Лунный охотник.

Она вертелась под одеялом уже добрых три часа и никак не могла уснуть. Не надо столько дрыхнуть днём - вывод прост. Но уж что теперь делать?.. Дэро мирно спал, подложив руку под щёку и отвернувшись от нее на другой бок. Воды, что ли, сходить попить?.. Она прошлёпала наверх, выпила несколько глотков сока и пошла обратно. Когда она подошла к кровати, то увидела, что мужчина привольно раскинул руки. Хэлен хотела просто передвинуть свою подушку на край, чтобы не будить его, но тут услышала странное шипение, как будто кто-то задыхаясь, втягивает воздух из последних сил. *Дэро! Эй, ты что? Она наклонилась ближе и увидела, что весь он словно в судороге, напряжен, голова запрокинута на подушку. Он, оскалив зубы, пытается вздохнуть и не может. Руки, разведенные в стороны, сжимают кулаки, спина выгнута дугой над постелью. Что же делать? Что с ним такое? Девушка ухватила его за плечи и попыталась встряхнуть, но сведенные мышцы сделали тело каменным. *Деро! Очнись! Что с тобой?! Она ударила его по щеке ладонью. Если это сон, то должно помочь. Ничего. Он не очнулся. Футболка на груди намокла от пота. Её начала охватывать паника. *Дэро... Дэро! Да очнись же ты! Он хрипел и не открывал глаза. Хэлен легла рядом и прижалась головой к груди. Внутри болезненно быстро билось сердце. Она слушала, как воздух с трудом входит в легкие, как нехотя выталкивается обратно. Ну, и что делать? Бежать за помощью? В лес? Телефона нет. Свой он прополоскал в пруду и выкинул, а у неё и не было. Сколько прошло вдохов-выдохов она не посчитала. Просто как-то внезапно он обмяк и голова безвольно повернулась на бок. Хэлен тут же приподнялась и приложила ладонь к его шее. Слава Богу, бьется. И тут же, словно услышав её облегченный вздох, он открыл глаза. Безумие и гнев исказили лицо до неузнаваемости. Одним движением он ухватил её за горло рукой и, перевернув, прижал к постели. - Я же просил тебя никогда ко мне не прикасаться. Неужели это так сложно? Она могла дышать, но не могла пошевелиться. Да что она сделала-то? *Я думала, что ты умираешь, - просипела, едва дыша от неожиданности и страха. Он молча смотрел на неё, словно раздумывая, что же дальше с ней делать. - А хоть бы и так... Чем ты могла помочь? *Дэро, отпусти. - Страшно, да? - губы изогнулись в кривой презрительной ухмылке. Она попыталась кивнуть и тут же почувствовала, как его ладонь скользнула ей под футболку, легла на живот и там остановилась. - Жизни в тебе - чуть, а как умирать не хочется, правда? Терпишь в своей постели чужого человека, терпишь его постоянные домогательства, терпишь, когда он оскорбляет твоих друзей, слушаешь его ложь и ведь не боишься... Знаешь, можно ведь нажать посильней и всё! Никто не узнает, где ты... Сейчас стало ещё страшней, да? Скажи-ка мне, если бы ты знала, как всё обернётся, стала бы будить? Хэлен обеими руками ухватила его за запястье и попыталась оторвать его руку от себя. Как будто в скалу упёрлась. Он наклонился ещё ниже над ней. Рукой задрал футболку, так что обнажился живот, черное кружево едва прикрывало её от жадного и бешеного взгляда. - Ох, так ты, всё же, надела его? Я не ошибся - тебе очень к лицу. *Да что с тобой такое, Дэро?! - захлёбывалась она словами. - И сколько мольбы в голосе... Я почти пожалел тебя, почти отступил. Знаешь, на тебе тоже всё заживает очень быстро... И шрамы твои мерцают в темноте... Ты видела? Ах, нет. Здесь же нет зеркала. А сама на себя ты не смотришь без необходимости. А я вот смотрю... Каждый день. Каждую ночь. Как ты думаешь, каково это - видеть и не брать то, что хочешь? - шипел он, склоняясь всё ниже. Пальцы медленно пробежались по животу, скользнули от бедра к колену. Хэлен вздрогнула. - Холодно? Она отчаянно мотнула головой. - Красная Шапочка, разве ты не знаешь, что бабушку твою давно съели, и Волк уже лежит в кровати и ждёт тебя? Он отвел её колено в бок и удобно устроился на ней, слегка прижав собой к кровати. *Я же ничего не сделала! Просто хотела разбудить тебя. Ты задыхался. Я так напугалась. Перестань, прошу тебя! - Странно, что ты не плачешь сейчас. Самое бы время, кажется. Не хочешь пролить пару слёз, чтобы меня разжалобить в очередной раз? Она в отчаянии снова мотнула головой. - Чёрт! Знаешь, я не думал, что настолько терпеливый... И странно, что раньше этого не сделал. И сейчас ещё хочется просто разорвать все эти тряпки на тебе. Но нет. Игра слишком хороша, чтобы оборвать всё вот так - вдруг. Слишком сладок ужас в твоих глазах, чтобы просто взять, да и убить. Или... И ведь до чего же ты упёртая! Столько сил я на тебя потратил, а ты всё не сдашься, не сломаешься, не впустишь Волка к себе. Мужчина свободной рукой откинул волосы у неё со лба и провёл большим пальцем по нижней губе. Хэлен тут же сжала рот в тонкую линию. - Ой, да перестань! Это не поможет сейчас. *А что поможет? - осевшим от страха голосом выпалила она. - Что поможет? Надо подумать... Давай уговоримся так - я отпускаю руку с твоего горла, а ты САМА меня целуешь. И давай без обмана, ладно? Потому что ничего не мешает мне просто оторвать твою славную голову. Согласна? *А потом? Что потом будет? - Ну, вот потом и увидим. Всё зависит от тебя, малявка... - голос его сел и скрежетал на самом краю с шёпотом. *Ладно. Отпусти. Ты тяжёлый. - Хм... Тяжёлый?.. Ладно. Можем и поменяться местами, - ярость, как будто, немного поутихла в нём. Он ловко перекатился на спину и, поправив подушку, нагло на неё уставился. На губах играла плотоядная ухмылка. - Не тяни время, Хэлен. Я не так терпелив сегодня ночью, как обычно. Хэлен на дрожащих ногах обошла кровать и с места рванулась к лестнице. - Трусишка... - выдохнул с улыбкой и сорвался с кровати вслед. До двери было рукой подать, но и этого оказалось слишком много. Он схватил Хэлен у первой ступеньки, с силой дернул за тонкую руку. Она, отчаянно вскрикнув, упала. - Куда же ты? Мы ещё не доиграли, дитя! - прорычал он, перевернув её на спину. Хэлен оказалась распята его руками на полу. В ужасе она пыталась вырваться, освободить хотя бы одну руку, но получалась лишь какая-то беспомощная и нелепая возня. Он только сильней прижимал её собой к полу и смеялся, как тогда... Всё, как тогда! *Нет... Нет! - она уже ждала, когда послышится треск материи, когда затопит всё собой запах её же крови вслед за болью. - Ты не можешь сбежать сегодня, Хэлен. Сегодня уже не сможешь. Ты должна кое-что сделать для меня, Хэлен. Лишь один раз, а потом... Потом, может быть, я тебя и отпущу. Слышишь? - рокотал он у самого уха. Только ничего она не слышала, ничего не видела. Ненависть и горе взметнулись в ней с такой силой, что грозились убить на месте, на этом полу. *Пусти... Пусти... Ненавижу тебя! Лицемерный, лживый ублюдок! Это ты! ТЫ! - силы были настолько неравны, что надежды просто не оставалось. Тиски ладоней, что удерживали её, не ослабевали. Она не чувствовала, что по лицу бегут слезы. - И угораздило же тебя, дитя, попасться мне в ту ночь... Однако, ты здорово меня позабавила, и я в благодарность не убью тебя... Сразу. Так что, нет, - он отчаянно осекся, - не могу я тебя уговаривать. Губы остро впились в приоткрытый рот, заглушая новые проклятья. Рука, удерживавшая её запястья, судорожно сжалась. Он застонал, не получая ни отклика, ни сопротивления. - Ответь же мне! - и осторожно прикоснулся, тронув кончиком языка влажную и соленую щёку. - Хэлен… Ты можешь отказаться, но тогда в первую Луну мы оба умрём, если ты Волчица. А если нет, то я, скорей всего, найду тебя и прикончу. Так что сейчас у тебя есть повод не притворяться и ответить мне, наконец-то, - он замер, вжавшись жадным ртом в её висок, заглушая свои же слова. *Не понимаю… - выдавила девушка, немного взяв себя в руки. - Я укусил тебя… Механизм запущен. Теперь ты или становишься моей Волчицей, или нет. Но тогда вскоре оба умрём. А я не хочу умирать… Ну, или совсем уж дикое предположение: ты не Волчица и тогда, даже после заключения Брака, я тебя убью в полнолуние, - он слегка ослабил свою хватку, но при этом прижал её собой к полу ещё сильнее. - Я, если честно, не силен во всех этих брачных играх. Не собирался вступать. Никогда. Последнее слово упало с таким откровенным презрением, что Хэлен содрогнулась. *Так почему ты не убил сразу? – она уже поняла, что никто её не будет сейчас разрывать на куски и пожирать в темноте с урчанием. - Да я и нападать на тебя не хотел. Впрочем, всё это уже неважно. Выбора у нас уже не осталось. Так что придётся тебе, всё же, сказать несколько простых слов и… Дальше всё, как у людей, - он усмехнулся, отпуская её руки. *Я не хочу становиться монстром! Не хочу убивать! – вскрикнула, понимая, что её всё равно заставят. - Никто тебя и не просит. Не хочешь – не убивай. Мне вообще наплевать, что ты будешь делать после. Хэлен тут же попыталась столкнуть его с себя, но вызвала лишь очередную наглую усмешку. - Хватит… В тебе та же кровь... Перестань уже сопротивляться мне, - и опять губы побежали по щеке, собирая остатки слёз. *Что нужно сказать? - произнесла сдавленно, стараясь не думать о том, что он делает. - Скажи, что отдаешь себя мне, -голос опустился до шёпота, запутался в волосах за ухом. *И всё? - отодвинуться не получалось. - Нет… Ещё ты должна… - пальцы сомкнулись на рукаве футболки, потянули, заставляя ткань поддаться, надорваться с громким всхлипом. От этого звука Хэлен всю передёрнуло. Она сжалась, забыв, что должна была что-то там сказать. - Говори! – приказ прозвенел железом сквозь зубы. *Я отдаю себя тебе, - сказать было сложнее, чем ей думалось. - И теперь под Луной… - футболка, разорванная наискось, полетела во мрак. - Ты - моя Волчица. А я - твой Волк. Он замер внезапно, позабыв и о том, что пытался поймать уже наконец-то эти непокорные губы своими, и о том, что произнёс сейчас. - Хэй, мелкая , отчего ты до сих пор плачешь? Ответа не последовало. Он приподнялся и сел на пол, подогнув под себя ноги. - Иди сюда… Руки скользнули по обнаженной спине, приподняли. Волк осторожно усадил её к себе на колени, обвил её же ногами свою талию. Ладони медленно скользили по бёдрам, собирая прохладу кожи. - Посмотри на меня, - мягко стлался бархат голоса, обволакивая теплом. Хэлен открыла глаза. Во тьме, совсем близко, едва угадывалась ещё более чёрная тень. И в этой густой осязаемой тени зажглись два жёлтых огня. Без бликов и рефлекса, они светились сами по себе, вспыхивая колючими оранжевыми искрами. Девушка зачарованно смотрела и вспоминала… В ту ночь, когда она всё-таки смогла перевернуться на спину и взглянуть на того, кто же так безжалостно и с удовольствием терзал её, увидела эти же дикие, полные безумия и безнаказанности, глаза. Тьма лишь потом поглотила её, забрав в свой милосердный беспамятный сон, затёрла и воспоминания, и ужас, что оставил после себя Волк. - Помнишь? – шёпот теплом скользил по её щеке. *Да… Ладони осторожно легли на беззащитную, изуродованную когда-то спину, потекли вверх, к плечам, прижимая её грудью и животом сильней, не оставляя зазоров и недомолвок. - Слова – лишь половина дела… Слова – всегда ложь. Теперь нужна правда… Ты понимаешь, о чём я? Тишина была более красноречивой, чем любой ответ. Пропасть уже манила, отражаясь в жутких оранжевых глазах. - Освободи же себя, наконец… - на последнем дыхании оборвалось в темноте. Тяжёлая рука легла на затылок, надавила, притягивая, заставляя остановиться на расстоянии тепла. Безумие этой ночи словно перетекало с этих медвежьих осторожных рук в неё, выжигая собой и воспоминания, и ненависть, перерождая их во что-то другое, ещё непонятное. *Ненавижу тебя… - обронила, сдаваясь. - По-другому и быть не может… со злостью, так и не отступившей совсем, сжал пальцы в кулак, собирая серебристые пряди, не позволяя двинуться. Было больно, но Хэлен уже не замечала ничего. Она чувствовала дыхание и тепло, но он медлил и ждал чего-то. Ожидание становилось невыносимым, и девушка потянулась к нему сама, скользнув руками по плечам, что совсем окаменели от легкого прикосновения. В тишине угрожающе и низко раздался смех, слишком похожий на рык. Тонкие пальцы пробежались по шее к кромке волос, запутались в них, остановились, привыкая к новому ощущению. В синей тьме погасли безумные огни - Волк со вздохом запрокинул голову, поддаваясь чужим рукам, закрывая глаза, улыбаясь хищно и надменно. Хэлен не попала губами, куда хотела. Попался лишь колючий подбородок. Волк вздрогнул, как от внезапного удара. Пальцы на её затылке расторгли свой плен, отпустив волосы. Едва коснулся губами щеки, медленно двинулся к уголку рта. Хэлен и сама не знала уже, чего она хочет больше - убежать, или остаться. И это мучительно медленное прикосновение, от которого внутри всё сжалось от предвкушения, совсем лишило её воли, заставило забыть о сопротивлении и страхе. Слегка коснулся губами губ, почувствовал, как дрогнула от прикосновения, но не отпрянула девушка. Никуда уже не сбежит, не вскрикнет от отвращения. Дотронулся кончиком языка, пробуя на вкус. Хэлен прерывисто вздохнула и подалась к нему сильней, прижимаясь красноречиво, забывая об осторожности, забывая о том, что было раньше. Тьма завертелась чёрным слепящим водоворотом, затягивая на дно всё быстрей, лишая рассудка и воли. Он не сдержался и слегка укусил её за нижнюю губу, потянул, увлекая к себе. Хэлен уже не замечала, как её же ладонь пробралась своевольно под белую футболку, прошлась по позвоночнику, вызывая крупную дрожь. Волк уже не сдерживал себя, он безжалостно впился в неё алчным ртом, силой заставляя её ответить, языком сминая губы. Тонкий привкус крови на губах сводил его с ума наравне с осторожными движениями девушки, которая опасливо отвечала ему. Он рывком встал, прижимая её к себе, ловко подхватив рукой. *Куда ты? - шепнула Хэлен. - На кровать... Пол скользкий, - туманно объяснил Волк, укладывая её поверх взбаламученного одеяла. Хэлен слышала в темноте, как упала на пол сброшенная одежда. От смущения она зажмурилась, хоть и видела в темноте только смутные движения. Кровать жалобно скрипнула под тяжестью ещё одного тела. Волк навис над девушкой на мгновение, почти не прикасаясь. - Тебе будет больно, - сказал, не предупреждая, а утверждая. Ни толики раскаяния не было в этих словах. Хэлен не ответила. Только потянулась хрупкой рукой, прижавшись к груди, где упорно и быстро билось сердце. Крупная ладонь с крепкими длинными пальцами легла на её горло, надавила. Он слушал, как под его пальцами беснуется пульс. Это беззащитное горло, что ещё хранило следы его прошлого прикосновения, так невозможно звало его пульсацией крови, что он, не сопротивляясь этому зову, прильнул губами, укусил там, где сильней всего трепетало сердце. Девушка со стоном выгнулась навстречу этому злому и беспощадному поцелую, откидывая голову на подушку, обнимая за плечи. Всем телом прижался Волк, вдавливая её своим весом в мякоть просторной кровати. Облив горячим дыханием плечи, он просто рванул лямки черного бюстгальтера. Обе лопнули с громким хлопком. Волк уже не думал, что может причинить боль, что может напугать снова, потому что отвечали ему с такой же страстью. Хэлен беспамятно впилась ногтями в плечи, испещренные замысловатым узором. Всё ниже спускались эти безумные полу-укусы, полу-поцелуи, всё нетерпеливей отвечала ему девушка. Каждый шрам, что попадал под горячие ладони, загорался, отвечая на прикосновение того, кто их нанес. Волк, так и не найдя застежку на спине, просто стащил остатки бюстгальтера на талию Хэлен. Губы жадно сомкнулись на розовом соске, потянули. Хэлен выгнулась навстречу, подставляя себя всё более смело, всё более откровенно. - Отпусти меня, Хэлен... Я хочу снять с тебя последнее... Она и не заметила, что крепко обвила его своими ногами, прижимаясь совсем уж бесстыдно. Задыхаясь, Хэлен ждала, когда он сбросит с неё последний фиктивный лоскут, что ещё остался на ней. Чёрное кружево бесшумно исчезло в темноте комнаты, которая сузила мир до размеров обычной кровати, до расстояния между двумя телами, что спешили на встречу друг другу. Пальцы его, подрагивая, дотронулись до приоткрытых губ. Хэлен инстинктивно поцеловала их. - Языком, - обронил хрипло, приказывая. Девушка послушно тронула средний палец кончиком языка. Кожа солоновато пощипывала. Она, ободренная напряжённым молчанием Волка, пробежалась языком по указательному, легонько прикусила. - Достаточно, - он отнял руку и скользнул ею вниз. Осторожное прикосновение заставило Хэлен бурно выдохнуть. Он не ласкал, он просто готовил её, но и этого лёгкого и настойчивого касания было достаточно, чтобы Хэлен выгнулась на простыне, прижимаясь к нему бёдрами, животом, грудью. Мужчина тихо, на грани слуха рассмеялся. Хэлен же не в силах больше ждать, прильнула губами к тому, что было в пределах её досягаемости - к шее. Влажная солоноватая кожа бархатисто стлалась под губами и языком. *Прошу тебя... И он не стал ждать, когда она попросит во второй раз. Он сдался. Одним движением, стремительным и грубым, ворвался внутрь, насколько мог глубоко. Хэлен выгнулась ему навстречу, закусив губу и всё равно не удержав стон. Он задержался внутри лишь на миг и вышел. *Нет! Вернись! - девушка умоляюще придвинулась к нему. Дэро ничего не ответил, только снова вонзился в тёмную горячую глубину, впиваясь в её шею, где под языком часто и болезненно билось сердце. - Теперь... Ты... Совсем... Моя... - и каждое слово - движение внутрь, всё быстрее. Она уже ничего не говорила, только хватала ртом воздух. - Обними меня сейчас! Она обвила его руками, прижалась лбом, собрала языком капельки пота с шеи. *Быстрей же... - Подожди меня, торопыга! - простонал, уже зная, что она сорвётся без него. *Нет... - и всё вокруг поплыло, взорвалось, заставляя выгнуться дугой, впиться ногтями в его спину, чтобы полней ощутить его внутри, плотней прижаться, причинить боль. - Негодница, - зарычал, содрогаясь в конвульсиях, судорожно двигаясь на самом краю. - Это последний раз... Когда... Ты... Меня... Ослушалась. И Суперновая взорвалась, сжигая всё внутри, уничтожая весь мир, что был когда-то таким огромным, таким ненужным. Волк без сил навалился на Хэлен, застонав от облегчения и наслаждения, что горячо билось внутри его Волчицы. Прошло какое-то время, прежде чем сердце стало успокаиваться. И, всё же, простукивало лишний раз беспокойно. Дэро так и лежал на ней, в ней, положив голову на грудь, крепко обвив длинными руками. Девушка неохотно приоткрыла глаза. Мрак комнаты больше не взрывался суперновыми, не искрился облаками звёзд, но стал не таким густым. Да что уж там! Она отлично всё видела, как в апрельских прозрачных сумерках. Девушка недоверчиво высвободила из-под Дэро руку и вытянула перед собой. *Охренеть можно! - возглас сам собой сорвался с языка. - Что такое? - недовольно проворчал мужчина так и не соизволив приподняться. *Во-первых, у меня шрамы светятся! А во-вторых, я стала видеть как... Не знаю, как кто! Как Супермен! Криптонита я наглоталась, что ли! Ты видишь? Дэро приподнялся слегка, только чтобы посмотреть на её восторженное лицо. - Я всегда тебя так и видел. А зрение - да. Добро пожаловать в клуб Ночных Бродяг. И улегся обратно, уткнувшись носом между грудей. *Ничего себе! - Угу, - лениво промурлыкал, начиная неторопливое путешествие языком по левой груди. - Знаешь, ты удивительно хрупка для Волчицы. Сколько я их ни встречал, всё были рослые, высокие... Есть, за что ухватиться. А ты, почему-то, тонкая, как ветка. Вся в руке поместишься. Даже ещё и место останется, - он медленно обводил сосок языком, прерываясь на редкие слова. Хэлен напряглась от прикосновений, раздумывая, не пора ли уже обидеться на эти замечания по поводу её фигуры. *Ну, вот и иди на рукасто-грудастых лежи. Она трепыхнулась, пытаясь высвободиться из-под тяжести его тела. Дэро звонко шлепнул её по бедру: - А ну, тихо... А то накажу. Каким образом он решил наказать, Хэлен не знала. Он закинул её руки за голову и прижал их там своей ладонью к спинке кровати. - Лежи спокойно, малявка. Не вздумай бунт устраивать, - голос бархатисто шелестел, обещая что-то новое. Прикосновения языка становилось всё настойчивей и Хэлен, недолго продержавшись в молчании, застонала, выгибаясь, подставляя себя ему. - Я же сказал, не двигайся! Лежи тихо! - и укусил за сосок. Сладкая и тягучая боль прокатилась в низ живота. Девушка ахнула от неожиданности и удовольствия. - Ну, вот... Я же предупреждал! Теперь будешь считать вслух от ста обратно. И попробуй только сбейся! Начинай, - хрипло напомнил он. Хэлен не могла собрать мысли в подобие хоть какого-то порядка. *99. - Молодец. Начало уже хорошее, - его свободная рука скользнула вниз, пробежав неторопливый круг по животу, от чего внутри у неё всё свело в сладкой знакомой судороге. *98, - выдавила из себя, стараясь не выдавать голосом, что она бы уже вовсю стонала, если бы он не приказал считать. - Правильно, дальше... - снова прикусил сосок и потянул его, не отпуская. *97, чёрт! Дэро, прекрати! Хлесткий, звонкий шлепок по бедру. Не больно, но неожиданно. *Ой! Ты что?! - Считай! - зарычал он с угрозой. - А то отшлепаю по-настоящему! *97! - Уже было, - довольно пророкотал и запустил в горячую, влажную глубину средний палец. *Перестань, пожалуйста! - извивалась она, стараясь ближе придвинуться к нему. - Считай! - указательный палец последовал за средним. *Я не помню, что там было, - задыхалась она, - 97! - 97 было уже три раза! - довольно засмеялся он. - С арифметикой ты не дружишь, малявка... И наконец-то вошел в неё сам, не замедляясь, как в первый раз, не замирая. Быстрые ритмичные движения и она уже кричит, забывая, что никто, кроме него, не слышит. Хэлен не помнила, как уснула. Не было ни снов, ни кошмаров. Просто чернота поглотила её легко и покойно, залечивая страх и боль. А потом из черноты и тишины возникло ровное дыхание, которое сопровождалось биением сердца. Она открыла глаза. Дэро обнимал её, прижав к себе рукой и ногой. Нравится ему на неё складывать всё, что только можно. Было тяжело и жарко, но ей не хотелось просыпаться, не хотелось думать, что же теперь будет дальше. - Я же знаю, что ты не спишь, - пророкотал он ей в макушку, по-хозяйски неторопливо проведя ладонью по её животу, груди и шее. *Я только что проснулась. Ты знаешь, я слышу твое сердцебиение. Это так слух обострился? - Я твое тоже слышу. И еще я слышу, что пора бы нам встать и чего-нибудь съесть. Ты перестраиваешься сейчас, и надо тебя кормить, а то начнешь в голодные обмороки падать. *В каком смысле? - В самом прямом. Так что давай, дуй в душ! *А, может, ещё полежим немного? - она спросила без всякой задней мысли. Просто было так хорошо. - Полежим обязательно... - томные нотки в голосе обещали, что они не просто так лежать будут. - Но сначала позавтракаем. Хэлен смущенно потянула простыню на себя, чтобы не нагой идти в ванную комнату. - А вот это - дудки! - отнял он простыню. - Раньше надо было стесняться. Теперь уж поздно... - он откинулся на подушку и злорадно улыбнулся, всем своим видом показывая, что готов наблюдать её быстрый отход в ванную. Хэлен на зло решила не доставлять ему такого удовольствия, и спокойно встав, прошла к двери, обернувшись на пороге и показав ему язык. Подушка тут же полетела вслед, хлопнувшись о закрытую дверь. - Вот негодница, - улыбнулся и пошёл вслед за ней. А вдруг она там поскользнется?.. Надо же проследить.