True Romance

       Последнее, что помнил Стайлз перед тем, как проснуться, что он во сне гулял по лесу и на него напал волк с яркими голубыми глазами. После чего на мгновение появилось лицо Питера. Дальше резкий и неприятный звук будильника.        Стилински устало посмотрел на часы и только тогда понял, что это был вовсе не будильник, а очередной пропущенный звонок от Пейдж.        – Чёрт, чёрт, чёрт! – Парень спрыгнул с кровати и помчался умываться и одеваться. Он пропустил два урока репетиции, а само представление через час!        Натянув на ходу футболку, Стайлз перезвонил своей девушке и стал слушать тираду о том, как он нехорошо поступает, прогуливая. Конечно, он и сам знал, что сегодня важный день и что каждая минута ему необходима для повтора материала. Но сейчас было бы приятнее услышать что-то вроде «доброе утро, милый, я соскучилась».        Джип отказывался заводиться, поэтому Стилински стал в гневе бить руль, что точно не могло ему помочь. Но он пытался.        – Спящая красавица, почему опаздываем? – слегка раздраженный голос из соседней машины был как ведро ледяной воды для Стайлза. Он аж подпрыгнул на месте. Посмотрев на Питера, парень поджал губы.        – А ты чего не там?        – Я все сцены отрепетировал. Кроме сцен с Офелом, – беспечно пожал плечами Хейл. – Бросай уже свою рухлядь и поехали на моей машине.        – Эй! – Стайлз было думал возмутиться, но не стал. Он молча перебрался на пассажирское сидение рядом с водителем и вжался в кресло, стараясь спрятаться или вовсе исчезнуть. Хейл рванул с места, выжимая всё из своего авто. Стилински и не заметил, как они оказались возле школы. Без разговоров они оба вылезли из машины и пошли в актовый зал.        – Извините, проспал… – Стайлз стыдливо ссутулился и опустил взгляд.        – Стайлз, из-за твоей безответственности всё это могло сорваться. Ты покинешь кружок после выступления, – сказал учитель, сверля взглядом ученика. У того на глаза навернулись слёзы, но он не подал виду, что ему не всё равно.        Хейл ободряюще провёл рукой по спине парня так, чтобы никто не видел, отчего у того прошли мурашки по всему телу…

***

       Напряжение в зале держалось вплоть до финала. Никто из зрителей не знал, чем эта постановка закончится, поэтому даже на юмористических моментах смех был скованным и неуверенным.        Стилински сумел отбросить все мысли и сыграть свою роль. Его отвлекала только непревзойдённая игра Хейла. Тот настолько вжился в роль, что Стайлзу становилось немного страшно отыгрывать финальную сцену. Он украдкой бросал взгляды на Питера до самой последней сцены.        И вот она, финальная речь главного героя. Стилински затаил дыхание и подошёл ближе к «Гамлету». «Офел» положил руки на плечи возлюбленному и улыбнулся, вглядываясь ему в глаза.        Стайлз искал одобрения или поддержки во взгляде Питера. И увидел нечто похожее.        Поцелуй получился несколько скомканным и неестественным. Даже Стилински это понял. Поэтому, чтобы не рушить всю картину, он прижался ещё ближе к Хейлу и постарался быть ещё более раскованным. Питер, конечно же, заметил эти старания и ответил тем же.        Шли секунды, а поцелуй всё не прерывался. Стилински не понимал, зачем это делает, но продолжал отчаянно цепляться за плечи парня, не желая прекращать. Это казалось так потрясно…        Изо рта Хейла пахло мятной жвачкой. Значит, заранее подготовился к подобному, несмотря на то, что в сценарии прописан самый невинный трёхсекундный поцелуй.        Питер положил одну руку на талию Стилински, а второй он ласкал его щёку.        Время для них остановилось. Никого больше не было, кроме них…        – Кхм-кхм, мы вам не мешаем? – голос учителя был отрезвляющим. Парни моментально отлипли друг от друга, и только после этого они поняли, что занавес уже какое-то время опущен. Неловкость нарастала с каждым мгновением.        – П-простите… – пролепетал Стайлз и быстро убежал со сцены в самодельную гримёрку, надеясь, что никто не заметит, как он покраснел. Заперев дверь, парень стал умывать лицо освежающей водой, стараясь смыть с себя запах Хейла, привкус мяты с губ… Его трясло от волнения. Даже перед выступлением не было такого мандража.        Что с ним происходит? Что за фигня? Он ни разу не чувствовал себя настолько неправильно.        В гримерке было тихо и довольно темно, чтобы постепенно расслабиться. Стайлз опёр руки о раковину и свесил голову так, что она была на уровне плеч. Только успокоившись он заметил, что у него… встал.        – Хейл… вот что ты со мной делаешь?..        «Нет, нахрен, пора с этим завязывать. Я не гей. У меня есть девушка…» – тщетно убеждал себя Стилински, самому себе не веря. – «Сегодня же прекращу всё это общение. А то этот волчара с голубыми глазами сожрёт меня, как во сне».