, жгучая, как пламя, зарождалась где-то внутри и поднималась все выше, выше, готовясь поглотить с головой. И только острое желание - мстить пульсировало в висках. Андрей никогда и никого не ненавидел еще так сильно, всем своим существом, как эту книгу. Не медля ни секунды, она должна прекратить свое существование, должна быть уничтожена. Пока не попала в чьи-нибудь еще руки и не сломала другие жизни. Вдребезги. Андрей почти не соображал, что делает. Он быстро напялил на себя куртку, широкими шагами вернулся к кровати и схватил книгу обеими руками, сжав так крепко, что побелели костяшки пальцев. А разум окончательно покинул парня. Все в голове перемешалось от горя, осталась лишь тупая злость. И бесконечная боль. - Если Леша не уничтожит тебя, то это сделаю я! - выпалил Андрей. И сжав книгу под мышкой, выбежал прочь.

***

Около лодыжки неприятно дернуло. От неожиданности Леша весь содрогнулся. Хотя теперь ему было все равно. Возможно, если бы он вновь умирал, корчась от боли, как это было полчаса назад, в лесу, ему было бы легче. А сейчас все чувства вновь ушли, оставив одно безразличие к происходящему. Леша просто сидел без единой мысли в голове, прижимая к себе мертвую Вику. Просто так он хоть как-то, но был с ней. Потому что быть без нее невозможно. Ногу снова пронзила боль. Как иголкой. И даже в таком состоянии Леша знал - татуировка. Только вот почему? Ведь он вернул книгу и снял проклятье... Только какой теперь в этом смысл? Леша уткнулся лицом в Викины волосы, вдыхая их еще по-живому родной неугасший запах. «Она бы хотела, чтоб ты боролся», - прошептала тишина. «Она бы не позволила тебе быть слабым», - вторил ей ветер за окном. «Она видела в тебе героя. Так будь им», - добавило солнце, заглядывая в комнату и своими холодными лучами касаясь Викиного лица. «Она любила тебя, - потянул медальон. - И знала, что ты придешь». Леша поднял глаза, красные от слез. И если он выглядел ужасно, когда мучался от проклятья кулона, то теперь смотреть на него было еще страшнее. Боль от потери Вики намного превзошла ту боль, что испытывал он, умирая. - Ты хотела, чтоб я ее уничтожил, - прошептал Леша, будто надеялся, что Вика его услышит. - Я доведу начатое до конца. Я обещал тебе, Вика. И я это сделаю, слышишь? Я уничтожу ее. И она больше никого не заставит страдать. Собрав в себе все силы, Леша поднялся на ноги, а затем поднял Вику и переложил ее на кровать. Заботливо поправил волосы, руки, рубашку. Теперь Вика словно спала, только смертельно-бледная, с высохшими губами. Аккуратно Леша заправил прядку волос Вике за ухо и ладошкой провел по ее щеке. - Мое сердце всегда будет твоим. Вика... А затем наклонился и поцеловал девушку в губы. Будто украл еще один поцелуй у смерти. - Дождись меня там, ладно? Мне нечего здесь делать без тебя. А затем стремительно вышел прочь, не оглядываясь. Потому что если бы оглянулся, то вся его решительность вновь пропала, и он бы снова поник. Ему и так было не просто собраться, идти куда-то, что-то делать. Быть сильным. Когда хотелось просто лечь и умереть. Рядом с ней. Казалось, вся школа умерла вместе с Викой - Леша не встретил в коридоре ни души. Помедлив секунду у двери, он вошел в комнату юношей. Но ни Андрея, ни книги на его кровати не оказалось. И сердце забилось чаще. А ногу снова кольнуло. - Андрей! - зачем-то позвал в тишину Леша, хоть и знал, что Авдеев ему не ответит. Друга не было. Как и фолианта. И все складывалось один к одному. - Господи! - в ужасе охнул Леша, все поняв. Бегом он подлетел к открытому окну и выглянул вниз. Как раз вовремя, чтобы увидеть знакомую фигуру, скрывшуюся за воротами. Андрей покинул территорию школы. И в его руках была самая опасная книга планеты - проклятый фолиант в фиолетовой обложке. - Дурак, - выдохнул Леша, хватаясь руками за голову. - Какой же я дурак... И стремительно сорвался с места. Вновь нужно успеть. Пока разгоряченный и отуманенный от горя Андрей не наделал глупостей. И как он мог так бездумно оставить книгу? После стольких лет поисков, наконец, когда она оказалась в его руках, он так легкомысленно забыл о ней, бросив без присмотра. Так нельзя! Он не имел права. Это не только его крест. Всех когда-то живших Хранителей. Они умерли, не отыскав фолиант. А он нашел. И теперь вновь был близок к его потере. В нем было больше мужества, чем в первом Хранителе. Ведь он поборол искушение прочитать, узнать. И собирался уничтожить. Тогда как другие не желали этого. Но уничтожив книгу, Леша спасет всех от искушения ее власти. В том числе, и будущих рыжих уже не Хранителей, а просто ребят. Прыгая через ступеньку, Леша сбежал с лестницы. - Громов? - раздался удивленный голос. Виктор Николаевич. - Алексей! Но Леша и не подумал остановиться. Промчавшись мимо преподавателя, он вылетел на улицу. Поскользнувшись на нижней ступеньке крыльца, он побежал к воротам. - Громов! Вернись немедленно! - кажется, Поляков не поленился выйти на улицу следом за учеником, который еще утром лежал в больнице при смерти, а сейчас носился по школе с сумасшедшим лицом. Но сейчас Леше было даже больше, чем все равно. Просто плевать. Он должен был как можно скорее найти Андрея и книгу. Да, тот больше не проклят, Леша освободил его. Но книга в его руках почувствует слабость. И обязательно что-нибудь придумает. И этого «чего-нибудь» и опасался Леша. Ветки били по ногам и поднятым вперед рукам, прикрывающим лицо. Но одна из них все же увернулась от ладони и со всей силы резанула по лицу, с пронзительным свистом рассекая воздух. Острая боль мгновенно отозвалась в теле. А щека вспыхнула нездоровым пожаром - из тонкого длинного рубца стремительно выступала горячая кровь. От быстрого бега она стекала неровными струйками, и одна из них попала в самый уголок губ. Горьковатый вкус. - Андрей! - громко выкрикнул Леша, на миг останавливаясь на какой-то опушке леса, усыпанной хрустящими мелкими веточками и прогнившими черными листьями. Парень чуть наклонился вперед, чтобы отдышаться. А затем задрал голову вверх и снова крикнул: - Андрей! Небо над головой, ограниченное черными кронами деревьев, закружилось. И большой ворон, притаившийся на одной из них, громко каркнул два раза, а затем стремительно сорвался с места и грузно полетел куда-то. И вновь наступила тишина, нарушаемая лишь сбивчивым после бега дыханием Леши. Пар клубами вырывался из открытого рта. - Думай, думай! - прошептал самому себе Леша, на автомате сжимая кулон. - Куда он мог пойти? Мозги отключились со смертью Вики, ведь так было чуть легче воспринимать происходящее, но сейчас Леша вновь заставлял их работать. Нужно было как можно быстрее понять, что задумал Андрей. Чтобы не опоздать и в этот раз. Так же ужасно и досадно, как это случилось с его девушкой. И его жизнью. - Андрюха! - снова заорал Леша. - Ау! Но лес вновь ответил ему своей ледяной тишиной. Андрея не было рядом. И самое ужасное - Леша не знал, где его искать. Авдеев мог отправиться куда угодно. Леша сделал глубокий вдох и вновь побежал. Вперед. Лишь бы только не стоять на месте и не бездействовать. Потому что тогда паника топила с головой, заставляя захлебываться, барахтаться, взмахивая руками, чтобы хоть как-то выплыть из затягивающего водоворота страха. В голове отдавались учащенные удары собственного сердца. Поднимался ветер. И тут в скрипе веток прозвучал ледяной расчетливый голос, полный скрытого ликования: - Ты все равно не поймаешь меня, Хранитель! Никогда. Ты не герой. Леша поперхнулся и резко затормозил, чуть не свалившись вперед. Пульс учащался с каждой секундой. А сердце взлетело к кадыку. Виски наливались свинцом. Он знал этот голос. И именно его невозможно было спутать ни с каким другим. Самый ненавистный, но в то же время самый властный и опасный голос на свете. Леша растерянно заоглядывался по сторонам. Пытаясь хоть как-то понять, откуда шел голос. Потому что его обладатель мог привести его к Андрею. И тут впереди хрустнули ветки. - Андрей! Это ты? - выдохнул Леша. Пар изо рта вырвался в холодный воздух и замер. Ветки шелохнулись, покачиваемые ветром, но никто не ответил. И вновь в висках истерично забарабанил пульс. Взгляд суетливо забегал. А зрачки сузились до крошечных точек. И цепочка на шее словно замерзла инеем, который своими холодными колючками заставлял кожу покрываться мурашками. - Где же вы? - в отчаянии выдохнул Леша. И решительно помчался в ту сторону, откуда раздался звук. Ноги проваливались во внезапно размякшую влажную землю. Так скоро кроссовки стали совсем мокрыми. Пару раз Леша спотыкался и судорожно хватался руками за воздух, чтобы не упасть. Наконец, он выбежал к речке. И сердце остановилось. Андрей медленно, размеренным, но четким шагом поднимался на мостик. А снизу на него смотрела черная осенняя вода. В руках он крепко держал книгу. - Андрей! - как сумасшедший заорал Леша и напролом через кусты кинулся к другу. Задыхаясь, он выбежал из леса на дорожку и тут же полетел на землю. Нога зацепилась за какой-то камень. Порывчатыми движениями Леша поднялся. В придачу к саднящей щеке прибавились ноющие коленки. Но он, казалось, даже не замечал боли. Лишь бегом бросился к мосту. - Андрей! Авдеев оглянулся и тут же вздрогнул. Глаза его полыхали воспаленным нездоровым огнем. И Леша заметил это. Он тут же сбавил бег на обычный шаг и медленно, чуть выставив руки вперед, будто успокаивая, стал приближаться. - Андрей, - выдохнул он как можно ровнее, хотя дыхание все еще не успокоилось от суматошного бега и страха, - пожалуйста, отдай мне книгу. Андрей туманным, неузнающим взглядом уставился на парня. Но сухие холодные пальцы сильнее сжали фолиант. И это тоже не ускользнуло от Лешиного взгляда. - Андрей, - произнес он мягко, неуверенно сделав один маленький шаг к другу, - это же я, Леша. Мы договаривались, что я уничтожу книгу, помнишь? Андрей неопределенно мотнул головой. Он был сам не свой. Словно околдованный. Леша незаметно приблизился еще, не прерывая зрительного контакта. - Позволь мне сделать это. Дай мне книгу, и я уничтожу ее. Леша протянул вперед руку. И Андрей тут же резко дернулся. Лицо его исказилось от ненависти. - Нет! - завопил он. В глазах мелькнули слезы. - Ты не сделаешь этого! Ты такой же как все Хранители! Ты захочешь получить ее знания! - Это не так, - все еще спокойным голосом попытался унять Авдеева Леша. Но тот не желал ничего слушать. - Ты не уничтожишь ее! - продолжал Андрей, надрываясь. - Ты не сможешь! - Смогу! - не сдержался и повысил голос Леша. - Я клянусь тебе, Андрей! Только отдай мне книгу. Рука вновь потянулась к Андрею. И он снова отшатнулся. Глаза сверкнули болью. - Она убила всех! Всех кого я любил! Это никакие не знания! Это не больше, чем просто убийца! - теперь уже в голосе явно слышались слезы. - Она забрала у меня Дашу! Она уничтожила моих друзей! За что?.. За какие-то гребаные знания. А они... Они все погибли. И теперь еще Вика... Когда все закончилось. А Макс в больнице. Понимаешь ты? Нет? Мой лучший друг в больнице в критическом состоянии, и я не знаю, жив ли он! Успели ли мы спасти его! Он последний, кто у меня остался! Слезы стекали по щекам Андрея. Ему было больно. И сердце Леши тоже сжималось от боли. Андрей прав. Прав во всем. Но это говорит не он. Леша чувствовал это. Андрей не был проклят. Но был околдован книгой. Она вселила ненависть в его сердце. А ненависть и боль вместе - самый опасный коктейль на свете. - Я тоже все потерял, - выдохнул Леша, делая еще шаг. - Отдай мне книгу. Я уничтожу ее прямо сейчас. - Нет! - оборвал его слова Андрей. - Я не верю тебе! Ты не сделаешь этого! - Почему?.. Глаза Андрея вспыхнули. - Потому что это сделаю я! - выпалил он. И быстрее, чем понял Леша, швырнул книгу вниз. - Нет!! - закричал Леша всем своим существом. И крик отчаяния сокрушил мир, сотряс молчаливый холодный лес, заглянув в каждый его уголок. Он кинулся к мосту и взглянул вниз. Книга мгновенно скрылась, поглощенная черной ледяной водой. И лишь большие круги расходились в стороны от того места, куда упал фолиант. И эта бездонная тьма будто смеялась Леше в лицо. Книга ушла. Она вновь обхитрила всех. Легла на самое дно реки. А может, унесенная быстрым течением, уже была где-то совсем в другом месте. - Что же ты наделал, Андрей?! - воскликнул Леша, хватаясь руками за голову. - Никто не способен уничтожить книгу! Понимаешь, никто, кроме меня! Что же ты натворил... Сокрушенно качая головой, Леша опустился на корточки, свесив голову. Все напрасно. Смысла больше нет. Он не выполнил своего обещания. Он не уничтожил книгу. Синий кулон на шее чуть трепыхнулся. Леша сидел, запустив пальцы в волосы. Опустошенный. Убитый. Но почему-то еще живой. Андрей как-то потерянно все еще смотрел туда, куда выбросил книгу. Но взгляд его постепенно менялся. Черная ненависть исчезала. Сознание светлело, становилось более ясным. Он вновь становился собой. И до него медленно доходило понимание того, что он только что совершил своими руками. И взгляд наполнялся ужасом. Мокрое от слез лицо побледнело. - Что же я сделал... - прошептал он дрожащим голосом. - Леша... Прости меня... Андрей коснулся рукой плеча друга, но тот не поднял головы. А впереди была жизнь. Черная вода заполняла каждый уголок речного русла. Но даже ее потоки сторонились того предмета, что покоился на самом дне. Старинная книга в фиолетовой обложке. Она не промокала и не старилась со временем. Она дышала. Так, что ее обложка мерно вздымалась. Она вновь победила. И сейчас лишь затаилась в ожидании своего часа. А когда наступит время, она вернется. Чтобы уже никогда не оставить людей. Чтобы найти себе новых невинных жертв. Ведь всегда найдутся те, кого любопытство и жажда тайны приведут к книге. И тогда она завершит начатое. И тогда она снимет с себя оковы. И знания, уже никем не контролируемые, вырвутся на свободу и уничтожат все живое на своем пути.