Дай мне шанс

Всё утро Соня доводила невыспавшуюся Каролину. Сначала она отказалась кушать кашу, потом бегала по дому, не желая собираться и помогать маме, упаковывать чемодан, а в конце концов и вовсе опрокинула на себя стоящую на столе чашку с кофе, случайно её зацепив, и тем самым заставив Каролину загружать стиральную машинку и переодевать девочку в убранные в чемодан вещи. В «Шереметьево» концерт по заявкам продолжился и, когда Каро чуть повысила на дочку голос, попросив её не убегать и дать ей руку, Соня рванула от неё со всех ног. Девушка, что естественно, побежала за ней. Малышка ловко огибала людей и, оглянувшись, врезалась в какого-то мужчину. Тот тут же подхватил её на руки, тем самым немного напугав, но, когда девочка подняла свои огромные глазищи на того, кто её держал, она выдохнула и, улыбнувшись, обняла мужчину за шею. Это был Эмин. — Ну, привет, красавица, — подкинул тот её в воздух. — Ты от кого так быстро бегаешь? — От мамы. Она ругается на меня. — Соня, я тебя убью, — останавливаясь и пытаясь отдышаться, выдохнула Каролина. — Спасибо, мужчина. — Да не за что, Каролин, — спокойно ответил мужчина. Каро, подняв глаза, встретилась взглядом с двумя парами одинаково карих. Такие родные. Но сейчас между ними стена обиды, которую они перед собой выстроили. — Здравствуй, — спокойно. — Прости, не узнала. Богатым будешь. — И так не жалуюсь, — так же спокойно ответил Агаларов. — Сонь, слезай с дяди Эмина. — Не буду. Ты на меня ругаешься. Не пойду к тебе. — Я и не прошу тебя ко мне идти. Я просто прошу тебя слезть с человека, — Каро снова начинала злиться на дочь. — Каролин, смотри какие у тебя глазки красные. Иди, отдохни, кофе попей, а я Соню займу, — спокойно сказал Эмин. Куек, скрипя зубами, отправилась заказывать кофе, а Агаларов, перехватив малышку поудобнее, уселся на диван. — Соник, ты чего натворила-то, что мама на тебя ругается? — Вела себя плохо, — вздохнула девочка. — Кашу не хотела кушать, потом кофе разлила. Вот мама и разозлилась. А что у вас с мамой случилось? Почему она тебя не обнимает и плакала утром? — Небольшие разногласия у нас с твоей мамой, зайка. Всё хорошо будет. — А когда вы помиритесь? Нельзя ругаться. Надо дружить. Пойдём, будете мириться, — соскочив с мужских колен, девочка потянула Агаларова за палец. — Давай маме кофе дадим попить, ладно? А потом пойдём. — Ладно, — кивнула малышка, забираясь обратно. — А ты куда летишь? — К Мике, Алишке и Амине. А вы куда? — А мы к бабушке. Тут объявили посадку на рейс до Киева. Эмин поднялся и, подхватив малышку на руки, отправился к Каролине, которая изо всех сил стараясь не расклеиться, глотала горячий кофе. Проводив Каролину до выхода на посадку, всё так же держа Соню на руках, Эмин передал ей девочку, и захотел было уйти, как малышка схватила его за руку: — Дядя Эмин, целуй маму. Хочу, чтобы вы помирились! — Нет, Сонь, не буду. Тебя лучше поцелую, — улыбнулся мужчина, целуя девочку в щёку. — Ты ёжиком мне больше нравился, — надулась Соня, поняв, что Агаларов побрился. — Прости меня, зайка, я не права была утром, — тихо сказала Каролина малышке, крепче прижимая её к себе и целуя в щёчку. — И давай ты ножками пойдёшь, хорошо? — Ну, ножками так ножками, — кивнула девочка, целуя маму в щёку, а затем оказываясь на полу. Глаза в глаза. Карие к зелёным. Обоих ломает. Оба понимают, что внутри друг у друга. Легонько касается её руки. Видит, как по её щеке скатывается одинокая слеза. Их торопят с посадкой. — Соник, маши дяде Эмину ручкой и пойдём, а то самолётик без нас улетит, — сказала Каролина, беря дочку за руку. — Пока, дядя Эмин, — малышка послала мужчине воздушный поцелуй. — Пока, принцесса, — помахал ей мужчина. — Мамулю слушайся! Каролина и Соня направились к выходу на посадку. Чувствуя на себе мужской прожигающий взгляд, Каролина остановилась и обернулась. Очень хотелось с разбегу броситься Эмину на шею, обнять и поцеловать. Но девушка сдержалась и, отведя глаза, ушла. POV Каролина Кажется, уезжать в другую страну и мотать сопли на кулак из-за того, что тебя бросил очередной мужик, стало доброй традицией. На часах привычные 5:50. За окном гостиничного номера оживает польский волшебный Краков. Рядом сопит Соник. Кошка-обида непрошенной гостьей снова устроилась на моей груди, душа пушистыми лапками. Я не прогоняла её и не хотела ей ничего говорить. Знала всё сама. Да и права, наверное, была мамуля, говоря мне о том, что я девочка «не его круга». Мол, слишком простая, из маленького городка и без влиятельных родственников до какого-нибудь там колена. Но разве любовь имеет границы? Мне всегда казалось, что нет. Чёрт возьми, жизнь, вот чего ты такая странная? Чего начинаешь? Нормально же общались. Но нет же… Погасив ночник, я поднялась с кровати и, надев тапки, вышла на балкон. Прохладный утренний воздух окутал меня, покрыв кожу мурашками. А может, к чёрту её, любовь эту, а? Зачем она нужна? Кто её вообще придумал? Зачем мне нужны все эти сопливые СМСки типа «Я скучаю», «Ты где? Набери мне, я волнуюсь!», если ты выкинул меня из машины на трассе? Зачем? И та сцена в аэропорту. Чёрт… Да почему же так больно, если всё это незачем? Неужели, я всё-таки влюбилась? Нет, быть такого не может! Сделав селфи для инстаграм на фоне вида с балкона и написав под ним «Когда ты хочешь слышать его голос, дышать вместе, быть одним целым...», тут же увидела под ним первый лайк. Сами, я думаю, понимаете, от кого. Впечатление, что он её караулит. Помотав головой, девушка вернулась в номер и, залезши под одеялко, снова уснула.