Дай мне шанс

Когда Соник всё-таки уснула, пригревшись у Каролины на руках, девушка осторожно переложила её на подушку и спустилась вниз, к Филиппу. Направляясь на кухню, услышала гневное: — И если я тебя ещё раз с ней рядом увижу, ну ты понял, в общем, без чего ты останешься! — И кому это ты угрожаешь? — дождавшись, пока Фил закончит разговаривать, всё-таки вошла Каро в кухню. — Неважно, солнышко. — Нет, важно, — надулась Каролина. — Ты же поняла, с кем я разговаривал. Зачем спрашиваешь? — Ну вот и зачем ты ему звонил? Я бы сама разобралась! — Разобралась бы она, ага, конечно. — Разобралась бы, — буркнула девушка, тоня в мужских объятиях. — Была бы ты со мной, я бы никогда тебя не обижал. Каролин, — голос Киркорова чуть дрогнул, — может, ещё не поздно всё исправить? Мы будем идеальной парой. — Я подумаю, — уткнувшись носиком в мужскую грудь, Каро задумалась, пытаясь представить их вместе. Если с поцелуями, обнимашками и тасканием её, маленькой, на ручках всё было более-менее нормально, но как фантазия, прогулявшись по огромной загородной резиденции короля, дошла до спальни, почти оказавшись на огромной, мягкой кровати вместе с Филом, Каролина не выдержала и распахнула глаза. Не может так. Он её брат. И всё, что она может себе позволить это только лечь с ним рядом и крепко-крепко обнять. Ну и ноги на него положить. — Нет, Филипп, я не могу, — подняв взгляд на мужчину, сказала она. — Прости. — Почему, Каролиш? — шоколадные впились в изумрудные, силясь понять, что у этой малышки на душе. — Вдруг ты тоже нож в спину… Кто знает? Лучше вот сразу, на, возьми, — взяв со стола нож, Каро протянула его Филиппу. — Чтобы сразу не больно. И вообще, хватит с меня уже этих отношений. Лучше воспитанием дочери займусь. — Ты не сможешь без мужчины долго, — отбирая у Каролины нож и кладя его на стол, спокойно отрапортовал Фил. — Это почему это ещё? — подняла бровь она. — Когда от Юры ушла и с Муратом только-только познакомилась год же как-то прожила нормально. Не страдала. — Ну, вот, опять, — отпустив от себя девушку, Киркоров сел на стул и, взяв в руки чашку, отхлебнул немного чая, а затем, сморщившись от того, что он холодный, снова встал и, выплеснув напиток в раковину, включил чайник. — Опять ты пытаешься казаться сильнее, чем есть на самом деле. Тебе защитник нужен. Ты не сможешь одна. Не выкарабкаешься. — Выкарабкаюсь, — стукнула кулачком по столу Каро. — Взрослая уже. Наученная. — Прежде чем выкарабкаться, ты с Агаларовым помиришься, — фыркнул Филипп. — Это просто вопрос времени. Конечно, не знаю, что он сделать должен будет, чтобы твоё прощение заслужить, после того, как повёл себя, как… Да у меня даже цензурного слова нет, его назвать! По вам видно, что вы влюблены друг в друга и долго не протянете порознь. Можешь говорить, что я несу какую-то хрень, что это всё вообще чепуха какая-то, но уж поверь мне, дедуле, на слово. Будете вы вместе. — Филипп, мне так страшно было! — на глазах у Каролины снова появились слёзы. — Я едва одетая под дождём ночью на трассе… Правильно Эмин сказал, кто я, как не шлюха, в таком-то виде? А если бы кто-нибудь из проезжающих мимо водителей меня… — закрыв лицо руками, девушка дала волю слезам. — Ну, всё, маленький, всё, — мужчина погладил её по волосам, а затем усадил на стул и налил водички. — Не плачь. Всё позади. Всё закончилось. Тут же в кухне появилась Соня. — Дядя Филипп, почему мамочка плачет? — прозвенел в тишине детский голосок. — Ты её обидел? — Нет, солнышко, никто никого не обижал, — улыбнулся Фил, подхватывая крестницу на руки. — Просто мамочка устала, мамочке надо поспать. И тебе тоже. — Я водички попить хотела, — рыпнулась малышка, пытаясь слезть. — Вот тебе водичка, — наливая в стакан прозрачную жидкость, опуская девочку на пол и подавая ей стакан, сказал Филипп. — Спать бегом! Но Соня, что естественно, крёстного не послушала, а отдав ему пустой стакан, вскарабкалась к маме на колени. — Уезжать надо, — устраивая дочку поудобнее и прижимая к себе, сказала Каролина. — Соник, хочешь к бабушке поехать? — Хочу, — немного подумав, кивнула девочка. — А к какой? — В Черновцы, к бабушке Жанне, — спокойно ответила девушка. Стамбул никак не входил в её планы. — А потом в Польшу. Наверное. Зайка, хочешь? — снова спросила у дочки. — А где это? А там море есть? — тут же забросала Соник вопросами. — Это недалеко от бабушки. Но за границей. Другая страна. И море там есть. Балтийское. Холодное, ух! — А как же мы купаться будем, если оно холодное? — Придумаем что-нибудь, — улыбнулась Каро, целуя дочурку в макушку. — А теперь бегом спать! А то наш самолётик без нас улетит! Как только Соня с чувством выполненного долга наконец-то улеглась спать, Филипп подхватил Каролину на руки и понёс её в свою спальню. — Это что за новости такие? — удивилась та, оказываясь на мягком ковре в опочивальне короля. — Поспишь сегодня со мной. Вдруг тебе кошмар приснится. Хоть с кровати не упадёшь и меня не уронишь, от Сони в отличие. В общем, это всё в целях безопасности, — улыбнулся мужчина, расстилая кровать. — Укладывайся. Оказавшись наконец-то в горизонтальном положении под тёплым одеялком, Каролина с облегчением выдохнула. Прижавшись к тёплому боку Киркорова и схватившись за его руку, как маленькая девочка, Каро закрыла глаза. Фил обнял её, крепче прижимая к себе, и поцеловал в пахнущие чем-то сладким волосы. «И за что же это всё на тебя свалилось, маленькая?» — подумал он, глядя на то, как в такт дыханию подрагивают её длинные ресницы.